Красные пятна

Выделиться первокурснику — задача не из простых. Авторитета, заработанного умом еще нет, достижений особых не припасено, а эйфория от поступления уже поутихла, сменившись рутиной пар. Но хотелось-то всем! Я не был исключением. К какой-либо субкультуре я себя не относил. Музыку слушал самую обычную, что крутили по радио в саду, с русским роком еще не познакомился. Так что облачаться в косуху или делать пирсинг с татуировками желания не возникало. Хотелось чего-то такого, что можно быстро изменить, если надоест. И я, не придумав ничего лучше, покрасил волосы. Мама мне помогла. Моя шевелюра, обычно средне-русого цвета, стала… пятнистой. По всей голове расположились неровные, ярко-красные пятна. В процессе мы с мамой перепачкали всё вокруг, а кожа головы под волосами тоже приобрела красноватый оттенок. Кожа, к счастью, быстро отмылась, а вот волосы так и остались красными... Как раз в то время наш вуз праздновал юбилей. Торжество проходило во Дворце молодежи. Нас, молодых и крепких парней, позвали помочь на сцене: ректора поздравляли послы, администрация города, представители других учебных заведений и дарили подарки. А наша задача была — забирать эти дары из рук ректора и уносить за кулисы. Работа простая. Мы надели костюмы и в назначенное время явились во дворец. Вот началось первое поздравление. Ректор сидит на сцене, держа в руках большую картину. Я выхожу, чтобы её забрать. Наклоняюсь… и вижу, как под очками у ректора округляются глаза. В лучах софитов моя пятнистая шевелюра сверкала особенно ярко. Ректор, будучи человеком воспитанным и современным (он, кстати, тоже физик), мгновенно совладал с собой и с невозмутимым видом передал мне картину. В следующие мои выходы он уже не удивлялся. Для послов иностранных государств, которые сразу после поздравлений разъехались, из-за накладок в расписании, во «внутренних недрах» Дворца Молодежи остался накрытый роскошный стол. Главный распорядитель вечера, чтобы добро не пропадало, пригласил нас, троих помощников, поужинать. Чего там только не было! И клубника, и колбасы, и салаты, и многое другое. Мы, недолго думая, отведали все яства и остались невероятно довольны. Пусть нам и не заплатили за работу (правда и не обещали), зато мы почувствовали самую настоящую причастность к великой истории нашего вуза. А в довершение всего нам вручили вип-раздатку с памятными буклетами, значками и даже юбилейной медалью. Вот уж чем не мог похвастать больше никто из студентов и даже преподавателей.

Лариса из Минска

Вслед за сотовыми телефонами и интернетом пришли новые, удивительные способы общения: ICQ, а чуть позже — «ВКонтакте». Жизнь постепенно, но неумолимо переезжала в online, и веяние технологий накладывало на нас свой особый отпечаток. Помню, как мы договаривались в конце мая встретиться на факультете летом, чтобы обсудить предстоящий сплав, а затем, ближе к осени, — еще раз, чтобы подготовить турслет. Мы просто записали в блокнотах даты и время и разошлись. До первой встречи оставался месяц, до второй — почти три. И что вы думаете? В назначенный день и час пришли все. Ровно, без опозданий. Не забыли. А всего год спустя мы уже вовсю обсуждали организацию того же турслета в ICQ. С «аськой», как ее тогда ласково называли, у меня связано одно яркое воспоминание. Как-то раз после пар я ехал домой. Было Первое сентября. Сейчас ICQ уже нет, и многие не помнят, как это работало. Каждому пользователю при регистрации выдавался номер, обычно девятизначный. Но были и счастливые исключения — у меня был семизначный номер. Помню его как сейчас: 1051470. В профиле можно было написать пару слов о себе или просто указать местонахождение. У меня значился Мозамбик. Уж не знаю, чем был обусловлен тогда этот выбор, но именно он сделал возможным то, что случилось дальше. Я ехал в маршрутке, и тут мне пришло сообщение:

— Привет!

Я удивился и ответил:

— Привет!

Тут же пришел ответ:

— Ты правда из Мозамбика?

