Соломенная кукла Ч.2
Закончив печь хлеб, Ирдиган буквально за шкирку потащила дочь на окраину деревни, ничего не объясняя Тервесту. Он решил не вдаваться в их дела, ведь дома нужно было проверить то, что сделали сыновья. Закрыв пекарню, он просто побрел отдыхать, напевая песню себе под нос.
Женщина шла так быстро, словно ее кто– то преследовал. Она не выпускала рубаху дочери из руки, будто боялась, что она тут же убежит прочь.
Дойдя до старой покосившейся избы, Ирдиган стремительно направилась к двери и только занесла кулак, для того, чтобы оглушить округу тяжелым стуком, дверь открыли.
– Пришла. – тихо сказала Брунда.
Старуха только улыбнулась, пропуская их в свой дом. Обстановка была не такой пугающей, как в тот вечер, когда Берга сюда пришла. Внутри было светло от масляной лампы и пахло какой– то кашей.
– Ты, что окаянная себе позволяешь? – с порога начала Ирдиган.
– Позволяю то, что боги даровали, гои на небе, гои во лесье, гои на земле, гои вогне. – строго ответила Брунда.
– Ты судьбы людям рушишь всю жизнь, неужели ни грамма совести нет? – сбавив пыл продолжила мать Берги.
Сама же девушка стояла, опустив глаза в пол и даже боялась не то, чтобы что-то сказать, а даже шелохнуться, лишь бы не привлечь к себе внимание матери и старухи.
– Судьбы рушат сами люди, а я только даю им то, что могу и то с разрешения богов. Так что можешь заканчивать свой разговор, пока не разгневала древа и воду, землю, по коей сама ступаешь и воздух, которым дышишь.
– Ты мне говори лучше, как приворот снять. – Ирдиган хоть и успокоилась в голосе, но все равно буквально разрывалась от злости.
– А никак. – словно отмахнувшись ответила старуха.
– Ты шутки не шути, а то хату твою вмиг всем селом спалим. Говори.
– Ты угрожай сколько душе угодно. – рассмеялась старуха. – я под защитой богов. А приворота не снять, поскольку и самого приворота не было. Заколдовали мы куклу с твоей дочуркой, да закопала она ее в полесье под ольхой. И все на этом. Боги туда силу вложили и плату просят, в виде чада ее, ей не принадлежавшего, но по крови родного.
Женщина изменилась в лице, она не совсем понимала всю суть колдовства проделанного Брундой, но слова о детях невольно заставляли сжиматься.
– Коли ребеночка отдаст богам, все само и спадет. А не отдаст. – старуха тяжело вздохнула. – то будет худо им, да такое, что никто помочь не сможет.
– Я ту куклу сожгу и плевать хотела на твои сказки. – огрызнулась Ирдиган.
– Сжигай не сжигай, а ровно неделя есть у этих двоих, чтобы чада зачать, иначе, жди беды ко дворам обоим. – старуха подошла к двери и отворив ее сказала – а теперь вон из дому моего, чтобы глаза в ночи вас не видели, а при солнце не узнали.
Ирдиган взяла крепко дочь за руку и вышла прочь.
– Ты мне скажи, где куклу закопала? – строго спросила мать.
– В лесу за храмом, пока все гуляли.
– Пошли. – Ирдиган дернула ее за руку и повела за собой. – сейчас откапывать будем.
– Нет! – вдруг закричала Берга. – ты же слышала Брунду, откопаем и лихо в семьи ворвется.
– Не ворвется. Это она тебя так дуру наивную пугает, чтобы ты со мной спорила. Я с этой бабкой с самого приезда сюда спорю, ругаюсь на чем свет стоит, а ей все не почем. Играется с юнцами да девчушками как ты, в свои игры, и судьбы ломает. Корежит словно скверной обрызгивает.
– Мама, а если права она? – взмолилась Берга, послушно идя за матерью.
– Да не права. Не твою первую и не твою последнюю куклу откапывать и сжигать будем.
– Она раньше тоже так помогала?
– Помогала? – возмутилась Ирдиган. – она против воли идет богами прикрываясь! Где это видано было, чтобы боги свою силу даровали, дабы зло делать.
– Но почему зло? Она же сделала так, чтобы Кальд к нашему дому сам пришел.
– Он сам пришел, да только как куклу выкопаем, сразу к нему домой пойдем. Увидишь, что ее помощь с людьми делает
– Ты серьезно, хочешь к Кальду в дом прийти?
Ирдиган только сверкнула взглядом, дав четко и ясно понять Берге, что сейчас не самое лучшее время вообще противоречить тому, что сказала мать.
Дойдя до храма, девушка внимательно осмотрела лес, в который ушла вчера вечером и определив нужное дерево, принялась копать. Куклу она нашла быстро и легко, поскольку руками, в земле, глубокой ямы не выкопаешь, и тем более в темноте, быстро, стараясь скрыться от чужих глаз.
