DnevnikNeputnika

(не)путешественник

Водопады на равнинной местности – большая редкость, этим природным феноменом великая Русская равнина никогда не гордилась. Однако в Карелии есть водопад, который долгое время по степени известности занимал пальму первенства в нашей стране. Сегодня в завершение нашей автобусной экскурсии мы его посетим.

Водопад Кивач расположен в стороне от федеральной трассы «Кола», идущей в сторону Мурманска. Он ближе к Кондопоге, чем Гирвас, то есть мы уже возвращаемся на юг. Расстояние по прямой до Петрозаводска – более 50 километров. Вокруг водопада населённых пунктов нет, не считая крохотного посёлка Кивач, который существует исключительно для обслуживания одноимённого природного заповедника. Если бы не такие же туристы, как мы, то ближе всего к природе и дальше всего от цивилизации нас бы точно во время данной карельской поездки не занесло.

Сейчас мы стоим на парковке перед зоной водопада. Дорожка за порталом «Водопад», как нетрудно догадаться, ведёт к нему. Чего же мы ждём?

Читайте предыдущий эпизод дневника (Карелия. Июль 2024 года. День 3: От горы Сампо до водопада Кивач. Эпизод 3/4): Карельский вулкан, который не вулкан. Что такое вулкан Гирвас и чем он интересен

Таких проходов – два, они идут параллельно на расстоянии ста метров друг от друга, поэтому для разнообразия можно по одной дорожке спуститься, а по другой подняться. Чуть ниже под дорожкой и мостом видно небольшую протоку Суны, которая течёт параллельно водопаду.

Вот она. Мостики над ней позволяют пройти дальше.

Или не совсем позволяют... Один из мостиков, соединяющих две смотровые площадки, к которым ведут две упомянутые дорожки, после весеннего половодья этого года слегка подмыло. Ничего страшного, но теперь через другую, совсем мелкую протоку, что на фото, приходится перебираться по камням.

Заповедник обещал быстро отремонтировать мостик, а уже июль на дворе. Ладно, подождём. Сообщите в комментариях, когда его подлатали после июля 2024-го, любопытно.

Место для переправы через протоку выбирайте аккуратнее, а то она местами может выглядеть так.

Но хватит вводных слов, давайте уже повернём голову в сторону Кивача.

Название водопада Кивач, как полагается, местного карело-финского происхождения: либо от «kiivas» («мощный, бурный, стремительный»), либо от «kiwas» («снеговая гора»), либо от «kivi» («камень»). Первый вариант мне больше нравится, но кому-то покажется, что мощность и стремительность Кивача преувеличена, особенно если узнать, как его воспевали в прошлом.

Например, Гаврила Державин, поэт и по совместительству недолгое время олонецкий губернатор, приезжал сюда и насколько впечатлился, что написал оду «Водопад». Процитируем:

Алмазна сыплется гора
С высот четыремя скалами,
Жемчугу бездна и сребра
Кипит внизу, бьёт вверх буграми;
От брызгов синий холм стоит,
Далече рёв в лесу гремит.

Шумит, и средь густого бора
Теряется в глуши потом;
Луч чрез поток сверкает скоро;
Под зыбким сводом древ, как сном
Покрыты, волны тихо льются,
Рекою млечною влекутся.

Седая пена по брегам
Лежит буграми в дебрях тёмных;
Стук слышен млатов по ветрам,
Визг пил и стон мехов подъёмных:
О водопад! в твоём жерле
Всё утопает в бездне, в мгле!

С таким описанием ожидаешь несколько более грандиозную картину. Следует помнить, что Державину, возможно, этот водопад был бы до лампочки, если бы не смерть Григория Потёмкина, чьё величие в своей аллегорической оде он сравнил с могучим водопадом.

Но и без аллегорий Кивач раньше был внушительнее, поскольку река Суна, как мы помним, стала местом создания каскада ГЭС. Выше по течению стоит уже известный нам посёлок Гирвас с плотинами и перекрытиями, которые направили значительную долю воды совсем в другое русло.

