Это перевод истории с Reddit

Те, кто празднует День отца, обычно могут рассказать парочку забавных историй о том, как здорово они проводили время вместе. Я уже давно собирался написать сюда, но нужно было сначала втянуться в новый семейный ритм. За последние недели столько всего произошло... Но главное — я больше никогда не смогу смотреть на отца прежними глазами.

Сколько я себя помню, наша семья всегда жила обособленно от остального мира. Еще прадед перевез всех в такую глушь штата Висконсин, которую и на карте-то не найдешь, чтобы промышлять охотой и капканами. С тех пор мы так и осели в этой глухомани. Жили небогато, но на жизнь и пропитание хватало. Здешние люди не особо доверяют внешнему миру за пределами наших бескрайних лесов, поэтому полагаются только на соседей. Казалось бы, в такой изоляции в семье все должны быть очень близки друг с другом.

Как бы не так. Всю мою жизнь отец пропадал в лесах, окружавших наше пастбище. Ему было неважно, на кого идти: олень, лось, фазан или даже барибал. Излишки мяса и шкур мы продавали на местных рынках или выменивали у соседей. Но из-за этой бесконечной охоты отца никогда не было дома. Он пропустил все важные моменты моей жизни. Мама рожала меня в больнице совершенно одна, пока он прочесывал чащу с моим старшим братом Реттом. Отец не видел моих первых шагов. Никогда не помогал с уроками. На матчи детской бейсбольной лиги он тоже не приходил. Да что там, он даже не соизволил явиться на мой выпускной в начале этого года.

Единственным проявлением отцовских чувств было то, что каждый вечер, возвращаясь домой, он молча обнимал меня. Ни слова — просто десятисекундное объятие и, изредка, поцелуй в макушку. От него всегда странно пахло: старой травой, землей и застарелым потом. А в его потухших, измученных глазах читалась дикая усталость после долгого дня.

Его вечное отсутствие можно было бы оправдать, если бы он умел охотиться. Несмотря на то, что наш род занимался этим поколениями, я ни разу не видел, чтобы он принес хоть какую-то добычу. Ни оленя, ни лося, ни даже банального зайца или белки. Он что, просто валял там дурака?

Но я точно знал, что он в лесу, потому что постоянно слышал его винтовку. Даже глухой ночью раз в несколько часов издалека доносился резкий, оглушительный грохот его «Винчестера-94». Я думал, раз он стреляет каждые семь-восемь часов, значит, точно кого-то выслеживает.

Отец с Реттом никогда не брали меня с собой. Твердили, что я еще не готов, хотя я тренировался со стрелковым оружием с шести лет — как только сил хватило поднять винтовку. И стрелял я отлично. Но эта их намеренная дистанция никуда не делась.

К счастью, Ретт оказался куда более путным охотником, чем отец. Почти каждый день они уходили в глушь вместе, как по часам. Но добычу всегда приносил только брат. Ретт валил крупного зверя и фактически содержал всю семью. По вечерам я помогал ему свежевать туши, разделывать и упаковывать мясо. Недавно Ретт со своей женой Джесс переехали обратно к нам. Брату исполнилось тридцать, и он сам готовился стать отцом. Джесс была на последнем триместре беременности, и пока Ретт вкалывал как проклятый, чтобы обеспечить семью, наш отец просто переводил дни в лесу, вдали от родных. Они с Реттом часто сменяли друг друга, чтобы хоть немного передохнуть.

Обида все равно копилась, и редкие вечерние объятия мало помогали. Они не могли вернуть упущенное время. Помню, как в шестнадцать лет я завел с Реттом разговор об отцовских исчезновениях. Мы не особо откровенничали о чувствах, но для чего еще нужны старшие братья?

— Ретт, — пробормотал я, — почему отец не хочет быть со мной?

Ретт замер и задумчиво посмотрел на шкуру молодого лося, которую чистил с самого полудня. — Он хочет быть рядом. Отец любит нас, поверь. Правда любит. Просто он...

Брат тяжело выдохнул. — Не мне об этом говорить. Еще не время. Просто знай: он делает все возможное для нас. Для тебя. Мы оба делаем. Вырастешь — поймешь.

Увидев, что у меня от обиды наворачиваются слезы, Ретт крепко обнял меня. Тогда я еще не понимал, насколько он был прав. Отец мог казаться призраком, но там, в чаще, он выкладывался на полную. Говорят, главное — внимание, но в детстве мне просто хотелось, чтобы он был рядом.

Все изменилось около месяца назад, когда мне исполнилось восемнадцать. Я только что окончил школу и размышлял, что делать дальше. Сначала думал заняться семейным делом и охотиться вместе с братом. Но если меня так и не подпустят к лесу, то уеду в местный колледж. Добьюсь чего-то сам. Пусть отец гордится, что я стал кем-то большим, чем просто очередной провинциальный следопыт на Среднем Западе.

В прошлом месяце, ранним утром, пока Ретт уже был на охоте, отец зашел ко мне в комнату.

— Пора вставать, Уилл. Одевайся, я должен тебе кое-что показать.

Я сонно поднялся, приглаживая растрепанные каштановые волосы. — Чего тебе? У меня сегодня нет настроения.

Отец присел на край кровати. — Я знаю, тебе было нелегко. Мне трудно это объяснить, но... есть причина, по которой я постоянно торчу в лесу. Думаю, ты уже достаточно взрослый, чтобы все понять. Просто... знай, что бы ты сейчас ни увидел, я делал это ради тебя. Ретт давно подбивал меня взять тебя с собой, но он знает, почему я ждал. С днем рождения, сын. Пора тебе пойти на охоту и узнать, в чем заключается наше семейное дело.

Потрясающе. Наконец-то восемнадцать, и первый подарок от отца — работа. Однако внутри екнуло: отец всегда выглядел изможденным, но еще никогда не проявлял такого участия к моей жизни. Я накинул куртку, натянул коричневые брюки карго, обулся и вышел за дверь. Впервые в жизни я шел на охоту с отцом.

Путь вглубь леса занял больше часа. Вековые сосны смыкались над головой, полностью скрывая солнце, пока мы уходили все дальше и дальше. Лес казался мертвым: ни одного зверя, в которого стоило бы выстрелить.

В конце концов мы вышли к высокой охотничьей вышке. Закрепленная массивными железными столбами и растяжками, она прочно высилась над землей на несколько метров. Окна были завешены камуфляжной сеткой, так что деревянная коробка полностью сливалась с весенней листвой. Наверх вела хлипкая деревянная лестница. Не лучший момент, чтобы признаваться отцу в боязни высоты, поэтому я промолчал — нельзя было упускать единственный шанс.

Когда мы забрались внутрь, я обомлел. Все стены лабаза были утыканы сотнями фотографий. Некоторые свежие, большинство — старые. Семейные снимки. Присмотревшись, я понял, что это хроника моей жизни. Вот я совсем младенец, вот в огромной не по размеру бейсбольной форме перед первой игрой, вот сплю в своей детской кроватке, вот мое первое купание, церковные праздники... И везде на переднем плане — я. Мама и Ретт тоже мелькали, но было очевидно, чьей персоне посвящен этот коллаж.

— Пап... Что это за чертовщина?

Он посмотрел на меня с мягкой улыбкой.

— Уилл, я знаю, что меня почти не было рядом. Я не проводил с тобой время, не видел, как ты ползаешь, как делаешь первые шаги, как растешь... Сердце кровью обливалось. Все, чего я хотел — это защитить тебя, но... — его голос сорвался. — На этой охоте могут быть только двое. И я не хотел обрекать тебя на то, чем мне приходилось заниматься последние восемнадцать лет. Я старею, Уилл. Я хочу побыть с тобой. С настоящим тобой. И я не могу делать это вечно. Пора тебе перенять дело.

— Пап, да о чем ты—?

Меня прервал глухой хруст, донесшийся из чащи. Звук был далеким, будто упало сухое дерево. Вот только грохота от падения не последовало — лишь глухой, нарастающий треск.

— Отложим разговоры, сын. Давай закончим с этим побыстрее. Винтовка уже наведена на его голову. Мне нужно, чтобы ты увидел, на кого я охотился все эти годы.

Я пристроился к винтовке. Она лежала на металлическом упоре, нацеленная в темную низину между деревьями.

Я заглянул в оптический прицел, и у меня внутри все оборвалось. Далеко в лесу, прямо на земле, распласталась костлявая, неестественно длинная фигура. Тело без головы. Старомодная одежда сидела на нем нелепо и сразу бросалась в глаза: вельветовые брюки, застегнутая на все пуговицы рубашка с белым воротником и темно-серый поношенный сюртук, какой можно увидеть в экранизациях «Оливера Твиста».

Я резко отпрянул от прицела, едва не вывихнув шею. — Господи, пап, что это за херня?!

— Все не так, как кажется. Посмотри внимательнее, Уилл. Что ты видишь?

Охваченный ужасом от мысли, что мой отец может быть маньяком, я снова прильнул к оптике.

Он был прав. Очертания рук напоминали человеческие, но я никогда не видел, чтобы предплечья свисали так далеко за колени. Средний палец был заметно длиннее остальных, которых я насчитал аж семь штук на каждой кисти. С коленями тоже было что-то не так: они не были вывернуты назад, как у птиц или собак, а торчали как-то перпендикулярно туловищу. Самое странное, что вельветовые брюки сидели на этом существе идеально — будто их шили на заказ под его жуткие пропорции.

Хруст не прекращался. Спустя минуту до меня дошло: эти шевелящиеся, ломающиеся звуки исходили прямо от загадочного трупа.

— Ч-что это такое? На что я смотрю?

— Сын, прицел выставлен точно туда, где должна быть голова. Что бы ты ни увидел, плавно жми на спуск. Будешь медлить — мы покойники.

— Что?! Папа, пожалуйста, объясни, что происходит! Я не—

Тело резко задергалось. Безголовый торш забился в судорогах прямо на прелой листве, издавая отчетливый костяной хруст при каждом резком движении.

— Давай, Уилл! Как только увидишь глаза — стреляй!

Я вцепился в винтовку, доверившись человеку, которого толком не знал, в ситуации, которую вообще не понимал. Глядя в прицел, я осознал, о чем он говорил. Верхняя часть шеи медленно формировалась заново. Нельзя сказать, что это была регенерация, как у ящерицы, отращивающей хвост. Скорее, пропитанная кровью грязь и земля из-под раны поползли вверх, собираясь сначала в бесформенный ком, который постепенно превращался в подобие черепа. Человеческого черепа.

— Видишь глаза, Уилл?

Сердце бешено колотилось в груди. Я завороженно наблюдал, как эта тварь медленно возвращается к жизни. Ее огромный средний палец дернулся и загнулся к предплечью, словно хвост скорпиона. Грудь приподнялась, существо сделало вдох — ребра едва не прорвали белую рубаху.

Наконец голова полностью восстановилась. Длинная шея, напрягаясь, медленно приподняла ее вверх. Я видел кучу жутких монстров в комиксах и фильмах, так что готовился к самому худшему уродству.

