Первая неделя Стивенсонов прошла в страхе и тревоге. Линда боялась заходить в комнату дочери и лишь передавала мужу легкую пищу, которой он кормил дочь или то, что было вместо нее. Дэвид приоткрывал дверь в комнату, смотрел некоторое время на Лизу и только потом заходил. Он почти сразу убрал дыхательную маску от девочки, так как она спокойно задышала сама без всякой поддержки уже через несколько часов после появления в ее теле незнакомца. Это была первая и очень скорая победа. Теперь ее можно было нормально кормить. Собственно, пока взаимодействие родителей и ребенка этим и ограничивалось.
Дэвид подходил к дочери и садился рядом, после чего зачерпывал ложкой сметану и подносил ее к губам Лизы. Взгляд дочери пугал даже такого человека, как Дэвид. Как только дверь в ее комнату открывалась, то можно было увидеть как глаза девочки мгновенно падали на входящего, и ее лицо, насколько это было возможно и видно, искривлялось в гримасе. Мистер Грин, как его называла Бриджит, никак себя не проявлял кроме этого прожигающего насквозь взгляда и первых успехов в его своеобразном лечении. Поднося ложку ко рту дочери, Дэвид смотрел в ее глаза. Это были, даже в нынешнем состоянии, тем самые глаза, которые он видел и любил много-много лет. Но теперь они смотрели так, что легкая дрожь в его крепких руках давала о себе знать. Дэвид пытался подавать ложку так, чтобы его, в случае чего, не укусили.
Джиму так ничего и не сказали. Рассчет родителей на то, что он поверит в чудесный эффект новых дорогих лекарств, оказался верен. Джим был рад происходящему и часто заглядывал в комнату к сестре. Говорил с ней, рассказывал что в доме появилось нового после того, как она попала в больницу. Он даже рассказал ей о том, что его дразнят пугливым в школе после случая, когда он испугался в туалете паука, а на спортивной площадке резко появившегося из-за кустов старшеклассника с девчонкой. Рассказал и о классных фильмах, которые успел посмотреть, чтобы перебороть свой страх и приобщиться к прекрасному. О том, что ему не нравится бегать с знакомыми мальчиками и творить всякие глупости, что он считает их дураками. Раньше он никогда таких вещей сестре не рассказывал, но теперь почувствовал некое тепло между ними, возможно произрастающее из его жалости. Ее странный взгляд он толковал как болезненную реакцию. Происходящее подняло ему настроение и придало гордости за богатого папу, который смог купить такие лекарства, которые скоро поставят сестру на ноги. Кресты на стенах он сначала не замечал, а когда увидел, то отец сказал, что они люди верующие, и что от крестов хуже не будет, а польза будет очевидна.
Фрутти, когда поднималась вслед за отцом, матерью или братом, всегда машинально останавливалась перед дверью Лизы и дальше не шла. Один раз, когда дверь осталась приоткрыта, она остановилась и оскалила маленькие зубки, глядя на лежащее нечто и издавая слабенький рык. Как только взгляд Лизы падал на нее, то она тут же меняла выражение морды и убегала.
В один из дней в кабинет Дэвида зашел его помощник и доложил о том, что сделка по аренде помещения для его нового ресторана, который должен был расположиться в главном торговом центре столицы штата, под угрозой. Нельсон предлагает собственнику лучшие условия. “Сволочь!” - крикнул Дэвид.
Дэвид давно хотел добиться того, чтобы “Бифферс” стал главным брендом вкусного и быстрого питания в штате, превратившись из сильного игрока на рынке в доминирующую фигуру и вышел на федеральный уровень. А все федералы концентрировались в центральном, самом известном и большом торговом центре “Золотой город”, который был, как оценивали многие, и первым торговым центром штата. Выход туда был бы шагом в будущее, шагом на национальный уровень. Он бы мог открыть двери для тех, кто приехал в его штат, но не добрался до его городка. Гости бы узнали какая сочная курица и какие мягкие булочки в его “Бифферсе”. Он бы начал заключать контракты, давать больше рекламы, открывать точки по всей стране. Словно региональный футбольный клуб, о котором знают только местные ценители, вышел на международный чемпионат и сражается с именитыми командами из Испании и Германии.
Одной из специальных задач помощника Дэвида была слежка за “Золотым городом”. Нельзя было упустить момент, когда где-то освободится место под его ресторан. Нужно было захватить новую территорию. Львиная жажда этого мяса играла в Дэвиде давно. Вот и освободилось место, помощник начал переговоры. Цену “Бифферс” со скрежетом, но мог себе позволить, особенно в условиях таких больших перспектив.