Вот таким в 1916 году застал Кивач известный фотограф Сергей Прокудин-Горский. Впечатление иное, поскольку Суна была заметно шире. Она и сейчас весной пошире, чем в июле, но точно не дореволюционного размаха. Рискну предположить, что современная смотровая зона перед Кивачем на старой фотографии наполовину затоплена, а та самая протока между двумя смотровыми площадками – это крайний правый поток воды, сразу за домиком.

Сегодня весной протока заполняется водой и тоже представляет собой фактически часть водопада. Последствия этого процесса мы видели на примере сломанного мостика. Тем не менее, вновь повторю – это уже не так, как раньше.

Ещё раз посмотрим на эту протоку. Что ж, тоже водопад, не поспоришь. Маленький такой, помощник бате сбоку пристроился.

Кивач ныне интересен не тем, что это широкий поток воды, а тем, что это чётко выраженная серия каскадов, их насчитывают четыре. Общая высота четырёх ступеней водопада – 10,7 метров, самый высокий порог из них – 6 метров. Благодаря прогулочной зоне вдоль берега и перепадам высоты вид на Кивач с каждой точки будет немного разным. Где-то вам больше бросится в глаза бурный поток воды, где-то – уходящее вдаль русло Суны, где-то – высокий противоположный берег или же этот берег, состоящий из нагромождений камней и валунов.

Кстати, скалы здесь называют диабазовой грядой, поскольку они состоят из диабаза. Местная гряда сложилась не менее 1,5 миллиардов лет назад.

Хотя Кивач в XX веке потерял тот вид, которым гордился около восьми тысяч лет своего существования, он по-прежнему считается одним из крупнейших равнинных водопадов в Европе, поэтому туристов здесь очень много.

Я довольно избирательно показываю вам фотографии, а на самом деле сделать удачный снимок водопада без других людей практически нереально. Некоторых в стремлении сделать лук селфи не смущают многочисленные ограждения, кто-то взбирается на валуны прямо у обрыва, но вы всё-таки осторожно выбирайте места для фоточек.

Когда-то такие же неуёмные туристы, но только без смартфонов в кармане, пользовались не только беседкой на одном берегу и домиком на другом, что мы видели на фото Прокудина-Горского, но даже мостом после водопада. Предполагаю, что мост был где-то тут, а снимок Прокудина-Горского сделан именно с моста. Строили всё это добро для одного-единственного туриста – Александра II, который в 1858 году заезжал не только в Марциальные воды, но и сюда.

Здесь могла бы быть ваша реклама, а пока петрозаводский Центр шунгита впаривает свою продукцию.

После того, как я на Кижах поведал вам о шунгите, повторюсь, что ничего плохого в его использовании для дизайна помещений или памятных сувениров нет, но не тратьте свои деньги на покупку косметики с шунгитом для омоложения и регенерации кожи – всякие природные глины и сорбенты возьмут эту работу на себя. И тем более не надейтесь, что шапочки и труселя из шунгита (да, такие есть!) восстановят биополе вашей головы и ж... хотел сказать, жизненную энергию.

Напоследок небольшая легенда о том, что жили-были две реки-сестры Суна и Шуя. Они были всегда неразлучны и несли свои воды рядом друг с другом, но однажды Суна притомилась и легла вздремнуть. Проснувшись, она осознала, что Шуя ушла далёко вперёд, и бросилась вслед, сметая всё на пути и прорезая скалы. Вот так и появился на свет водопад Кивач.

Река Шуя течёт южнее Суны как будто слегка параллельно и в этом смысле может рассматриваться как сестра. А когда придумали эту легенду, не знаю – с легендами, которые любят рассказывать экскурсоводы в популярных туристических местах, всегда надо разбираться, не они ли сами их выдумывают. Но пока поверим, что эта – настоящая, аутентичная карельская.

Последнее фото водопада интересно тем, что видны брызги и испарения воды, поднимающиеся над порогом. Это не дефект кадра, а наоборот, реально видимое облако.

Если никуда не спешите, пройдитесь по дендрарию рядом с водопадом. Коллекция в нём довольно большая, остановлюсь на одном дереве.

