У Васи бак машины 50 л. Он всегда заправлялся 95м. Потом он заправил до полного 19 л 92м. Через некоторое время - 28 л 100м снова до полного. Какое октановое число теперь в баке?
- Папа, а тут запах какой-то знакомый...
- Да, пожалуй, ты права. Так пахнет детство, Алиса...
Ха-ха, расскажу свою реальную историю про чемодан воды. В 2020 году мы с семьёй путешествовали. У нас был маршрут с несколькими остановками. На каждом месте нам выдавали воду в бутылках. Поскольку нас было пятеро, минимум мы получали по 5 бутылок в день. Часть, конечно, выпивалась, но остальное спихивалось в чемодан на всякий случай. Ну там вдруг детям понадобится... А там завтра переезд на новое место, непонятно, будет ли там вода...
В итоге, когда мы добрались до дома и открыли багаж, мы офигели. Мы привезли домой 8-10 литров воды в бутылках по 0,33.
Отвечу сразу: когда мы находились в движении, вокруг происходил сюр, связанный с самым началом пандемии, улетели домой мы вообще чуть ли не последним самолётом (это вообще отдельная история), поэтому наше внимание к бытовым мелочам было несколько ослаблено.
Когда мы вернулись, мы не нашли ничего лучшего, чем оставить эту воду "на чёрный день". Она так и занимает часть полки на кухне.
Как бы то ни было, чемодан воды из Шри-Ланки стал нашим семейным мемом, и я иногда подтруниваю над своей излишне запасливой женой.
Чтобы не быть голословным, пруф ниже.
Часть бутылок, правда, разошлась, зато добавились нольпяхи из других поездок, в основном по России.
Вчера вечером встретил дочку после занятий. Идём, разговариваем, расспрашиваю, как день прошёл, что интересного было. Ну такой обычный вечерний смолл толк.
- Представляешь, - говорит, - я после школы включила ютуб порисовать (она на телеке смотрит ролики, в которых пошагово рисуют картины, и учится сама), а он на середине прервался и больше не работал...
- Ну что же, - отвечаю, - отключили значит. Видимо, теперь уже насовсем.
- А почему?
Я поднял глаза к небу. С него на нас моросил питерский мелкий холодный дождь.
Каждое подобное событие по мелочи меняет нашу жизнь. Постепенно день за днём ты меняешь привычки по одной. Каждый раз тебе кажется, что это мелко и незначительно. Шаг за шагом путь, который мы так проходим, ведёт нас в новую реальность, оглядываясь назад из которой мы удивляемся, как она сильно отличается от прежней жизни. Но человек всегда живёт надеждой и приспосабливается к переменам, это часть его природы. Чтож, будем выкручиваться. Опять.
- Это сложно объяснить, пупсик, - говорю, - как и многие другие взрослые вещи, это и правильно и неправильно одновременно. Но мы что-то придумаем, там более, что брату твоему надо к экзаменам готовиться, а мама курс вязания смотрит...
У нас были старые "любимые" подушки, набитые натуральным пухом. Мы решили их освежить: стирнуть в щадящем режиме. В процессе замачивания пух впитал всю воду. Естественно, ткань не выдержала и порвалась нахрен.
Когда я это увидел, первым делом была мысль выбросить стиралку, так как весь барабан был занят однородной массой. Были забиты дренажные отверстия барабана и, очевидно, слив. Ликвидация последствий заняла дня 3 в несколько заходов. Я это всё выковыривал по пушинке, запускал ополаскивание, машина через некоторое время ругалась и вставала, я сливал вручную воду с перьями, выгребал то, что всплыло, и так далее по кругу. Надо отдать должное, машина Сименс всё это стойко пережила.
Теперь я знаю, что подушки не надо стирать в машине.
Стоимость сырья для кружки капучино - примерно 30 рублей, это 10 г кофе в зёрнах (1000 р за кг) и 200 мл молока (100 р за литр), причём это цены розничные, в опте ещё ниже будут. Да, понятно, есть ещё амортизация оборудования, аренда земли под заправку, коммуналка, зарплата и тд. Но при цене 300+ за кружку всё равно наценка грубо 200%.
Это известный факт, в общепите больше всего (не в абсолюте, а относительно, без учёта алкоголя) зарабатывают на напитках. При этом я встречал мнение, что бензин на заправках продают в лучшем случае в ноль, оптом выгоднее продавать, цена, как ни странно, не ниже, а расходов нет.
По теме поста: вчера ехал из командировки, остановились на заправке. Жара, хочется мороженко. На заправке стаканчики 150-200 р, кто-то купил. Я открыл карты и выяснил, что через канаву 50 м сетевой продуктовый магазин. Там на 200 р купил мороженое, бутылку йогурта и две свежевыпеченные булки.