Но Чарльз Нельсон, владелец сети ресторанов “У Нельсона”, прямой и самый главный конкурент Дэвида, который грезил теми же мечтами и занимал такую же долю местного рынка, также вошел в переговоры и предложил цену, которая была выше цены, озвученной арендодателем Дэвиду. “Неслыханно! Я первый сюда нацелился! Пошел к черту этот засранец!” - кричал на помощника Дэвид.
Успокоившись, он стал думать что делать дальше. Бюджет “Бифферса” не резиновый, но когда еще такой шанс выпадет? В прошлый раз место в “Золотом городе” освобождалось лет пять назад, если не больше. Покурив, Дэвид дал поручение помощнику дать ему полный отчет по свободным деньгам компании. “Надо пережать.” - сказал себе он, туша сигарету о мусорное ведро.
Линда после двух недель сожительства с пришедшей в себя дочерью была полна оптимизма и свежести. До претворения в жизнь их затеи с мистером Грином она боялась, что в дом вместе с ним придет и всякая чертовщина. Но все было спокойно. Как будто никого постороннего в доме и не было. Она еще раз ходила к Бриджит и всячески ее благодарила, после чего повторила свой визит, когда Лиза начала слегка дергать руками и поворачивать голову. Она испекла для своей благодетельницы шоколадный пирог и заботливо сдобрила его взбитыми сливками. Бриджит с удивлением приняла такой подарок, но, чего не ожидала Линда, не пригласила поесть вместе этот самый пирог. “Закрытая женщина. С ее профессией ей можно простить.” - решила Линда, нисколько не расстроившись.
Она, будучи домохозяйкой и постоянно находясь дома, часто заходила к Лизе. Страх скоро выветрился из головы, и она стала проводить с дочерью все больше времени. Действительно, бояться было нечего. Лиза лежала словно обычный человек. Принимала пищу с ложки, использовала по назначению принадлежности для справления нужды, медленно поворачивала голову, спокойно дышала. Взгляд ее сгладился и стал не таким испепеляющим. Теперь он казался просто напряженным. Как решила Линда, дух привык к новому месту жительства.
Однажды, когда Лиза уже начала поворачивать голову, Линда спросила слышит ли сейчас ее дочь и попросила повернуть голову вправо, если нет, и влево, если да. Голова повернулась влево, что безумно обрадовало мать. Она рассказывала дочери свежие новости из телевизора, доходящие до нее новости из университета дочери, сетовала на подскочившие цены на продукты и т.д. Дочь внимательно слушала. Или так казалось.
В одну ночь Линда, почувствовав волну необъяснимого волнения и страха, который время от времени посещает каждую женщину, решила зайти в комнату дочери и проверить что там происходит под покровом ночи. Для безопасности она взяла в руку небольшую свечу. Подойдя к двери, она прислушалась. Ничего. Слегка приоткрыв ее, она увидела, как Лиза мирно лежит в лунном свете. Как обычно, ее взгляд стремительно направился на гостью, она не спала. Осмотрев на всякий случай помещение и убедившись в том, что все спокойно, Линда подошла к дочери.
- Дорогая, ты почему не спишь?
Дочь никак не отреагировала на ее вопрос и продолжала смотреть, не отрывая взгляд и не моргая. Сейчас ее тело казалось искусственным, словно восковая фигура. Ни один мускул его не двигался, а взгляд уже стал холодным, как у манекенов в магазинах. Лишь огонь свечи отражался в этих безжизненных глазах.
Поняв, что ничего она здесь не добьется, Линда повернулась и пошла к двери. Краем глаза она заметила, что распятие, висевшее на стене напротив Лиззи, слегка покосилось. Она потянулась поправить его. Тут кардиомонитор громко запищал, пульс резко участился. Линда обернулась и убрала руку от распятия. Монитор успокоился. Лиза лежала все также недвижимо. По коже Линды пробежали мурашки и она решила, что пора идти спать. Безмолвно она вышла из комнаты и снова прислушалась, когда закрыла за собой дверь. Ничего.
Радуясь успехам секретного семейного предприятия, Линда позвонила Шерил, которая и свела их с Бриджит. Они договорились прогуляться, чтобы счастливая мать могла поблагодарить подругу и поделиться впечатлениями. Кроме мужа и Бриджит лишь Шерил знала о происходящем и могла выслушать Линду.
С какого то момента Джим стал плохо спать. Ничего тревожного в его жизни не происходило, разве что в школе его продолжали шпынять, но к этому он стал привыкать. Все ужасы из подвального набора уже давно были пересмотрены. Сейчас он вечерами смотрел оставшиеся фильмы, среди которых были комедии и мелодрамы. Днем он вполне хорошо себя чувствовал, хорошо ел, гулял с друзьями.
