Mannsuit

Ну например, всем известный Иосиф Джугашвили по прозвищу Сталин. Что вы о нем знаете? В голову сразу приходит "от сохи до атомной бомбы", "спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство!", День Победы, индустриализация, репрессии, "расстрелять врагов народа", "порядок", и прочие клише.

Насколько каждое конкретное оправдано в реальности - это разговор отдельный, который мне не хочется здесь начинать. Факт же в том, что Сталин - тот человек, который прочно ассоциируется с эпохой, и ни у кого вызывает сомнений, что именно он руководил СССР в те неспокойные года. Его имя постоянно всплывает, когда речь заходит о событиях и явлениях тех времен.

Хотя не суть. Главное тут то, что при всем этом пафосе и огромном наследии, которое оставил Сталин, с 1923 и по до 1941 год, то есть львиную часть времени своего правления, он не занимал никаких государственных постов, буквально. Ни с какими государственными организациями тот, кого изображали на плакатах на каждом углу и про кого пели песни, связан не был. Подобное удивительно для человека, которого часто называют "создателем настоящего СССР-победителя", но это действительно так.

Лишь в мае-августе 1941, в преддверии войны и с её началом, Сталин занял посты председателя Совнаркома СССР (примерно соответствует премьер-министру), главы Ставки Верховного Главнокомандования и Государственного комитета обороны. Но никем, кто был бы близок к привычному нам президенту по юридическому статусу, он никогда не был.

И это не единственный подобный случай. Когда молодой Иосиф Джугашвили только начинал свой путь в партии большевиков в ранние 1900-ые, пополняя общую казну путем приватизации перевозимого в инкассаторских фургонах, в Пекине доживала свои последние годы женщина, которую принято называть "императрицей Цыси". Она довольно известна и за пределами Китая.

С ней также связана большая часть внутренней политики и взаимодействия европейских дипломатов и прочих представителей с империей Цин. К сему отсылает данная карикатура, вероятно, времен восстания ихэтуаней (1899-1901 годы), когда она сначала была против них, затем поддержала путем некого "дружественного нейтралитета", а потом опять передумала и помогла подавить ихэтуаней коалиции восьми великих держав.

Говоря о поздней Цин, невозможно не затронуть Цыси и ее роль как лидера этого режима на его исходе. При этом она ни одного дня не была настоящим главой государства. Им в традиционном Китае вообще по определению не могла быть женщина, так как это нарушает конфуцианские нравственные ценности и противоречит конфуцианской же идее женщины как нерационального существа. Единственное исключение из этого правила, имевшее место в VII столетии, было осуждено и проклято.

Несмотря на подобную категоричность в делах феминистских, ведущую роль Цыси как главы Цин с 1860-х по 1908 год оспаривать сложно. И где же тут логика?

На первый взгляд, и нет её. "Отец народов", годами остававшийся вне системы госдолжностей, или императрица, не имевшая права на верховную власть, но державшая ее почти полвека - звучит как анекдот. Уж и в самом деле, не в скромности ли тут дело? Может, они были столь добры и так самоотверженно любили народ, что работали на его счастье до кровавого пота, не желая получить ничего взамен? Не зря ведь про Сталина говорят, что у него из имущества была только трубка и солдатское белье.

Конечно же, нет. При таких высокоморальных вводных правителем не станешь, особенно в столь тяжелое время. Ответ лежит в плоскости неповоротливой государственной системы, идеологических ловушек и доминации практики над теорией.

Разумеется, СССР, позиционировавший себя передовым государством, и консервативная империя Цин не были похожи, но у них была важнейшая общая черта. И там, и там была серьезная идеология, от которой никак нельзя было отойти, иначе - минус вся легитимность.

Большевики, взяв власть, вовсю трубили о том, насколько они лучше прошлых властей, насколько демократичнее и справедливее.

Советы - это представительные органы власти, изначально создаваемые рабочими Российской империи для организации стачек, а затем и борьбы с правительством. Давайте подумаем, тождественно ли это большевикам? Ведь на самом деле, большевики - лишь одна из огромного количества политических партий, существовавших в России начала XX века. И по задумке, демократичное государство, устанавливаемое ими, должно было обеспечить власть как раз советов, то есть трудящихся, которых эти советы представляют.

Ведь у нас же теперь настоящая народная власть, без угнетения! Не то что этот царь и эти буржуи-демократы. Так ведь?

Да, так. Законы, изданные Лениным и ко, установили, что советы - это основа законодательной власти в Советской России, что, кстати, буквально отражено в ее названии и будет отражено в названии СССР до самого 91-го. Конституция 1936 года полностью подтвердила это и создала Верховный Совет Союза Советских Социалистических Республик - высший орган государства.

Юридически он принимал законы, а его глава - Председатель Президиума Верховного Совета, являлся главой всего СССР.

То есть, как раз эти мужчины, а никакой не Сталин, возглавляли страну. Сталин же вообще, как мы выяснили, не занимал каких-либо государственных должностей годами.

О Швернике же не-историки практически ничего не знают, как по факту и о всех будущих "главах" СССР. Парадокс? А вот и да, и нет.

Да, само по себе глупо, что ни грандиозный Верховный Совет, ни советы вообще не влияли на власть в стране, кхм, советов, но оно и понятно. Посмотрите на этот плакат:

"Народ и партия едины" - и тут все сказано вполне откровенно. Большевики очень много говорили про народную власть и про демократию, и юридически имели очень либеральные структуры. Только вот все это не играло никакой роли в настоящем управлении. Вообще, забудьте даже робкую идею о том, что эти все советы что-то там решают - нет, все решения принимает партия. ВКП (б) очень быстро формализовала советы от низа до верха, а всю власть сосредоточила в руках своих ячеек.

Номинально она оставалась партией, то есть просто политической организацией. Фактически же, с запретом всех других схожих организаций, ВКП (б) стала монополистом в этой области и просто-напросто подменила собой закрепленные на бумаге демократические институты. Они стали не нужны, но не отказываться же из-за этого от одного из самых важных, с точки зрения идеологии, завоеваний Октября? Подорвет престиж и саму их легитимность. Так что оно как бы и осталось, но как профанация, не более.