Вернее, деревьев-то много, но одной конкретной разновидности. Разновидность – карельская берёза (Betula pendula var. carelica), относится к виду повислой берёзы (Betula pendula). Карельская берёза – местный бренд, занесённый в Красную книгу и крайне ценимый в столярном деле за хорошее качество древесины и при этом красоту её рисунка.

Данная берёза известна со средневековых времён не только в Фенноскандии, но и в некоторых других местах Европы вплоть до Карпат и Германии. Так вышло, что наш отечественный ботаник из прибалтийских немцев Карл фон Мерклин в середине XIX века присвоил ей наименование карельской, поэтому в Карелии к ней особое отношение. Она и так произрастает редко, как правило, одиночно или небольшими группами, а после многовековых вырубок оказалась под угрозой резкого сокращения популяции.

Сейчас самая большая концентрация карельской берёзы в мире – в Белоруссии. Предлагаю переименовать в белорусскую берёзу, ахах.

В советские годы её стали разводить искусственно, сейчас в Республике Карелия есть несколько заказников карельской берёзы и действует специальная целевая программа по сохранению её генофонда. Посадки «карелки», как её ласково называют, ведутся и в дендрарии заповедника «Кивач» уже много десятилетий, но не для последующего распила, а для изучения. Даже по этим скромным рощам видно, что «карелка» очень разная: и прямая, и кривая, и толстая, и тонкая, и совсем тёмная, и бело-чёрная, может быть высокой и низкой, может вообще вырасти кустом.

Учёные до сих пор не могут понять, откуда у карельской берёзы специфическая только для неё узорчатая структура в древесине. То ли это какая-то генетически передающаяся болезнь, то ли недостаток питания, которому подвержена вся популяция, то ли вообще влияние радиации. Нет-нет, не переживайте, не той радиации, которую создал современный человек – имеется в виду радиоактивный газ радон, незначительная доля которого есть в земной коре.

Дополнительную информацию о карельской берёзе можно узнать в музейчике на территории дендрария. Там же посмотрим на срезы древесины «карелки».

Из-за специфического цвета и рисунка такую древесину называют мраморновидной. Немного на свете деревьев, чья древесина похожа на природный мрамор, и чаще всего они произрастают не в Европе. Карельская берёза – вот то дерево, из которого многие столетия мастерам хотелось выстругать дорогую мебель и мелкие предметы сувенирного и интерьерного характера по заказу аристократов и монархов.

Музейчик простой, с витринами и информационными стендами о работе и истории заповедника, о водопаде, о карельской берёзе и других темах. И о погоде, конечно.

Так, из данного календаря мы понимаем, почему далеко не все хотели бы жить в Карелии, где зима длится 121 день, а лето – всего лишь 70. Да и то в стадию полного лета оно переходит только 12 июля, то есть примерно сейчас, а до этого мы бы знакомились лишь с перволетьем. Зато сейчас можно застать начало созревания ягод черники и первые белые грибы, а всего через несколько дней – первые ягоды красной смородины и массовое созревание ягод морошки. Признайся, захотелось?

Площадь дендрария небольшая. В неспешном темпе можно с ним ознакомиться, как мне показалось, за 10–15, максимум 20 минут. Это если отвлекаться на каждый стенд или объект вроде композиции под названием «Секрет белогорского мрамора». Типа ключиком «приоткрыли» кусок мрамора, а там – его красивый узор на отполированной плоскости. Нехитрая композиция сложена из двух кусков мрамора, которые поставлены «книжкой».

Это не просто арт-объект, а реклама парка «Белая гора. Тивдийский мрамор», который несколько лет назад открылся на месте бывших каменоломен рядом с деревней Белая Гора Кондопожского района. В принципе, не очень далеко от маршрута нашей автобусной экскурсии. По названию горы мрамор ещё до революции знали как белогорский или же, по названию расположенной рядом деревни Тивдия, тивдийский.

Когда в Петрозаводске я показывал здоровенный валун из соломенской брекчии, то привёл пример её использования в Исаакиевском соборе. Так вот, вставки карельской соломенской брекчии в соборе совмещены с плитами карельского же тивдийского мрамора. Срочно захотелось повторно посетить Исаакий.

