Клоун⁠⁠

Город спал. Спали дома, спали трамваи в депо, спали заснеженные машины на стоянках. Не спал только один маленький мальчик, лежащий в больничной палате. Его тельце было утыкано тоненькими трубочками и проводочками, тянущимися к светящимся в темноте и тихо попискивающим приборам. Мальчику было очень плохо и неуютно находиться одному в палате без мамы и папы. Но он лежал и не плакал, потому что не хотел, чтобы пришла ночная медсестра, заспанная и недовольная беспокойным больным. Мальчик молча глядел в темное окно, и казалось, что сама вечность смотрит на него из окна своими черными, пустыми глазницами. Мальчика звали Сережей, и он очень боялся, что медсестра придет и, ругаясь плохими словами, сделает ему больной укол.
* * *
- Сегодня нужно обязательно заехать в больницу к сыну, я уже три дня у него не была, - сказала она, сидя у зеркала и нанося последние штрихи утреннего макияжа. - Опять, - недовольно поморщился он, - сегодня нет времени, налоговая за горло берет и за что я только этим врачам плачу, слушай? Пусть лечат.Она вздрогнула как от удара. - Алик, он же ждет, я же обещала, - голос у нее был умоляющий. - Ладно, - снисходительно сказал великодушный Алик, - если останется время, заедем. Кстати, твой бывший тоже мог бы зайти к своему сыночку. - Он заходит, ты же знаешь, но там же все очень дорого, одно переливание крови сколько стоит, а у него нет денег. -Э-э-э-э, - протянул он, - все время слышу одно и то же: нет денег, нет денег. А у меня что, печатный станок что ли? - Алик, - сказала она, - откуда у него деньги, он же не бизнесмен, он не умеет зарабатывать деньги. - Детей делать умеет, а деньги делать не умеет. Что у вас за мужчины, слушай?- сделав недовольный жест рукой, сказал Алик.
* * *
- Доктор, скажите, есть ли надежда, что Сережа поправится? – спросила она, комкая в руках мокрый от слез платок. - Ну, надежда всегда есть, - ответил доктор неестественно бодрым голосом, и почему-то пряча глаза, - но стопроцентную гарантию выздоровления может дать только пересадка костного мозга. И донором может быть только очень родственно близкий человек, лучше всего мать или отец. - Я согласна быть донором, - сказала она, уже не замечая слез, катящихся по щекам. - Я понимаю ваши материнские чувства, - сказал доктор, - но по всем показателям больше всего подходит костный мозг вашего мужа. Бывшего мужа, извините, - поправился доктор. - Господи, - сказала она, ища в сумочке телефон, - я сейчас же ему позвоню. - Звонить никому не нужно, - ответил доктор, - ваш муж, бывший, извините, все знает. Операция назначена на завтра. - Как? – опешила она, - и вы сейчас только мне об этом говорите? - Но вас же не было три дня, - растерянно ответил доктор. - А вы могли бы хоть позвонить… - Видите ли, в чем дело, - ответил доктор, вздохнув, - ваш муж, нынешний, просил вас не беспокоить.