В свою очередь, начальный этап большевистского руководства характеризовался наличием основной власти у тех деятелей, что выполняли чрезвычайные полномочия - Троцкого, Свердлова и других. Сталин тут чутка отставал, но именно это отставание ему, в каком-то смысле, и помогло.

Когда Гражданская война кончилась и партия начала приспосабливаться к мирной жизни, была создала должность секретаря ЦК ВКП (б), которая должна была упростить управление кадрами и перевести организацию с военных на мирные рельсы. Изначально она считалась непрестижной, а те, кто наиболее отличился в партии ранее, не спешили ее занимать. А вот Сталин поспешил. Он увидел там потенциал для контроля над структурой ВКП (б) и, соответственно, над всей политикой в стране.

Так и вышло. Оставаясь официально просто партийным функционером, он быстро взял огромную власть над страной, в которой никто и никогда не сомневался вопреки существованию разветвленной и пышной, но бесполезной "советской" власти. Лишь в конце правления получил серьезные должности, но не высшую.

И с Цыси ситуация довольно похожа, за исключением того, что она вообще формально не могла претендовать на трон. В китайской традиции, унаследованной со времени династии Чжоу (XI-VIII/III столетия до н.э), правителем (Хуан-ди) мог быть только мужчина и только получивший Мандат Небес (Тянь Мин), то есть банально захвативший власть. Хуан-ди - Сын Неба, тот, кто дает баланс Вселенной ритуалами и правит всей Поднебесной, понимаемой в имперской китайской идеологии не как поэтический синоним Китая, а буквально как весь мир.

Титул серьезный, а должность - серьезна еще более. И женщин в этой схеме нет вообще. Конфуций честно писал, что они и сами нерациональны, и мужчин совращают так, что те начинают не о государственных делах думать, а о всяком нехорошем, так что держать их нужно в строгости и периодически пинать, чтобы слушались. Никакой "Дочери Неба", исходя из этого, быть не может просто по базовым природным правилам.

Однако на практике полностью абстрагироваться от женского общества среднестатистический муж, даже именитый мудрец-книжник или великий император, не мог как по социальным, так и по сугубо физиологическим и биологическим причинам. Ведь были же у монархов гаремы, да и вполне крупные. Доходило до 20 000 наложниц при династии Мин в XVI веке. Была и жена - только она носила титул императрицы (Хуан Хоу), наиболее почитаемой фигуры. Остальные работницы гарема были разделены на пять рангов, официально считались госслужащими, я не шучу. Все законно и правильно.

То есть, при таком гиперпатриархальном обществе, кое-какая политическая лазейка для женщин все же существовала, и ей пользовались неоднократно с незапамятных времен. Воспользовалась данной брешью и Цыси.

Сама Цыси происходила из маньчжуров, то есть не была китаянкой. Маньчжурская династия Цин обычно нечасто брала маньчжурок в гаремы, так как разбавляла свою варварскую кровь китайской для повышения легитимности. Но Цыси все же взяли, потому что она прошла жесткий отбор - проявила большие знания в конфуцианстве и искусстве, могла складно говорить, была энергичной и прекрасно пела.

Пусть девушка и не соответствовала многим стандартам красоты того периода - к примеру, ее ножка не была маленькой, ведь маньчжуры, в отличие от китайцев, не бинтовали девочкам ступни, дабы остановить их рост, но зацепила гаремную комиссию своей "звездностью" и попала к императору Сяньфену (1850-1861).

Вся звёздность раскрылась очень скоро. Цыси быстро завоевала любовь Сяньфена и поднялась в ранге, а после родила ему сына-наследника, на что была не способна бесплодная жена правителя Цыань. После она, став матерью наследника, только двигалась вперед по карьерной лестнице.

Возможно, Цыси и не достигла бы таких вершин, если бы не условия, в которых китайская идеология в очередной раз дала сбой. В самой концепции "Сына Неба", безусловно, много пафоса и красоты, но они не работают, если этот хозяин Вселенной просто, как порою выходит, не дорастает до полного осознания своей ответственности.

А у Цыси так выходило, что целых два Сына Неба не доросли. В 1861 Сяньфен умер молодым, и поэтому тот самый малолетний был коронован под девизом Тунчжи ("порядок и процветание"). Но самостоятельно руководил он совсем мало, потому что даже когда стал совершеннолетним, быстро заболел чем-то венерическим и скончался. За ним пошел второй - Гуансюй, уже не сын Цыси, а внук позапрошлого императора. Как раз он и числился владыкой вплоть до 1908-го. При обоих Цыси была регентшей и носила титул Хуантайхоу - "вдовствующая императрица". Тут есть нюанс - данный титул не подразумевает верховной монаршей власти. Это все еще ниже Хуан-ди. Ну, по традиции.

Цыси же и не думала о том, чтобы претендовать на их место - она просто не смогла бы этого сделать, даже если бы того желала. Но такое положение дел не помешало ей сконцентрировать всю реальную власть в своих руках, с каждым годом подвигая менее расторопную Цыань, тоже объявленную регентшей. В конце концов, ей получилось подчистить всех политических конкурентов и единолично утвердиться как представительнице недееспособного Сына Неба. Как-то Гуансюй, став большим мальчиком, сильно в себя поверил и решил поиграть в настоящего правителя. Он запустил свои "сто дней реформ", пытаясь спасти находящуюся в упадке империю.

Сразу возникают вопросы - "почему так мало?", "разве этого достаточно?". Нет, но это и не так важно. Просто по прошествии этого времени Гуансюя, как со слезами на глазах сказали надежные люди, поразил паралич или что-то вроде того. Он вновь стал неспособным править, и Цыси вернулась к своему бремени.