Существо резко вскинуло голову. Прямо на меня уставились темно-синие глаза. Оно обнаружило меня мгновенно, будто точно знало, где я нахожусь. Но в этом взгляде было что-то знакомое. Присмотревшись, я похолодел.

У него было мое лицо. До мельчайших деталей.

— Твою мать!

— Стреляй, Уилл! — заорал отец, сидевший рядом с биноклем. — Бей сейчас же!

Тварь с моим лицом издала глухой, утробный вой, похожий на рев сломанной сирены. Этот звук буквально прошил мой мозг, хотя никаких слов не было. Руки существа поползли по земле, готовясь поднять тело.

Я нажал на спусковой крючок. Вой оборвался. В момент выстрела я зажмурился, но промахнуться было невозможно. Голову разнесло в клочья.

Минуту мы с отцом сидели в полной тишине. Наконец он глухо произнес: — Хороший выстрел, сын.

Мы просидели на вышке несколько часов. В ту ночь он рассказал мне все. Что бы это ни было, оно преследовало нашу семью поколениями. Отец считал, что это какой-то пришелец. Прадед называл его доппельгангером. Но как эту тварь ни назови, она всегда принимала облик самого младшего мужчины в роду. Если оставить ее в покое, она будет подбираться все ближе к тому, чье лицо носит. Тварь так и не добралась ни до кого из нас только потому, что каждый божий день двое мужчин из нашей семьи уходили в лес и уничтожали ее. Ее телу невозможно было нанести урон, уязвима была только голова. На регенерацию требовалось время, но она всегда возвращалась. Вот на кого мой отец охотился все эти годы. Он убивал лже-меня всю мою жизнь.

— Знаешь, это было чертовски тяжело, — тихо начал отец. — День, когда ты родился, стал самым счастливым в моей жизни.

Я невесело усмехнулся: — Счастливее, чем когда родился Ретт?

Он усмехнулся в ответ: — Не задавайся. До Ретта эта тварь носила мое лицо. Представь, каково это — убивать самого себя изо дня в день, снова и снова. К счастью, мой отец, твой дедушка, взял тогда большую часть этой ноши на себя. Когда появился Ретт, существо изменилось. Не знаю, откуда берется одежда, но лицо всегда меняется на облик младшего. Оно словно ждет, что ты начнешь защищать его или хотя бы не решишься напасть. Не знаю, что ему от нас нужно, знаю только, что теперь оно пришло за тобой.

Я снова посмотрел в сторону трупа. Существо лежало неподвижно, но я видел, как брызги его крови на деревьях медленно стекают обратно к земле, ползком возвращаясь к безголовому телу.

— Когда ты родился, — продолжил отец, — оно приняло твой облик. Твое младенческое лицо. Я приходил сюда каждую ночь и уничтожал его снова и снова. Видеть твое пухлое детское личико в оптическом прицеле было сущим адом. Нажимать на спуск — еще хуже. Я плакал каждый день, потому что чувствовал, будто убиваю собственного сына. Вот почему я обвешал здесь все твоими фотографиями — чтобы помнить, кого я защищаю на самом деле, и напоминать себе, какая у тебя замечательная жизнь. Пусть меня часто не было рядом, но я горжусь тем, каким человеком ты вырос. Та тварь в лесу — пустая и мертвая. Она просто копирует тебя, но ей никогда тобой не стать. Я бы не смог жить, если бы это существо забрало тебя у нас или, что еще хуже, попыталось занять твое место. Я жалею о времени, которое провел вдали от тебя. Но это была оправданная цена за то, чтобы сохранить твою жизнь и сына, которого я так сильно люблю. Надеюсь, ты сможешь меня простить.

Конечно, я его простил. Этот бедолага десятилетиями отстреливал лесных демонов, как тут не посочувствовать? Мы еще немного посидели, пустив слезу и делясь наболевшим за банкой пива «Курс Банкет». Отец с воодушевлением рассказывал, что теперь на пенсии хочет заняться гольфом. Но поделился и тревогами: — Когда я был молодым, голова у этой твари отрастала примерно раз в два дня. Сейчас — минимум трижды в сутки. Скорость регенерации зависит от возраста того, чье лицо оно принимает. Чем старше ты становишься, тем быстрее оно восстанавливается.

Перспектива каждый день ходить на эту охоту меня не радовала, но я был счастлив, что мы теперь будем проводить больше времени вместе. Отец объявил нам с Реттом, что ему пора на покой.

— На вышке могут быть только двое, парни, — твердил он. Оказывается, когда-то у меня был дядя, который увязался третьим вместе с отцом и дедом. Ничем хорошим это не кончилось.

В свободное от охоты время мы с отцом постоянно вместе. Теперь, когда он чаще бывает дома, мы наверстываем упущенные годы. Выяснилось, что он, как и я, безумный фанат хоккейного «Детройт Ред Уингз». Мы даже взяли билеты на несколько их матчей на следующий сезон.

Мы договорились, что пока отец наслаждается пенсией, Ретт станет основным охотником на лесную тварь, а я займу место брата и буду вести наш официальный семейный бизнес по заготовке дичи. Ретт уходил в лес трижды в день, точно так же, как раньше отец. Процесс шел как по маслу, хотя сознание того, что брат каждый день разносит мои мозги по лесной подстилке, изрядно давило на психику.

Но теперь все изменится. Буквально сегодня утром жена Ретта родила. У них появился прекрасный, здоровый мальчик с темно-синими глазами, курносым носом и темными бровками. С лицом, которое Ретту очень скоро предстоит узнать слишком близко.

Новые истории выходят каждый день
В МАКС https://vk.cc/cVZjSO
Во ВКонтакте https://vk.com/bayki_reddit

Озвучки самых популярных историй слушай 🎧
На Рутубе https://rutube.ru/channel/60734040/
В ВК Видео https://vkvideo.ru/@bayki_reddit
На Ютубе https://www.youtube.com/@bayki_reddit

Это перевод истории с Reddit

В обеденный перерыв я со всех ног мчался из лаборатории домой. Обычно моя смена заканчивалась только часов через пять, но новость была слишком важной, чтобы ждать. Я ворвался в квартиру и застыл. Кругом стояли...

...коробки? Откуда они здесь?

В этот момент из спальни вышла моя девушка.

— Оу. Стивен, — произнесла Лиза. — Не ожидала, что ты вернешься так рано.

— Да, я сам не планировал, но тут такое случилось, что...

— Я надеялась уйти до твоего прихода. Но раз уж ты здесь, скажу прямо. Я ухожу от тебя.

— Уходишь? Куда? К родителям в гости?

Она лишь усмехнулась:

— Оглянись вокруг, Стивен.

Я обвел взглядом комнату. Коробок и правда было полно — все аккуратно подписаны и доверху набиты ее вещами.

— Ты... совсем уходишь? Но почему?

— То, что ты вообще об этом спрашиваешь, и есть главная проблема. Тебя никогда нет рядом, Стивен.

— В каком смысле? Я каждую ночь дома. Ну, почти каждую. Моя работа...

— Твоя работа! Как же она мне осточертела. Если я услышу о ней еще хоть слово, я повешусь.

— Лиза, поверь, ты даже не представляешь, что там происходит. Моя работа жизненно важна, она может спасти миллионы людей! Я как раз пришел, чтобы рассказать...

— Опять ты за свое! Я хочу быть с человеком, для которого важна я.

— Но ты мне важна!

— И как я должна об этом догадаться? Тебя вечно нет.

— Когда мы только начали встречаться, ты прекрасно знала, чем я занимаюсь. То, над чем мы бьемся, способно изменить всё. Я ведь и прибежал, чтобы объяснить тебе...

— Ты издеваешься? Даже сейчас ты не можешь заткнуться о своей лаборатории. Почему я никогда не была у тебя на первом месте? Почему нельзя просто побыть со мной, обнять, уделить мне время?

— Я провожу с тобой каждую свободную минуту! Ты же знаешь, под каким я давлением.

— Я никогда не чувствовала себя нужной. Мне нужен мужчина, который доказывает свои чувства поступками.

— Да я каждый день доказываю!

— И как же, Стивен? Когда ты в последний раз водил меня куда-нибудь? Когда хоть что-то мне купил?

— Мы постоянно куда-то ходим! Да, прости, что не могу заваливать тебя дорогими подарками. Но кто-то же должен оплачивать наши счета и твою магистратуру, пока ты вообще не работаешь?

— Не поверить, что ты попрекаешь меня этим. Я вообще-то тоже вкалываю.

— И над чем же? Над покупками?

— Это было подло.

Я обвел рукой груду коробок:

— А это, по-твоему, красиво?

— Впрочем, чего еще от тебя ждать. Ты всегда вел себя как ребенок.

— Лиза, в чем настоящая причина? Мы оба знаем, что дело не в моих задержках на работе и не в деньгах. — Внезапная догадка оборвала дыхание, сердце пропустило удар. — У тебя кто-то есть?

Она промолчала, но этого взгляда было более чем достаточно.

— Если тебе так важно знать — да. Я нашла человека, который дает мне то, в чем я нуждаюсь.

— Под «нуждами» ты имеешь в виду оплату счетов и шмотки?

— Как ты смеешь делать из меня какую-то... содержанку! Да, Джаред обеспеченный человек, но я стала встречаться с ним не из-за этого. Он добрый, веселый и ценит меня.

— Ну и богатство, конечно, не мешает, да?

Ее лицо словно окаменело.

— Я вижу, ты еще не дорос до взрослого разговора. Надеюсь, со временем ты поумнеешь и поймешь, кого потерял. За вещами я кого-нибудь пришлю. И больше мне не звони.

Она развернулась и вышла, хлопнув дверью. Я ждал, что она обернется на пороге.

Не обернулась.

В следующие несколько дней я методично вычеркивал ее из своей жизни: закрывал общие счета, удалял из соцсетей, отменял платежи за ее учебу. Но в основном я с головой ушел в работу — в то самое дело, о котором она так и не дала мне рассказать. Игнорируя экстренные сводки новостей, я лихорадочно стучал по клавишам, вводил формулы, тестировал цепочки данных, менял гипотезы. Ничего не помогало. А затем пришел приказ от высшего руководства лаборатории. Было слишком поздно.

Я собрал самое необходимое и последовал инструкциям. Сначала в составе автоколонны, затем спецрейсом — и вот я на месте, в своем новом доме на ближайшее обозримое будущее. Там я продолжил следить за тем, что передавали по телевизору.

Недели через две дежурные с главного КПП доложили: к воротам кто-то подошел и зовет меня. Этому человеку чертовски повезло, что его не пристрелили на месте. Я спустился к массивным стальным дверям центрального входа и посмотрел на внешний мир через трехдюймовое бронестекло армейского образца. Я и раньше чувствовал себя оторванным от той жизни, но сейчас эта пропасть стала абсолютной. Я снял трубку защищенной внутренней связи.