Самое начало девяностых, конец июня. Мне тринадцать лет, и я живу уже две недели в палатке на берегу.
Берег озера, окаймлённого карельскими сопками, сосновые леса спускаются к воде песчаными пляжами. На одном таком наш лагерь - штук семь палаток, кострище, стол, скамейки, растянутый тент. Родители, их друзья со своими детьми, всего человек двадцать, периодически кто-то приезжает погостить, к выходным до сорока человек собирается, все хорошо знакомые, почти родственники. Дорога сюда непростая, машин в то время мало, поэтому чужих тут не бывает.
Целый день я ныряю с камня до синих губ, лазаю по всем скалам в радиусе пяти километров. Продираюсь сквозь ельник или брожу на мелководье, представляя себя индейцем. Проголодавшись возвращаюсь к костру, ем уху или макароны по-флотски, расчёсывая комариные укусы и выковыривая занозы.
В лагере тоже нескучно: табуном играем в лапту (меж сосен - это довольно забавно, особый чит - попасть в ствол, чтобы полевые сошли с ума в поисках мяча), в какой-то аналог гандбола по пояс в воде, предварительно с весёлой руганью разделившись на команды. Потом мужчины берут топоры, пилу, садятся в ЛУАЗ и едут в лес. Я в последний момент запрыгиваю сзади на подножку. Так и еду снаружи, цепляясь за брезент и подскакивая на каждом ухабе лесной дороги.
В лесу выбираем несколько сухих сосен, разделываем их на двухметровые чурки, кидаем в кузов, отбиваемся от туч комаров и возвращаемся обратно.
На берегу сложена каменка. В основе - железная клеть, её сварил дед по папиному заказу. Клеть обложена камнями на высоту полтора метра. Клеть - это топка. Именно в неё запихиваем привезённые длинные чурки. За пару часов камни прогреваются добела.
Вот и вечер. Заметно похолодало, но лицо горит, обветренное за день. Заливаем топку, а над каменкой меж сосен растягиваем походную армейскую палатку, тщательно подтыкаем низ. Вешаем градусник внутрь: это, скорее, традиция, так как он сразу зашкаливает, и мы все знаем, что так будет. Внутрь вносим две лавки от стола: баня готова.
Сказать, что внутри жарко - ничего не сказать, иногда кажется, что волосы повылезут. Когда уже действительно невмоготу - кубарем вываливаюсь из палатки и бегу в воду. Вода поначалу обжигает холодом, но надо потерпеть - лечь и замереть. Постепенно от моего тепла вода вокруг прогревается, возникает ощущение, что лежишь под тёплым одеялом. Уже поздно хоть и светло, озеро во все свои десять километров длины превратилось в зеркало. Я лежу в воде. Полная тишина и спокойствие. Только в тростнике редко всплескивает щукарь.
После - ужин. Детей кормят первыми и выпроваживают по палаткам. Я не против, я устал, хотя иногда хочется бесконечно долго сидеть со взрослыми за столом. Они - распаренные, молодые, задорные, интересные, живые, добрые, родные, шутят напропалую, рассказывают что-то, поют под гитару.
В палатке я кладу голову на подушку и мгновенно засыпаю, забыв выгнать набившихся комаров. Даже не слышу периодические взрывы хохота, которые уносятся над озером далеко в белую ночь. Завтра будет новый день. Конец июня, мне всего 13 лет, а впереди ведь ещё целое длинное лето.
***
Сейчас я уже старше, чем тогда были мои родители. Иногда приезжаю сюда со своими детьми. Дорога получше, да и машина - не папина шестёрка. Обычно мы сюда приезжали просто на выходные, но в тот раз лагерь возник так надолго потому, что крупный завод, на котором все работали, внезапно встал, и родители с друзьями организовали такую коммуну, чтобы легче пережить неожиданное безденежье, неизвестность, тревогу за будущее.
Это было "наше" место много лет и я знаю его назубок. Я хожу здесь сейчас и вспоминаю даже конкретные деревья и камни, примечаю изменения. Помню, куда выводит каждая тропинка. Сердце щемит сладкое и тягостное чувство. Вспоминаю, как в одну из своих вылазок на соседнем пляже встретил семью на пикнике: родители с двумя дочками. Одна из них, тоненькая, хорошенькая, через семь лет станет мне женой.
Иногда здесь кажется, что я вижу тени людей, которые были со мной тогда, тридцать с лишним лет назад, настолько это до сих пор живо в моей памяти. Хочется закрыть глаза и представить, что не было этих лет, на минуту хотя бы увидеть молодых и здоровых родителей, которым тогда всё было по плечу. Хочется почувствовать снова, уже полностью осознавая, что это такое, когда тебе 13 лет, а впереди ещё целое длинное лето.