В конце жизни, держась за власть дряхлыми руками, она уже носила целую пачку титулов: «Милосердная, Счастливая, Благодетельная, Милостивая, Главная, Охраняемая, Здоровая, Глубокомысленная, Ясная, Спокойная, Величавая, Верная, Долголетняя, Чтимая, Высочайшая, Мудрая, Возвышенная, Лучезарная», а оставаться при делах планировала до 1920-го. Ее боялись все - от евнухов во дворце до генералов в провинциях, в то время как формальный Сын Неба сидел где-то под домашним арестом, больной и никому не нужный. Он был отравлен мышьяком за день до смерти Цыси, вероятно, либо по ее личному приказу, либо по инициативе уже упомянутого Юань Шикая.

Цыси же умерла, успев благословить на правление Пу И - последнего императора, тоже совсем ребенка. Империя Цин пережила эту вечную регентшу всего на несколько лет, хотя выкормыш Цыси Шикай ещё будет у власти и попытается однажды восстановить монархию.

Как понятно, феномен, когда глава государства не является таковым "на бумаге", вызван не скромными нравами. Его причина лишь в том, что буква закона - закрепленного официально или древнего, существующего по традиции - и действительное положение дел могут не совпасть. Партийные организации могут оказаться влиятельнее провозглашенных коллегиальных демократичных органов, а таланливая женщина - искуснее в удержании престола, чем номинально занимающие его малолетние лица мужского пола. Подобные конфузы характерны для систем с жесткой идеологической линией, от которой нельзя отказаться и в момент, когда она приводит к странным непредвиденным последствиям.

Очень похожим образом властью в Великобритании стал премьер-министр. Король-немец Георг I даже не знал толком английского, и это ускорило начавшийся еще в 1600-х процесс формализации королевской власти, которая перешла в руки Кабинета министров и его лидера - премьер-министра. Первым таковым был в 1721-1742 сэр Роберт Уолпол, хотя и при нем, и при всех последующих и до сих пор король никуда не девается и остается псево-высшей инстанцией как помазанник Божий.

В Китайской народной республике, копировавшей Советский Союз во многих аспектах, все же не создали такой же "игрушечной" власти. Там существовала (да и существует) должность Председателя КНР как официального реального главы государства. Несмотря на это, Мао Цзэдун не занимал ее с 1959 года до самой смерти, а автор важнейших китайских рыночных реформ Дэн Сяопин в принципе не занимал ее все то время, что руководил, оставаясь при этом самым главным начальником. Снова совпадать с лидером она стала только в начале 90-х.

Места, где Homo может быть много, на самом деле весьма ограничены. Вспомните хоть, как гипертрофированно перенаселены долины Ганга и Нила и как пустует огромная Якутия. И даже при таких вводных большую часть "осознанной", то бишь цивилизационной, истории, существовали земли, достаточно благоприятствующие сельскому хозяйству, но в которых людей не было вообще.

Это не холодный, "марсианский" пейзаж необитаемого острова Девон, не губительные даже для стойких верблюдов и наученных опытом бедуинов пески Руб-эль-Хали, и не излюбленные лишь пингвинами одинокие острова Херд и Макдональд недалеко от Антарктики.

Нет, тысячи лет параллельно с великими культурами землепашцев и скотоводов существовали регионы, чей климат был мягок и приятен, но всё равно лишённые человеческой ласки. Уникальные огромные заповедники, ныне, правда, отсутствующие. Что это за чудесные места были и какая особая аура их защищала? Посмотрим.

Исландия

Начну я с самого "паршивого". Остров между Европой и Северной Америкой, безусловно, не является идеалом для жизни. Ледники, вулканы, непростой северный климат - это всё он имеет. Однако, Исландия, вопреки своему названию, это не Гренландия и не Шпицберген какой-нибудь. Благодаря Гольфстриму на побережье острова относительно тёплая зима (около нуля градусов по Цельсию), а лето прохладно, но не фатально со своими 10-13 градусами.

Минусами можно называть сильные ветра и переменчивую погоду. Никаких сообществ, сравнимых по численности с сообществами плодородных речных долин, тут создать нельзя, но ведь те же чукчи и эскимосы, как бы малочисленны они ни были, но освоились таки и в более суровых условиях. Но Исландию это очень долго обходило стороной.

Вероятно, всё дело в равноудаленности острова от обоих материков. Может, и в том, что тут в нужное время не возникло сухопутных "мостов" или "трамплинов", способных облегчить обнаружение этого участка суши. Но главное в итоге - люди про Исландию действительно ничего не знали вплоть до ранних Средних веков.

Там, в их отсутствие, росли леса из низких берёзок, по берегам гнездились птицы (особенно обильно прибывали тупики), в то время как единственным более-менее крупным наземным жителем оставался песец.

Лишь в VII-VIII веках нашей эры монахи из Ирландии, искавшие для молитвы место подальше и поаскетичнее, наткнулись на такой вот отличный бесхозный участок. Так малое, но вполне человеческое население тут наконец появилось.

Более сильный штурм Исландии устроили викинги (преимущественно норвежцы) уже в IX столетии. Они построили на острове то, что можно назвать серьёзными деревнями, политически связали её со своей родиной, но главное - начали активно вырубать берёзы. О том, как Исландия из-за этого стала тундрой (и не только об этом), я уже рассказывал.

Сейчас Исландия - это голенький, ветреный, слабозаселённый, но вполне успешный остров с независимыми правительством и высоким уровнем жизни. Хотя, песцы и тупики оттуда никуда не делись, как и вулканы с ледниками.

Гавайи

Но так легко - лишь ценой деревьев - отделываются не все. Распиаренный Голливудом архипелаг в Тихом океане может служить тому прекрасным доказательством.

Изначально это был скромный, изолированный неспокойными морями уголок. Никаких наземных млекопитающих, только летучие мыши в воздухе и тюлени на пляжах, зато много эндемичных цветов, амфибий и птичек. Среди оных имелись гавайские:

Логично, ведь только если ты плаваешь или летаешь, есть минимальные шансы добраться до почти центра самого большого океана. Даже люди, с их природной настырностью, не могли сломать систему и прибыть сюда тысячи лет, уже заполонив другие земли от и до.

Но всё же, настырности нашему виду не занимать. Не вполне ясно, как и зачем, да и с "когда" есть нюансы, но полинезийские народы, исследовавшие Тихий океан век от века, выяснили, что к северу от мест их изначальных перемещений тоже что-то есть. Скорее всего, они просто следили за миграциями тех же птиц, а ещё морских черепах, других любителей побывать на Гавайях.