— Алло?

— Стивен! Господи, слава богу!

Это была Лиза. Я смотрел на ее лицо на экране монитора, туда, за периметр, и память мгновенно швырнула меня в день ее ухода, воскресив всю обиду и унижение.

— Как ты меня нашла? — спросил я.

— Через геолокацию на старом планше... Да какая разница! Помоги мне, пожалуйста!

— Зачем? Я думал, Джаред дает тебе все, что нужно.

Она всхлипнула:

— Джаред... его больше нет.

— Мне жаль.

— Да черт с ним! Я поняла, что совершила ошибку, Стивен. Я всегда должна была быть только с тобой. Теперь я это вижу. Пожалуйста, давай начнем все сначала?

— Не знаю, Лиза. Ты сделала мне слишком больно. Не думаю, что смогу снова тебе поверить.

— Стивен, умоляю! Я изменюсь, стану идеальной! Буду готовить, убирать, в постели делать все, что захочешь — стану для тебя кем угодно!

— Слишком поздно, Лиза. Твой уход меня подкосил, но я справился и пошел дальше. Советую и тебе сделать то же самое.

Лицо Лизы исказилось от дикого, животного ужаса.

— Стивен, пожалуйста! Не бросай меня!

Я смотрел, как она в отчаянии колотит руками по железным воротам, пока из-за деревьев к ней наперерез, набирая скорость, неслась лавина оживших мертвецов.

— Мне жаль, Лиза, — тихо произнес я, глядя, как толпа тварей зажимает ее в кольцо, а гермозатворы бункера со скрежетом смыкаются в последний раз. — Прошлого не вернуть. Но время, проведенное с тобой, было по-настоящему особенным. Я буду бережно хранить эти воспоминания до конца твоих дней.

Новые истории выходят каждый день
В МАКС https://vk.cc/cVZjSO
Во ВКонтакте https://vk.com/bayki_reddit

Озвучки самых популярных историй слушай 🎧
На Рутубе https://rutube.ru/channel/60734040/
В ВК Видео https://vkvideo.ru/@bayki_reddit
На Ютубе https://www.youtube.com/@bayki_reddit

Предисловие

В предисловии хотелось бы провести какую-то высокую мысль или мораль. Что-то вроде что у всех людей есть свои такие затерянные во времени города, из которых им нужно вырваться. Какие-то воспоминания, которые не отпускают и приходят во снах. Все персонажи вымышлены, сходство с реальными людьми-чистое совпадение.

Глава 1 .Начало

По заснеженной дороге со средней скоростью ехал синий Шевроле Импала. В машине сидело три человека. За рулем был мужчина тридцати семи лет. Было видно, что он устал, но не подавал вида и пытался сосредоточиться на дороге. Рядом с ним ехала женщина тридцати трех лет, на заднем сиденье посередине сидела девочка лет десяти, сжимая плюшевого медведя. Это был январь было холодно, около 5 градусов по Фаренгейту. Шел сильный снег и метель, затрудняя видимость на дороге. В салоне была гнетущая тишина, женщина разглядывала карту местности, пытаясь понять правильно ли они едут. Она нарушает тишину задавая вопрос водителю:

«Дональд правильно ли мы едем? По твоим расчетам мы, уже как пару часов должны быть в Бангоре»-сказала женщина.

Немного подумав, мужчина ответил:

«Мы проехали Огасту два часа назад, дальше я не видел ни одного указателя, только дорога и ничего более».

Девочка спросила: «Папа мы заблудились? Нет, мы на правильном пути»-отвечал водитель. Но его голос звучал неуверенно. Женщина с ненавистью в голосе смотря на мужа воскликнула:

«Здесь нет, ни души. Никаких придорожных закусочных, проезжающих навстречу автомобилей тоже нет уже как минимум часа полтора! Дон, ты всегда все знаешь лучше всех. Но можно со стопроцентной уверенностью утверждать, что мы ни хрена не знаем куда мы едем!»-переходила на крик женщина.

Дональд ответил: -«Нико, не мешай мне, пока рано паниковать». Николь не унималась-«Надо было оставаться дома в Бостоне».

На дороге с правой стороны появился покосившейся и ржавый указатель с надписью-«Safe Haven».

Дональд

Дональд Эмери родился в 1963 году в Техасе. Рос он щуплым, любознательным мальчуганом. В старшей школе учился неплохо. Дон занимал призовые места, на олимпиадах по математике, сдал выпускные тесты на оценку B(хорошо). По причине его неуверенности, также из-за особенности кожи и переходного возраста, на лице и теле Дона всегда было много прыщей и угрей, вследствие чего общение с противоположным полом у него не особо складывались. Сдав выпускные экзамены, решил отложить учебу в колледже на неопределенный срок. У отца был свой строительный бизнес, он устроил его туда. Сначала простым рабочим, чтобы сын понял, что доллар с неба не упадёт. Работа с простыми работягами многому научила Дональда, хоть рабочие и знали, что это сын генерального директора. Постепенно видя, что он выдерживает нагрузку, Эмери старший повышал его. По истечении нескольких лет, дослужившись в компании отца до финансового директора. Дон решает, что это не его призвание и он занимается не своим делом. В возрасте 22 лет он поступает на юридический факультет Техасского университета в Остине. После трех лет обучения сдает выпускные экзамены и подает сведения в Институт юристов штата, после одобрения, становится аккредитованным адвокатом. Начав работу в мировом суде, рассматривающий мелкие гражданские дела, Дональд Эмери, будучи человеком целеустремленным, постепенно рос как юрист и человек. К моменту происходящих событий он работал в Верховном суде. Имея за плечами большой опыт и один неудачный брак. В 1988 году в суде он познакомился с симпатичной 24-летней стенографисткой Николь Робертс. Предложил ей выпить кофе, она не отказалась. Как и не отказалась через два месяца от предложения выйти за него замуж. Спустя два года у них родилась девочка, ее назвали Селена. В 1995 году Дональду пришло выгодное предложение продолжить работу в качестве адвоката в Бостоне, и они втроем переезжают туда.

По бокам мелькали деревья, свидетели того, как Импала ехала около 50 км/ч, по плохой дороге. Шел сильный снегопад, дорогу никто не очищал, машина двигалась все труднее. Внезапно всем троим стало на душе как-то неотвратимо плохо, пронзило ощущение безысходности. Селена сказала, что ей холодно, Николь попробовала увеличить мощность печки, но она была на максимуме. Дон сбавил скорость, но это не помогло. Машина увязла в снегу. Дональд жал на газ, но колеса прокручивались. Тогда он сказал Николь сесть за руль, сам же попытался вытолкать машину, со стороны багажника. Но силы одного мужчины не хватало. Николь вышла из машины и сказала: «Что теперь будем делать, мистер Безупречность? Надо было остановиться в Ньюбурге и переждать бурю. Теперь мы не знаем где находимся, сотовый не ловит, вокруг ни души!».

Пока Дональд думал, что ответить, у него появилось чувство что за ними кто-то наблюдает. Он посмотрел направо и налево. По обоим сторонам были только мрачно раскачивающиеся, от сильных порывов ветра деревья. Дональд сказал: «Придется идти пешком. До города я думаю недалеко. Указатель мы проехали, значит город рядом. Там переночуем в отеле, а утром попросим вытащить нашу машину. Давай вернемся, объясним Селене что нам нужно пройти немного пешком, заберем ценные вещи и дойдем до города, пока снега не навалило так что мы не сможем и шагу ступить».

Они вернулись в машину, и в страхе переглянулись, глядя на заднее сиденье. Там лежал плюшевый медведь, но Селены там не было.

Николь

Николь Робертс родилась в 1967 году в семье официантки и портового рабочего в Северной Дакоте. Отец Адам любил выпить после тяжелого рабочего дня и ревновал мать Эмму, работающую в местном ресторане, иногда подрабатывающей певицей кабаре. Ники видела, как во время ссор и пьяных скандалов, он отвешивал матери пощечины. Когда Николь начала взрослеть, отец как-то непонятно начал на нее смотреть и оказывать знаки внимания, шлепал по ягодицам и говорил какая красивая дочь у него растёт. Иногда она просыпалась и видела стоящего родителя в темноте, и смотрящую на неё. Она вскакивала, но папа, бормоча под нос что перепутал, спешно покидал комнату дочери. В один теплый осенний день, когда мать была на работе, а Николь пошла в школу, отца Адама нашли без признаков жизни и насильственной смерти. Забыл выключить газовую плиту.

Она закончила старшую школу и поступила в колледж в Сан-Антонио. Позже, после окончания колледжа устроилась на работу стенографисткой в суд, в городе Остин. Где и повстречала Дональда Эмери, шедшего после выигранного дела.

Глава 2 .Мертвый город

Холод, животный страх пронизывали Дона и Нико. Они не могли понять, что произошло. Всего пять минут назад Селена, мирно сидела, смотрела на дорогу и спорящих между собой родителей. Они выбежали из машины и начали кричать: «Селена, Селена». Но в ответ был только ветер и снег, который сыпал в глаза. Нико плакала, Дональд не мог поверить, что такое вообще возможно. Он никогда не верил в мистику и существование чего-то по ту стороннего, но факт оставался фактом, его дочь пропала.

«Пойдем в город»-сказал Дон. Нико плача и не говоря ни слова пошла за ним сквозь сугробы. Ощущения того, что за ними следят, не покидало обоих. Подходя ближе к городу, дорога становилась холмистой. Вдоль дороги размещались двух и трехэтажные дома в стиле Brownstone. Сразу в глаза бросилось то-что нигде не горел свет. Более того, все вывески, телефонные будки, автомобили, припаркованные у домов, все казалось заброшенным. На некоторых домах, стенах, асфальте встречался символ, на котором была изображена рука с открытой ладонью и глазом посередине. Метель вместе с ветром принесла непонятный омерзительный запах химикатов или ядовитых удобрений.

«Где нам в этой дыре искать Селену?» - сказала Нико. Она начала плакать от отчаяния. «Боже. Дональд. Где наша дочь. Она же замерзнет. Где нам её искать?». Дон прижал и попытался успокоить жену. У него не было ответа на её вопросы. Он старался не терять рассудка и мыслить рационально.

«Пойдем, вдоль улиц, поищем кого-нибудь живого в этом месте. Может найдем телефон и вызовем полицию, или хотя бы место, где можно согреться".-с надеждой в голосе сказал Дональд.

На одной из кирпичных стен домов, кривыми печатными буквами было написано - «What аre you looking for here»? (что ты здесь ищешь?англ.)

«Как странно»-сказал Дональд. Они вышли к парковке супермаркета. Снег с ветром вперемешку, гулял по асфальту, выписывая странные узоры. Парковка была достаточно большая, учитывая, что перед ними был большой гипермаркет «Walmart», кое-где стояли машины. Стоявший в метрах 150 «Бьюик» привлек внимание Дона.

«Смотри Ники-указал пальцем Дональд. Около той машины лежит что-то непонятное. Пойдем, подойдем поближе».