Джим просыпался от кого-то непонятного чувства тревоги. Оно словно толкало его ночью, после чего убегало. Он злился на это чувство, потому что оно поступало подло, но ничего не мог поделать. Отец же заявлял, что это возраст такой, и он сам через это проходил, после чего заключал, что вместо ныться сыну стоит больше гулять с друзьями и лапать девчонок, тогда и со сном наладится, когда парень начнет жить как положено в его возрасте, на что Линда делала недовольное лицо и говорила, что с такими друзьями наоборот надо гулять поменьше, так как недавно они мячом разбили окно старушки неподалеку.
Дни шли, а проблема не исчезала. Вскоре Джим привык как и к подколам в школе.
Но в один из дней, когда сестра уже могла поворачивать головой, а именно на периоды выздоровления дочери теперь вся семья разделила свою жизнь, произошло нечто, что Джим уже не связывал со своим недомоганием.
В очередной раз проснувшись ночью, он решил пойти выпить молока. Он взял телефон и, включив фонарик, чтобы не быть ослепленным ярким светом домового освещения, побрел на кухню. Он спустился по лестнице со второго этажа, где находилась его комната, стоящая прямо напротив комнаты Лизы. На кухне он открыл холодильник, достал молоко и налил в кружку.
Два тихих шага послышались в коридоре, наглухо заполненным темнотой. Джим направил свет телефона в коридор, но никого не увидел. Решив, что ему показалось, он взял кружку и стал жадно пить молоко. Оно показалось мальчику слишком холодным и, опасаясь проблем с горлом, он поставил кружку в микроволновку. Ожидая, когда заветная кружка молока нагреется, он снова услышал шаги в коридоре и снова свет фонарика никого не выявил.
Ответа не последовало. Проверив сколько осталось греться молоку, он снова развернулся в сторону коридора. На нижней ступени лестницы сидел желтый плюшевый медвежонок. Джим дернулся. Он впервые видел эту вещь, такого в доме не было. Он светил в коридор фонариком, но мозг отговаривал его подходить и проверять что происходит в коридоре и что это за игрушка. “Может, это мама купила это для Фрутти и она оставила ее здесь, а я не заметил, когда спускался?”
Вдруг за его спиной резкий громкий “дзынь” заставил чуть ли не подпрыгнуть. Но это была лишь микроволновка. Достав кружку, он развернулся в сторону коридора. Мишка лежал на спине, словно его кто-то толкнул. Джим допил молоко, поставил кружку на стол и медленно направился к лестнице, чтобы вернуться в постель. Никаких следов Фрутти не было, это заставляло нервничать. Максимально медленно Джим приблизился к мишке. Фонарик прошелся по всему коридору и ничего необычного не обнаружил. Мишка улыбчиво лежал. Джим решил от греха по дальше пройти мимо и быстро поднялся по лестнице. Оказавшись наверху, он посветил вниз. Мишка лежал недвижимо. Джим закрылся в комнате и лег в кровать. Успокоившись, он быстро заснул.
Наутро на вопрос к матери покупала ли она новые игрушки для Фрутти, он получил отрицательный ответ, после чего разволновался, но смог себя успокоить тем, что скорее всего Фрутти принесла домой игрушку с улицы. Фрутти любила схватить какую-то дрянь в зубы и приволочь домой, за что была ругаема матерью. Видимо, куда-то болонка ее утром и уволокла, так как, когда он при свете солнца вышел на лестницу, мишки уже не было.
Лиза тяжело подняла веки, словно они весели по килограмму. Как только чувства вернулись к ней, она осознала, что лежит на грязной земле в холодной темноте. Ветер напряженно дул и раскачивал деревья вокруг. Обойдя глазами окружающую местность, но еще не имея сил даже поднять голову, Лиза поняла, что находится в лесу. Постепенно ветер становился холоднее, а ее розовая футболка и легкие джинсы все хуже справлялись с сохранением тепла.
Когда все системы сознания дали знать, что работают в штатном режиме, она начала робкие попытки движения. Сначала она переложила руку с одного места на другое, потом согнула и разогнула ногу, затем попыталась оторвать голову от земли. Вскоре, проверив работу тела, она неуклюже поднялась на колени и огляделась по сторонам. Лес, заполненный темнотой и продуваемый холодным ветром, особо сильные порывы которого поднимали ее волосы. Впереди вдалеке, где-то между деревьями, виднелась точка света.
Лиза осмотрела себя. Руки, ноги, голова, лицо, все тело было в порядке, разве что следы грязи с земли имели место на ее щеке, ладонях и одежде. Все карманы были пустыми.