И в какой-то момент войны, голод, конкуренция с родичами повели часть из них по этому следу вплоть до новых островов. Случилось сие в интервале от 400 до 800 года от рождества Христова, а по некоторым оценкам - на пару сотен лет попозже.

Из новоприбывших образовался народ гавайцев. Они завезли с собой полинезийских крыс, свиней и собак, начали возделывать местную богатую минералами вулканическую почву, создали сложную социальную структуру и в целом - зажили не так уж плохо по меркам традиционного общества. Благодаря вулканам в 1700-х население архипелага составляло триста тысяч лиц, и это при отсутствии настоящей государственности и европейских (и азиатских тоже) аграрных достижений. А уж с ними оно выросло до полутора миллионов в современности.

У человека устроиться получилось весьма удачно, но как это пережили местные эндемики? Смотря кто. Многие остались в целости, многие - вымерли или сильно пострадали. Непуганность здешних видов вкупе с узкой специализацией на островном образе жизни с его безопасностью от хищников привела к тому, что они стали лёгкой добычей не столько самих людей, сколько свиней и собак. В XIX веке европейцы и американцы завезли ещё и кошек, серых крыс и мангустов - и тогда всё пошло совсем плохо. С них же началась массовая вырубка гавайских лесов.

Оттого гавайская казарка, ворон, тюлень - все находятся в уязвимом положении и страдают от хищных млекопитающих и разрушения среды обитания. Мохо же и вовсе полностью вымерли. Грустная история. С очевидным исходом, но грустная.

Новая Зеландия

Ещё грустнее очень похожий случай с иным масштабом.

Средиземноморье, Индостан и Китай уже успели чрезвычайно обильно принять в себя трупы людей, в то время как лишь около 1250 года первое из двуногих млекопитающих увидело берега Новой Зеландии. Иначе и не вышло бы - слишком далеко, слишком неблагоприятный и большой океан. Сама локация-то неплохая, но увы и ах, распложена неблизко.

Они застали удивительный феномен - большая, более чем пригодная для жизни территория, много превосходящая такие же изолированные Гавайи размером и богатством флоры и фауны. Здесь жили в основном птицы - и летающие, и нелетающие.

На этом кадре из недавнего третьего сезона сериала "Доисторическая планета" моа и видны. Это не разные виды - просто названные птички относятся к той когорте созданий, у которых половой диморфизм крайне заметен - мощные и полные самки больше и тяжелее стеснительных самцов в разы. Самцы же единолично высиживали яйца в наземных гнёздах, пока матери уклонялись от птичьих алиментов.

Современного человека, возможно, подобное завораживало бы. Маори же, привыкшие выживать и убивать как животных, так и друг друга ради выживания, не видели в моа, наземных попугаях и огромных орлах уникальной фауны. Для них разговор был короткий - вот это мясо, вот это "королевские" в плане размера яйца на омлет, вот это угроза, а это - леса с добротной почвой, которые можно выжечь под сельхознужды общины. Привезённые ими же крысы и собаки тоже моментально пристрастились к белому диетическому мясу и яичному белку, лежащему прямо на земле.

Так что уже к XVI-XVII векам гиганты новозеландской фауны полностью пропали из живой части биоистории. Те, кто был поменьше - киви, какапо - оказались на грани полной гибели. Многие леса были уничтожены. Новая Зеландия превратилась из птичьего заповедника в самое большое скопление полинезийских племён в пределах одного куска суши.

Мадагаскар

Мадагаскар - остров с очень интересной судьбой. Как и Новая Зеландия, он отделился от южного суперконтинента Гондвана, но изначально был одним целым с Индией, став собой только в меловом периоде где-то между 88-65 млн лет назад. В своём посте про доисторические материки мною как раз было упомянуто про эту свободно плавающую связку Южной Азии и острова лемуров.

Очень интересно, что в тот период времени и Индия, и Мадагаскар были полны эндемичной флоры и фауны, сформированными в них изоляцией. Первая, тем не менее, соединилась с Азией в скором после начала кайнозойской эры (около 55 млн лет назад) и утратила это, чего не скажешь о острове.

Местные обитатели развивались своим путем. Не сказать, что на 100% уникальным, но примечательным. Вообще говоря, Мозамбикский пролив, отделявший его от Африки, никогда не был каким-то огромным и позволял иногда континентальным видам добираться досюда. По сей день живёт малагасийский нильский крокодил, подвид обычного нильского крокодила, вероятно, просто переплывший пролив, когда он был поуже (а он был).

Впрочем, кроме некоторых водных (полуводных), летающих и плавающих организмов на Мадагаскар особо никто всё ж не добирался. Наземные млекопитающие оставались редкостью, пусть и имеющей своё место. Кроме мигрантов-бегемотов, можно отметить лемурообразных - характерный лишь для Мадагаскара и ближайших к нему Коморских островов отряд мокроносых приматов.

Наличествовали и хищники - кошкообразные фоссы, единственные кормящие детенышей молоком плотоядные здесь.

Однако самое удивительное в Мадагаскаре - не эти безусловно замечательные создания, а то, что можно назвать эндемичной мегафауной. Пока в других районах бегали всякие мамонты, ленивцы, носороги да броненосцы, тут была своя атмосфера. Остров тоже породил гигантов - и в частности двух знаменитых персонажей.

А ещё лучше - эпиорнисовые (птицы-слоны), дальние родственники страусов, эму, казуаров и моа. Как и все вышеперечисленные, они не летали и гнездились за земле, но один из их видов весил колоссальные несколько сотен килограмм (возможно до 800) и возвышался на рекордные 3,6 метров. Кадры из "Доисторической планеты".

Интереснее всего то, что, в отличие от всей остальной мегафауны, мадагаскарская не только не пришла в упадок с окончанием Ледниковья, но и выиграла от него. После таяния льдов климат стал иным, и на острове появились обширные луга, которые освоили стада эпиорнисов. Миллионы лет изоляции дали свои плоды.