– Вот она. – Берга протянула ее матери.
– Я в руки куклу не возьму, ты сама понесешь ее.
– Хорошо. – ответила девушка.
– Теперь идем к дому Кальда.
Ирдиган снова взяла дочь за руку и потащила ее к дому парня. Благо с его родителями они были в достаточно теплых отношениях. В свое время, отец парня помогал ее мужу возводить пекарню, поскольку слыл каменщиком в деревне и часто брался за строительство. Основным делом конечно– же в его семье была война. Они поколение за поколением присылали на большие острова своих мужчин, которые не только хорошо показывали себя в набегах, но и как правило умирали в старости, на священном поединке. Дом их находился рядом с причалами, его построил еще прапрадед Кальда, чтобы было удобно возводить драккар, на котором он, самостоятельно собрав дружину поплыл в набег.
Придя к дому, Ирдиган и Берга услышали странные стоны и брань, за дверью. На улице давно стемнело, в доме горели свечи и очаг. Женщина постучала в дверь.
– Кого еще нелегкая принесла на ночь глядя? – раздался раздраженный голос отца семейства, его звали Фасгурд.
– Это Ирдиган, со мной Берга, нужно серьезно поговорить.
Дверь тут же открылась. В доме было весьма уютно. Деревянный пол был устелен мягкими шкурами, у окна стоял стол и очаг, на котором готовили еду. Было несколько сундуков и бочек, где хранились пожитки. Слева от входа, была развешана сушеная рыба на шерстяной нитке, там же грибы, коренья и прочая сухая зелень. В дальнем углу была массивная бревенчатая кровать, которую отделяла тяжелая махровая ширма бардового цвета. Там же и лестница на второй этаж, где была спальня родителей Кальда. Справа от входа стояли ведра и висел умывальник.
– Что за срочность, Ирдиган? И так голова о другом болит. Сын час как с хворью слег. Сельри за знахарем побежала.
– Не надо знахаря. – тяжело выдохнув сказала женщина. – разреши войти.
– Конечно. – Мужчина жестом пригласил их в дом. – говори, почему знахаря не надо?
– Да потому что у дочурки моей мозги как у чайки. – женщина злилась – додумалась до Брунды сходить, чтобы та ей помогла.
Мужчина округлил глаза, после посмотрел на Бергу и будто не веря в услышанное сказал:
– Ты как посмела туда нос совать свой вообще?!
– Тише, Фасгурд. Этим я сама займусь. Дак вот, та о любви наобещала и куклу сделала. Мы куклу уже откопали. Осталось обряд очищения провести и сжечь.
– И что, думаешь поможет?
– ну раньше же помогало.
– и то верно. Мы из-за этих заговоров и так Брунду всей деревней на окраину выгнали много лет как.
– Ты зла на дочь не держи. – попыталась оправдаться Ирдиган. – она глупая и юная. Думала старуха ей и правда поможет внимание на себя Кальда обратить.
– Да неужели трудно просто на празднике подойти, коли в жизни стесняешься?! – пытаясь держать себя в руках спросил отец Кальда, только разведя руками. – вы поколение за поколением все глупее родитесь что ли. Мы эту бабку стороной обходили, а вы? Уже третий случай за пять лет, неужели боги языков не дали, чтобы вопросы лично задавать?
– Он внимание на меня не обращал. – тихо произнесла Берга.
– Не обращал, а ты обратила бы сама! Меня мамка его так в молодости захомутала, что я потом за ней год бегал, лишь бы в жены взять. А вы. – мужчина только махнул рукой в сторону Берги.
Девушка посмотрела на мать, ища хоть какой-нибудь защиты. Да, она понимала свою вину, но выслушивать от других в свой адрес плохое – не привыкла.
– Не смотри так на меня, Берга. Я с Фасгурдом согласна полностью. Вы в своем поколение совсем ума лишились, зажались словно клещами сдавленные!
Девушка только молчала, опустив взгляд в пол.
– Давай уже не томи, куклу сожжем и все. Кальд в жару лежит таком, что простыни хоть отжимай.
– Ты проведи меня к нему, а лучше я с дочкой пройду, чтобы посмотрела на ту помощь, которую Брунда людям оказывает.
– Дайте боги с сыном ничего не случиться, дак я совет соберу и мы эту ведьму в море выбросим за дела ее.
– Не горячись. Она деревне не раз и не два помогала. А то, что подобное творит, может быть в клетке с полгода поживет, дак одумается. – сказала Ирдиган.
Мужчина только покачал головой и повел обеих к кровати Кальда. Берга чуть не упала в обморок от увиденного! Ирдиган только изменилась в лице, а Фасгурд прикусил кулак.