Погрузившись в воспоминания, чтобы понять что происходит и где она, Лиза вспомнила все, что было в тот день вплоть до впечатавшегося в ее разум как пылающее клеймо вида грузовика с клубами дыма, вылетавшими из его труб. Она вспомнила и мгновение удара. Резкая титаническая боль, пронзившая все тело, как будто каждую клетку ее организма. Однако, боль эта была лишь мгновение, дальше все вокруг пропало. Словно она резко и принудительно заснула в объятиях адской боли. И вот теперь она проснулась здесь. Все попытки разума связать две эти нити терпели поражение и, чтобы не сойти с ума, Лиза бросила их, решив разобраться с этим по ходу дела.
Она не без труда встала на ноги и обняла себя, так как кусающий ветер никуда не уходил. Еще раз оглянувшись по сторонам, она не нашла ничего лучше, чем эта точка света впереди. Идти к ней было самым логичным шагом, и она пошла.
Завывания ветра и треск ветвей подгоняли ее. Временами казалось, что это воет не ветер, а что-то позади. Лиза оборачивалась, но ничего не видела. Иногда чудилось, что кусты и кроны деревьев шумят не из-за ветра, а от того, что в них кто-то есть. Пару раз она спотыкалась о валуны под ногами. Единственным источником света была полная луна, которая изредка вовсе скрывалась за облаками.
Пройдя какое-то время, девушка решила опереться на дерево и перевести дух. Снова окинув глазами лес, она сначала ничего примечательного не заметила. Но зайдя на второй круг осмотра, ее взгляд зацепился за странное движение. Дерево недалеко от нее сильно нагнулось и оттуда донесся треск. Подойдя на пару шагов ближе для лучшего обзора, Лиза попыталась присмотреться к происходящему. Вслед за первым деревом согнулось и второе, стоявшее ближе. Оно не выдержало и рухнуло. Лизу тряхнуло и она, покрываясь мурашками, быстро пошла в сторону огонька.
Несколько раз она оглядывалась, но никаких признаков преследования не видела. Вскоре девушка заметила на пути что-то большое и черное, лежащее на земле. Медленно подойдя ближе, Лиза рассмотрела то ли собаку то ли волка явно без признаков жизни и в луже чего-то темного. Рассмотреть подробнее не получалось, света луны не хватало. Лиза закрыла рот кулаком, чтобы не взвизгнуть. В этот момент на расстоянии около десятка деревьев от нее раздался глубокий низкий вой, напоминавший нечто среднее между воем кита и волка. Вой медленно разошелся по лесу и сменился звуком гнущегося дерева. Лиза всеми силами сдержала крик. Глаза ее намокли и она со всех ног побежала дальше, не отрывая глаз от своего пути. Ей казалось, что если она сейчас упадет, то ей конец, поэтому, насколько это возможно, всматривалась в землю перед собой.
Пробежав еще несколько минут, Лиза увидела слабые очертания дома впереди за деревьями. Волна облегчения окатила ее, и она с усилием рванула ко входу. При приближении можно было рассмотреть, что это крупный деревянный дом с небольшим садиком у одной из стен. На некотором расстоянии от дома слабо виднелись черты амбара. На деревянном столбе, воткнутом в землю, висела милого вида табличка с номером девять.
Лиза громко постучала во входную дверь и обернулась в сторону леса. Там было тихо, и все деревья смирно стояли, лишь качаясь на ветру. Замок со скрипом открылся, и за дверью показался высокий бородатый мужчина, спросивший Лизу кто она и что ей нужно. Пояснив мужчине, что она проснулась в лесу, испугалась чего-то страшного и прибежала сюда, Лиза попросилась войти, тем более, что она замерзла в одной футболке. Мужчина, подумав несколько секунд, впустил ее в дом. Краем глаза, прямо перед закрытием двери, Лиза увидела, как гнется дерево напротив дома.
Линда набрала в чайную ложку легкого яблочного пюре. Она сама его приготовила. С улыбкой она поднесла ложку ко рту, окруженному бинтами. Рот принял пюре. От этого Линда стала более позитивной.
Со временем мысль о том, что ее стряпню ест не совсем ее дочь, улетела из головы. Просто дочь болеет, но скоро выздоровеет. Ей словно дали волшебную таблетку, благодаря которой она пошла на поправку. Медленно, но верно. Как будто именно то, что они и говорили Джиму. Мистер Грин не проявлял себя как Мистер Грин, что подыгрывало ее пониманию ситуации. Ответ о том, что ее дочь ее слышит, Линда восприняла и общалась с дочерью как с дочерью.
- Лиззи, как ты себя чувствуешь? - спросила Линда с тяжелым вздохом.
Лиза молча смотрела ей в глаза, как она всегда не отрывала свой взгляд от гостя.
