Итак, с чего бы начать? Разумеется, с глины. Но в книжке-то как раз и не описывалось, как эту самую глину найти.

А надо отметить, что как раз в том году, еще зимой, у меня дома появился компьютер, отец купил вроде как для работы, но там стояло и несколько игр, в которые мне периодически разрешали поиграть. И среди них была новейшая на тот момент стратегия "Фараон", где помимо прочего надо было добывать глину и делать из нее глиняную посуду. И я хорошо помнил, что глиняные ямы игра позволяла строить только возле водоемов. Я начал расспрашивать бабушку, водится ли где-нибудь поблизости глина. Она сказала, что должна быть возле реки. Ага, думаю, вот уже два достойных доверия источника.

И когда в следующий раз довелось идти купаться на речку, я выглядывал, а где же тут может быть искомое сырье. И нашел довольно быстро, прямо на спуске к реке был небольшой осыпавшийся склон, я показал на него бабушке и она подтвердила, что это и есть глина. Что ж, я набрал ведерко и, вернувшись на дачный участок, принялся за дело.

Разумеется, у меня не было ни гончарного круга, ни специальной печи для обжига. Поэтому я просто лепил из мокрой глины пальцами, ну прямо как куличики в песочнице или поделки из ненавистного пластилина. Но тут надо мной не стояла строгая учительница, ехидно критикующая мои изделия, я лепил в удовольствие, сам для себя. Понятно, что красивых кувшинов или амфор у меня не получалось, это были какие-то странные то ли небольшие миски, то ли неправильной формы горшочки, с кривыми краями, неровным дном и следами от пальцев на стенках.

Итак, я вылепил несколько подобных посудин, которые затем, согласно книжке, требовалось высушить на солнце или обжечь. На солнце сушиться они упорно не хотели. Во-первых, погода была так себе, часто шли дожди, периодически приходилось убирать поднос с "посудой", во-вторых, даже через несколько дней относительно теплой и солнечной погоды они все равно были мягкими.

Что ж, значит, надо было их обжечь. А где обжигать? Ну или в дачной печи, или просто в костре.

Следует ли говорить, что в дополнение к и без того уродливому внешнему виду мои посудины еще и стали грязно-черного цвета и пачкали пальцы. Но теперь они стали твердыми! Правда, воду толком не держали, более того, при длительном хранении в них воды или попытке тщательно отмыть их от сажи они снова начинали размокать. У единственного изделия с ручкой эта самая ручка и вовсе отломилась. А вот пара мисок, на которых я для красоты палочкой сделал перед сушкой и обжигом какие-то узоры, выглядели чуть более прилично и в них даже можно было класть, например, ягоды. Из описанного в книжке они тянули разве что на первобытное искусство, античной красоты в них не было и в помине. Но был какой-то варварский колорит, и я прямо ощущал за себя гордость. Родители, когда я им это показал, хоть и посмеялись немного, но в целом, как мне показалось, были даже довольны.

И вот настал новый учебный год и чуть ли не на первое сентября классная руководительница заявила, что скоро будет проводиться конкурс поделок среди всей начальной школы и что всем обязательно нужно принести что-нибудь. Обычно я от подобных мероприятий отделывался какой-нибудь уродливой штуковиной из веточек и желудей, настолько позорной, что ее прятали подальше или вообще не выставляли, но тут гордо поднял руку и сказал, что буду выставлять глиняную посуду собственной лепки.

Учительница очень обрадовалась, что я взялся за ум и стал трудолюбивым и старательным, и обрадовала меня, что несколько учеников из соседнего класса как раз занимаются в кружке лепки из глины, будут выставлять свои изделия и что я могу свои поставить на том же стенде.

Настал день выставки, и я приволок в школу свои поделки, которые забрал с дачи еще в конце лета (а то вдруг воры зимой проберутся в дом и украдут эти ценности). Следует ли говорить, что я увидел, едва войдя в спортзал с расставленными лотками и стендами? Там реально были талантливые дети, которые сделали красивые, ровные, вылепленные на гончарном круге изделия с тонкими, как у чайных чашек (а не в сантиметр толщиной, как у меня) стенками. Кувшины с ручками и даже с носиками, тарелки с рисунками и узорами. Правда, некоторые из них почему-то не были обожжены и были просто вылеплены из сырой глины, но это не уменьшало их красоты.

Думаете, я позорно спрятал свои посудины и убежал? А вот и нет. Не в моих это правилах. Я вытащил и поставил эти варварские штуковины на видное место и с гордым видом встал рядом. Дети, их родители и учителя смотрели на это, некоторые сдержанно улыбались, некоторые откровенно ржали. Мне было очень неловко, но я не показывал виду. Руководительница кружка лепки, которая там тоже оказалась, предложила мне не позориться и убрать свои "поделки", намекала на это и классная руководительница. Нет уж, думаю, сами организовали, сами меня позвали, вот теперь любуйтесь. Зато сделал сам, своими руками и без чьей-то помощи, не считая поисков глины. Тем более что другие мои одноклассники, не из кружков, либо не принесли вообще ничего, либо принесли такие же поделки "на отвали", какие я носил раньше, либо наоборот, вещи, подозрительно намекающие на то, что трудилась над ними целая артель из родителей, бабушек, дедушек, дяди-художника, тети-инженера и так далее.

Кстати, миски потом на даче несколько лет продержались, потом одна разбилась, а другая развалилась.