Царство 369. Том 2. Глава 2. Паломники во дворе⁠⁠

Первый том: На_Пикабу

Оглавление:

Пролог

Глава 1. Покой здесь никому не светит

От неё пахло костром. Её дыхание становилось всё глубже и громче. Я ощущал её возбуждение сквозь платье, на кончиках пальцев. Её попа прижималась к моему паху. Давление росло — и внизу, и в голове. Приятно было осознавать себя желанным для Кукуни, и мне хотелось её.

Но…

Кое-что меня смущало. На расстоянии вытянутой руки спиной к нам лежала Светозара. Вероятно, нужно было спать невероятно крепким сном, чтобы не слышать и не чувствовать, что происходит позади тебя в такой непосредственной близости.

Дыхание Кукуни становилось всё громче и чуть ли не срывалось на сдавленный стон.

Я не видел Светозару, но она очевидно понимала, что происходит.

И Кукуня тоже это понимала.

Я осознал, что девушка неспроста решила поиграть со мной в эти эротические ласки. Таким нехитрым образом она выстраивала границы. Показывала — в первую очередь Светозаре — что к чему и кто в доме главный.

Вот только мне эта игра не устраивала. Во-первых, потому что я считаю неприличным поступать так с людьми, и Светозара, какой бы подозрительной она ни была, всё же не заслужила такого отношения. А во-вторых, главным в доме был всё-таки я.

Мягко остановив ласку, я провёл ладонью вверх вдоль разгорячённого тела Кукуни. Ладонь обогнула грудь, пальцы скользнули по шее. Кукуня запрокинула голову назад, отдаваясь моей руке. Я поцеловал её в щёчку и едва слышно прошептал на ушко:

— Не сегодня.

После убрал руку на живот и просто покрепче прижал её к себе.

Кукуня раздражённо выдохнула и чуть обмякла в моих руках. Мы были очень близко друг к другу, я чувствовал, как её сердце продолжало отбивать мощные удары.

Я не знал, как она отреагирует, и на секунду побоялся, что она заартачится. Но нет. Сделав ещё пару недовольных выдохов, она всё же вцепилась в мою руку и, кутаясь в мои объятия, как в одеяло, устроилась поудобнее, чтобы наконец заснуть.

Было очевидно, что отказ в ласках понизит лояльность девушки, но вот проверить это во мраке ночи я не мог. Кромешная тьма избушки не позволяла мне увидеть Кукуню, а из-за этого не появлялись и показатели истинного зрения. Впрочем, это дело можно было отложить и на утро…

Закрыв глаза, я провалился в сон, на который делал очень большую ставку. Имеющиеся очки опыта давали мне приятный потенциал для внеочередного роста компетенций в вещах, которые в этом мире весьма востребованы.

Стоило моему сознанию провалиться в бесконечный космос подсознательного лимба прокачки, как я вновь лицезрел ту странную зелёную планету, покрытую загадочными цифровыми узорами. Передо мной появились экраны с блоками статистики.

Я сразу же начал смахивать их в поисках списка навыков. Но в ту ночь местная околоигровая система заставила меня испытать глубочайшее разочарование. Перед моими глазами поверх экранов с навыками начали мерцать очень неприятные сообщения.

///
Трата очков опыта невозможна. Объект «Око Кощея» слишком далеко.

///

— Вот тебе и система… — удручающе выдохнул я.

Попытка прошерстить другие окна ни к чему не привела. Все экраны обладали ограниченным функционалом. Посему получалось, что система прокачки в этом мире очень жёстко привязана к одному конкретному артефакту. И уже тогда я начал понимать, что мир тут работает не по волшебным правилам, а явно по каким-то техногенным.

С другой стороны, поднятие мертвецов в моей системе координат вообще плохо сочеталось с понятием «техногенно». А то, что вытворял эльф-волшебник, так вообще не похоже ни разу на что-то реалистичное, это была чистая магия, как в кино. С другой какой-то фантаст сказал, что любая технология, доведённая до совершенства, превращается в магию. Что ж…

Инструментов прокачать себя не было. Но выходить из сновидения с пустыми руками я не желал, поэтому, прошерстив собственные навыки, нашёл те самые два новых, которые появились после победы над Братомиричем, и посмотрел их расшифровку.

///
Величие — ресурс, отражающий уровень социального капитала. Преимущественно используется для управления подчинёнными. Позволяет руководить людскими массами без использования экономических механизмов. Добывается путём свершения значимых дел и поступков, одобряемых социумом. Может понижаться при социально порицаемых действиях.