Поняв, что ответа она не получит и закончив кормление, Линда ушла вниз. Тут позвонила Шерил и сказала, что сейчас подойдет к их дому. Линда быстро собралась и вскоре они встретились у входа.
Шерил рассказала новость - она наконец-то закончила ремонт. Долгий год мучительных выборов шкафов, ковриков, посуды и так далее закончился, и она приглашает Линду на ужин, чтобы отпраздновать это событие. Та с радостью согласилась.
Линда же кратко рассказала о том, что происходит дома. Ее дочь все лучше себя чувствует, уже поворачивает голову и хорошо кушает! Шерил поздравила подругу с прогрессом и уточнила как ведет себя сам дух. Радость Линды подуспокоилась, словно она вспомнила то, что вспоминать не нужно было. “Спокойно лежит”. - ответила она.
Их дальнейший разговор не был интересным и заключался в обсуждении вещей, которые обычно и обсуждают дамы их возраста и круга интересов. Новая коллекция от известного бренда, новый рецепт салата Шерил, новые проблемы с выведением пятен в ванной Линды, новые плохие отметки в школе Джима.
Когда они присели на скамейку, Линда поинтересовалась с непринужденным видом:
- Расскажи еще раз про тот случай у твоей знакомой с духом, про который ты мне тогда рассказывала.
- Еще раз? - ответила Шерил, облизывая фруктовое мороженное. - У моей подруги муж умирал от рака. Она прибегнула к тому же, к чему и ты. И вуаля, муж жив и здоров. Такая сегодня медицина. - засмеялась она.
- А что стало с духом? Напомни.
- Бриджит нашла череп в старом доме, где он раньше жил, и закопала. После этого он пропал. Как-то так.
- И ничего страшного за все время не было? - спросила Линда, постепенно успокаиваясь.
- Нет. Просто муж был на время этого “лечения” разговорчивый как эта скамейка. Так она мне рассказывала.
Линда улыбнулась. Они договорились о дате званого ужина и вскоре разошлись по домам. Шерил обещала рассказать на ужине что-то интересное. По пути домой Линда только об этом и думала.
Ребята перелезли через упавшие бетонные балки.
- Я слышал, что самое крутое на пятом этаже! Там какой-то угар говорят! - сказал с красным от возбуждения лицом Клайв.
- Ну пойдемте быстрее, какого черта тут торчать, одни железки и камни. - добавил Эдди.
Эдди, Рик и Джим пошли за Клайвом по разбитой грязной лестнице. В этот раз Клайв смог уговорить Джима присоединиться к ним в очередной вылазке на очередной заброшенный объект. Заброшенных зданий в городе было достаточно для всех детей. На этот раз было выбрано здание старой больницы, где они еще не были. Клайв анонсировал какие-то “офигенные приколы”.
На стенах повсюду были граффити, что говорило о том, что мальчики были тут далеко не первыми гостями. Пустые, давно вынесенные подчистую кабинеты, упавшие бетонные стены, провалившиеся полы и старый мусор создавали прекрасную атмосферу для всех ребят, кроме Джима. Ему не было весело от местных красот и происходящего вообще, но сегодня дома было так скучно, что он невольно согласился на шикарное предложение походить по всему этому блаженству.
- Кейт вчера пришла в школку с офигенным вырезом, вы видели? - спросил восторженно Рик.
- Да, топово. - подхватил Эдди.
- Я бы ее взял сюда с нами, покувыркались бы от души. - добавил Клайв, поправляя шорты.
- В пылюке. - прокомментировал Рик.
Джим смущенно молчал, поглядывая на выцветшие граффити.
Поднимаясь по этажам, они видели темные комнаты без окон, в которых еле-еле просматривались столы, шкафы и прочая сломанная и пыльная мебель. Они остановились на пятом этаже и осмотрели коридор. Рядом с ближайшим помещением, где на полу лежала дверь, мирно разлагалась крыса.
- Фу, уродство! - заявил Рик.
- Боишься крыс? - спросил Клайв.
- Да они же мерзкие! А тут еще и гниющие!
- Съешь за сотню баксов? - спросил Эдди.
- Готов съесть твою мамашу за бакс. Наемся на год. - ответил Рик.
Джим терпеливо ждал, пока они договорят и смотрел по сторонам.
Клайв повел их в дальнее помещение. Раньше это явно была операционная, но теперь остался только ржавый операционный стол, лежавший в углу в объятиях паутины.
Зато было именно то, что хотел показать друзьям Клайв. На полу была нарисована большая пентаграмма. Она была выжжена, как будто по поверхности филигранно прошлись мощной горелкой, чтобы нанести такой рисунок. Но самой интересной частью было не это. В центре пентаграммы лежал обгоревший до корки труп, застывший в отвратительной позе. Судя по анатомическим особенностям, это была женщина.