* * *

И кто только сказал, кто вообще придумал, что день рождения – это веселый семейный праздник? Сереже сегодня исполнилось шесть лет, целых шесть лет и никто, похоже, кроме него об этом даже не вспомнил. Мальчику было обидно до слез, до горьких и соленых слез, которые текли по его бледным щечкам. Так он тихонько лежал и плакал, жалея себя, жалея маму и папу, которых давно не видел. Вдруг Сережа услышал какие-то звуки, напомнившие ему о чем-то веселом и приятном. Это были звуки губной гармошки, и неожиданно в помещение палаты вбежал клоун в рыжем парике, с большим красным носом и одетый почему-то в белый халат. - Поздравляем всех ребят, пионеров, дошколят, с этим праздником весенним, днем счастливым – днем рожденья! – бодрым голосом продекламировал рыжий клоун. Сережа во все глаза смотрел на веселого клоуна, за спиной которого стоял Сергей Петрович, заведующий детским отделением клиники. - Здравствуй, Сережа! – сказал веселый клоун мальчику на больничной койке, - поздравляю тебя с днем рождения! И голос клоуна показался Сереже почему-то очень знакомым. - Спасибо, - тихо ответил мальчик, и по его щеке скатилась слезинка. - Не плачь, Сережа, - снова раздался знакомый голос, - все будет хорошо. А сейчас, Сережа, загадай любое желание и оно обязательно исполнится! - Я хочу, что бы пришли мама и папа, - сказал Сережа и заплакал. - Мама придет, обязательно придет, - растерянно ответил веселый клоун, оглядываясь назад, на зав. отделения, который уже головой кивал ему на дверь. - Не плачь, Сережа, - сказал веселый клоун каким-то уже совсем невеселым и до боли знакомым голосом, - все будет хорошо.Клоун бережно поцеловал мальчика в прозрачную щечку и вынул откуда-то из кармана игрушечную собачку со смешной мордочкой и большими ушами. - Это Бублик, - сказал клоун, протягивая игрушку мальчику, - он будет охранять и защищать тебя. - Бублик, - тихо повторил Сережа, прижимая игрушку к груди, - спасибо, дядя клоун. - Все-все, - сказал Сергей Петрович клоуну, - нужно уходить, мальчик очень слаб. Через час операция, вам пора уже готовиться. - Я готов, доктор, - каким-то грустным голосом сказал веселый клоун и посмотрел на дверь больничной палаты, за которой остался маленький мальчик, крепко прижимающий к себе собачку, подаренную клоуном.
* * *
- Как прошла операция, доктор? – спросила она, с надеждой смотря на Сергея Петровича. - Операция прошла, слава Богу, хорошо, - ответил врач, глядя куда-то в сторону, - но, к сожалению, потом возникли осложнения. Нужна была кровь для переливания. Я вам звонил, но, к сожалению, не дозвонился. - Нам с мужем нужно было срочно уехать, по делам, - ответила она сухо, тоже не глядя на доктора, - а у вас что, крови, что ли в клинике нет? - спросила она уже как-то даже вызывающе. - Кровь есть, - устало ответил доктор, снимая и протирая очки, - но после такой операции лучше всего подошла бы кровь близкого человека, матери или отца, тем более что у вас одна группа крови. - Что с Сережей? – с дрожью в голосе спросила она. - Не волнуйтесь, - успокоил врач, - с мальчиком все хорошо. Гемоглобин, билирубин и лейкоциты почти в норме. В ближайшее время он будет здоров, совсем здоров, можете мне поверить. - А как же кровь? Вы же сказали что ему нужно переливание крови? – спросила она с удивлением. - Уже не нужно, - ответил доктор, - кровь дал ваш муж, бывший, извините, - поправился он. - Значит все хорошо? - Да, - ответил Сергей Петрович, - все хорошо. Анализы показывают, что мальчик практически здоров. - Слава Богу, - сказала она и в уголке глаза блеснула слеза. - Я сейчас позвоню мужу. Бывшему (поправилась она) и поблагодарю его за помощь. Она достала мобильник и стала искать в нем нужный номер. - Не нужно звонить, - сказал доктор. - Что? – не поняла она, - почему? - Видите ли, - сказал доктор, - мы взяли у вашего бывшего мужа крови столько, сколько положено, не больше. Но видно из-за операции и ввиду общей слабости организма у него стремительно развился общий сепсис, поднялась температура. В общем, мы не смогли его спасти. Мне очень жаль. Извините. - Как же так?- растерянно сказала она, - он что, умер что ли? - Да, он умер, - сухо ответил доктор, - извините, мне нужно идти. - А как же?... - Не волнуйтесь, тело уже забрали. Вам не нужно ни о чем беспокоиться. - Но кто его мог забрать? – недоуменно спросила она, - он же из детдома, у него нет родственников. - Я его забрал, - тихо и как-то даже ей показалось, зло, ответил врач, - и кремировал за счет клиники и с вас денег не спрошу, можете не волноваться. А сейчас мне нужно уходить. Прощайте.
* * *
Сережа лежал в больничной палате, прижимая к себе подаренную клоуном собачку, Бублика и теперь в его маленьком тельце не было ни одной трубочки. Может быть из-за операционного наркоза, а может быть еще по каким-то причинам, ему снился какой-то непонятный, странный сон. Как будто бы к нему в палату вошел его знакомый рыжий клоун, который вел за руку Сережину маму. Мама плакала и смотрела почему-то не на Сережу, а на клоуна. А веселый клоун подвел маму к Сереже и, как-то сгорбившись, и уже не улыбаясь, неуклюже пятясь, стал уходить из палаты. - Дядя клоун! – позвал его мальчик, но тот не ответил и не остался, а тихо ушел, затворив за собой дверь.
* * *
- Сережа, я так рада, - сказала мама, плача и прижимая его ручку к своей мокрой щеке, - доктор сказал, что все будет хорошо. - Хорошо, - тихо и равнодушно повторил мальчик. - Мы скоро заберем тебя с дядей Аликом домой, – сказала она, размазывая по щекам дорогую косметику. - Домой, - все так же равнодушно повторил Сережа. И вдруг он встрепенулся: - Мама, а где папа?Она на секунду замешкалась, но быстро нашлась что сказать. - А папа… Папа скоро придет, Сережа. - Папа придет… - улыбнувшись, сказал мальчик, и, прижав к себе игрушечную собачку, шепнул ей на ухо, - не бойся, Бублик, папа скоро придет.И повернувшись к стене, он впервые за много, много дней, спокойно уснул, прижимая к себе верного Бублика. Ему снова приснился сон, и в этом сне он куда-то шел с мамой и папой, держа их за руки. Куда они шли, он не знал, но он был счастлив просто оттого, что они были все вместе, своей маленькой, дружной семьей, и никакая сила на свете не могла их разлучить.