///

— Ага, привет социальный рейтинг… это его мне не хватило, когда банк отказал в кредите, я правильно понимаю?

Система мне не ответила. Впрочем, я ответа и не ждал. Посмотрел дальше.

///
Благодать Нави — ресурс, отражающий уровень одобрения поступков Кощеем Бессмертным. Позволяет призывать силу Кощея Бессмертного в час нужды. Добывается путём свершения богоугодных дел. Понижается при отклонении от пути.

///

— Вот так вот, значит, да? Ты решил со мной больше даже не разговаривать?! — выкрикнул я куда-то в пространство.

Мой голос утонул в пустоте космоса, не отозвавшись даже эхом. Честно сказать, формализация отношений с моим псевдонаставником вызвала у меня противоречивые чувства. С одной стороны, появлялся внятный показатель того, насколько правильно я всё делаю, что удобно. Так же как и с девушками: показатель лояльности очень наглядно объяснял, как меняется отношение окружающих меня барышень, ведь это вообще не так уж и легко понять… хотя по факту, конечно, всё всегда понятно: если делаешь, что от тебя просят, получаешь плюс, если делаешь то, что хочешь сам, — минус. Ничего откровенно нового.

Но вот с Кощеем не совсем понятно. Миссия прозрачная, но чем дальше в лес, тем серее становится мораль, и вот уже я веду переговоры с эльфом, поклоняющимся Нульсущему, а убиваю человека.

Информации на самом деле было недостаточно. Но дополнительная иллюстрация не заставила себя долго ждать.

Сон начал схлопываться, меня затянуло в тёмную пучину и выкинуло обратно в собственное тело ранним утром. Я открыл глаза и понял, что всё ещё лежу на печи, крепко прижимая к себе Кукуню.

В избе было темно и пахло дымком. Девушка мирно сопела в моих объятиях. Под нами печь всё ещё дышала теплом.

Но что-то было не так. Были звуки. Какой-то ненормальный галдёж, отдалённый и приглушённый, перемежающийся звуками домашних птиц, кудахтаньем кур. Доносились надрывные крики петухов, кряканье гусей. Деревенское утро. Уже более похожее на то, что меня встречало летними зорьками в гостях у бабушки.

Но галдёж… нет, это было что-то неправильное.

Кряхтя и ориентируясь на ощупь, я слез с печи.

— Что случилось? — раздался сонный голос Кукуни.

— На улице что-то шумит, — недовольно пробубнил я.

Не надевая зипуна, только в штанах и сапогах, я отворил скрипучую дверь. Тело обдал холодный воздух. По коже пробежала волна мурашек, и дыхание чуть перехватило. Совладав с этим первым приступом судороги от прохлады, я, щурясь, осмотрелся.

Во внутреннем дворе, который едва освещался предрассветным солнцем, стояла орава моих зомби. Всё ещё живы. Быстренько пересчитал их глазами. Парочка упала на землю. Видимо, на них «Касание Нави» подействовало слабее прочих.

Звук галдежа стих. А вот звуки животных никуда не делись. Меж заборных реек виднелось какое-то движение. Вернувшись в избу и взяв с угла меч и щит, я направился к воротам.

— Что происходит? — таким же сонным голосом спросила Светозара.

— Будьте внутри, — буркнул я.

Встал на середину двора, поближе к Волколаку, и снова прислушался.

По ту сторону забора явно кто-то был. И он явно затих, стоило мне открыть дверь. Мало ли кто там мог быть. Может быть, пришли враги? Сбежавшие эльфы решили отыграться? Или, может, просто крестьяне решили избавиться от нового князя-поднимателя нежити? В тот момент много мыслей пронеслось в голове, одна жутче другой. Но долго стоять на морозе желания не было, поэтому я громко крикнул:

— Кто там стоит на дороге?!

Послышалась какая-то возня. А затем неуверенный крик:

— Княже, не сердчай! Мы за помощью пришли!

— Кто вы?! — снова грозно выкрикнул я.

— Смерды Миротопи! — послышался ещё один голос.

— Хм…

Отворив ворота, я увидел, что на дороге собралась горстка крестьян. Завидев меня и стоящих позади мертвецов, люди вздрогнули и чуть попятились. Я окинул их грозным взглядом. У многих было что-то в руках: кто-то нёс курицу, кто-то гуся, у кого-то был свёрток с чем-то напоминающим каравай, кто-то держал длинное ожерелье то ли из какого-то тёмного камня, то ли из крашеного дерева.