«Хера с два, я туда пойду…Этого не может быть»-произнесла Нико, но пошла за ним.

С каждым шагом уверенность покидала их.

Им предстала страшная картина. Водительская дверь была настежь открыта, головой вниз, лежало человеческое туловище. По виду это был мужчина. В руках у него замерз, шестизарядный кольт. Ног нигде не было видно. Салон был забрызган кровью.

«Матерь Божья, что с ним произошло»-произнес Дон.

«Не знаю. Уходим отсюда, у меня кровь стынет в жилах»-ответила Нико.

«Подожди, я заберу пистолет»-сказал Дональд. Он наклонился и с трудом вытащил из окоченевшей руки шестизарядный кольт. Увидев во рту погибшего нечто странное, похожее на сверток. Перебарывая в себе ужас и брезгливость, адвокат засунул пальцы в рот и достал бумажный сверток. Развернув его, он увидел ключ. На бумаге было написано –«Кто ищет, тот всегда найдет».

Видя это действо, Николь посетил приступ рвоты и ее вырвало.

«Подожди немного Нико, я осмотрю салон»-сказал Дональд. Нико не отвечала, продолжая блевать.

Среди всякой мелочёвки Дон нашел в бардачке карту города, большой фонарь, армейский нож. На заднем сидение увидел поллитровую бутылку с бензином, прихватил на всякий случай и открытую пачку сигарет, в мягкой упаковке.

«Пойдем»- сказал Дон, убирая часть вещей по карманам, а часть положив в рюкзак.

«В этом городе время остановилось. Сигареты что я нашел в бардачке уже не выпускают лет пятнадцать. Вывеска на супермаркете образца начала или середины 70-х годов. Я не знаю, что это за место. Надо найти Селену и уходить отсюда»-на ходу говорил Дональд, смотря в лицо Николь.

«Нужно искать телефон, рацию или какое-то другое средство связи. Сообщить властям, что наша дочь пропала и совершено жестокое убийство»- решительно говорила Нико.

Селена

Селена была желанным ребенком у Николь и Дональда Эмери. Дональд уже забыл прошлый брак и болезненное расставание с первой женой. Ему хотелось приходить домой и видеть любящую жену и ребенка. То, что создал он сам и вложил все средства для того, чтобы его дитя стало достойным членом общества. Обучить его жизни в этом море, кишащего акулами, разных мастей.

Девочка родилась здоровой, но росла необщительной, не играла в куклы с соседскими детьми и больше любила уединение. Общалась она свободно только с Николь, Доном и бабушкой Милдред. К которой ездила каждое лето в Бангор. Но обстоятельства сложились таким образом что им срочно понадобилось в декабре, за несколько дней до рождества ехать в штат Мэн, на своей машине Шевроле Импала и оставить Селену у бабушки.

Глава 3 .Встреча с Купером

«Надо искать полицейский участок, возможно там мы найдем, средство связи, рацию или телефон-сказал Дональд.

Посмотрев на карту, они шли мимо кирпичных домов. В воздухе несмотря на постоянный ветер, витал неприятный запах химикатов.

Дойдя до перекрестка «4way», где пересекались две дороги, одна шла с холмов вниз, другая по которой они шли, проходила поперек. Внезапно Николь услышала тихий детский плач, и из окна дома первого этажа, со звуками падающего стекла в нескольких метрах от них стоял и смотрел непонятное существо. Ростом примерно 5 футов 9 дюймов, худощавого телосложения с неестественной темной кожей, словно он был уже мертв, челюсть его была набекрень, примерно от локтей у него вместо рук у него были иглы. Дону они напомнили иглы, которые надевают на медицинские шприцы. Неспешной походкой он направился в сторону Дона и Николь, издавая непонятное мычание.

Дональд потянулся в карман за револьвером. Он взвел курок и предупредил: «Вы угрожаете мне и моей жене. Если вы не остановитесь, я буду вынужден выстрелить!». Никакой реакции. Существо продолжило движение в их сторону.

Николь закричала: -“Господи Донни. Снеси этой мрази, пол черепа. Ты же видишь, что это не человек!

Дональд хранил дома пистолет. Но, на всякий случай. И считал, если у тебя есть огнестрельное оружие, оно не должно выстрелить, никогда. Его оружием были книга, ручка и бумага. Он считал, что в стране, колыбели демократии, где соблюдают права и свободу граждан, нужно решать вопросы без применения насилия. Но, сейчас была прямая угроза его жизни и жизни его жены. Существо подняло правую конечность с иглой, и она угрожающе стало раскаляться до красного цвета.

Дональд целился в голову, но не попал. Существо продолжило движение. Со второй попытки он выстрелил и попал в голову. Тварь издала мычание, похожее на то, когда из человека одержимого, изгоняют дьявола и он нехотя покидает тело. После этого существо упало на асфальт.

«Что здесь происходит, Дон. Какой-то заброшенный город, которого нет на карте, туловище без ног, а теперь непонятная гнида с иголками вместо рук! -возмущенно говорила Нико.

-“Если бы я знал. Пойдем. Нам нужно торопиться”-ответил Дональд.

Они быстрым шагом нашли нужный поворот и оказались перед вывеской: «Шериф города Сейф Хэвен». Перед входом было некое подобие баррикад из старых автомобилей, нагроможденных рядами. На воротах была цепь и навесной замок. Дональд попробовал применить ключ, найденный на парковке, он подошел.

Они вошли в фойе. Дон включил фонарь. Ресепшн был пуст, это было неудивительно, учитывая окружающую обстановку. Пройдя за стойку регистрации, Дон увидел там компьютер модели «Atari 400», такие модели начали выпускать в 1979 году. Подсвечивая себе фонарём, он обратил внимание на стенд, на нем кнопками были приколоты газетные вырезки из местной газеты. Она называлась «Сейф Хэвен Ньюс» и была датирована 31 августа 1978 года. Заголовок гласил: «Нас травят». В статье автор критиковал компанию и совет директоров завода «Poison Industries» по производству вредных удобрений для почвы и химикатов для уничтожения тараканов и грызунов. Он винил их в распространении и попадании ядовитых веществ в почву, воду и воздух. Также было сказано, что рабочие не получающие должной защиты, болеют. После нескольких лет работы 30-летний мужчина превращался в дряхлого старика и получал целый букет заболеваний, в том числе онкологических. За неимением альтернативы продолжая убивать себя на этой работе.

«Я немного начинаю понимать, что здесь произошло»-прервала молчание Николь.

-«Нужны факты, предполагать, не значит располагать. Пойдем дальше»-ответил Дональд.

Они шли мимо столов, где обычно помощники шерифа допрашивают задержанных. В этот момент им навстречу с карабином в руках выбежал человек, это был афроамериканец средних лет, в куртке шерифа.

«Поднять руки так чтобы я их видел и не делать резких движений». -гаркнул незнакомец.

«Кто такие и что здесь делаете?»- задал он вопрос.

Дональд начал говорить: «Мы ищем свою дочь Селену. Я адвокат меня зовут Дональд Эмери, а это моя жена Николь. Вчера мы выехали из Бостона в направлении Бангора, проехав Ньюпорт, после должны были проезжать Хэмптон, но потом на дороге пропали все указатели, мы ехали дальше, шёл сильный снег, дорогу занесло, машина застряла, пока мы пытались её вытолкать-наша дочь пропала».

-«Из Бостона?»-недоверчиво произнес коп.

-«Да»-ответил Дональд.

-«Ред Сокс» чемпионы? -спросил незнакомец, немного опуская карабин.

-«Были в 86м, последний раз»-ответил Дональд.

«В каком 86м, сейчас 1983 год, вы странно одеты и странно говорите! - выкрикнул шериф и снова поднял карабин.

Дональд, не обращая внимания на агрессию продолжил говорить спокойным, но уверенным тоном: -«Сейчас идет 2000 год, президент США демократ Билл Клинтон.

«Черт возьми, этого не может быть, но я вам верю, вы не похожи на местных. Но и на негодяев тоже, пойдёмте за мной». -сказал коп.

Они прошли по коридору в кабинет шерифа, незнакомец расположился в кресле и достал бутылку бурбона «Jim beam» ,3 стакана и разлил всем. В полутьме при свете луны, на него падал свет, и они смогли рассмотреть человека получше. Это был мужчина около 45 лет, белый, с усами. На форме у него красовался значок «Офис шерифа города Сейф Хэвен».

«Меня зовут Стэнли Купер. Пятнадцать лет я работал помощником шерифа в этом городке. До начала 70-х все было нормально. Это был развивающийся город, действовал завод химической промышленности и давал работу населению, фермеры держали свое хозяйство, маленькие магазинчики, парикмахерские и так далее. После работы работяги выпивали в пабах и шли домой. По воскресениям ходили в церковь. Из «серьезных» правонарушений это драка в баре или мелкое воровство на заводе. Все шло своим чередом. Жизнь обычной американской провинции. Но в 1976 году завод пришел в упадок, совет директоров что-то там не поделил, ну понятно, что е***ть их, деньги. Им пришлось продать свои акции неким темным людям, называвшими себя «Poison Industries». Менее компетентным, которые начали создавать здесь удобрения, которые только наносили вред картофелю, кукурузе. Также они начали изготавливать средства по уничтожению грызунов, мышей, крыс. Я не знаю, делали они это нарочно или по незнанию, сейчас это не имеет значения, но за несколько лет, земля что была обработана химикатами стала неплодородной. Люди что работали там, стали неуравновешенными, процент преступлений вырос в несколько раз, бытовое насилие стало нормой. Смертность от сердечных приступов и от раковых заболеваний увеличилось втрое. Кто мог, уехал за лучшей жизнью, но не все могли себе это позволить. Некогда светлый и чистый город постепенно превратился в грязную, ядовитую дыру. Ухудшился климат. Лето пропало, как и осень с весной. Здесь постоянный холод и снег. А также только один световой день в месяце, остальные 30 дней ночь.

Дональд прервал монолог: «На одном из перекрестков мы повстречали непонятное существо, это был не человек, кожа его сгнила, он больше напоминал мутанта. Мы его застрелили. Что это такое было?».

Купер, будто не замечая его слов, продолжил: «Завод «Poison Industries» закрылся в 1981. В городе осталось около 1000 человек, вместе с нами, ну «Офис Шерифа», нас было 10 человек. Крысы, что поедали удобрения и отраву с завода, стали агрессивными кусали людей, распространяли заразу. Ещё вы можете повстречать мутировавших насекомых, это так на заметку. Многие превратились в нечто-то, что вы видели на перекрестке вчера. В город приехала полиция штата, ФБР и другие важные шишки из Вашингтона».