Водопад плюс дендрарий плюс музейчик – неужто это весь заповедник? Нет. Но остальное – это более ста квадратных километров (десяти тысяч гектаров) преимущественно лесов, а также рек, озёр и болот. Находиться на этой территории, за исключением посещённой нами экскурсионной зоны, дороги к ней и небольших дополнительных экскурсионных маршрутов, запрещено.

Первоначально при создании заповедника в 1931 году он был в пять раз меньше, в 1947 году его площадь увеличили. Не знаю, как давно на его территории установился строгий режим посещения, но в годы Великой Отечественной войны он точно был нарушен. В районе водопада Кивач в 1941 году шли бои с немецкими и финскими оккупантами.

В 1996 году, когда проводили дорожные работы на трассе «Кола» у посёлка Сопоха, что недалеко от заповедника, нашли неизвестную ранее братскую могилу участников тех боёв. Их останки перезахоронены здесь, недалеко от водопада. В 2000 году был организован данный мемориал, на плитах которого выбиты 68 имён погибших. Летом могила покрывается папоротником, плит не видно, они за растениями.

Ой! Этот комар участвует во вторжении арахнидов с Клендату, что ли?.. (Шутка для фанатов фильма «Звёздный десант».)

Я всё удивлялся, где же знаменитые карельские комары, почему который день меня никто не кусает? И вот наконец я встретил комара... На табличке рядом он предупреждает, что уже старенький, потому на него не надо садиться, но я особо и не рвался. Предлагаю сворачиваться, пока он не позвал своих братанов.

А на сегодня всё! До новых встреч.

Продолжение следует...

Давно не выходило новых заметок в связи с рабочей занятостью, отчего разборы поездки в Ульяновск оборвались на полуслове. Постоянные читатели почти наверняка забыли, где же мы остановились в Ульяновске? Что ж, напомню, в предыдущем эпизоде мы познакомились с музеем Ульяновых в доме Жарковой – единственным доступным объектом Ленинского мемориала, что нынче закрыт на ремонт. Перед домом – скульптурный памятник Марии Ульяновой вместе с маленьким Володей с кудрявой головой. Нетрудно догадаться, что скульптура появилась при создании мемориала в 1970 году.

Над памятником трудилось четыре автора: Павел Бондаренко, Олег Комов, Юрий Чернов и Олег Кирюхин. Во время некоторых своих (не)путешествий мне попадались работы Олега Комова: памятник Пушкину и Арине Родионовне в Пскове и «тысячерублёвый» Ярослав Мудрый в Ярославле. А Юрий Чернов был автором памятника Гагарину на набережной Космонавтов в Саратове. Приятно встречать знакомых деятелей в других городах.

Читайте предыдущий эпизод дневника (Ульяновск. Март 2025 года. День 1. Эпизод 5/6): Огрызок Ленинского мемориала в Ульяновске: что собой представляет Квартира-музей семьи Ульяновых

За забором и строительной техникой во дворике виднеются другие исторические домики на Стрелецкой. В кадре их два, а всего получается три.

Дом Жарковой мы только что посмотрели. Повторю, что официально он называется Квартира-музей семьи Ульяновых с адресом площадь Ленина, дом 1в.

Дом слева (площадь Ленина, 1б) принадлежал Александре Прибыловской из духовного сословия, она была вдовой местного дьякона. Недолгое время с осени 1870 года по конец 1871-го Ульяновы снимали в доме часть второго этажа. Пространства здесь меньше, чем в доме Жарковой, куда они при первой возможности переехали. Как раз в то время в семье появились новые дети, поэтому площадь хотелось побольше: третий ребёнок Володя родился в апреле 1870-го, а Оля, четвёртая по счёту, появилась на свет в ноябре 1871-го, как раз в доме Прибыловской.

Выходит, на каждый дом по одному ребёнку, отчего их легко запоминать. Старшие дети, Анна и Александр, ещё нижегородские. В доме Жарковой родился пятый по счёту Дмитрий, до этого в доме Прибыловской – Ольга, а вот Владимир родился в доме правее. Он по центру кадра, под номером 1а. Как видите, порядок нумерации домов строго хронологический. Это флигель основного дома Прибыловской, где Ульяновы жили около года, с 1869-го по 1870-й.