Но человечество, не будучи способным прекратить обособленность Мадагаскара геологически, сделало это фактически, аналогично с прошлыми примерами. И тут мы возвращаемся к полинезийцам. А правильнее сказать - к более широкой культурной семье австронезийцев, к которой относятся полинезийцы, народы Индонезии, и многие другие любители поплавать.

Первое точно установленное поселение гостей из Азии на Мадагаскаре датируется 400-ыми годами нашей эры, однако есть и чуть более ранние неясные свидетельства. Также, археологические находки повреждённых оружием останков птицы-слона возрастом много тысяч лет намекают на то, что эпизодические визиты кого-то - африканцев, наверное - были давно, но почему-то не переходили в фазу активной колонизации.

Поэтому занимать эти пространства первоначально принялись азиаты, что контринтуитивно - неужели народы нынешнего Мозамбика совсем не могли явиться через против? А вот не могли, а если и могли, то очень редко и не ради постоянной прописки. Они же не мореходы, всё-таки. Не их стезя.

А вот про австронезийцев такого сказать нельзя. Они уже к IX-X векам разбрелись по всему острову. Так появились малагасийцы - собрание близких друг к другу этносов. Их язык родом из нынешней Индонезии, как и (во многом) культура.

Однако тут есть нюанс. Принеся к Африке хорошую традицию мореходства, эти товарищи, как можно предположить, генетически сами себя изменили. Скоро они начали контактировать с негроидными народами банту с материка, и те радостно стали селиться к ним, жениться/выходить замуж и ассимилироваться. По внешности многих нынешних малагасийцев можно сказать, что изначальные носители их языка были весьма малочисленны и, оставшись доминантами в культуре и политике, значительно смешались с африканцами.

Как и во всех прошлым примерах, привыкшая к сугубо локальным условиям фауна Мадагаскара сдала перед пришельцами. Остров никогда не знал высших приматов, а когда узнал, это привело к вымиранию немалого числа видов.

Первыми под австронезийский нож пошли жирные и медлительные огромные лемуры. Их судьбу повторили эпиорнисы. Подобно маори, от мяса и больших, чуть ли не поданных на блюдечке с голубой каёмочкой яиц малагасийцы отказываться не собирались. Извечный дефицит калорий тут никто не отменял, как и в любом аграрном обществе. Так от стойкой мадагаскарской мегафауны ничего не осталось. В 1600-ые годы полностью вымерли все виды эпиорнисов, гигантские лемуры ещё раньше.

Со временем в европейской политической культуре вся ситуация вылилась в замену правящей военной аристократии всякими буржуями и в появление парламентаризма, который сверг или серьезно ограничил монархии. В Китае и в меньшей степени Корее и Вьетнаме династии сменялись регулярно, а самой влиятельной частью населения были отнюдь не военные и не жрецы, а бюрократы (ранее я назвал их "чиновниками", однако теперь оговорюсь в нюансе - это не чиновник в нашем понимании, а более глубокая и специфичная социальная функция, подобная мудрецу, знающему древние законы).

Религия изначально играла или роль альтернативной власти - это европейская традиция, или вовсе мало значила в госуправлении - такое можно сказать про Китай. Там существовала сакральная функция императора (хуан-ди) и его ритуалы по поддержанию Вселенной, однако не было развитого жречества и были слабы религиозные представления.

Культ предков, важный в Китае, не делал акцента на "той" жизни, по сути своей являясь утилитарной социальной идеологией - без жертвоприношений потомками по мужской линии ты голодал "там". В отличие от авраамических религий и многих языческих верований, тут всё обходилось сильными абстракциями. Конфуцианство являлось скорее социальной философией, чем религией.

Поэтому, можно сказать, что при всех огромных разъединяющих моментах, и китайская, и западная модель схожи тем, что не ставят культ во главу угла и не стоят вокруг него каждый аспект своего устройства.

И этим они непохожи не традиции из других регионов. Здесь я разберу три. Итак, приступим.

Южная Азия.

Под "Южной Азией" я имею ввиду Индостан, конечно же (технически к ней иногда относят и Афганистан). Индийская политическая традиция, вопреки огромную разнообразию культур на субконтиненте, обладает заметным единством, сформировавшимся в I тысячелетии до нашей эры под влиянием арийских миграций.

Безусловно, есть значительная разница между южной Индией, где обитают в основном дравидийские народы, обласканные тропическим солнцем, и северной, в которой арийские мигранты оставили более значительный след - и генетический, и языковой, и культурный. Однако в обоих регионах индуизм засел и развился отлично, что придало их государствам сходства.

И главное кроется как раз в индуистских представлениях о социуме. Вся суть в том, что на Индостане правитель - раджа (родственное латинскому "rex", на наши деньги - "царь"), считался избранником богов, главной задачей которого является поддержание дхармы.

А что же такое эта дхарма? Для начала неплохо бы разобраться. Переводимая как «то, что удерживает или поддерживает», она выступает неизменным вселенским законом и вселенским же порядком, который власть обязана блюсти.

Звучит красиво, верно ведь? Если обратиться к социальной и политической практике, то под "поддержанием дхармы" обычно подразумевалось закрепление и стабильное функционирование характерной для субконтинента системы варн, а также строгое выполнение религиозных предписаний. Власть всегда была связана с этим.

А поскольку сами варны - это группы, чьё существование освящено индуизмом, их поддержание было религиозным деянием само по себе. При этом в древнеиндийских политических текстах отдельно подчёркивалось, что раджа априори стоит выше всех подданных, НО - не может быть безраздельным господином для брахманов.

Впрочем, слово "священник" и даже "жрец" не описывает в полной мере их место в общественной иерархии. Они считаются высшей и самой привилегированной варной, и среди них же выше процент людей, напрямую происходящих от ариев, а не от ассимилированных ими местных.

Цари выходили из второй по престижу варны - кшатриев, то есть воинов, более близких к европейской аристократии. Они официально стояли ниже.

Ну и чем же это не аналогично Европе? Там тоже Папа Римский - целый наместник Бога, и коронует императора. Получается, то же самое? Это поверхностное сходство, и хотя оно есть, не стоит им обманываться.