Стенли взял паузу и плеснул по стаканам еще бурбона, потом закурил сигарету и продолжил: «Они оцепили по периметру город, не давая никому его покинуть. Власти признали всех нас зараженными и представляющими опасность для остального общества. То есть мы представители закона, остались без полномочий и нас никто уже не слушал. Те мрази которых породил завод, начали нападать и убивать простых граждан. Началась анархия. Все, кто остался, стали заботиться о безопасности, защищаться от мутантов и по возможности убивать их. Все продуктовые склады, бензин, медикаменты, склады с оружием, тёплая одежда все было разграблено. Раз в неделю нам с вертолетов скидывали гуманитарную помощь, потом раз в две недели, далее раз в месяц. А потом о нас вообще забыли. Некоторые начали на этом наживаться. В условиях беззакония людям нужен был тот, кто их объединит и поможет им выжить. Нашёлся такой человек зовут его Энтони «Тони» Хост. Он просто наглый, страдает манией величия. У него были проблемы с законом, несколько отсидок за кражи и подделку чеков. Он быстро сколотил банду со своими приближенными, создал некое подобие диктатуры, общины, секты называйте, как хотите. Они намешали там всего.

«Видели на стенах символ открытую ладонь с глазом посередине»? -сказал Стэнли смотря на Дона и Николь.

Дональд показал глазами что видел, Николь кивнула в ответ.

Помимо них, в этом городе есть большое количество мутантов, питающимися человеческой плотью. Они обожают разрывать людей на части. Выедать у добычи глаза, и они почему-то в особенности любят есть ступни человека. У них тоже есть предводитель. Скоро вы неизбежно столкнетесь с ним. Еще здесь присутствует некая необъяснимая чертовщина, голоса разных людей, мужские, женские, детские. Но я не нахожу этому объяснения. Стэнли умолк, смотря куда-то вдаль.

-«Мы ищем свою дочь Селесту. Донни, покажи ему фото»-с волнением и болью в голосе сказала Николь.

Дональд достал бумажник, на нём была фотография их дочери и протянул его Стэнли.

Помощник шерифа изменился в лице. –«Она мне напоминает уменьшенную копию дочки Тони Хоста, которую разорвал на части мутант в прошлом году. Она как две капли воды похожа на неё. Скорее всего её пропажа это его рук дело. Вы вообще зачем ехали в Бангор?» —внезапно спросил Купер.

-«Селена начала странно себя вести последний год-отвечала Николь. Ей снились кошмары, она ходила во сне и звала кого-то, разговаривала сама с собой, стала агрессивной. Мы везли ее к бабушке, на новогодние каникулы, так как у них были хорошие, доверительные взаимоотношения и думали, что Милдред найдет подход к Селене. Так как периодами она была неуправляема»-договорила Николь.

«Он может её оставить при себе, вырастить её для себя»-сказал Стэнли.

В эту секунду в другом помещении послышался громкий звук разбившегося и падающего на пол стекла, что-то упало на пол. Они выбежали и увидели окровавленную женщину, местами на ней не было кожи, а также левой руки и правой ноги, в глазу торчал кухонный нож. Послышался непонятный, неприятный звук похожий на тот, что производят насекомые. С потолка и стен бежало огромное стадо больших тараканов, которые подсвечивались зеленым цветом. По полу прыгали вши и клопы размером с кулак, издавая как будто радостное клокотание.

«Бежим в подвал, там есть вход в канализацию, один из путей ведет в мэрию, где и заседает эта хунта»-кричал Стэнли. Они бежали по лестнице вниз, сначала Николь, за ней Дон и последним бежал Купер. Оказавшись в подвале, впереди в метрах пятидесяти была дверь, помощник шерифа скомандовал: - «Туда». Подбежав к ним, двери оказались закрыты, Стэнли снял с груди ключ и передал его Дону. -«Открывай». Рой насекомых приближался. Но помимо шума бегущих насекомых, появился отчетливый звук, похожий на то, когда осколком битой бутылки проводят по стене. Дон пытался вставить ключ, но замок заклинило.

Один клоп вцепился в руку Николь пытаясь прокусить её. Дон достал нож, и срезал его с куртки Николь.

В следующую секунду они увидели нечто. К ним шёл, наступая на тараканов, непонятная особь. Вместо головы, прямо в шею входила бутылка из-под водки, вокруг шеи было некое подобие ожерелья из небольших голов, похожих на человеческие. Торс был голый, цвета мертвого тела. Ноги закрывало некое подобие платья из черной резины. В руках у него была огромная секира, в крови.

В следующий момент Стэнли Купер понял, что времени у них войти всем троим и захлопнуть двери не хватит. Кому-то нужно будет пожертвовать собой ради того, чтобы другие жили. Тогда он, перезарядив карабин, пробормотал что-то нехорошее про маму бутылочноголового открыл по нему огонь, того немного откидывало, но он продолжал движение, и был уже рядом с Купером. Он поднял руку и схватил Купера за голову. Двери наконец поддались, Дон впустил Николь и перед тем, как забежать самому, он увидел, как Ботл, (будем называть его так) начиная от груди и до самого паха, грязными когтями, сделал надрез на теле Стэнли, тот же в этот момент издавал крики боли и влил кровь через горлышко бутылки, держа Купера, вытянутыми руками над собой. Закрыв за собой двери, они слышали, как Ботл бьет по двери секирой, но дверь была очень массивная и не поддавалась. Но на нервы это действовало изрядно. Через минуту удары прекратились и все затихло.

Глава 3 .Встреча с Купером

«Надо искать полицейский участок, возможно там мы найдем, средство связи, рацию или телефон-сказал Дональд.

Посмотрев на карту, они шли мимо кирпичных домов. В воздухе несмотря на постоянный ветер, витал неприятный запах химикатов.

Дойдя до перекрестка «4way», где пересекались две дороги, одна шла с холмов вниз, другая по которой они шли, проходила поперек. Внезапно Николь услышала тихий детский плач, и из окна дома первого этажа, со звуками падающего стекла в нескольких метрах от них стоял и смотрел непонятное существо. Ростом примерно 5 футов 9 дюймов, худощавого телосложения с неестественной темной кожей, словно он был уже мертв, челюсть его была набекрень, примерно от локтей у него вместо рук у него были иглы. Дону они напомнили иглы, которые надевают на медицинские шприцы. Неспешной походкой он направился в сторону Дона и Николь, издавая непонятное мычание.

Дональд потянулся в карман за револьвером. Он взвел курок и предупредил: «Вы угрожаете мне и моей жене. Если вы не остановитесь, я буду вынужден выстрелить!». Никакой реакции. Существо продолжило движение в их сторону.

Николь закричала: -“Господи Донни. Снеси этой мрази, пол черепа. Ты же видишь, что это не человек!

Дональд хранил дома пистолет. Но, на всякий случай. И считал, если у тебя есть огнестрельное оружие, оно не должно выстрелить, никогда. Его оружием были книга, ручка и бумага. Он считал, что в стране, колыбели демократии, где соблюдают права и свободу граждан, нужно решать вопросы без применения насилия. Но, сейчас была прямая угроза его жизни и жизни его жены. Существо подняло правую конечность с иглой, и она угрожающе стало раскаляться до красного цвета.

Дональд целился в голову, но не попал. Существо продолжило движение. Со второй попытки он выстрелил и попал в голову. Тварь издала мычание, похожее на то, когда из человека одержимого, изгоняют дьявола и он нехотя покидает тело. После этого существо упало на асфальт.

«Что здесь происходит, Дон. Какой-то заброшенный город, которого нет на карте, туловище без ног, а теперь непонятная гнида с иголками вместо рук! -возмущенно говорила Нико.

-“Если бы я знал. Пойдем. Нам нужно торопиться”-ответил Дональд.

Они быстрым шагом нашли нужный поворот и оказались перед вывеской: «Шериф города Сейф Хэвен». Перед входом было некое подобие баррикад из старых автомобилей, нагроможденных рядами. На воротах была цепь и навесной замок. Дональд попробовал применить ключ, найденный на парковке, он подошел.

Они вошли в фойе. Дон включил фонарь. Ресепшн был пуст, это было неудивительно, учитывая окружающую обстановку. Пройдя за стойку регистрации, Дон увидел там компьютер модели «Atari 400», такие модели начали выпускать в 1979 году. Подсвечивая себе фонарём, он обратил внимание на стенд, на нем кнопками были приколоты газетные вырезки из местной газеты. Она называлась «Сейф Хэвен Ньюс» и была датирована 31 августа 1978 года. Заголовок гласил: «Нас травят». В статье автор критиковал компанию и совет директоров завода «Poison Industries» по производству вредных удобрений для почвы и химикатов для уничтожения тараканов и грызунов. Он винил их в распространении и попадании ядовитых веществ в почву, воду и воздух. Также было сказано, что рабочие не получающие должной защиты, болеют. После нескольких лет работы 30-летний мужчина превращался в дряхлого старика и получал целый букет заболеваний, в том числе онкологических. За неимением альтернативы продолжая убивать себя на этой работе.

«Я немного начинаю понимать, что здесь произошло»-прервала молчание Николь.

-«Нужны факты, предполагать, не значит располагать. Пойдем дальше»-ответил Дональд.

Они шли мимо столов, где обычно помощники шерифа допрашивают задержанных. В этот момент им навстречу с карабином в руках выбежал человек, это был афроамериканец средних лет, в куртке шерифа.

«Поднять руки так чтобы я их видел и не делать резких движений». -гаркнул незнакомец.

«Кто такие и что здесь делаете?»- задал он вопрос.

Дональд начал говорить: «Мы ищем свою дочь Селену. Я адвокат меня зовут Дональд Эмери, а это моя жена Николь. Вчера мы выехали из Бостона в направлении Бангора, проехав Ньюпорт, после должны были проезжать Хэмптон, но потом на дороге пропали все указатели, мы ехали дальше, шёл сильный снег, дорогу занесло, машина застряла, пока мы пытались её вытолкать-наша дочь пропала».

-«Из Бостона?»-недоверчиво произнес коп.

-«Да»-ответил Дональд.

-«Ред Сокс» чемпионы? -спросил незнакомец, немного опуская карабин.

-«Были в 86м, последний раз»-ответил Дональд.

«В каком 86м, сейчас 1983 год, вы странно одеты и странно говорите! - выкрикнул шериф и снова поднял карабин.

Дональд, не обращая внимания на агрессию продолжил говорить спокойным, но уверенным тоном: -«Сейчас идет 2000 год, президент США демократ Билл Клинтон.

«Черт возьми, этого не может быть, но я вам верю, вы не похожи на местных. Но и на негодяев тоже, пойдёмте за мной». -сказал коп.

Они прошли по коридору в кабинет шерифа, незнакомец расположился в кресле и достал бутылку бурбона «Jim beam» ,3 стакана и разлил всем. В полутьме при свете луны, на него падал свет, и они смогли рассмотреть человека получше. Это был мужчина около 45 лет, белый, с усами. На форме у него красовался значок «Офис шерифа города Сейф Хэвен».