Так как ближе подойти нельзя, попробую компенсировать недостаток обзора кадром из Яндекс-панорам 2010 года:

Что ж, так видно лучше и большой дом, и флигель, где родился Ленин.

Небольшой газон напротив дома Жарковой в 2016 году заняли пионеры, которых, скорее всего, выкинули бы на помойку, если бы их не приютил мемориал. Как сообщали новости, скульптуры привезли из Чердаклинского и Инзенского районов Ульяновской области, но, возможно, впоследствии коллекция пополнилась другими экспонатами. Каких-то подробностей мне неизвестно.

Площадь Ленина и мемориал выходят прямиком к обрыву Ульяновской горы. Это место тоже считается Новым Венцом – несколько часов назад мы гуляли у начала этой улочки, а теперь дошли до её конца. Хотелось бы напоследок спуститься к Волге, и карта подсказывает, что, теоретически, это можно сделать по так называемому Пролетарскому спуску.

О, даже современную лестницу сделали. Чего же мы ждём?..

Пролетарский спуск перед нами – это современная дорога для автомобилей, которую, как видим, продублировали переходной дорожкой. Сейчас у горожан не так много потребностей спускаться к Волге, как раньше, а в симбирские времена по Завьяловскому спуску на этом месте ходили к пристани или на подгорный базар. Сегодня набережная не представляет почти никакого интереса: она занята частично садово-дачными участками, частично – лодочной станцией.

На полпути лестница заканчивается. Кажется, я ошибся... Короче, сразу вывод: не спускайтесь к Волге в мартовском Ульяновске. Теперь либо подниматься наверх, либо сворачивать по дорожке в парковую зону, либо рискнуть и пойти по наклонной плоскости вниз, где тающий снег перемешивается с грязью, а держаться приходиться за едва торчащие по бокам кусты и ветви деревьев...

Ну вы поняли, что я выбрал. Почти ни одна моя поездка не обходится без странных маршрутов. Наверное, поэтому я (не)путешествую один, компания как-то не подбирается.

Ай фоллоу зе Москва, даун ту Горки па-а-арк... Стоп, это не про данную местность. Здесь никаким Горьким и не пахнет, а вот горка точно присутствует. Эх, только бы не поскользнуться на ней и не шмякнуться в весеннюю слякоть!

Было непросто, но я не шмякнулся.

Снизу, как и сверху, виден главный мост Ульяновска, построенный ещё до революции. Он носит гордое название Императорского моста, поскольку построен в 1913–1916 годах. Точнее, тогда его назвали «Императорский Его величества Николая II», поэтому, как мне кажется, логичнее сократить до фразы «мост Николая II», но современным сокращателям виднее.

До революции он был только железнодорожным. При создании водохранилища в 1950-е годы его реконструировали и, самое главное, добавили автомобильные пути. В советское время мост переименовали в мост Свободы, хотя такое ощущение, что его так редко называли. После новой реконструкции 2000-х годов он стал Императорским. Ну и что, что значительные изменения в нём произошли в советские годы? Не Советским же называть, честное слово.

Наиболее примечательным фактом из прошлого данных мест стала история крушения теплохода «Александр Суворов» в 1983 году. По невнимательности рулевого и недосмотру старпома в тёмное время суток пароход направился в несудоходный пролёт моста, высота которого была ниже высоты судна. В итоге ферма моста снесла часть конструкций палуб, в том числе кинозал, где в это время находилось две сотни пассажиров. А по мосту шёл грузовой поезд, содержимое которого частично рухнуло на сам пароход. По данным прокуратуры, погибло более 170 человек. Ужасно.

Посмотрим в обратную сторону, на север. Там виднеется второй мост Ульяновска, Президентский, всего их два и есть. Думаете, назвали в честь Путина или Ельцина? А вот и нет.

