Выравнивание звука на мастер-классе с Тамарой Синявской

В 1970 году, когда Эссре Мохок было уже за двадцать, она выпустила два LP, оба из которых (Sandy's Album Is Here At Last! и Primordial Lovers) были также переизданы на CD компанией Collectors' Choice Music. Однако прошло еще около четырех лет, прежде чем в 1974 году вышел ее третий альбом Essra Mohawk. Хотя суть ее характерной смеси рока, соула и джаза осталась нетронутой, ее звучание изменилось с приходом нового продюсера.

Если над «Primordial Lovers» работал ее тогдашний муж Frazier Mohawk, то над продолжением альбома под собственным названием трудился ее друг Tom Sellers. «Томми был отличным музыкантом», - восторгается Эссра. «Мы познакомились, работая вместе над джинглами в Филадельфии. Я бы очень хотела, чтобы он был жив. Это был прекрасный друг и замечательный музыкальный коллега». Помимо продюсирования, Селлерс написал вместе с ней три песни, а также сыграл на фортепиано, бас-гитаре и гитаре в нескольких композициях. Например, в песне «Song to An Unborn Soul» ему понравилось, как я ее сыграла, и он решил сыграть ее именно так», - рассказывает она. «Он положил свои пальцы на те же самые клавиши, просто чтобы почувствовать это. Когда он играл мою партию на фортепиано, он заставлял меня чувствовать себя Моцартом или кем-то еще, знаете, [когда] кто-то хочет положить свои пальцы точно туда, где были мои, на инструмент, используя мои точные голосовые партии и паттерны. Томми играл точно так же, как я, только лучше!»

Как вспоминает Эссра, сначала они с Томом записали три песни: «Open Up My Love Doors», „Full Fledged Woman“ и „You're Finally Here“. Затем менеджер Johanan Vigoda отправил ее в студию, чтобы записать больше материала для создания основы для возможного альбома. Несмотря на то, что некоторые работы по наложению и сведению были выполнены в известной филадельфийской студии Sigma Sound, большая часть композиций, вошедших в Essra Mohawk, была записана в Лос-Анджелесе.

На вопрос, чем Essra Mohawk отличается от ее предыдущего альбома, она отвечает: «Думаю, в Primordial Lovers гораздо больше меня и фортепиано». На Essra Mohawk, отмечает она, есть всего две композиции с фортепиано и вокалом: «You're Finally Here» и «I Cannot Forget». Даже «I Cannot Forget» не была задумана в таком виде: более полная версия (добавленная на этот диск в качестве бонус-трека) была вырезана на сессиях. Версия «I Cannot Forget», которая все-таки попала на альбом, на самом деле была демо-версией, включенной в пластинку по настоянию Вигоды.

Mohawk признается: «Одна из причин наших разногласий по поводу альбома заключается в том, что [Селлерс] не позволил мне свободно делать то, что я больше всего люблю делать во время записи - это глазурь на торте - и это мой бэк-вокал. Все эти маленькие аккуратные эффекты, которые вы слышите на Primordial Lovers, - это мой собственный подход к фонограммам. У меня не было такой свободы. Он не понимал, как смешать шесть разных вокалов, в то время как я могла. И поскольку он не мог этого сделать, он не стал этого делать. Я делаю то, что я называю вокальным коллажем, и если не хватает пары нитей, то это не будет иметь смысла. Так что диссонирующий вокал в вещах не имеет смысла, потому что нет целостного коллажа. Бэк-вокал не такой, каким он мог бы быть, если бы мне дали ту свободу, которую я должна была дать, ведь это моя сильная сторона, и ту свободу, которую дал мне Фрейзер».

Эссра добавляет: «Много лет спустя, за пару недель до его убийства, мы с Томми снова встретились и договорились о совместной работе. Я рассказала ему о вокальном коллаже, который он не позволил мне сделать, и который я действительно хотела сделать. Он извинился. С годами мы все повзрослели и поняли, что нужно давать свободу другим людям. Многие продюсеры считают, что должны всё контролировать».