Особенность Индии как раз в мощном цементировании варн и в крайней сложности слияния их сфер. Там не могло быть борьбы светской и духовной власти, и не могло быть подчинения брахманов монарху, потому что те по определению стоят отдельно, "освещая" общество, включая кшатриев.

Поэтому даже когда варны были номинально отменены, а Индия стала единой светской страной безо всяких раджей, брахманы не утратили власти, а традиционная социальная структура не поспешила сдавать свои позиции, сохранившись по сей день.

Объективно, культ и связанное с ним устройство пережили эпоху царей, ведь пустили свои корни в обществе несоизмеримо глубже, чем они. Секуляризация же по британскому образцу тут по сути не помогла.

Очень интересно, что индийское восприятие власти на долгое время слилось в одно целое с другим, тоже зацикленным на религии. Это случилось, когда сюда из Передней Азии пришли моголы. Об этом будет ниже.

Ближний Восток (шире - Передняя, Средняя Азия и Северная Африка)

Первые описания монархий этого региона, которые известны и понятны нам, относятся к Геродоту и Аристотелю. Те в V-IV веках до нашей эры описывали устройство государств Ближнего Востока как сходное с греческими тираниями и противопоставляли их демократиям, подобным афинской.

Они были, естественно, весьма предвзяты, но всё же не совсем неправы. Ещё первое крупное государство региона - так называемая Аккадская держава - заложила основы для строя, в котором формальная власть монарха была безграничной, и это не оспаривалось никакими нормами. То же самое случилось в Египте, где фараон назывался сыном бога Ра (то есть Солнца) и никто даже не мог подумать, что над ними стоит кто-то, будь то данные им самим же обещания или жрецы.

Строго говоря, Междуречье и Египет тут не выступали единым фронтом, как это часто описывали античные мыслители. Фараон обожествлялся больше, в то время как цари Месопотамии только "говорили с богами", что таки чуть снижало накал сакральности. В дальнейшем я буду рассуждать скорее о среднем арифметическом, которое возникло от смешения этих линий при больших державах региона.

Из первых речных долин государственность столетие за столетием шагала во все окрестные области. Ассирийские правители, унаследовавшие свой стиль от Вавилона, уже покорили Левант и Месопотамию полностью, а персы, учившиеся у Ассирии и у той же Вавилонии, создали целую монструозную империю на всю Переднюю Азию.

Классический ближневосточный режим - это централизованная монархия с единым культом (часто связанными с Солнцем), где главный или ключевой объект поклонения - сам монарх.

Значительные, но не радикальные, изменения данная концепция претерпела, когда Сасанидов завоевали арабы в 600-х годах. С ними в прошлое ушло обожествление самого правителя. Раз нет Бога кроме Аллаха, значит, и человека-бога быть просто не может. Даже Пророк - он лишь "лучший из людей", но таки человек, что уж говорить о прочих.

Поэтому в Халифате халиф был просто "тенью Аллаха не земле". Это налагало на него важнейшие религиозные обязательства, но теоретически ограничивало власть. В дальнейшем такими "тенями" стали шахи, султаны и эмиры - в зависимости от места и времени.

А настоящая верховная власть принадлежала лишь самому Богу, Творцу миров. Остальные - просто наместники. Есть наместник главный - халиф, а есть мелкие - все остальные, но суть от этого не меняется. Впервые в истории Востока появилось формальное ограничение произвола высшего лица.

Фактически, оно в виде жречества, военных и просто логистических барьеров было и раньше - и в Месопотамии, и в Египте, и в Персии - однако нигде не было закреплено в законе. Но в исламской традиции любой монарх, какой бы он там ни был амбициозный, обязан был подчиняться нормам шариата. То есть, исламская монархия тоже имеет номинальные, пусть и слабые и часто нарушавшиеся, ограничения. Это немного роднит её с европейской и китайской. Но отличий, особенно в плане отношения к религии, всё же куда больше.

Наличие "сдерживающего" шариата породило двойственность передниазиатской монархии. С одной стороны, и сами арабы, и исламизированные народы (особенно персы) сохранили идею неограниченной деспотии, продолжая развивать традиции "персидского двора", укоренённые при Сасанидах. С другой же, стояние шариата выше любой власти подчас приводило к серьёзному влиянию улемов ("учёных"), проще говоря - богословов, которые не были полностью самостоятельны, но и не подавлены властью. До уровня европейских противостояний "Папа-император" не доходило, но что-то отдалённо похожее было.

Халифат продержался до 1924 года, причём умер он специфично. Всю историю халифы - и арабские, и позже османские - были неотделимы от своей светской власти. Лишь менее двух лет, с 1922 по 1924-ый, Абдул-Маджид II, заменивший на этой должности свергнутого Мехмеда VI, носил один титул халифа, но не падишаха. Это положение, более похожее на Папу Римского после 1870 года или на православных патриархов, впрочем, оказалось очень шатким, и не вынесло следующего этапа секуляризации Турции.

В настоящее время официально исламской модели монархии придерживается несколько государств на Аравийском полуострове, а влияние восточного авторитаризма в целом непосредственно отражалось или отражается на режимах таких деятелей, как Саддам Хусейн, Муаммар Каддафи, династиях Асадов, Алиевых и Бердымухамедовых, и на многих других.

Вспоминая конец прошлого пункта, я подчеркну уникальное государство - Империю Великих Моголов (и бывший до неё Делийский султанат, но в менее развитой степени).

Она была основана в Индии завоевателями именно из Передней/Средней Азии, которые следовали шариату и обычаям персидских шахов. Столкнувшись с необходимостью управлять огромным индуистским населением с его варнами и собственными неистребимыми обычаями, моголы создали гибрид с исламской верхушкой, но с индуистским управлением на местах.

Америка

Конечно, я говорю не шуточном "императоре" США и не о таких великолепных образованиях, как Мексиканская и Бразильская империи. Те были вполне европееподробными структурами, пусть и на другом континенте.