Мост, соединяющий северные районы Ульяновска, начали проектировать в 1980-е, но строительство застопорилось и на нормальный темп вышло только в 2000-е. Открытие состоялось в 2009 году, на церемонии присутствовали президент Дмитрий Медведев и президент Азербайджана Ильхам Алиев. Говорят, что последнего пригласили, потому что его отец Гейдар Алиев как первый заместитель председателя Совета министров СССР приложил руку в изначальному решению о строительстве моста. Вот поэтому мост Президентский, потому что тут был Железный Димон на открытии потусили два президента.

Большие волжские просторы у Ульяновска всегда были такими: если мы посмотрим на старые карты, то увидим довольно широкий берег Волги у Симбирской горы. Впрочем, и эти берега расширились, а уж выше и ниже по течению вовсе превратились в огромные озёра. В этих местах Куйбышевское водохранилище постепенно размывает береговой склон, что вынуждает власти периодически проводить укрепление берегов для предотвращения оползней. Надеемся, что Ульяновск не уплывёт в Волгу и долгие десятилетия и века будет продолжать нас радовать.

Непосредственно набережная у склона Ульяновской горы – это автомобильная дорога, где изредка кто-нибудь проезжает, ничего интересного. Сам склон – это парк. Формально он разделён на три части: исторический Владимирский сад (левее за кадром), парк Ленинские горки с горнолыжной трассой (левее лестницы на фото) и парк Дружбы народов (правее). Владимирский сад мы наблюдали на самом верху в начале прогулки, тогда же днём проходили мимо завершения лестницы, что в кадре.

Не знаю, много ли горожан и туристов толпятся в этих местах в выходные или тёплое время года, но сегодня тут скука смертная. Хотя и на Венце людей почти не было, ибо будний хмурый день. Возможно, людей было бы побольше, если бы работала канатная дорога, но рыночек порешал.

Пассажирскую канатку в Ульяновске хотели давно, проектировали и строили с 1970-х годов, а открыли в перестройку в 1987 году. В 2000-е дорога износилась и её попытались отремонтировать. Изначально она была гондольной, то есть с закрытыми кабинками. Сейчас заметно, что на дороге висят обычные кресла – это результат реконструкции, которую предприняла фирма «Ленинские горки». Она же попыталась превратить склон в горнолыжный курорт, который получил много критики за вырубку деревьев и строительство инфраструктуры. И то, и другое, как предполагают, увеличивает опасность оползней.

К слову, оползни тут действительно бывали. Едва «Ленинские горки» в конце 2000-х запустили свой «курорт», трассу, что перед нами, порушил один оползень, и пошло-поехало: попытки банкротства, случайная гибель директора компании по эксплуатации канатки во время проверочных работ на верхней станции дороги, бесконечные переносы открытия, перестройки, новые проекты – а точнее, их постоянное обсуждение без реализации...

Результат можно заметить на фото. Брошенная неухоженная инфраструктура. Да, на лыжах тут катаются, и помещения, насколько мне известно, заняты горнолыжной организацией «Венец и я», созданной федерацией горнолыжного спорта Ульяновской области. Но канатка стоит, гниёт и грозится от разрушений упасть кому-нибудь на голову. Кстати, там дальше есть ещё одна канатка «Ленинских горок», тоже брошенная. А город ничего сделать не может, у них лапки – за аренду земли уплочено, и дальше хоть трава не расти.

Что касается собственников добра, то они бы рады это продать, но никто не покупает. Через суд город отжать тоже не может, не положено у нас в стране эффективных собственников обижать. Обожаю такое.

Вернуться в центр можно по извилистым дорожкам парка Дружбы народов. Привлекательными они сейчас не выглядят. Как пишут, вроде бы наверху парк более-менее приведён в порядок, но здесь, внизу, руинированные облезлые арт-объекты производят удручающее впечатление.

К юбилею Ленина, когда создавали Ленинский мемориал и сопутствующие улицы и здания Венца, склон Ульяновской горы превратили в аккуратный тематический парк, созданный усилиями специалистов из всех союзных республик. Поэтому различные площадки парка оформили как уголки каждой республики СССР. После распада СССР часть скульптур и объектов утащили или угробили, часть разрушилась сама, что-то, как я понял, даже могли перенести на другие места. Да и парк зарос и потерял стройную композицию.