Что касается ее любимой песни на Essra Mohawk, то «Я люблю „Magic Pen“, потому что это действительно было волшебное сотрудничество. Я всегда любила, чтобы мои альбомы строились и чтобы кульминация альбома наступала ближе к концу. Так что обычно, не всегда, но обычно мои любимые вещи находятся в конце альбома. Большинство людей сначала выкладываются по полной. Но я хочу, чтобы слушатели получали удовольствие от всего альбома. Томми написал композицию и спросил: «У меня есть текст для нее?». У меня всегда с собой блокнот, и я открыла его, чтобы найти эти тексты, которые я написала. Когда я впервые спела их с его композицией, они идеально подошли. Первое слово в начале музыки и последнее слово текста совпали с последней нотой музыки. Так что это действительно волшебная песня».

Essra Mohawk также содержит настоящую странность в кавер-версии стандартной «Summertime». «Я помню, как сказала, что хочу исполнить „Summertime“ по-другому. [Пианист] Dave «Dasher» Kempton сказал: «Ну, я знаю двадцать один способ сыграть „Summertime“. Какой из них ты хочешь?» Я ответила: „Двадцать второй“. И вот что у нас получилось в итоге».

В итоге Elektra/Asylum стала компанией, с которой Essra Mohawk в конце концов обрела альбом. В середине 1970-х годов Asylum была домом для целого ряда выдающихся авторов-исполнителей, среди которых были Joni Mitchell, Jackson Browne и Tom Waits. Однако, по мнению Эссры, это не пошло ей на пользу. «Она начинала на Paramount. Когда ABC купила Paramount, Вигода использовал это как предлог, чтобы, я полагаю, использовать какую-то опцию в контракте, чтобы выйти из проекта, а затем продать его заново. В итоге он вышел на Elektra/Asylum. Это было ошибкой, потому что Paramount была увлечена этим. Они проделали всю работу. А Elektra/Asylum получили альбом только для того, чтобы выпустить его, и не принимали в нем никакого участия. Так что опять же, никакого продвижения не было».

Как и в случае с Primordial Lovers, у Эссры были некоторые сомнения по поводу обложки. Для «обложки они сделали точную копию положения объекта на картине Максфилда Пэрриша (Maxfield Parrish). Я же представляла себе более современную позу, но с тем же фоном. Я хотела немного изменить ее. Кроме того, первый рендер был не очень похож на меня, но художник сделал все возможное, чтобы исправить это. Я ведь была настоящим портретистом, так что у меня неплохой глаз на такие вещи. Когда мне было шестнадцать, я писала портреты на пирсе Million Dollar Pier в Атлантик-Сити; я была там самым молодым художником».

Для этого переиздания на CD к тем композициям, которые выходили на оригинальном LP Essra Mohawk, добавлены две бонусные. Помимо полностью спродюсированной версии «I Cannot Forget», на диск также вошел дубль «I Stand Here Naked» с бэк-вокалом филадельфийской группы Edison Electric, к которому присоединился Jeremy Steig на флейте. Хотя песня была записана в Филадельфии, она была написана, когда Эссра некоторое время жила в Сан-Франциско.

За несколько десятилетий, прошедших с момента первого появления Эссры Мохок, она продолжала писать, записывать и выпускать альбомы. С чем она связывает неизменную привлекательность своей работы как автора-исполнителя? «Это потому, что музыка исходит непосредственно из моего центра, и я остаюсь настолько чистой и незатронутой, насколько это возможно», - говорит она. «То, что выходит наружу, не подвержено никакому намеренному влиянию. И мой голос - мой собственный. Я не похожа ни на кого другого. Есть и другие люди, которые тоже ни на кого не похожи. У нас есть фирменные голоса. Кроме того, мне нравится исследовать и открывать для себя новые инструменты и подходы. Это позволяет музыке быть свежей. Она никогда не устаревает!

«Когда я пишу, я всегда думаю о том, какое влияние она окажет на других. Поэтому я действительно стараюсь поднимать настроение и вдохновлять своей музыкой и текстами. Моя цель - научить и помочь людям понять себя и всю жизнь. Поэтому я думаю, что в моей музыке есть сильный духовный аспект. Я получаю много откликов от людей, что это помогает им в жизни, поэтому я продолжаю это делать. Если бы я не продолжала получать такие хорошие отклики и думала, что просто бьюсь головой о стену и никто меня не слушает, я бы давно остановилась. Не хочу сказать, что вы действительно можете остановиться. Когда вы вдохновляетесь музыкой, она становится навязчивой. Музыка просто выходит из меня. Честно говоря, я не смогла бы остановиться, даже если бы захотела».