На голове у нее осталась лишь пара почерневших коротких непонятно как выживших кусков волос, все остальное сгорело. Глаз не было. Левая рука выгорела настолько, что хорошо проглядывалась кость. Труп лежал в окружении пепла.
- Фу, треш! - крикнул Эдди.
- Круто! - также крикнул Рик.
Джим со смешением испуга и интереса рассматривал развернувшуюся перед ним картину. Это не было фильмом. Это было прямо перед ним. Реальная смерть, реальный труп. Джиму стало нехорошо, и он оперся о стену.
- Я же говорил, что нашел кое-что офигенное. А вы рот открывали, дебилы! - заявил деловито Клайв.
Осмотрев найденный “прикол” мальчики принялись гадать что же здесь произошло. Были разные версии: наркоманы накачались и устроили “треш”, оккультисты проводили свои ритуалы или здесь просто снимали фильм и не убрали за собой, как предположил Джим. Над ним все засмеялись, так как такую вегетарианскую версию мог изречь только он.
Проведя еще некоторое время в интересном месте, мальчики пошли гулять дальше, без перерыва обсуждаю находку. Вернувшись домой, Джим долго сидел и думал об увиденном.
Дэвид зашел в ресторан в своем шикарном парадном костюме и с важным видом добрался до своего столика. Он сразу открыл винную карту и подробно ее изучил. Испанские, французские, канадские и многие другие вина предстали перед ним, блистая своими ценниками. Дэвид поправил галстук и пробежался по списку. Палец его остановился на дорогом испанском вине. Обычно он не тратился на дорогой алкоголь и вообще предпочитал не вино, а виски. Но сегодня ему нужно было быть в здравом уме и при этом показать свою состоятельность, а дорогой виски его чаще всего не радовал.
К вину он заказал шикарное блюдо из мяса, которое никогда не ел и французское название которого правильно прочитать не смог. Но звучало, выглядело и стоило оно подходяще. Сделав заказ, он откинулся на стуле и стал с некоторым волнением смотреть в окно.
Вскоре в ресторан зашел низкого роста мужчина с большими усами в полосатом бело-голубом костюме и вскоре нашел столик Дэвида.
- Приветствую, мистер Стивенсон. - деловито напрягая брови и садясь напротив, сказал Чарльз Нельсон, пожав руку собеседнику.
Разговор начался учтиво и интеллигентно. Предприниматели еще раз проговорили сложившуюся ситуацию, и Дэвид предложил найти решение, ссылаясь на разумность своего конкурента. Когда принесли блюдо и вино Дэвида, то он пристально посмотрел на Нельсона, а когда при подаче официант озвучил названия, то он словно дрелью начал сверлить глаза своего визави. Но Нельсон, то ли реально, то ли прикидываясь, но не подал виду, что он впечатлен или вообще заметил. “Черт, деньги коту под хвост.” - подумал Дэвид.
- Мистер Стивенсон. - начал Нельсон. - Я все понимаю. Мы с вами находимся не в одной лодке, а в двух одинаковых, которые плывут в одном направлении. Но что я могу сделать? Я хочу заполучить это место точно также как и вы, даже больше, открою я вам тайну. Что вы хотите от меня?
- Чарльз… Ничего, что я к вам по имени?
- Ничего страшного. - закрутил ус Нельсон.
- Чарльз, я со своей стороны тоже все понимаю, но у меня есть предложение, которое может вас заинтересовать. Я думаю, что вы сразу поймете о чем речь. “Бифферс” вырос в нашем городе из нашего исторического первого ресторана на Шестнадцатом авеню. Сейчас это наша крупнейшая точка, которую знают и любят все наши клиенты, наша штаб-квартира.
- Вы серьезно? - спросил Нельсон и закрутил второй ус.
- Да. Я обменяю свой главный ресторан на то, что вы отдадите мне место в “Золотом городе”. Как вам такое предложение? - выпалил Дэвид и откинулся на стуле, прикусив нижнюю губу.
Чарльз с улыбкой нахмурился и сделал глоток шампанского, которое ему принесли.
- Дэвид, вы умный человек. Нет, неправильно, вы хитрый человек. Умный бы понял, что не стоит тратить свои деньги на дорогое вино и мясо, чтобы сделать столь несостоятельное предложение.
Дэвид придвинулся к столу и нахмурился.
- Вы действительно думаете, - продолжил Нельсон. - что я соглашусь променять федеральный уровень на очередную точку в нашем городе?
