Стыдно, когда видно?
Есть у меня коллега, который время от времени очень любит порассуждать-поспорить на какие-нибудь околофилософские темы. За это его прозвали «Сократом». Спорит он со всеми подряд. Когда у него начинается полемический зуд, лучше в коридорах или в столовой с ним не пересекаться. Будешь непременно назначен его оппонентом. А это надолго. А нужно ведь работу работать. Хотя, общаться с ним интересно. Он – человек не глупый, начитанный. Просто не в меру и не к месту говорливый. Но все мы не без изъяна, каждый со своими особенностями и «тараканами». Недавно он все же поймал меня в столовой, в момент поедания мной весьма недурственного яблочного штруделя, подсел и завел свою шарманку. Он всегда начинает с одной и той же фразы: «Я вчера на такую любопытную тему размышлял…». Выплескивает на собеседника «ушат» своих мыслей и завершает стандартным вопросом: «А ты что об этом думаешь?». Со мной он решил обсудить тему стыда. Врожденная это эмоция или наживная? По его мнению, испытывать стыд человека вынуждает общество. Общество устанавливает границы, выход за которые критикуется и порицается. От критики и повышенного внимания к его персоне человеку становится некомфортно. О границах же люди узнают по мере взросления. Значит, чувство стыда – приобретенное. Маленькие дети его не испытывают. Спорить с коллегой я не стала – время обеда заканчивалось. Однако при иных обстоятельствах я бы вступила в дискуссию. Тем более, что имеются у меня две истории на эту тему.
История номер раз
У меня есть дочь. История, о которой пойдет речь, произошла в 2015 году, когда дочери было 3,5.
Каждое лето наша семья (я, муж и вышеозначенная дочь) переезжает жить за город, на дачу. Это давнишняя традиция, которой мы не изменяем и по сей день. Потому что в каменных джунглях в летний сезон неимоверно душно, липко и знойно.
Небольшое лирическое отступление: в 3,5 года некоторые дети еще практикуют сиесту. Дочь в этом возрасте была аккурат из таких детей. Послеобеденный сон – это было святое, без него дожить до вечера в хорошем настроении не получалось никак. Начинались капризы, нытье, истерики на пустом месте. Видно было, что человек устал, человек сам уже не знает, чего хочет.
Так вот, в один из жарких летних дней 2015 года дочь, как обычно, вкусно пообедав, отправилась спать, прихватив с собой любимую игрушку – большую мягкую коричнево-белую курицу. Пока она спала, к нам в гости зашел друг семьи и по совместительству – сосед по даче. Мы сидели в беседке, пили чай с вишневым пирогом и болтали о том о сем. Вдруг из дома выбежала дочь. Выбежала почти нагишом – в одних трусах, не стала одеваться после сна. Заметила постороннего человека, секунду подумала, резко развернулась на пятках и понеслась обратно в дом. Я последовала за ней. Зашла и увидела такую картину: дочь с красным взволнованным лицом торопливо натягивала на себя сарафан, путаясь в лямках и чрезмерно пышной юбке. Я поинтересовалась, что случилось? Ответ меня удивил. «Там дядя Андрей, а я не одетая», – сказала мне смущенная трехлетка. С тех пор она больше никогда не выходила из дома без одежды. Мало ли, кто чужой заглянет?
Получается, что маленькие дети способны испытывать чувство стыда или стыдливости, даже толком еще не разбираясь в общественных границах.
История номер два
Воспоминание 2007 года. Я отдыхала тем летом в Болгарии. С подругой. У нас был один номер на двоих – двухкомнатные апартаменты с большим балконом, на котором стояли столик и несколько кресел. Нам нравилось вечерами сидеть на этом балконе, потягивая прохладное местное вино.
В номере по соседству жил молодой человек неопределенной национальности. Он был точно не француз, не бюргер, не итальянец, не испанец и не англичанин. Судя по языку. Ну, и точно не азиат. Судя по внешности. Был он очень худ и прыщав, с мелкими бегающими глазками и крупным носом «картошкой». Он любил часами тюленить на шезлонге у бассейна, периодически натирая свое субтильное тело солнцезащитными кремами и различными маслами. А когда под вечер возвращался в свой номер… Начиналось настоящее представление. Завернутый по пояс в полотенце он выходил на балкон, аккуратно и неторопливо вывешивал на сушилку шорты, футболку, плавки. Затем ловким движением руки он срывал с себя полотенце и оставался совершенно голым. И вот так, в костюме Адама, минут 5 – 7 расхаживал туда-сюда по балкону, будто дефилировал по подиуму. После чего, приняв позу «отдыхающего Сатира», закуривал сигарету. А докурив, скрывался в недрах комнаты. Подобное повторялось изо дня в день. Перегородки между балконами были стеклянные, так что мы во всех подробностях могли лицезреть, как сосед регулярно выгуливает своего маленького «слоника». Хотя, гораздо больше предпочли бы любоваться закатом на фоне моря. Банально, но для глаз приятнее.
«Фу, срамота! Ни стыда, ни совести!», – сказали бы бабки у подъезда, увидев на балконе голого мужика. И были бы правы. Что произошло с чувством стыда у людей, которые легко и без всякого принуждения обнажаются на публике, выставляют напоказ то, что принято скрывать? Атрофировалось? Или его не было с рождения? Взрослый человек ведь прекрасно знает, «что такое хорошо и что такое плохо». Должен, по крайней мере. Однако некоторые сознательно нарушают «правила игры», не испытывая при этом никакого дискомфорта.
Так что, по мне, чувство стыда или стыдливости – врожденное. А вот поведенческие нормы и нормы морали, за нарушение коих человеку может быть стыдно, уже прививаются социумом, в котором человек растет, развивается и живет.