Всё это были женщины и старики. Но многие из них прятали за спинами детей. Этот вид чуть сбавил уровень моей напряжённости, и я опустил меч.

— Чего вы хотите?! — снова грозно спросил я.

Люди начали оглядываться друг на друга, ища, кто будет говорить от лица пришедших. Но первым заговорил маленький мальчик, выглянув из-за бабушки:

— Княже, дай нам жизни!

— Чего? — я посмотрел на мальчугана, и тот тут же спрятался обратно.

— Княже… — неуверенно прохрипела его бабушка. В её руках был как раз свёрток с хлебом. — …мы… мы пришли просить вылечить нас от хворей…

— Мы принесли плату! — воскликнул кто-то с другого бока.

— Дай нам жизни, княже! — воскликнул ещё один ребёнок.

Приглядевшись к всплывающим над людьми характеристикам, я понял: все они были больны. У каждого была нехватка очков здоровья. У многих проблема виднелась прямо на лице в виде сильных ран, высыпаний, откровенно нездоровых волдырей или потемнений. Кто-то был перемотан грязными тряпками. Осознание пришло мгновенно.

Прошлой ночью они увидели, как Светозара, приложив руки к моим смертельным ранам, вернула меня из мёртвых. И теперь они пришли, чтобы получить немного её божественной силы.

Обернувшись, я увидел, что в дверях избы стоят и Кукуня, и Светозара. Обе вооружены — луком и копьём соответственно — и с тревогой смотрят на меня.

Снова повернулся к людям.

— Вам нужно лечение?

— Да, княже! — прохрипел всё тот же мальчуган.

— Мы принесли ценное, что есть… — бабка сделала робкий шаг вперёд и протянула мне свёрток, низко склонив голову.

Я приставил меч к забору, протянул руку и смахнул ткань. Ржаной каравай. Его душистый аромат ударил в ноздри. Хлеб был ещё тёплый. В животе заурчало. Хотел бы я сказать, что все получат лечение бесплатно, но голод брал своё.

— Обождите! — скомандовал я и, ступив обратно во двор, взял меч и вернулся в избу.

— Чего они там? — тут же спросила Кукуня, выглядывая на улицу.

— Пришли за лечением, — ответил я. — К Светозаре.

— К ней?! — недовольно буркнула Кукуня.

— А к кому же ещё? — усмехнулась Светозара.

— Ну знаешь ли, не только ты тут целебной силой обладаешь! — Кукуня упёрла руки в боки.

— А кто… ты, что ли? Мертвецов поднимать — это не лечить, — Светозара посмотрела на лесную девушку с лёгкой ноткой презрения.

— Кто тут чем обладает… — не выдержал я и прервал их нарастающую перепалку, — …совсем не важно. Знать об этом другим без надобности.

Светозара, поджав губы, отвела взгляд. Кукуня торжественно улыбнулась, видя недовольство целительницы, затем повернулась ко мне:

— И чего дальше-то?

— Светозара, ты будешь лечить крестьян в обмен на еду и на то ценное, что они ещё могут нам дать, — по-деловому сказал я, положив руку на плечо девушки.

— Что? — она растерянно посмотрела на меня, а затем на Кукуню.

— То! — отозвалась та. — Что велено, то и будешь делать!

— Но я же… это не так просто… если у меня не получится, что они тогда со мной сделают?! — взволновалась Светозара.

— Послушай, — сказал я. — Этим людям нужна помощь, а нам нужно заручиться их поддержкой…

— Нам? — возмутилась она. — Или тебе? — она хитро прищурилась.

Я сделал глубокий вдох. Какой же она всё-таки была своенравной бабой. По-другому и не назовёшь. Нужно было как-то расставить границы и роли, иначе вся моя княжеская власть будет только разваливаться, так и не собравшись. Решил начать с чего-то базового.

— Ты хочешь есть? — спросил я.