«Меня зовут Стэнли Купер. Пятнадцать лет я работал помощником шерифа в этом городке. До начала 70-х все было нормально. Это был развивающийся город, действовал завод химической промышленности и давал работу населению, фермеры держали свое хозяйство, маленькие магазинчики, парикмахерские и так далее. После работы работяги выпивали в пабах и шли домой. По воскресениям ходили в церковь. Из «серьезных» правонарушений это драка в баре или мелкое воровство на заводе. Все шло своим чередом. Жизнь обычной американской провинции. Но в 1976 году завод пришел в упадок, совет директоров что-то там не поделил, ну понятно, что е***ть их, деньги. Им пришлось продать свои акции неким темным людям, называвшими себя «Poison Industries». Менее компетентным, которые начали создавать здесь удобрения, которые только наносили вред картофелю, кукурузе. Также они начали изготавливать средства по уничтожению грызунов, мышей, крыс. Я не знаю, делали они это нарочно или по незнанию, сейчас это не имеет значения, но за несколько лет, земля что была обработана химикатами стала неплодородной. Люди что работали там, стали неуравновешенными, процент преступлений вырос в несколько раз, бытовое насилие стало нормой. Смертность от сердечных приступов и от раковых заболеваний увеличилось втрое. Кто мог, уехал за лучшей жизнью, но не все могли себе это позволить. Некогда светлый и чистый город постепенно превратился в грязную, ядовитую дыру. Ухудшился климат. Лето пропало, как и осень с весной. Здесь постоянный холод и снег. А также только один световой день в месяце, остальные 30 дней ночь.

Дональд прервал монолог: «На одном из перекрестков мы повстречали непонятное существо, это был не человек, кожа его сгнила, он больше напоминал мутанта. Мы его застрелили. Что это такое было?».

Купер, будто не замечая его слов, продолжил: «Завод «Poison Industries» закрылся в 1981. В городе осталось около 1000 человек, вместе с нами, ну «Офис Шерифа», нас было 10 человек. Крысы, что поедали удобрения и отраву с завода, стали агрессивными кусали людей, распространяли заразу. Ещё вы можете повстречать мутировавших насекомых, это так на заметку. Многие превратились в нечто-то, что вы видели на перекрестке вчера. В город приехала полиция штата, ФБР и другие важные шишки из Вашингтона».

Стенли взял паузу и плеснул по стаканам еще бурбона, потом закурил сигарету и продолжил: «Они оцепили по периметру город, не давая никому его покинуть. Власти признали всех нас зараженными и представляющими опасность для остального общества. То есть мы представители закона, остались без полномочий и нас никто уже не слушал. Те мрази которых породил завод, начали нападать и убивать простых граждан. Началась анархия. Все, кто остался, стали заботиться о безопасности, защищаться от мутантов и по возможности убивать их. Все продуктовые склады, бензин, медикаменты, склады с оружием, тёплая одежда все было разграблено. Раз в неделю нам с вертолетов скидывали гуманитарную помощь, потом раз в две недели, далее раз в месяц. А потом о нас вообще забыли. Некоторые начали на этом наживаться. В условиях беззакония людям нужен был тот, кто их объединит и поможет им выжить. Нашёлся такой человек зовут его Энтони «Тони» Хост. Он просто наглый, страдает манией величия. У него были проблемы с законом, несколько отсидок за кражи и подделку чеков. Он быстро сколотил банду со своими приближенными, создал некое подобие диктатуры, общины, секты называйте, как хотите. Они намешали там всего.

«Видели на стенах символ открытую ладонь с глазом посередине»? -сказал Стэнли смотря на Дона и Николь.

Дональд показал глазами что видел, Николь кивнула в ответ.

Помимо них, в этом городе есть большое количество мутантов, питающимися человеческой плотью. Они обожают разрывать людей на части. Выедать у добычи глаза, и они почему-то в особенности любят есть ступни человека. У них тоже есть предводитель. Скоро вы неизбежно столкнетесь с ним. Еще здесь присутствует некая необъяснимая чертовщина, голоса разных людей, мужские, женские, детские. Но я не нахожу этому объяснения. Стэнли умолк, смотря куда-то вдаль.

-«Мы ищем свою дочь Селесту. Донни, покажи ему фото»-с волнением и болью в голосе сказала Николь.

Дональд достал бумажник, на нём была фотография их дочери и протянул его Стэнли.

Помощник шерифа изменился в лице. –«Она мне напоминает уменьшенную копию дочки Тони Хоста, которую разорвал на части мутант в прошлом году. Она как две капли воды похожа на неё. Скорее всего её пропажа это его рук дело. Вы вообще зачем ехали в Бангор?» —внезапно спросил Купер.

-«Селена начала странно себя вести последний год-отвечала Николь. Ей снились кошмары, она ходила во сне и звала кого-то, разговаривала сама с собой, стала агрессивной. Мы везли ее к бабушке, на новогодние каникулы, так как у них были хорошие, доверительные взаимоотношения и думали, что Милдред найдет подход к Селене. Так как периодами она была неуправляема»-договорила Николь.

«Он может её оставить при себе, вырастить её для себя»-сказал Стэнли.

В эту секунду в другом помещении послышался громкий звук разбившегося и падающего на пол стекла, что-то упало на пол. Они выбежали и увидели окровавленную женщину, местами на ней не было кожи, а также левой руки и правой ноги, в глазу торчал кухонный нож. Послышался непонятный, неприятный звук похожий на тот, что производят насекомые. С потолка и стен бежало огромное стадо больших тараканов, которые подсвечивались зеленым цветом. По полу прыгали вши и клопы размером с кулак, издавая как будто радостное клокотание.

«Бежим в подвал, там есть вход в канализацию, один из путей ведет в мэрию, где и заседает эта хунта»-кричал Стэнли. Они бежали по лестнице вниз, сначала Николь, за ней Дон и последним бежал Купер. Оказавшись в подвале, впереди в метрах пятидесяти была дверь, помощник шерифа скомандовал: - «Туда». Подбежав к ним, двери оказались закрыты, Стэнли снял с груди ключ и передал его Дону. -«Открывай». Рой насекомых приближался. Но помимо шума бегущих насекомых, появился отчетливый звук, похожий на то, когда осколком битой бутылки проводят по стене. Дон пытался вставить ключ, но замок заклинило.

Один клоп вцепился в руку Николь пытаясь прокусить её. Дон достал нож, и срезал его с куртки Николь.

В следующую секунду они увидели нечто. К ним шёл, наступая на тараканов, непонятная особь. Вместо головы, прямо в шею входила бутылка из-под водки, вокруг шеи было некое подобие ожерелья из небольших голов, похожих на человеческие. Торс был голый, цвета мертвого тела. Ноги закрывало некое подобие платья из черной резины. В руках у него была огромная секира, в крови.

В следующий момент Стэнли Купер понял, что времени у них войти всем троим и захлопнуть двери не хватит. Кому-то нужно будет пожертвовать собой ради того, чтобы другие жили. Тогда он, перезарядив карабин, пробормотал что-то нехорошее про маму бутылочноголового открыл по нему огонь, того немного откидывало, но он продолжал движение, и был уже рядом с Купером. Он поднял руку и схватил Купера за голову. Двери наконец поддались, Дон впустил Николь и перед тем, как забежать самому, он увидел, как Ботл, (будем называть его так) начиная от груди и до самого паха, грязными когтями, сделал надрез на теле Стэнли, тот же в этот момент издавал крики боли и влил кровь через горлышко бутылки, держа Купера, вытянутыми руками над собой. Закрыв за собой двери, они слышали, как Ботл бьет по двери секирой, но дверь была очень массивная и не поддавалась. Но на нервы это действовало изрядно. Через минуту удары прекратились и все затихло.

Глава 4. Клоака

Дональд осветил фонарём помещение. Перед ними было прямоугольное темное пространство, с люком посередине. Вдруг они сверху услышали звук шагов женских каблуков. Они переглянулись.

«Пойдем»-произнес Дон. Но когда они сделали пару шагов, перед ними сверху спрыгнуло существо похожее внешне на девушку в форме стюардессы. На ней был синий пиджак, с бейджем. На нем красовалась фамилия «Vulgar», под пиджаком была белая блузка и такая же синяя юбка, порванная. На ногах у нее были чулки и черные туфли. Лицо её было обезображено, глазницы были пустые, волосы темного цвета. Блузка была неприлично расстегнута, так что было видно грудь наполовину. Губы при этом были сжаты в скупой улыбке. В руках у нее были крюки. Она угрожающе быстро шла в направлении Ники и Дона размахивая крюками. Она занесла руки чтобы ударить, Дональд оттолкнул Ники в левую сторону, сам прыгнул в правую, перекатился достал кольт и выстрелил. Пуля попала в левую руку, стюардесса вскрикнула и побежала на Дона. Было видно, что он выключил её левую руку. Он быстро встал чтобы видеть её движение, но уперся в стену. Миссис Вулгар занесла правую руку чтобы ударить. Дон вскрикнул от боли и выронил пистолет из правой. Он увидел, как в левом плече у него оказался крюк. Стюардесса давила в плечо с намерением нанести больше урона, и показала свои страшные зубы, с намерением откусить нос Дональду. В этот момент сбоку подбежала Николь, с пистолетом в правой руке и прострелила голову миссис Вулгар.

-«Я уже начинаю привыкать к местным странностям»- сказала она и сделала застенчивые глаза, разводя руки в стороны, держа кольт на указательном пальце правой руки.

-«Пойдем, нужно искать Селену»-сказала Нико.

-«Подожди я вытру кровь»-ответил Дон.

Вдвоем они смогли отодвинуть крышку люка и спустились в канализацию. Они очутились под городом. Стояла тишина, она больше всего давила на психику, лишь вдалеке был слышен звук капающей воды. Сырые бетонные стены, запах сырости и фекалий. В голове у Дональда вдруг появился сначала детский плач, а потом голос, очень похожий на голос Селены- «В городе отрава, а ты иди направо» потом смех и всё затихло.

-«Дональд, что с тобой? -спросила Николь, увидев, что он смотрит в одну точку и молчит.

-«Я слышал голос Селены. Пойдем»-сказал Дональд.

-«И что она сказала?»-повернув голову к нему, спросила Ники.Но Дональд не ответил, он указал на костер впереди. Он достал Кольт и посветил фонарём туда. Там было два человека.

«Кто такие?»-закричал Дональд, чтобы сбить с толку незнакомцев.

«Мы мирные»-ответил мужской голос.

Подойдя поближе, они рассмотрели чужаков поближе. Первый был мужчина около пятидесяти лет и женщина того же примерно возраста.

«Мы жители Сейф Хэвен. Живем здесь уже несколько лет. Меня зовут Джо, а это Линда»-он указал рукой на свою спутницу. Лица у них были бледного цвета, глаза выпученные, одежда была похожа на лохмотья.

Дональд обратил внимание на готовящийся котел на костре. «Разделите ли c нами трапезу? Я готовлю суп из крыс и водорослей. Дональд вспомнил что ели они последний раз в Портленде, по дороге в Бангор. Но есть суп из ядовитых крыс, Дональд не собирался. Но запах вареного мяса, не был противным. Желудок просил еды. Им нужны были силы чтобы двигаться дальше и Дон сказал: «Как вы можете есть это? Крысы же насквозь пропитаны ядом».