— Конечно, — не моргнув глазом, ответил я. И разговор завязался. Оказалось, что девушка лет на семь-восемь старше меня из города Минска в Белоруссии коротала время на работе и развлекала себя тем, что писала всем, кто хоть чем-то привлекал ее внимание в сети. Мы потом долго общались с ней в «аське». Обо всем на свете. Именно от нее, например, я узнал, что в Минске течет река Свислочь и что она считается одной из главных достопримечательностей города. Мы переписывались не один год, а потом постепенно потерялись. Где ты теперь, Лариса из Минска?

Общекомандный зачёт

Ежегодно в университете проходила настоящая битва факультетов. Соревнования по бегу, перетягиванию каната, армрестлингу, баскетболу... Кипели нешуточные страсти! А кто же составлял костяк команд? Конечно, первый и второй курс — потом, курсе на третьем, начиналась серьёзная учёба, и было уже не до спортивных подвигов. Вот и мы, зелёные первокурсники, с энтузиазмом рванули на эти соревнования. Нашим принципиальным соперником всегда были ребята с географо-биологического факультета (ГБФ). В первый день, когда я и поучаствовал, были забеги, но я не бежал — бегунов хватало и без меня. Зато я от души потянул канат! Математиков мы перетянули легко, филологов — тоже, девочки с иняза вообще не пришли, а вот с ГБФ пришлось изрядно побороться. Спасла только правильная тактика: «Присели! Рывок! Присели! Рывок!». Хорошо, что мы её знали, поэтому победили — нелегко, но победили. Результат — отличное настроение и содранные в кровь ладони. А потом был армрестлинг. Столы стояли прямо в холле первого этажа. Толпа народу — пары как раз закончились, зрителей — видимо-невидимо. Соревнования начались. Одного соперника я кое-как заборол, а вот второй оказался здоровенным бугаем. Он без особого труда уложил мою руку. Не знаю, с какого он был факультета, но было видно — парень тренированный. А я хоть и не дохлый, но с армрестлингом столкнулся едва ли не впервые в жизни. Соревнований было ещё много, они длились весь год. В общекомандном зачёте лидер постоянно менялся: то мы, то математики, то географы. Но к маю стало окончательно ясно — нас не догонят. И не догнали. На торжественном награждении нас поздравлял лично ректор. Медалей не было, но был большой сверкающий кубок и море радости — от победы и от чувства настоящей причастности к общему делу.

Кухонные джунгли

Мама когда-то решила устроить дома настоящий цветник. Не просто пару горшков на подоконнике, а целые заросли. Кухня превратилась в оранжерею: по стенам вились плющи и вьюнки, они карабкались к потолку и свешивались с люстры пышными зелеными гирляндами. Мы, видя это каждый день, перестали замечать это буйство зелени. А вот гости, заходя к нам впервые, замирали на пороге от удивления, пораженные нашими «кухонными джунглями». Особой гордостью был цветок на столе, похожий на миниатюрную пальму. Он выпускал тонкие, упругие стебли, а от них, словно лучики, во все стороны расходились идеально ровные, плоские листья. Как-то раз мы ели за тем же столом арбуз. Одна из сочных черных семечек, выплюнутая мимо блюдца, незаметно упала прямо в горшок к пальме. Мы и не заметили. Но через некоторое время наш любимец стал чахнуть: листья пожелтели, стебли поникли. Когда мама, пытаясь его спасти, решила пересадить растение, она обнаружила в тесном горшке проросшую арбузную семечку. До сих пор не ясно, что именно погубило цветок — настырный арбузный росток, отнимавший все соки, или просто корням стало невыносимо тесно в своем глиняном плену. А однажды я вернулся домой и не узнал кухню. Она была пустой, светлой и… тихой. Зелени не было. Совсем. «Надоело, — коротко сказала мама. — Все выбросила». И правда, за красотой стоял бесконечный уход: обои, утыканные булавками-подпорками для лиан, вечная пыль на листьях, которую нужно было стирать, полив, пересадка. Сказано — сделано. И неожиданно выяснилось, что на нашей кухне, оказывается, довольно много места.