Например, стела Азербайджанской ССР. Может, её и подкрашивали с тех пор, но заметно лишь то, что к ней налепили отпечатанную шрифтом Times New Roman цитату Гейдара Алиева.

Мало того, что выглядит современная плита максимально убого, так ещё и цитата вызывает нервный смех на фоне новостей о разжигании антироссийских настроений в Азербайджане с закрытием Русского дома, арестом российских граждан и провокационными заявлениями Алиева-младшего. Попробуй там скажи, что азербайджанский народ приобщился к общечеловеческим ценностям через русскую культуру – окажешься в застенках местной госбезопасности.

Грустно всё это. Пойду в гостиницу по лесенке, а не через парк.

Парочка финальных слов об ульяновском трамвае, где сделана данная фотография. Ходит он, как мне показалось, недостаточно часто, но маршрутная сеть весьма большая и с годами принципиально не сокращается. Трамваи по городу ездят как старые, так и новые. На фоне общей деградации систем общественного транспорта в России местный трамвай представляется довольно живучим. Одобряем.

Завтра день будет солнечным и более насыщенным. И более позитивным, пожалуй.

А на сегодня всё! До новых встреч.

Продолжение следует...

Будучи любителем ходить по музеям, я нередко нахожу в них деньги. Нет, не в смысле, что походы по музеям позволят вам разбогатеть – лишних денег у музеев и так нет. Зато они хранят много ценностей прошлого, в том числе предметы нумизматики.

Вот, скажем, на первом фото увиденная мной на выставке в Выборгском замке груда шведских медных монет XVIII века достоинством в два эре. Она иллюстрировала тему подводной археологии на выставке «Тайны затонувших кораблей». Правда, я не до конца понял, найдены ли сами монеты на затонувших шведских кораблях того времени, о которых рассказывала выставка, или же просто нужны были как пример того, что могло находиться на этих кораблях. Но не важно.

Мелкие монеты нередко используются как своего рода фоновые экспонаты: их много, их можно показать большой кучкой рядом с каким-нибудь побитым горшком или сундуком как иллюстрацию клада.

Например, много монеток лежат в витрине монетно-вещевого клада конца IX века в экспозиции «Беларусь и белорусы. Гид по истории и культуре» в Национальном историческом музее Республики Беларусь в Минске. Монеты вряд ли привлекают наше внимание в сравнении с осколками франкского меча, но нужны для объёма и общего показа клада.

Есть на свете монеты, которые точно не затеряются в толпе, их трудно не заметить даже подслеповатому зрителю. Это шведские «монеты-платы» – пожалуй, самые неудобные деньги, которые когда-либо существовали в мире.

Одну такую монету я однажды увидел в экспозиции Ярославского музея-заповедника «История Ярославского края» в Спасском монастыре. Да, это одна монета! Монета середины XVII века достоинством в восемь далеров из Швеции. Какими путями она оказалась в Ярославле, непонятно, но, вероятно, торговыми, ибо Ярославль после Смутного времени переживал свой «золотой век» и привлекал множество купцов. Среди крутившихся здесь деньжат затесалась и шведская «супер-деньга».

По-шведски данные монетки принято называть «plåtmynt». «Plåt» – это «пластина», «лист» или непосредственно «лист из железа», «mynt» – «монета». Отсюда несколько вариантов русского наименования: «монета-плата», «монета-плита», «шведская медная плита» и так далее.

Сегодня мы привыкли к тому, что деньги – это либо бумажки, которые теоретически эквивалентны запасам драгоценных металлов в казне государства, либо вообще цифры на экране банковского приложения, которые тоже теоретически чему-то там эквивалентны. Но традиционно деньги всегда означали стоимость металла, из которого они были отчеканены.

В древние и средневековые времена деньги разных государств могли легко кочевать у соседей, от них передавались другим соседям и далее, потому что людям было всё равно, мордашка какого правителя изображена на монете – важнее стоимость металла. В различных археологических кладах прошлого порой находят самые разные наборы монет, чья ценность определялась не на биржевых торгах, а просто по факту своего размера, веса и металла.