Richie Unterberger

Послушать альбом ESSRA MOHAWK - Essra Mohawk (1975) можно здесь https://vk.com/music/playlist/-188741821_531_d12e3f45c9598e6...

https://vk.com/judgementcall

Ахой, уважаемые меломаны! Как всегда, спасибо, что заглянули на ОколоМузыки!

Существует устойчивое заблуждение, что «The Show Must Go On» - это личное предсмертное завещание Фредди Меркьюри, написанное им в моменты горького уединения. Коллективное бессознательное упорно отказывается верить в сухие факты истории, но правда куда более трагична и глубока. Настоящим архитектором этого реквиема стал гитарист группы - Брайан Мэй.

В канун 1990 года группа Queen заперлась в студии Mountain Studios в швейцарском Монтрё. Атмосфера была пропитана предчувствием скорого финала. Фредди угасал от осложнений, вызванных СПИДом, его тело разрушалось, он едва мог передвигаться без трости. Это была их общая «точка невозврата». Брайан Мэй в тот период переживал собственный тяжелейший кризис: мучительный развод, смерть отца, затяжная депрессия и экзистенциальный тупик. Мэй смотрел на своего друга, который таял на глазах, но сохранял невероятное ментальное мужество, и видел в нем отражение общечеловеческой трагедии.

Авторство трека юридически принадлежит всей группе - вклад Джона Дикона и Роджера Тейлора в создание жесткой, маршевой ритмической основы неоспорим. Именно они создали этот неумолимый, тикающий, как часовой механизм бомбы, ритм. Однако именно Мэй собрал воедино обрывки стихов, метафор и музыкальных фраз, которые они обсуждали с Фредди, и выстроил из них монументальную структуру. Мэй выступил здесь как эмпатичный психотерапевт: он спроецировал внутреннее состояние умирающего вокалиста на бумагу, создав зеркало, в которое Меркьюри не просто посмотрел, но в которое он вложил свой последний земной триумф.

А теперь предлагаю вам начать слушать песню, чтобы лучше погрузиться в атмосферу.

С точки зрения глубинной психологии, эта композиция - идеальная иллюстрация работы защитных механизмов психики перед лицом неминуемой гибели. Здесь сталкиваются два мощнейших архетипа Юнга: Персона (маска артиста, его социальная роль) и Тень (страх небытия, слабость, физическое разрушение).

О чем "кричат" главные строчки песни?

С первых строк трек погружает нас в состояние острого экзистенциального кризиса. Фраза

«Empty spaces - what are we living for?»

Пустые пространства - ради чего мы живем?)

- это не просто красивый оборот. На форумах вроде Genius и Reddit до сих пор не утихают споры: о каких «пустых пространствах» идет речь?

Одни видят здесь опустевшие театральные подмостки, другие — метафору выжженной души человека, узнавшего смертельный диагноз. С психологической точки зрения это стадия отрицания и торга. Мир теряет краски, декорации рушатся, привычные паттерны поведения больше не работают.

Маска, приросшая к лицу

Центральный конфликт трека раскрывается в строках:

«Inside my heart is breaking, my make-up may be flaking, but my smile, still, stays on»

Мое сердце разбивается изнутри, Мой грим, возможно, осыпается, Но моя улыбка все так же остается на лице..

Здесь Персона одерживает абсолютную победу над немощью тела. Это классическая гиперкомпенсация. Артист отказывается быть жертвой. Макияж, который осыпается — это разрушающаяся плоть, физическая оболочка, которая подводит музыканта. Но улыбка — это символ воли, трансляция внутренней силы во внешний мир. На Reddit часто отмечают, что эта строка отсылает к традициям комедии дель арте и грустным клоунам, но в контексте судьбы Меркьюри эта театральность обретает пугающую, сакральную серьезность.

Рождение звука: алхимия обреченных и вокальный подвиг

Музыкальная ткань песни соткана из инноваций и жестких композиторских решений. Основная тональность трека — Си минор, которая в классической традиции со времен Баха и Шуберта считалась тональностью рока, темной судьбы и экзистенциальной скорби.

