Матриархат гоблинов 5⁠⁠

В племени, где все друг друга прекрасно знают - редко появляется кто-нибудь новенький. Это всегда событие. Куда как чаще мы привыкли провожать умерших. Кого-то укусила змея, кого-то сожрали волки, кто-то ушёл слишком далеко в снежные степи и его растерзали саблезубы. Эти огромные хищники брезгуют зелёным мясом, но очень ревностно относятся к защите своих территорий, и не приемлют никого чужого.

Я с ними этим похож. Кто-то чужой это всегда проблема, особенно когда приходит древняя старуха гоблинша, с магической лампой на плече, держа в одно руке посох с живым и бьющимся сердцем, а в другой серп, каким обычно люди срезают травы. Мы же гоблины привыкли их просто рвать, обрывая когтями.

Обычно пришедших встречает вождь - это его обязанность, одной из которых, Палтус (мой отец) не может пренебречь, несмотря на всё желание. Он просто обязан встретить чужака и поговорить. При всех, в центре племени.

Но как только в поселение, под конвоем двух охотников гоблинов ввели эту старуху, встречать её вышел мой дед - Рорх. И встретил он её громогласным злым воплем:

- БРУГА, старая тварь, ЗАЧЕМ ТЫ ВЕРНУЛАСЬ?!

- И я рада тебя видеть, Рорх… - проскрежетала в ответ старуха.

И я только в этот миг заметил, что ноги у неё... какой ужас, это больше напоминало птичьи лапы. Я стоял вдалеке, за спинами остальных, но инстинктивно подвинулся вперёд, и гоблины уступили мне место, пусть недовольно, но я сын вождя и будущий шаман - не имеют они воли меня не пустить. Я вышел в первые ряды, оказавшись со старухой шагах так в пяти, сбоку.

И что ещё тут же бросилось мне в глаза. Она была абсолютно слепа. И болотная мошка, которая всех нас поедала нещадно, обступала её стороной, сторонясь дыма её чудной лампы, которую она носила на плече.

Страшнее всего в её образе смотрелись наросты на плечах. Они переливались чем-то зелёным и пульсировали.

И дед, который выскочил из своего дома в одних панталонах, блистая матёрым, всё ещё крепким торсом, с клюкой в одной руке и явно готовый к бою, свой магический артефакт с вырезанной белкой - опустил.

Старуха же явно не готовилась нести что-то злое, её рука с серпом вообще висела плетью, и непонятно каким образом она ещё удерживала на весу своё оружие. Было видно, что она едва-едва стоит на ногах.

- Меня пригнала сюда смерть, Рорх. Прими обратно в чрево заблудшую душу.

- …м-м... - Дед выглядел задумчивым как никогда, мычал и отвечать не спешил. Гоблины в округе молчали.

- Я знаю, что сильно обидела тебя своим уходом и ослабила племя, но то были другие времена и два шамана в одном поселение не выживут, это твои слова.

- Да. Мои. Но я надеялся, что мы сможем договориться, надеялся, что найдём способ сосуществовать вместе.

- Я знаю. Но теперь я пришла умирать.

- Почему? Ты древнее этих болот, стань одним из духов, останься с нами... хотя бы так.

- К-хе-хе-хе-хе... - её надсадный кашляющий смех почему-то заставил меня напрячься и потянуться к ножу.

- Я чту свою свободу, Рорх. А быть духом топи - значит её утратить навсегда. Я стара, и меня гнала сюда смерть, но пришла я умирать домой не потому что хочу, а лишь оттого, что ведаю в этом свой долг.

- О чём ты, старая гниль? - дед подошёл ближе. Между ними едва-едва было шага так четыре.

Нос старухи гоблина активно зашевелился, она явно не видела его, но ощущала нюхом. Качала и водила по сторонам башкой.

- А ты всё так же силён, Рорх… но постарел.

- Не тебе об этом говорить, Бруга.

- Я знаю... меня пригнали сюда неживые. Я упокоила несколько и отдала их духам топи, но их слишком много, они разбредаются по лесу и горам, по холодным степям, скоро они придут и сюда, Рорх…

- Этого не может быть, гоблины не становятся ожившими мертвецами! - голос деда дрогнул, он уже не громко говорил, скорее злобно шипел.

Бруга ухмыльнулась, обнажая ряды очень острых белёсых клыков.

- А кто сказал, что эти мертвецы гоблины? Их ведёт людской некромант, Рорх. И скоро они будут здесь.

Отведи меня в лоно. Я хочу умереть.

Дед осмыслял слова карги несколько долгих тяжёлых мгновений. Затем в полной тишине кивнул и сказал:

- Идём. Ты заслужила право вернуться домой.

Продолжение следует.