Кальд был сам на себя не похож. Его лицо было красным от жара, тело трясло, на лбу были выпуклые вены. Он крепко сжимал зубы и скрежетал ими, казалось, что его голова вот-вот лопнет. Из уголков глаз текли черные струйки, напоминающие кровавые слезы. Уголки гуд были перемазаны такой же черной субстанцией.
– Вот теперь и думай, какую помощь тебе старуха оказала. – грозно сказала Ирдиган. – и это первая ночь, а она вам сколько отмерила? Пять дней.
– На что пять дней? – спросил мужчина.
– На то, чтобы ребенка зачать и отдать по рождению богам в дар.
– Она со святым играться решила? – громко, чуть ли не сорвавшись на крик возмутился Фасгурд.
– Пойдемте. – Ирдиган быстро вышла из дома.
Пройдя во двор, она четко говорила то, что необходимо сделать. Фасгурд помог Берге, подготовил дрова и разжег костер. Дальше девушка повторила молитву богине Аско и возложила соломенную куклу в огонь. Та начала дымиться, и вдруг из нее стали разлетаться черные искры! Пламя стало зеленым, а в чистом ночном небе ударила молния.
– Вот и все. – строго проговорила Ирдиган.
– В прошлые разы искр не было, сказал Фасгурд.
– В прошлые разы и порча была слабее, чем сейчас.
– Простите меня, прошу вас. – не выдержав всего, Берга свалилась на колени и сжав руки перед собой буквально рыдала, не зная что делать и как быть.
– Лишь бы сын выжил. А дальше уже придумаем, что с тобой сделать. – Фасгурд сурово посмотрел на нее, но поймав на себе взгляд Ирдиган добавил – Родители придумают.
Он повернулся к женщине и взяв ее за плечо сказал:
– Спасибо тебе. Пусть боги хранят тебя вечно.
– Сама виновата, не объяснила, дочери.
– Все виноваты. Хотя бы потому что допустили эту треклятую всеми ветрами ведьму в наши края.
Они попрощались. Женщина взяла дочь за руку, и они пошли домой. Фасгурд вернулся к себе и сел рядом с сыном. Спустя пол часа пришла Сельри и привела лекаря. Мужчина все рассказал, вызвав только волну возмущений и брани. Лекарь все же дал снадобья, чтобы облегчить жар и ломоту. За то время, пока их ждали, у Кальда перестали выступать черные слезы, он расслабил челюсть и начал ровно дышать.
***
Берга уже пятые сутки сидела дома. Ей запретили куда-либо выходить. Отец сопровождал ее до пекарни и домой. Дома тоже никто не спешил с ней общаться, давая четко понять, что то, что она сделала это очень страшная вещь и прощение ей явно придется долго заслуживать. Берга и сама видела, как на нее косятся остальные жители, ведь деревня была небольшая, и молва о том, что она ходила к ведьме быстро разлетелась из уст в уста по всей округе.
Кальд поправился полностью, его здоровье восстановилось буквально к утру, но он больше не приближался к пекарне, как это было раньше. До этого, за хлебом всегда ходил он, в эти мгновения, Берга хотя бы могла любоваться им, тая в душе чувства, но теперь все было по-другому. Ее мать молча отдавала все Сельри, которая даже смотреть не хотела не на нее ни тем более на Бергу.
К концу дня она пришла домой вместе с родителями. Взяла еду, которую приготовили братья и ушла наверх, в свою небольшую комнатку на чердаке. Поужинав, она просто легла на кровать и уткнувшись носом в подушку заплакала, осознавая, что натворила. Проведя несколько часов в слезах, проклиная себя, старуху и тот день, когда она оказалась у ее порога, она все же уснула. На небе словно два ока показались луны Лель и Кицен, которые своим холодным леденящим душу взглядом наблюдали за ее виной.
***
Девушка открыла глаза. Она не понимала, сколько сейчас времени. Казалось, будто ее просто забыли дома, но за небольшим круглым окном не было света солнца. Она вся лежала в холодном поту, но, когда сознание начало возвращаться к ней, она с трудом встала с кровати и решила спуститься вниз, чтобы попить воды. Подойдя к двери, она толкнула ее за ручку, но та не открылась. Берга с удивлением посмотрела на нее и толкнула сильнее. Та снова не шелохнулась. Еще сильнее и еще, девушка не понимала, что происходит, первая мысль была, что кто-то из младших пошутил и запер ее с другой стороны. Она начала колотить рукой по двери и кричать, чтобы ребятня прекратила издеваться над сестрой. Но спустя мгновение, она поняла, что звук полностью отсутствует. Словно, все ушли, оставив ее одну дома.
