— Собирайся, пора.
Все, что я услышал от Гиля перед началом нашего путешествия. Мы давно уже утратили юношескую наивность, которая заставляла пылать наши сердца чувствами. Нет необходимости тратить силы на эмоции.
За четыре года болезнь унесла жизни тысячи людей в этом гнилом городишке. Точно так же было и в десятках поселений до этого. Люди корчатся в агонии. Тела одновременно раздуваются и разъедаются изнутри. Их руки могут надуваться зеленоватыми волдырями, а с ног сходит мясо. Мучительная смерть. Мучительный остаток жизни. Паршиво от того, что я не могу им помочь своим колдовством. При таких обрядах срок моей жизни уменьшается.
Выход один – шаманы на северо-западе. Только объединившись с силами ветра, земли и воды, можно дать отпор эпидемии. Пока она распространяется по земле, происходят странные, страшные и просто неприятные вещи с окружающим миром.
Совет друидов принял тяжелое решение: я и Оборотень пойдем в обход болота, через Кряж Смерта. Мы с Гилем приняли еще более тяжелое решение – нарушить приказ, и все-таки идти через гиблые топи. Сэкономим полгода пути.
Я подтянул сапоги, толкнул деревянную дверь и вышел из пустой холодной таверны. Капюшон из кожи вепря и наплечники, отороченные мехом, не сильно помогают в такую промозглую погоду. С некоторых пор, здесь, в Локсбуре, это обыденность. Мерзкий дождь, мокрей чем обычно, достает до самой кожи. Ветер дует в лицо, куда бы я не повернулся. Кажется, от этого не скрыться даже в местных домах с их каминами.
Мощеные камнем улицы мрачные и скользкие. Замок с черными шпилями, обнесенный бесполезной замшелой стеной. Некогда живая, зеленая изгородь между дорогой и домами, сгнила и превратилась в нечто устрашающее. Сегодня людей не видно. Подобные места не создают подходящую для диалога атмосферу. Гиль молчал, я тоже. Отсюда хочется поскорей уйти, убежать подальше и даже не смотреть в эту сторону. Впереди еще более мрачное место.
Локсбур стал славиться своей негостеприимностью. За городской стеной, там, где раньше был лес, появилось зловонное болото. Что-то противоестественное изменило местную природу, а потом и людей. На болоте постоянно теряются экспедиционные отряды. Часто слышны вопли, стоны и завывания. Смрад разложения доносится до самых окраин города. Это кратчайший путь до земель шаманов.
Мы вышли из города через огромные, двустворчатые двери. Чуть впереди, в миле от ворот, раскинулась бесконечная гряда гнилых деревьев. Ни одного живого существа, только сырость, грязь и зловоние.
— Идем, Броук, нам нельзя медлить.
***
Иногда понимаю, что есть места и похуже чем место, где я живу.
Бывает думаю, какого черта я родился в Сибири? Ненавижу холод. Ах да, хорошо в Якутск не занесло, брр.
Дороги в плачевном состоянии, это просто невыносимо. А где урна? Куда выкинуть фантик? Почему скорая так медленно едет? И где вообще взять деньги на трешку в Москве!? Каторга, а не жизнь, ужасная несправедливость судьбы. Мама, роди меня в семье японского императора.
Стоп, вспомни как ты мечтал оказаться в средневековой Англии. Романтика блестящих лат, рыцарские турниры во имя прекрасных дам, с белоснежной кожей и бархатными ручками. Сыр, вино и хлеб на солнечной поляне под раскидистым дубом.
Так, опять что-то путаю. Родись крестьянином, работал бы свинопасом не разгибая спины. Или мог бы драить вонючий трюм какой-нибудь каракки и умереть от цинги, а может от шрапнели.
Почти в любой ситуации найдутся плюсы и минусы. Где угодно можно жить и радоваться жизни. Или плакать, выбор за мной. Цепляться за счастливые моменты, хвататься за улыбку любимой женщины, рисовать эту улыбку вновь и вновь. Смотреть в счастливые глаза матери и понимать – все остальное лишь пыль.
Часто забываю об этом, в погоне за материальным. Жажда материального сама по себе не дурна. Плохо если помимо этой жажды я перестаю замечать все остальное. Ох, еще не раз накажет меня жизнь за мои проступки.
Совершая ошибку, как правило понимаю, что действую неправильно К слову о компульсивных поступках. Сегодня я подобрал старый, дряхлый кошель на улице. Лучше бы вообще его не трогать… но я, пожалуй, загляну в него, вдруг там что интересное.
Вспышка зеленого света ослепила. Я потерял почву под ногами, и кажется меня развернуло вниз головой. Черт, что за мистика? Это какой-то наркотический газ!?
Через минуту я смог прийти в себя. Что за ***? Что за вонь!? Справа донесся низкий, хриплый голос:
— Идем, Броук, нам нельзя медлить.
***
P. S. Мои попытки самовыражения :)