- Представьте какой будет эффект, когда все увидят, что “У Нельсона” заняла главный ресторан “Бифферс”! Вы победили! Все пойдут к вам, потому что…
- Нет, Дэвид. Это, опять таки, довольно хитро, но мне совершенно не интересно. Желаю вам удачи, но, как мне кажется, вам она уже не поможет.
Чарльз допил свой бокал шампанского, попрощался и ушел. Дэвид посидел еще некоторое время, доел свое мясо, допил вино, взял наполовину полную бутылку шампанского Нельсона и хмурый направился домой, по пути осушая то, что осталось.
Проходя через очередной переулок, он услышал в глубине двора крик. Устремившись туда, он издалека увидел как одна темная фигура бьет другую, лежащую на земле.
- Ублюдок, ты заберешь свои жалкие пожитки и свалишь из этого города, иначе ни пожитков, ни ног у тебя больше не будет! - кричал атаковавший.
- Да, да, хорошо, хватит! - кричал защищавшийся.
- А ты мог просто платить нам дальше, но ты все усложнил. Сам виноват! Теперь твое место займет понимающий человек, у него дела точно пойдут на лад.
Дэвид смотрел на происходящее издалека. Сначала он хотел вмешаться, так как у него была алкогольная решимость и стеклянная бутылка в руке. Но, послушав крики, он посмотрел еще пару минут за развязкой ситуации и направился дальше. По пути он закурил, думая обо всем, что услышал сегодня.
Мужчина сделал Лизе чай. Пока она ждала его, то успела осмотреться. Большой деревянный дом с присущим таким домам монументальным камином, в котором полыхали дрова. На стенах висели головы животных. Лиза нашла оленя, волка и медведя. Голова медведя была слегка криво сделана и пугала больше, чем должна была. На полу красовался огромный ковер из медвежьей шкуры. Возможно, это был тот же медведь, что и на стене. За окном усилился ветер и сильно свистел откуда-то со второго этажа.
Тепло от камина постепенно согрело девушку. Холод отступал, и теперь ей все больше становилось интересно куда она попала. Мужчина вернулся и поставил перед ней кружку чая. Она поблагодарила и жадно начала хлебать кипяток, насколько ей позволяли чувства.
- Что ты здесь забыла? - сказал низким грубым голосом мужчина. Несмотря на свой голос, по нему нельзя было сказать, что он настроен агрессивно.
- Я не знаю… Правда не знаю… - растерянно ответила Лиза. - Я просто проснулась в лесу, я не знаю как я попала сюда. Я попала в аварию и пришла в себя уже здесь.
Мужчина достал старого вида трубку и начал набивать ее табаком. Его красное бородатое большое лицо выглядело так, что вполне могло заменить собой медведя на стене.
- Странно это все. Но ладно. Никто бы не поперся сюда в такой одежде. - указал он трубкой на ее футболку. - Что за авария?
- Меня сбил грузовик. - ответила Лиза, и по телу пробежали колющие мурашки, словно не только ее разум, но и ее тело вспомнило тот роковой момент.
- Ты выглядишь слишком целой для этого. В чем дело? - сказал он и запыхтел дымом из трубки.
- Я не знаю, правда. Я же говорю, меня сбил грузовик, а потом я потеряла сознание и оказалась здесь. - более жалобным тоном сказала Лиза, понимая, что нельзя терять расположение ее спасителя.
- Я не верю тебе, но пусть будет так. - ответил сухо мужчина. - Меня зовут Стэн. Я готов дать тебе переночевать, а утром ты уйдешь. Устроит?
- Да, спасибо вам. Вы подскажете мне куда идти? Я бы на самом деле не хотела идти через лес одна, я только что видела там что-то… Что-то страшное, что гнуло деревья и выло.
Стэн пыхнул ей дымом в лицо.
- Подскажу. - ответил он томно. - Твоя комната там. Если что, я наверху.
Договорив, хозяин дома тяжело встал и поднялся по лестнице. Лиза допила чай и пошла в отведенную ей комнату.
Открыв дверь, она увидела небольшую комнату с деревянной резной кроватью, украшенной атласным балдахином, узоры на которой сразу бросились в глаза. Увидела она и гигантский шкаф, который отдавал старостью. Эти два предмета заполняли большую часть комнаты. На полу также лежала шкура медведя, но уже по меньше.
Лиза села на кровать и осмотрелась еще раз. Ничего примечательного. Она проверила маленький прикроватный комод, но он был абсолютно пуст, а нижний ящик весь был забит паутиной. За окном ветер стал еще более могучим, и армия деревьев дружно качалась. Лиза заглянула в шкаф, но не нашла там ничего, кроме старой теплой куртки, которая висела явно с прошлого века. Комнату освещала большая желтая люстра под потолком.