Иной вопрос с доколумбовыми индейскими обществами. Два центра выращивания кукурузы и прочих питательных расианий - Мезоамерика и запад Южной - тоже могут похвастаться очень специфичной политической историей.

Тут мы сталкиваемся с тотальным слиянием культа и власти. Даже в Индии и на Востоке, пусть там религия и была невообразимо важна и вшита во власть и социум, не встречалось столь абсолютного стирания всяких границ. И у народов Мексики, и у андских индейцев правитель считался не какой-то там "тенью", "жрецом" или "наместником", а тем, кто обеспечивает само существование и мира, и космоса.

Он проводил ритуалы и вёл войны, необходимые для нормального функционирования мироздания (так делал ацтекский тлатоани в цветочных войнах). Нечто похожее можно наблюдать в Японии и Китае, хотя в последнем ритуалы императора, пусть и оставались крайне важными, были лишь одним из столпов, и одних их было мало для легитимности.

А вот на Японию и в самом деле похоже. Как тэнно (то, что переводится нам как "император") является причиной восхода Солнца в океане к востоку от Японии, так и тлатоани своими кровавыми действиями спасает мир от хаоса. Правда, ацтекский лидер был не столько жрецом, сколько царём-воином, и обладал огромной реальной властью, в отличие от азиатского коллеги по героическому сохранению природы.

С японской сакральной идеологией ещё больше сходств имеет религия народов Анд. Инки, как высшая точка их развития, полагали, что их монарх - сапа инка, является прямым потомком бога Солнца Инти и его наследником. Напоминает ли это тэнно, происходящих от Аматэрасу? Максимально. Правда, у инков важную роль играет ещё и лунное божество - Мама-Килья, сестра и жена Инти.

Удивляться тут нечему - поклонением жёлтому карлику и отождествлением своего начальника с ним отличились многие, включая и египтян с их Ра. Загвоздка тут в том, что сапа инка имел ещё большую власть над своими подданными, чем даже фараон. Вообще, Тауантинсуйу ("четыре части вместе", империя инков) отличалась повышенной степенью регламентации жизни своих подданных. Государство контролировало все аспекты жизни - начиная от распределения земли и заканчивая организацией трудовых повинностей. Вмешивалось и в брачную жизнь.

А поскольку это не Старый Свет, ни рыночных отношений в сколь-либо развитом виде, ни идеи частной собственности на землю тут не было. Как следствие, власть государства и его воплощения в виде монарха была более чем абсолютной - ведь она была единственным, что распределяло ресурсы внутри империи. Это делает сапа инку одновременно и божественным главой культа, и военным вождём, и самым мощным администратором с монополией на собственность внутри своих владений.

Именно в развитых копенных государствах Америки влияние религии на власть выделяется особенно сильно. Разделить их тут нельзя в принципе, что превосходит все предыдущие регионы. Сейчас, тем не менее, от этих систем осталось мало наследия. Испанское устройство, куда более мощное и сильное, практически стёрло индейские институты, по крайней мере, в части строительства государства.

Ну а я попробую в общих чертах объяснить, где у них есть сходства, а где - их нет совсем.

Начнём с того, что, собственно, составляет основу нашего представления о монархии - с европейской системы

Европа - континент не самый маленький и достаточно разнообразный, но что касается формирования серьёзной государственности, то здесь играл ключевую роль мощный факто, который напрямую повлиял на все страны материка без исключения.

В бронзовые и ранние античные времена государства в Европе существовали только на юге Балкан и Апеннинского полуострова, и их создавали греки, тогда бывшие в тесном контакте скорее с Ближним Востоком, чем с остальным континентом. Поэтому первым по-настоящему (хотя тоже с огромными связями с Передней Азией и Северной Африкой) европейским государством оказалась Римская империя.

Она, конечно же, использовала восточные и греческие достижения, но переработала их-по своему. В ходе эволюции от республики к монархии Рим проделал несколько трюков, которые нам важны. Сам титул "император" первоначально не имел отношения к верховной власти и обозначал командующего легионами. Происходя от слова "повелеваю", он всё же не был связан с правлением страной и относился к военным историям.

Просто так уж вышло, что в II-I столетиях до нашей эры императорами становились многие видные деятели. В том числе им стал "первый император" Октавиан Август, который так-то формально был не первым монархом, а лишь добрым благородным полководцем, который взял руководство над державой в трудные времена, избавившись от вредоносных элементов. История типичная, подобное много раз повторится позже в других контекстах.

А в данном случае этот чистый альтруистический акт привёл к тому, что императоры стали из влиятельных военных де-факто наследственными правителями, и с каждым поколением всё больше оттесняли сенат от управления, дойдя в 200-х годах до прямого величания себя богами при жизни. Сакрализация власти - это тоже очень заезженная тема, которая нам встретится ещё не один раз и даже не десять, а сильно больше.

Однако при этом система римского права и остававшийся (пусть и номинальный к концу) сенат оставляли некоторую основу для законного регулирования императорской власти. Когда Римская империя на западе развалилась на деле, германские вожди, продолжавшие считать себя правителями её провинций, вплели сюда и собственное право (варварские правды вроде салической, вестготской и других). Отсюда и можно отсчитывать историю европейских монархий, некоторые из которых сохранились по сей день. Итак, пройдёмся по их главным чертам:

Большой упор на институты церкви. Уже в позднем Риме христианство стало источником легитимности, и в обеих половинах империи (позже - в королевствах и царствах) церковные институты вплелись в управление как его неотъемлемая часть. Папа Римский на западе и патриарх на востоке проводили обряд "помазания на царство" и коронации монархов, что активировало их статус. Хотя сама роль Церкви в православии и в католицизме (и англиканстве попозже) не была идентична на 100%, общий принцип её существования как относительно самостоятельного института сохранялся. Короли, цари и императоры, может, и не были Юпитерами во плоти, но были божьими помазанниками, и без этого их власть не стояла.

Важность писаных законов. Оставленный римским правом и традициями германских и славянских племён бэкграунд стал основой для появления феодальных договоров знати с правителями, а позднее - сословно-представительных сборищ, подобных французским Генеральным штатам и российскому Земскому Собору.