— Кхм… хочу…

— Я сжёг к чёртовой матери всё, что было у прежнего князя, да ещё и поубивал в процессе местных домашних птиц у этих бедных крестьян. Они, скорее всего, очень недовольны тем, что стали чуть беднее, и им очень нужна какая-то положительная обратная связь… — По глазам Светозары я понял, что не все слова, которые я подобрал, дошли до её понимания в нужной мере, поэтому прямо в процессе решил пойти чуть-чуть иным путём. — …Короче… люди там, за забором, в нужде, так же как и мы здесь сейчас. И либо ты хотя бы пытаешься им помочь, либо я выхожу и скажу, что ты отказываешься их лечить. Не знаю, как они отреагируют, но уверен, что не сильно будут рады видеть тебя на улице.

— Ага, особенно после того, как Диму ты вылечила, а детишек их не стала! — усмехнулась Кукуня.

— Кхм… — Светозара бросила быстрый взгляд на неё. — …вот и делай людям добро… — снова посмотрела мне в глаза и уже было открыла рот, чтобы что-то возразить, но я вклинился раньше:

— Просто попытайся… если не будет получаться, скажешь им, что их вера в… — я непроизвольно обвёл комнату взглядом, ища нужное слово, — …в Кощея… да, в Кощея Бессмертного недостаточно сильна, они слишком долго поклонялись ложному богу Нульсущему, и теперь силы Нави не хотят лечить их. И мы получим одновременно и подношения, и уважение, и помаленьку вымоем веру в Нульсущего из общества… поняла?

Светозара чуть отшагнула назад. Её прищуренный взгляд смерил меня сверху донизу, а затем, скрестив руки на груди, она ответила:

— А это… умно… хм…

Краткая вспышка надписей, летающих вокруг головы девушки, отметила её ответ многозначным:

///
Светозара.
Лояльность +1
///

Она была из тех, кто ценит в мужчинах смекалку. Запомнил на будущее.

— Значит, ты в деле? — вопросительно кивнул я.

— Да. Как мне… лучше… — она растерянно осмотрела помещение.

— Ты же была жрицей Перуна, ведь так?

Светозара быстро посмотрела на меня. На мгновение я заметил замешательство на её лице. Всего на мгновение, но я это заметил. И она заметила, что я это заметил, и тут же поспешила сбивчиво ответить:

— Да, была… дедушка меняяяя… учил… я знаю… как проводить… ритуалы… но… но… — она снова вернула себе самообладание. — Мы практиковали таинства Перуна, а не Кощея… откуда же я ведаю, как проводить ритуалы Кощеевы?

— Не нужны тебе никакие таинства и ритуалы, чтобы лечить, у тебя и так всё отлично получается… с другой стороны, чтобы люди проникались, надо…

Я повернулся к Кукуне. Та не сразу заметила, что я смотрю на неё, и ещё какое-то время буравила пристальным взглядом Светозару. Поняв, что повисла длительная пауза, она смерила нас взглядом, а затем неуверенно сказала:

— Маманя учила меня… всякому… но-о-о…

— Ты же знала, как поднимать нежить, — заметил я. — Ты научила меня этому.

Светозара резко и удивлённо посмотрела на меня. Я не стал отворачиваться от Кукуни в ожидании ответа.

— Это другое… — закончила она.

— Мара проводила какие-нибудь ритуалы в лесу?

— Проводила… но… — Кукуня с опаской глянула в сторону двери. — То были не такие ритуалы… там…

— Всё, что тебе нужно, — это научить Светозару делать вид, что она выполняет таинства Кощея.

— Но они же знают, что я училась у волхва Перуна, — заметила Светозара. — Это же будет странно.

— Теперь у тебя новый покровитель, — спокойно парировал я. — И новый князь, и новая дружина. — Ткнул пальцем в сторону двери. — Я думаю, люди быстро смекнут, в кого нужно верить. Главное, чтобы руки твои не давали осечку и раны людей затягивались.

Светозара молча смотрела мне в глаза. Она явно обдумывала свой следующий шаг. Я помнил о её навыках в обмане и понимал, что она, как никто другой, сможет стать проповедником религии имени Кощея.

— Ну чего ты медлишь-то?! — дёрнула её за рукав Кукуня.

— Ай! — отмахнулась Светозара, насупившись, посмотрела на девушку, затем на меня и, быстро, нервно выдохнув, сказала: — Ладно… я попробую.

— Вот и славно. Там, за забором, собралась орава людей, которым очень нужна помощь. Иди и дай им её.

Светозара кивнула мне, поправила платье и направилась на улицу…

— Думаешь, она сойдёт за жрицу Кощея? — тихонько спросила меня Кукуня, глядя ей вслед.

— Язык у неё подвешен, думаю, она справится… — отозвался я.