Брайан Мэй выстроил гармоническую структуру на основе так называемой андалузской каденции (нисходящий бас). Этот прием веками использовался во фламенко для передачи фатализма и неистовой страсти. Но Мэй трансформировал его, добавив тяжелые синтезаторные пады, записанные на культовом синтезаторе Korg M1. Звук струнных в начале песни — это не живой оркестр, это холодный, механистичный цифровой сэмпл, который создает ощущение космического холода и одиночества.

Когда дело дошло до записи вокала, возникла стена, казавшаяся непреодолимой. Брайан Мэй записал демо-версию, напевая припев фальцетом, потому что в полную силу вытянуть эти ноты (вплоть до невероятно высокой для мужского голоса ноты в кульминации) казалось физически невозможным. Мэй пришел к Меркьюри в студию, сомневаясь, сможет ли тот вообще стоять у микрофона. Фредди едва передвигался. Брайан вспоминал:

«Я сказал: "Фред, я не знаю, сможешь ли ты это спеть. Это очень высоко, это потребует адских усилий". Он посмотрел на меня, улыбнулся своей фирменной улыбкой, опрокинул рюмку водки и сказал: "Я, б***ь, сделаю это, дорогуша". И он пошел и уничтожил эту песню за один дубль».

С акустической точки зрения вокал Меркьюри в этом треке — аномалия. Из-за болезни его легкие работали на пределе, но он использовал невероятную опору дыхания и тончайшие мелизмы. Его тембр здесь приобрел уникальную, почти металлическую компрессию, естественный перегруз (расщепление голоса), который невозможно сымитировать искусственно. Он не просто пел, он буквально выдавливал искусство из угасающего тела, превращая физическую боль в чистую звуковую энергию.

Визуальная драматургия: хроника ускользающего времени

В 1991, когда песня выпускалась в качестве сингла к альбому «Innuendo», снимать новый клип было невозможно: Фредди весил чуть больше сорока килограммов и практически не вставал с постели. Режиссерский дуэт DoRo (Руди Долезал и Ханнес Россахер) совершил культурный подвиг, создав один из первых и лучших в истории видеоклипов-коллажей.

Визуальный ряд стал метафорой личной эмиграции артиста из физического мира в мир вечной памяти. Режиссеры собрали осколки прошлых триумфов: безумные костюмы, кадры из клипов «Bohemian Rhapsody», «I Want to Break Free», концертные безумства на стадионе Уэмбли. Это не просто нарезка ностальгических кадров — это тонко выстроенный психологический таймлайн. Мы видим, как молодой, полный животной сексуальности и энергии трикстер постепенно превращается в монументального, трагического героя. Скорость монтажа в клипе нарастает к финалу, создавая у зрителя паническое ощущение утекающего сквозь пальцы времени. Клип визуализировал саму суть песни: плоть тленна, но образ, зафиксированный на пленке и в звуке, становится бессмертным.

Почему шоу продолжается в каждом из нас?

Песня «The Show Must Go On» вышла 14 октября 1991 года, всего за шесть недель до того, как Фредди Меркьюри не стало. Она не получила Грэмми при жизни исполнителя, но ее истинная регалия — это абсолютное признание временем. Она внесена во все возможные залы славы рок-музыки, перепета десятками великих артистов от Элтона Джона до Селин Дион, но никто не смог повторить тот первородный экзистенциальный надрыв.

Судьба создателей трека сложилась по-разному. Фредди ушел на пике, оставив этот трек как монумент своей воле. Брайан Мэй, Роджер Тейлор и Джон Дикон были раздавлены потерей, но именно эта песня стала для них терапевтическим мостиком обратно к жизни. Дикон вскоре навсегда покинул шоу-бизнес, выбрав тихую жизнь, а Мэй и Тейлор продолжают нести это знамя, доказывая каждый день, что их шоу действительно продолжается.

А помните ли вы, где были и что чувствовали, когда впервые осознанно услышали эту разрывающую душу песню? Стала ли она любимой? Делитесь своими историями в комментариях, почитаю с большим интересом!

Как всегда, спасибо, что дочитали до конца! Отдельно мерси за ЛАЙК и подписку. Низкий поклон за донаты! Если вам по душе такой формат, пишите в комментариях, перевод каких песен вы бы хотели увидеть на моем канале.