Опалиха: универсам с паровозиком

Город растет, обрастая новыми микрорайонами, которые тут же обретают негласные имена. Их называют то по заводусоседу — «Компрессорный», то по интересному месту — «Ботаника», то просто по географии — «Заречный». А иногда история дарит имя загадочное, такое как «Опалиха». Говорят, где-то оно пошло от опалы патриарха Никона, но в наших краях его истоки затерялись. Рядом течет речка Ольховка, но почему именно «Опалиха» — теперь уже не скажет никто. Сегодня этот район почти растворился в Заречном, но для нас, выросших здесь, он всегда был отдельным миром. Мы, живя в Заречном, ходили к бабушке как раз через Опалиху. И у каждого из этих двух миров был свой универсам — центр вселенной для местных жителей. В Заречном — большой, универсам «Заречный». В Опалихе — скромный, но свой, уютный универсам «Опалиха». Он размещался в двухэтажном здании, а под ним таился цокольный этаж — целое подземное царство с кафетерием. Это был конец 80-х. В кафетерии продавались бутерброды без изысков, какая-то выпечка и прохладительные напитки из двух стеклянных кубов, внутри которых постоянно крутились лопасти, перемешивая их. Они были всегда отпотевшие и полупустые. Но манило меня сюда не это. Всё мое внимание забирала стена. Вернее, целая картина, охватывавшая её всю. Художник изобразил бескрайние холмы и равнины с одинокими деревьями. И через этот идеалистический пейзаж тянулась крошечная железная дорога. По ней вечно ехал один и тот же маленький, упрямый паровозик. Я мог подолгу стоять, завороженно глядя на него, придумывая, куда же он так упорно едет. Эта картина была окном в другой, прекрасный мир. Где-то в середине 90-х универсам закрылся. Здание замерло, пустое и темное, медленно разрушаясь, напоминая о прошлом. Недавно его отреставрировали, сделали современный ремонт. Теперь оно яркое и новое, и ничто в нем не напоминает о том времени. А название «Опалиха» теперь живет лишь в имени Опалихинской улицы, которая сменила свое советское название — улицу Каляева. Новые времена — новые вывески. Но в памяти навсегда остался тот паровозик, вечно бегущий по нарисованным холмам в кафетерии универсама, которого больше нет.

Физики, карты и Баба Рая

Первые годы учебы на физфаке были по-настоящему веселыми. Две наши группы жили дружно, не то, что конфликтов — даже напряженности не помню. Просто кто-то сходился поближе, кто-то держался особняком. Когда началось программирование (а мы были не просто физиками, а физиками информатиками), кое-кто, бывало, «одалживал» чужие лабы, но это воспринималось как ерунда, часть учебного быта. Теперь я поражаюсь дальновидности нашего декана и его команды. Они без колебаний сменили нам специальность с «естествознания» на «информатику» в нужный момент, угадав тренд времени. А так как жили мы дружно, то между парами развлекались как могли. Главным развлечением стал «дурак». Собиралась толпа, колода из 36 карт раздавалась на шестерых — и начиналось! Подкидывали то все, то только крайние, но всегда — с громким хохотом, потому что кто-то вылетал в два хода, а кого-то закидывали картами под завязку. Мы никогда не играли на деньги, и никогда не было ссор — только азарт и веселье. Как-то раз у нас было большое окно, и мы с Серегой полтора часа просидели на третьем этаже, резались в дурака. Мы тогда эмпирически подтвердили теорию вероятности: никто не мог выиграть существенно больше раз, чем другой. Это было чистое, беззаботное развлечение. Карты, конечно, молниеносно исчезали, если в аудиторию заходил преподаватель. Но нас особо и не гоняли, карты не конфисковывали. С большинством преподавателей у нас установились особые, уважительные отношения. Не особо жаловали мы лишь тех, кто не уважал нас в ответ. Как-то парни из наших групп завалили «Основы медицинских знаний». Они и не ходили туда особо — было невыносимо скучно. От всех болезней Баба Рая, как мы ее прозвали, рекомендовала но-шпу и баралгин. Зато, нас научили бинтовать «шапочку Гиппократа» и «чепчик». И вот настала пересдача. Она сидела за столом на старом стуле, а парни — напротив и просто смотрели на нее. Она — на них. Они — на нее. И в этой напряженной тишине стул под ней вдруг предательски качнулся и с грохотом развалился, отправив Бабу Раю на пол. После пересдачи парни шутили: «Это потому, что мы все одновременно думали, чтобы она грохнулась!» Веселые были времена.

Я прочитал много постов в сообществе Лига Физиков, охуел от количества мракобесных и антинаучных публикаций и принял решение взять руководство Лигой Физиков на себя. Надеюсь, что я справлюсь. Так что смело тэгайте сообщество по тэгу @admoders.

Ваш Сол Майерс.

Как отец одного известного учёного - физика, ощущаю себя немного причастным.