В Священной Римской империи и Речи Посполитой это вылилось в создание выборной монархии, зависящей от элит очень и очень сильно, а в Англии дало возможность напрямую ограничить власть короля и закрепить незыблемые права за свободными подданными, с чего началось появление строя, называемого ныне демократией (на практике не связанного с античной полисной демократией), то бишь парламентаризма.

И во многом подобные чудеса стали возможны именно благодаря сочетанию сильных правовых институтов с примерно раздельным восприятием Церкви и власти. Всё же, симфония - лишь созвучие, а не бытие в одном лице, а это уже делает значительную разницу.

Надо рассказать и о наследовании. Безусловно, твёрдым курсом на признание преемниками лишь детей мужского пола удивить можно мало кого - в сельскохозяйственных обществах патриархат обычен для большинства культур - однако в Европе были разработаны чёткие правила, позволявшие избегать полного политического хаоса.

Салический закон, запрещавший женщинам получать в наследство недвижимое имущество (оказавший большое влияние на династии Франции и Испании), и доминировавший принцип первородства стали одними из многих факторов появления абсолютных монархий, без которых не было бы современных национальных государств.

То есть, нам в первую очередь знакомы эти черты монархии - наследственная от отца к старшему сыну, связанная с Церковью, но не полностью слитая с ней, худо-бедно (пусть и часто исключительно на бумаге) ограниченная даже в худшие для народа времена. Важен и силовой элемент - сильное влияние военной элиты в большинстве монархий на протяжении основной части их истории, прямое происхождение императорского титула от звания в армии.

И это далеко не всегда похоже на иные регионы. Перейдём к ним. В этом посте я разберу исторического "близнеца" Европы, особенно Западной. С него начать логичнее всего.

Восточная Азия

В странах синосферы (Китай и культуры под его влиянием) власть воспринималась очень сакрально и носила "космический" характер. В Китае не было единого Бога-творца, но было абстрактное Небо, которое дарует добродетельному правителю свой Мандат (Тянь Мин).

Получив сверху Мандат (а принцип тут простой: смог взять власть - значит, достоин), новый владыка становился безоговорочным центром Веселенной и "отцом" всех жителей мира (как думали древние китайцы). Монарх выполнял все ритуалы по подержания порядка на планете, его власть не была никак законно ограничена людьми. Но он тоже не выступал "Юпитером" сам по себе, как и европейские короли - нет, он лишь воплощал волю Неба. Но делал это один, без особенно заметной роли священства.

Сам Цинь Шихуанди был немного похож на Августа, ведь тоже основал империю в ходе силовых манёвров. Но в целом китайский вариант, опиравшийся на конфуцианские традиции (которые первый правитель презирал, за что его потом хаяли не одну сотню лет), слабо походил на образ европейского руководителя.

Духовенство и военная аристократия не играли ключевых ролей, их замещало чиновничество, которое тоже не имело рычагов формального воздействия на сына Неба.

Наследование было, пожалуй, ещё патриархальнее европейского - за все две с лишним тысячи лет китайской империи лишь одна женщина, пытавшаяся заменить конфуцианство на буддизм, была законным правителем (не серым кардиналом/регентшей, это-то понятно, частенько проскакивало). Однако её период запомнился как невиданный скандальный случай.

У любой династии, при всём при том, был срок жизни, и если она начинала серьёзно сдавать позиции, ничего не могло её спасти - раз Небо забрало Мандат, значит, так им и надо. Это было важнее перехода бразд правления в рамках системы "папа-сын".

При этом очень любопытно, что все слои населения, даже самые низшие, могли поучаствовать в смене власти - восстание крестьян против дискредитировавшего себя рода не считалось чем-то неправильным и рассматривалась как естественная часть цикла.

А самое главное, что оно прекрасно работало на практике, и династии обновлялись раз в 150-300 лет на регулярной основе вплоть до начала XX века. Некоторые рассматривают и разгром Китайской республики на континенте как итог "воли Неба", посчитавшего, что Гоминьдан слишком плохо справился с упадком и нападением Японии. Но это такое, не более чем пища для размышлений.

Такова китайская модель - цикличная, с "верховным арбитром" в виде абстрактного божества, с отцом-правителем-ритуальным центром Вселенной, и чиновниками как элитой. В наиболее схожем с оригиналом виде она была перенята в Корее и Вьетнаме.

Не обманывайтесь номинальным названием - огромное чисто черт данное образование бережно сохранило от традиционного устройства. Не все, конечно - советская эстетика и опора на армию тут явно мимо - но вот полное обожествление правящей семьи, фигура правителя-"отца", жёсткая социальная иерархия - это оттуда, из глубины веков. Подробнее узнать о феномене КНДР можно из другого поста, а теперь, наверное, приступим к иному случаю.

Да, коронация нынешнего носителя этого звания выглядела именно так, вполне в рамках старины. В Японии, столь много скопировавшей от Китая, тем не менее, не было принято его идеи монархии в чистом виде.

Отчасти - да, была, надо это признать. Но это касается только сакральной части. Видите ли, правитель Японии - это вовсе не император, а тэнно - "небесный хозяин". От римского титула, выросшего из железа легионов, он отстоит максимально далеко. Тэнно - не воин и не светский лидер. Он - в первую очередь жрец, благодаря которому свет встаёт в океане, и потомок солнечной богини Аматэрасу

Никакого Неба - у японцев всё попроще даже. Солярный культ является одним из древнейших и очевиднейших в истории.

И знаете, если бы вы жили в древние эпохи, то тоже на вопрос "что такое солнце?", вероятно, ответили бы "дом божества", а не "природный термоядерный реактор, в котором водород превращается в гелий". Вот и японцы так ответили.

На архипелаге хорошо усвоили одну часть образа хуан-ди - божественно-неприкосновенную, но вот продолжение про Мандат и власть чиновников как-то пропустили. И это внезапно сблизило её с далёкой Европой, пусть и не не полностью. По крайней мере, сословие самураев и сёгунаты больше похожи на западные королевства с их аристократией, чем то, что было у континентальных соседей Японии.