Берга еще не осознавая, подошла к окну и заметила, что на небе нет ни единой звезды. Тогда она решила открыть свое небольшое окно, но оно тоже не поддавалось девушке. Внутри нее начиналась паника. Она чувствовала себя словно загнанной в ловушку. В голове были десятки мыслей, которые одновременно кружились, сплетались и текли по сознанию неразборчивым потоком обрывков фраз и догадок, от того-что это деревня решила так ее проучить, до самых страшных, что Боги пришли за даром, который она не дала им за приворот Брунды.
Берга не сдавалась, она до последнего пыталась колотиться и кричать, звать на помощь! Небольшой табуреткой она пыталась выбить окно, но то даже не шелохнулось от нескольких тяжелых ударов. Она уже потеряла счет времени, не знала, сколько часов или дней она находится взаперти, рассвета так и не наступило. В голове была четкая мысль – она заперта ведьмой.
Девушка уже сбила руки в кровь от ударов о деревянную потертую временем дверь, которая стояла перед ней, словно монолитная каменная стена, которую никому не под силу разрушить. Слезы, крики, отчаяние. Она то засыпала, то вновь просыпалась и продолжала ломиться прочь из этого места, совершенно не чувствуя голода. Казалось, что ее крик способен разрушить все стены. Но ничего не происходило.
***
Бергу положили в лодку в белом саване с венком на голове. Мать, отирая слезы вложила в ее холодные руки кольцо, которое собиралась подарить на ее свадьбу и поцеловав в бледный, ледяной лоб отошла прочь. Тервест аккуратно спустил ее на воду и прижал к себе жену, пытаясь утешить ее горе.
Старейшина деревни читала молитвы, вовремя которых несколько воинов, вооруженных луками подожгли стрелы и выпустили их в борт отплывающей лодке. Промасленная древесина задымилась и в скорее вспыхнула.
Люди, что пришли проститься с Бергой выстроились на берегу и наблюдали за тем, как боги забирают совсем юную душу обратно к себе.
Еще утром, узнав о том, что Берга умерла, Фасгурд собрал мужиков, которые согласились помочь и вместе с Тервестом отправились на окраину, к дому Брунды. Ее смерть, стала последней каплей для деревни. Мужчины ворвались в дом старухи, выволокли ее на улицу и повесили прямо на ветках дерева. Та только смеялась и кашляла кровью от сдавливающей горло веревки. Ее худые костлявые ноги дергались в конвульсиях, пытаясь поймать под собой что-то твердое, но все было тщетно. Когда она обмякла и перестала шевелиться, Тервест взял в руки факел, разжег его и поднеся к ногам Брунды сжег ее труп. Они наблюдали за тем, как огонь расползается по старой ведьме, как кожа начинает слетать обгоревшими черными лоскутами, а сама она покрываться углем. От пламени, веревка оборвалась и тело с глухим хлопком повалилось на землю, распространяя по лесу запах горелой плоти, сладковатый и терпкий, окутывавший после горечью тех, кто его вдыхал.
Дождавшись, пока она перестанет тлеть, мужчины дружно выкопали яму для нее, вложили в рот камень и вбили кол в сердце, после закопали, не оставив ни единого напоминания о том, как звали ее при жизни.
Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора. *
notes
Примечания
1 Место, где по поверьям норвинцев был захоронен великий Ронар Борг, поглотивший кровь богов и отдавший жизнь во имя благополучия воинов.
2 Река в северной части Ослода, единственная в своем роде, оттаивая в летнее потепление месяца Вальдель. Она окрашивается в красный цвет, из-за чего норвинцы почитают ее как аорту Дира, что питает кровью земли давая им жизнь.
3 Весеннее полнолуние, которое все Норвинцы отмечают как смену власти братьев, по их поверию именно в ночь Бельтвенгарда, Аско сменяет Дира и Ровад, властителей страха и зимы, забирая власть она дает новую жизнь и виток событиям, которые продлит Туро в день Габельвейн празднующийся в конце лета. В этот момент Норвинцы перестают посещать водоемы и купаться в реках и озерах, веря в то, что Туро хоронит тех, от кого отвернулась Аско в диких водах. На его смену приходит день Мардмердинг, когда власть снова берут Дир и Ровад.
4 Синиглазая Асло – по преданиям норвинцев являлась второй женой Рогнара Борга и считалась самой красивой девушкой, из-за того, что в ее венах текла кровь драконов.
5 Храмы, расположенные на отдаленных островах Норвинии, в которых маги образуют свои союзы и с помощью глубокого погружения за завесу предсказывают важные события.
6 Маг-лекарь, личный лекарь конунга и его семьи. Во время войны отправляется вместе с фельдшерами для лечения раненых воинов.
7 Женщины преклонных лет, которые распевали под аккомпанемент барабанов древние песни и легенды о воинах, которые были после сотворения мира и свержения богов. Зачастую почитались и уважались во всех городах и деревнях Норвинии
8 Вежливое обращение к женщинам и магам женского пола используемое у норвинцев.