-«Если варить два часа, то яд вываривается и эти крыски вполне съедобны»- улыбнулся Джо, показав свои желтые зубы и радостно потирая руки.

-«Я не смогу это съесть»-произнесла Николь.

-«Выбора нет. «Иначе мы не дойдем», —сказал Дон.

Джо налил каждому в тарелку супа, где были водоросли, две крысы с предварительно выпотрошенными внутренностями и предложил сесть у костра.

«Мы живем здесь с самого того момента, когда началась вся заваруха с «Poison Industries». Моя жена работала у них секретарем. Сам же я заведовал цехом по фасовке готового продукта. Помимо мышьяка и таллия, они добавляли неизвестный ингредиент. Это был эксперимент, времени на проверку и изучение никто не давал. Лаборантов торопили. Так как компания работала в убыток, были большие долги. Чтобы выправить финансовое положение, они шли на рискованный шаг. Когда пошла первая волна зараженных, я сразу понял, что этим все не закончится. Дело шло к экологической катастрофе, хаосу. Мы ушли под землю, я считал, что это единственный способ выжить. Нас было намного больше, но со временем все они ослабели от жизни в канализации и один за одним, умерли.

Дон смотрел на них, внимательно слушал и его не покидало какое-то странное чувство. Интуиция подсказывала ему что эти люди чего-то недоговаривают. Линда прятала глаза, а у Джо бегали глазки. Он постоянно переводил взгляд на Линду.

«Я отойду справлю нужду»-сказал Дональд. Отойдя чуть подальше, он стал рассматривать пристанище Джо и Линды повнимательнее. Это был всякий хлам. Разная одежда, мужская, женская, детская. Какие-то предметы обихода. Дальше он увидел стол, на нём видны были бурые пятна и … человеческие пальцы ног и рук, лежавшие в беспорядке. Далее он увидел кости. Они были точно человеческие. И ладно можно было бы это списать на то, что люди погибли от голода. Но на черепах он видел проломы, почти на каждом. Дональд работал адвокатом и не раз присутствовал при вскрытии и эксгумации останков. Эти травмы на черепах говорили о насильственной смерти.

Он вернулся. Николь рассказывала им о том, что скоро они вернутся домой, как только заберут из лап злодеев свою дочь. Дон пришел и сел, как будто ничего не видел. Он спросил у Джо-«Как нам попасть в мэрию через канализацию?».

Джо, скрывая зло в глазах произнес-«Впереди три пути. Какой куда, я не знаю. Один из них ведет на городское кладбище, второй выходит в центр города, третий же ведет в подвал мэрии.

По взгляду Дона, Джо догадался что он разоблачил их.

«Нам пришлось это делать, чтобы выжить. Все это делали, мы лишь остались, потому что я самый сильный и стойкий, а Линда была под моей защитой. Мы ели таких же как мы, а они ели друг друга». В этот момент людоед достал из-за пазухи нож и бросился в сторону Дональда. Но реакция адвоката была быстрее, он вынул из кармана кольт и выстрелил в грудь. Джо упал замертво. Линда начала истошно кричать и убегать.

«Оставь её»-приказным тоном сказал Дон. -«Все равно она не выживет одна, да и с тем грузом совершенного ими, невозможно жить».

Пройдя пешком около километра по прямой, они увидели три арки каждая куда-то вела. Им пришлось остановиться для того, чтобы перевязать плечо Дональда, оно кровоточило. Нико оторвала часть своей кофты и как могла сделала перевязку. Пока она то делала, Дон терпел боль и курил сигарету.

Адвокат Дональд Эмери в подростковом возрасте стал свидетелем смерти. Нет он не был виноват. С соседским мальчиком они лазили по деревьям, Дон лез первым. Взобравшись, высоко решили было спускаться, но это оказалось сложнее чем залезть. Второй мальчик звали его Дэнни Янг, отец его работал строителем, а мать была учительницей в школе. Типичная американская семья. Но тогда судьбе или случаю, а возможно и сломанной ветке, показалось что этому миру больше не нужен мальчик Дэнни. Он падал, с глазами полными непонимания и страха. Дональд запомнил их на всю жизнь. На земле лежал большой камень. Об него и ударился затылком Дэнни. Дон спустился с дерева и побежал к родителям, чтобы они вызвали скорую помощь. Но в больнице он умер.

Дональд не скинул Дэнни, не было в его действиях злого умысла. Он предложил ему соревнование, кто выше заберется.

Адвокат часто возвращался мыслями в тот день и прокручивал варианты в голове, что он мог оказать первую помощь, а не тратить время на дорогу до дома. Он думал зачем он вообще затеял это. Скорая помощь приехала через 15 минут, мальчик был уже без сознания. Он ничем не мог ему помочь, но чувство вины осталось с ним.

Ники и Дон дошли до того места, где дорога разделялась на три тоннеля. Они пошли направо. Дональд снова услышал детский плач и голос Селены: -«Берегись их яда, ты им нужен для обряда».

Он остановился, подумал, чтобы это могло значить. Впереди виднелось помещение и длинная лестница из арматуры наверх. Но тут впереди показались две фигуры одна мужская, другая женская размером в 5 или 6 футов. У мужской фигуры на шее была обычная цепь, на которых держат собак во дворе, на нем был черный грязный пиджак, рубашка с бабочкой. На руке вместо наручных часов, на ремне был привязан будильник. Лицо его разделилось на два лика. Левая часть было обезображено и показывало нарочитую невинность. Правая же часть изображало неприкрытую злобу и злость. Два глаза напоминали, глаза свиньи, которую ведут на бойню. У женщины были длинные темные волосы, лицо её было покрыто морщинами и язвами. Кожа была цвета грязного трупа. На ней было вечернее красное платье, с разрезом. Было видно, что раньше она была молода и привлекательна, но время не пощадило её. Во рту языком напоказ она перебирала монету в десять центов. При этом они громко и мерзко смеялись. Впереди них стояли дети с виду лет 11–12. Их было трое. Два мальчика и одна девочка. Они были упитаны, видно, что раньше кушали они хорошо. Глаза у них отсутствовали, там были просто дыры. Мальчик ел гамбургер, но вместо котлеты, он откусывал кусочки сырого человеческого сердца, которое билось в этот момент. На шее у них у каждого были одинаковые поводки, с какой-то гравировкой, но разглядеть издалека было нельзя.

Николь произнесла-«Е***ть. Я раньше закидывалась таблетками на техно пати, но даже там я не видела ничего подобного».

«Держи кольт Нико. Там осталось два патрона».-с серьезным видом сказал Дональд.

Сам он достал из внутреннего кармана куртки армейский нож.

У детишек в руках появились кухонные ножи больше напоминавшие мачете. Двуличный пиджак, который, судя по всему, исполнял обязанности папы в этой семейке, перестал смеяться и издал вопль, похожий на боевой клич. Детишки с невероятной скоростью побежали на Дональда и Нико.

«Разделимся»-командовал Дон. -«Беги в левую сторону». Ники отбежала и за ней увязалось существо, напоминающее мальчика. На Дона напали девочка и мальчик. Бесовское создание выпрыгнуло вверх и летело вниз с двумя ножами, целясь в лицо Дональда. Он увернулся, существо ударилось в стену и на время оглушило себя. Но тут второе существо напало на Дональда, повалило его и попыталось воткнуть ножи в лицо адвокату.

В это время Нико нашла палку с гвоздями и когда тварь взлетела и приближалась к ней, она как Джо Ди Маджио в бейсболе, ударила в голову существу таким образом что голова улетела в одну сторону, тело в другую. Видя в этот момент что над Доном навис еще один «hell baby», она прицелилась из кольта и выстрелила. Пуля попала аккуратно в шею и тварь постепенно замедлилась, а после вовсе затихла. Третий «малыш», который был оглушен, начал приходить в себя, но Ники подбежала к нему и начала колотить сверху вниз, держа палку двумя руками при этом выкрикивая: - «Отдайте мою дочь. Отдайте мне мою дочь!». Брызги крови окропили лицо Николь, но она не унималась.

Увидев, что их детей больше нет, пиджак начал изрыгивать желчь, а его первая леди взялась истошно кричать с такой силой что Дона и Ники начало сдувать.

–«Бежим к лестнице»-орал Дональд.

Желчь попадала им на куртки и прожигала их. Но было не до этого. Дон подсадил Николь. Она начала подниматься по лестнице, Дональд достал из рюкзака бутылку с бензином. Всунул туда кусок ткани, некое подобие фитиля и попытался пропитать его. Когда пиджак и старая дива подбегали ближе он чиркнул зажигалкой, находясь на ступеньках сверху вниз. Фитиль загорелся в руках, и он кинул его. «Родители», которые уже начали подниматься по лестнице, вспыхнули. Пиджак, падая, зацепил старую диву и в огне они упали на пол. Издавая истошные вопли и крики в предсмертной агонии. Апофеозом всего этого действа послужила монетка в 10 центов которая катилась мимо горящих останков токсичных мутантов.

Вдвоем, они подняли люк и выбрались. Задвинули крышку люка назад, они легли чтобы отдохнуть, отдышаться и прийти в себя. Они оказались в подвале. Они увидели двери, которые служили выходом.

• «Нужно идти»-сказал Дональд.

• «Да»-ответила Николь.

Было видно, что они сильно устали. Одежда их была грязная, порванная и пропиталась кровью мутантов. Вдобавок ко всему у Дональда болело плечо, после встречи со стюардессой.

Глава 5.Тони Хост

Они открыли двери и оказались в холле здания, которое некогда было городским муниципалитетом города Сейф Хэвен.

Сейчас же поверх герба города, они увидели открытую ладонь с глазом, символ организации, которую создал Тони Хост. В холле был свет.

-«У власти всегда дела обстоят лучше, чем у народа»-сказал Дональд и усмехнулся.

-«Тише!»-сказала Нико.

Но через секунду к ним подбежали трое человек, все в серых плащах, двое были с автоматами, третий был с собакой породы ротвейлер. Пёс злобно рычал и гавкал на Дона и Нико. Дуло автоматов было направлено на них.

-«А мы вас уже ждем»-раздался бодрый голос из-за спин автоматчиков. К ним вышел человек 5.5 футов ростом. Около 50 лет. Волосы русого цвета, коротко стриженные. Руки он держал за спиной. На нем было некое подобие военной формы, красного цвета, с символом открытой ладони и глаза.

«Ведите их в мой кабинет»-скомандовал Хост.

Их привели в помещение, которое некогда было кабинетом мэра, сейчас это был кабинет Хоста.

«Усадите их в кресла»-рявкнул он.

Автоматчики молча подогнали кожаные кресла Дональду и Николь, посадили и отошли к двери.

«Моя служба разведки, ведёт вас с того самого момента, как вы въехали в Сейф Хэвен.