Лиза выключила свет и легла на кровать. Кровать скрипнула, но, как показалось, могла бы нашуметь и сильнее, учитывая ее вид. Уснуть не получалось. Девушка смотрела в окно на раскачивающиеся деревья и перебирала свои воспоминания о том, что встретила в этом лесу. “А может, это просто шок? и ничего не было? Может, я ударилась головой?” Она лежала полтора часа, и все таки ветер за окном ее убаюкал.
Яркие солнечные лучи из окна разбудили ее. Наконец-то она чувствовала себя в порядке. Выйдя в холл, она ожидала увидеть хозяина, но никого не было. Пройдясь по первому этажу, она также никого не нашла. На втором этаже пусто. Выглянув в окно, она увидела Стэна перед амбаром, он колол дрова.
Лиза вышла на улицу и подошла к нему, щурясь от света. Ветра не было, солнце палило, а птицы где-то в лесу с упоением пели. Лиза поздоровалась, но Стэн не ответил. Он продолжал бить топором по крупному полену, но оно никак не раскалывалось. Он сделал еще несколько мощных ударов и дерево наконец поддалось. Тогда он обернулся к гостье.
- Я покажу тебе куда идти, там дорога, так что не придется идти через лес.
Он набрал дров и понес в амбар, Лиза пошла за ним. В амбаре сено было разбросано по полу и представляло собой мягкий ковер. У дальней стены были навалены бревна, и Стэн скинул свежие в общую кучу.
Из живности в амбаре был только козел, который мирно жевал сено в своем стойле, привязанный хлипкой веревкой. Козел этот выглядел так, что вряд ли от него были бы проблемы, поэтому веревка казалась излишней мерой. Он полностью проигнорировал вошедших людей, словно они и не появлялись.
- Пойдем. - скомандовал Стэн.
Выходя из амбара, он помахал рукой девушке, входившей в дом.
- Я думала, вы тут совсем один. - заявила Лиза.
- Это дочь. - ответил он, не переводя взгляд. - Живет со мной.
Они молча дошли до входа в лесную часть дороги, проходившей от дома Стэна.
- Идешь туда, - показал он вперед. - а потом, когда где-то через полчаса выйдешь на перекресток, то иди направо, через несколько часов доберешься до города. Все ясно?
Стэн сухо попрощался, развернулся и, закинув топор, который он все время нес с собой, на плечо, пошел обратно. Лиза же посмотрела на лес и, не обнаружив вдалеке ничего подозрительного, отправилась в путь.
- Говард, если ты думаешь, что я приму твое многочасовое лежание на диване за усталость, а не за боль в ноге, то это не так!
Отец Льюис все больше лежал на кровати, и было это действительно из-за ноги. Но еще это было из-за того, что он не хотел слушать наставления Синтии о том, что он должен обратиться в полицию или хотя бы потребовать от Стивенсонов денежную компенсацию. Жена заводила этот разговор каждый вечер после происшествия. Когда они совместно готовили ужин, как у них было заведено, он ждал того момента, когда она заведет свою шарманку. Один раз, когда их запеченая утка уже остывала, Синтия, смотря пристально на нее и выявляя недостатки, резко сказала, не отрывая глаз от блюда: “Так когда ты пойдешь защищать свои права?” Говард сливался с этих разговоров, а если не получалось, то скучным голосом объяснял, что ничего страшного не произошло, и он их прощает. Он не акула, которая пытается откусить кусок у всех вокруг. Эти речи драконили Синтию, и она часто обижалась на мужа, уходя в другую комнату. Говард знал, что жена быстро отходит, поэтому не переживал. Каждый день все начиналось сначала. Его терпению и смирению можно было позавидовать, как никак он был примерным священником. Он понимал, что она пилит его не из собственной раздражительности, а из любви.
В один из дней, идя после службы, он задумался. “По моему, это у Стивенсонов сбили дочь. А потом они сбили меня. Наверняка, им сейчас очень плохо. Может, стоит к ним сходить? Скажу, что зла на них не держу, узнаю как их чадо, помолюсь за нее, перекрещу. Как никак это моя работа. Боже, почему я назвал это работой? Долг, конечно долг.”
Говард всегда старался быть ближе к господу богоугодными поступками, считая это своей жизненной миссией после того, как несколько лет назад обратился в веру и в пастора. Он натурально чувствовал, как блажь разливается по его телу, когда он наставил на путь истинный крепкого мужчину или вывел с темной тропы слабую женщину. После того, что он чувствовал в прошлой жизни, весь этот опыт был для него божественным откровением, которое можно чуть ли не потрогать руками. Это же и укрепляло его в вере. Такого священника не хватало во многих местах мира, но, к сожалению, он оказался именно здесь.
Другие главы романа можете найти по мере публикации здесь : Тайны дома №9