Признаться, я был очень удивлен. Сюда никто не приезжал с 1975 года. Только уезжали».

«Где наша дочь?»-задал вопрос Дональд.

Хост сначала опешил от такой наглости, ему редко кто-либо из подчиненных перечил.

«Вы не в тех условиях чтобы мне диктовать что-либо»-сказал Хост. Вы пока сидите и слушаете меня!

Он продолжил: -«Когда здесь в 1976 году, контрольный пакет акций выкупила фирма «Poison industries», я на тот момент не так давно вышел из тюрьмы и устроился на завод уборщиком. Но вы понимаете, амбиции мои были куда больше и глобальнее. Во время исследований лаборантов и опытов над химикатами, во время того, когда они уходили на обед, я мыл эти помещения и добавлял яд в пробирки который превышал мощность мышьяка в сто раз. Потом мои приближенные добавляли яд в общественных местах, где только можно было. В небольших дозах он сначала просто увеличивал агрессию. Здоровый сильный организм, он превращал в мутанта за несколько недель, организм же человека со слабым иммунитетом, например старика не выдерживал, и он умирал. Мутанты нужны были чтобы создать хаос. Люди были в замешательстве, власти закрыли город. Надежды не было. И тогда пришел я.

Со своими приближенными и группой военных, которые подчинялись только мне. Я дал людям еду, так как начался голод, земля стала неплодородной, а продукты в магазинах закончились быстро. Гуманитарная помощь тоже была под нашим контролем. Мы оборудовали под землей теплицы для выращивания овощей и фруктов. Мы разводим скот. Дозированно несколько раз в месяц выдаем людям мясо, делаем простейшие медикаменты. Люди радуются.

-«Ты превратил, процветающий город в клоаку, населенную мутантами и запуганным населением в 500 человек, который радуется е***им овощам и говядине, как мане небесной. Только лишь для того, чтобы утолить свою жажду власти! Ты живешь в своем мире. У вас здесь сейчас 1983.И у вас здесь нет просвета, нет радости. Вы живете чтобы не сдохнуть с голода! В моем мире сейчас 2000 год. Человечество входит в новое тысячелетие. Представляешь, что будет если я расскажу населению твоего городка, что есть иной мир, полный красок, радости, прогресса?»

-«Ты уже никому и ничего не расскажешь»-злым и уверенным голос сказал Хост.

«Вы будете осуждены нашим народным судом, как шпионы, несущие чуждую идею в наше прекрасное общество и растлевающие его».

-«Что с Вами делать, решит наш суд, но я на 95 процентов уверен, что тебя приговорят к высшей мере наказания. А высшая мера по законам города-государства Сейф Хэвен- повешение.

-«Жену твою-он посмотрел на Николь каким-то жадным взглядом. Она избежит высшего суда. Её приговорят скорее всего к длительному заключению, в нашей тюрьме. Ибо наше правосудие гуманно и женщин мы не вешаем. В будущем если она попросит её помиловать и напишет прошение, мы освободим её». Хост заговорщицки подмигнул Николь. Та в ответ захотела плюнуть в рожу Хоста, но сдержалась.

Ваша дочь, останется при мне. Я выращу из неё достойную смену, она в будущем, когда мы поднимем рождаемость, станет во главе города.

В дверь постучались, Хост сказал: «Войдите».

В дверях показался человек, примерно ровесник Дона, в белом халате, с лицом, не выражающим никаких эмоций. Он поклонился Хосту и произнес: -«Наш Ведущий. Доктор Симмонс по вашему указанию прибыл.

«Проверьте здоровье подсудимых и готовность их предстать перед судом»-сказал Хост.

Доктор с совершенным безразличием, напевая себе под нос песню Боба Дилана: «I'm going back to end my life. Down in the rising sun»,подошел посветил в глаза диагностическим фонариком, сначала Нико потом Дону, послушал стетоскопом сердцебиение. Проигнорировав то, что у Дональда было ранено плечо, он произнес: «Они совершенно здоровы!».

«От государственного защитника, предоставленного Вам народом города Сейф Хэвен вы отказываетесь?»

В ответ было молчание.

«Отлично, все формальности соблюдены»-с улыбкой произнес Хост. «Ведите их на народный суд, люди уже заждались, они хотят крови!».

На них надели наручники, вывели из здания мэрии, суд находился напротив. Метель и снег не прекращались, было темно. Туда уже шли горожане, лица их были бледны, одежда была похожа на лохмотья. Глаза выпучены, от хронического недоедания, постоянного стресса. Где-то вдалеке вылетел мутант, но тут же был расстрелян солдатами Хоста.

Их завели в здание, двое солдат в серых плащах с эмблемами открытой ладони с глазом, за спиной на ремне у них были автоматы Томпсона, и они вели Дональда и Николь под руки. Они прошли по холлу и войдя в двери они оказались в просторном помещении суда, где рядом с символом руки с глазом, находился большой портрет Хоста.

Под ними по центру сидел судья в мантии, с непроницаемым лицом. В руках он вертел молоток.

Их усадили за стол, с левой стороны, сняли наручники, и автоматчики встали за их спинами. По бокам расположились многочисленные жители города, в первом ряду сел сам Энтони Хост, но по обоим сторонам он сначала усадил свою охрану, а рядом он посадил…Селену.

Дональд и Николь попытались было привлечь внимание дочери, но были блокированы солдатами.

По правую сторону стоял человек, в синем пиджаке, в белой рубашке и черном галстуке. Держался он уверенно, ровно. По всей видимости это был прокурор.

Слева от судьи пониже, сидела женщина лет сорока, с красной помадой на губах, и записывала все происходящее в большую папку.

Люди с интересом разглядывали Николь и Дональда. Перешёптываясь, тыкали в них пальцами, кто-то проводил ребром ладони по шее, изображая экзекуцию.

Судья ударил несколько раз молотком и потребовал тишины.

«Всем встать! Суд идет»-потребовал судья.

Нико и Дональд отказались встать, но автоматчики силой подняли их.

«Прошу присутствующих, сесть». Все, кто был в зале, сели по своим местам.

«Рассматривается дело номер 3247.Народ против Дональда и Николь Эмери. Они обвиняются судом в шпионаже и работе на вражеские и чуждые элементы. Также их обвиняют в убийстве Джозефа Харрис и доведении до самоубийства Линды Харрис.

«Подсудимые признаете ли вы свою вину?».

Ответила Нико: -«Нет».

Прокурор взял слово. «Пересекали ли вы границу Сейф Хэвен вчера ночью? -сказал он, обращаясь к Дону и Нико.

Они игнорировали вопрос.

Прокурор продолжал: -«Вчера ночью вы выстрелили в Джозефа Харриса, убив его. Так ли это?».

Дональд и Николь снова проигнорировали.

Судья вмешался: «Вы обязаны отвечать на вопросы уважаемого прокурора!».

Дональд отвечал: «Нет, согласно Конституции Соединенных Штатов Америки на меня оказывается давление, и я не собираюсь свидетельствовать против себя! Может быть у вас свой свод правил и законов, мне он незнаком и чужд».

Судья сказал: «Вы оштрафованы на килограмм говядины, за неуважение к суду!

Дональд ответил: «Ваш Джозеф Харрис в канализации ел человечину со своей женой и угрожал убийством мне и моей жене. За что и был убит при необходимой самообороне! Жену его мы не трогали, она убежала. Что с ней было потом мы незнаем. Мы пошли искать свою дочь, которая сейчас удерживается незаконно у вашего самопровозглашенного Гитлера!

«Подсудимый встаньте»-сказал судья.

Автоматчики подняли Дональда.

«Вы оштрафованы на два килограмма говядины, за неуважение к суду и нашему верховному Ведущему! В третий раз я буду вынужден удалить вас из зала суда! Вы меня поняли?».

Дональд ответил молчанием.

Судья сказал: «Николь Эмери, вам слово, вы можете что-то сказать в свое оправдание?

Нико посмотрела на Дона и сказала: «Я выскажусь. Хотя и понимаю, что никакого смысла здесь нет. Весь этот суд- фарс. Вы нас уже осудили и меня неизбежно посадят, а моего мужа казнят. Но вы знайте, что вы судите невиновных людей.

«Вы»-она смотрел в сторону людей. "Вас обманывают. Мы случайно не понимаю, как оказались Сейф Хэвен, ведь его даже нет на карте. В 2000 году люди живут в согласии, чтут права и свободу. Вы здесь живете под давлением, вашу личность подавили настолько что вы рады руки целовать вашему диктатору за то, что он раз в неделю дарит Вам килограмм говядины. Это не есть норма"!

У меня всё ваша честь! -коверкала слова Николь, с презрением.

-«Если у вас все, суд удаляется для вынесения решения»-судья стукнул молотком и собирался вставать. Когда в ту же секунду сверху, проломив потолок спрыгнул Ботл. Топором он начал махать в разные стороны, разрезая людей на части. Он брал человека, разрывал его и выливал кровь в бутылку. Автоматчики начали стрелять в него, этой всей ситуацией воспользовались Нико и Дон. Так как перед судом им сняли наручники, они побежали в сторону трибуны, где находились Тони Хост и Селена. Добежав до нужного места Николь ударила в лицо Хоста, тот упал, и она продолжила бить его ногами приговаривая: -«Сука, за всю боль».

Её оттащил Дональд: -«Пойдем, нужно забирать Селену и бежать отсюда. Возьмем их машину, протараним забор и уедем».

«Мама, папа я так рада вас видеть»-кричала Селена.

Ботл продолжал свою кровавую вакханалию, не мог утолить жажду крови, солдаты решетили его из автоматов, но это только злило его. Под этот шум троица из Бостона выбежала через двери на улицу, Николь поддерживала Дона, так как он сильно ослабел и шел с трудом, рядом бежала Селена.

Около суда стоял большой фермерский грузовик модели «Ford» L-900. Николь открыла двери впустила Селену, Дона и села за руль.

Дон достал карту Сейф Хэвен. Ключи были в замке зажигания, Нико дала задний ход, Дон говорил куда ей ехать и через 20 минут, давя мутантов они выехали к большому забору из колючей проволоки высотой метров пять. Перед ними стояли солдаты, охранявшие его.

Нико не сбавляя хода поехала прям на них, они открыли стрельбу, Дон сказал Селене пригнуться, Нико держала руль и тоже немного пригнулась, лобовое стекло потрескалось. Солдаты отпрыгнули в разные стороны и грузовик протаранив забор, выехал за пределы города. Они доехали до ближайшего городка и спросили у случайного человека, который очищал крыльцо от снега-«Какой сейчас год?»

Он с удивлением посмотрел на них и сказал :двухтысячный. Они поблагодарили его и радостно улюлюкали, напевая в машине песню Боба Дилана: «Now the only thing a gambler needs".

Is a suitcase and trunk

And the only time he's satisfied

Is when he's on a drunk.

«Едем в Бангор»-не скрывая облегчения сказал Дональд.