Когда Швеция в первой половине XVII века активно добывала и плавила медь из своих рудников, её властям пришла в голову простая идея переводить эту медь на деньги. Историки указывают, что одним из событий, которые подтолкнули к этому решению, были обязательства проигравшей Швеции к Дании по итогам Кальмарской войны 1611–1613 годов выплатить нехилую сумму денег в один миллион риксдалеров. Платить датчанам надо было серебром, а компенсировать потери для внутреннего рынка и для внешней торговли пришлось медью.

Медь переплавляли в классические монеты или в прямоугольные пластинки (клиппы) размером с жетончики. В 1640-е годы началось безумие с плитами, потому что серебра всё равно в стране мало, а медь, казалось, никогда не закончится. А Швеция, между тем, становилась крупной империей, с которой впоследствии будет воевать Пётр I, поэтому казну надо было пополнять. Большие плиты было удобно продавать за границу, отчего немало таких штук оказалось в России. Получается, одновременно ты и медь покупал, которую можно переплавить, и деньги получал.

За 1644–1776 годы Швеция вывела на рынок через «монеты-платы» 44 тысячи тонн меди! По мере чеканки монет росла и инфляция, ведь чем больше меди, тем меньше у неё ценность – законы рыночка. А в какой-то момент цены на медь на европейском рынке обвалились совсем, и Швеция осталась у разбитого корыта. Использование медных плат ограничивали и в конечном итоге вовсе запретили.

А нам на память об уникальном финансовом эксперименте осталось множество тяжёлых плит. Самые большие из них номиналом в десять далеров и размером 67,5 на 32,5 сантиметров весили 19,72 килограммов. Их на свете сохранилось очень мало, всего лишь восемь штук в Швеции и Финляндии, хотя выпущено было больше 26 тысяч. Причина проста: их переплавили на конкретные изделия, не хранить же.

На фото – следующая по старшинству монета в восемь далеров, такая же, как в Ярославле. Всего в разных собраниях мира их зафиксировано около сотни, поэтому встретить крупную «монету-плату» можно, хотя надо специально искать. Далее шли разные номиналы вплоть до 1/2 далера, но их размер уже не так впечатляет.

Как-то раз мне попался русский вариант шведских «монет-плат» в историко-краеведческом музее Нижнего Тагила. Это медный рубль 1725 года, отчеканенный в Екатеринбурге. Идея чеканки плат в качестве платёжных средств была напрямую заимствована из Швеции после командировки в эту страну советника Берг-коллегии Василия Татищева, который незадолго до того выступил инициатором создания Екатеринбургского завода. На базе завода был создан Платный двор (будущий Монетный двор), и он быстренько с 1725 года стал печатать клеймёные платы разных номиналов.

Всё бы хорошо, но на русской почве платы не только сразу же показали их ключевой недостаток – неудобство в использовании частными лицами, но и приобрели популярность у фальшивомонетчиков, которые переплавляли медь в монеты более выгодного номинала. Мастера завода жаловались, что им трудно соблюдать стандарты веса при производстве: вероятно, сказалась молодая история завода и недостаток опыта местных рабочих и хороших инструментов, в глухой провинции сложно чеканить деньги.

Наконец, тот же Татищев отметил, что шведский опыт зашёл в тупик, потому что деньги, в отличие от товаров, не облагаются налогами, поэтому зарубежные скупщики шведских плат с охотой их приобретали вместо того, чтобы покупать медь непосредственно как сырьё, а это тоже, в свою очередь, дополнительно разгоняло инфляцию и снижало ценность меди. Уже в 1727 году чеканка плат в Екатеринбурге была прекращена.

В мультфильме «Остров сокровищ» есть песенка о мальчике Бобби с припевом: «Делай деньги, делай деньги, остальное – дребедень». Иногда бывает и так, что деньги тоже превращаются в дребедень.

Самая северная точка нашей автобусной экскурсии – вулкан Гирвас. Он находится примерно в 80–90 километрах к северу от Петрозаводска. Упоминание достопримечательности неизбежно вызовет вопрос: «Какой вулкан в Карелии? Это шутка?» А если сказать, что о его существовании стало известно только во второй половине XX столетия, то вы точно заподозрите во мне сторонника альтернативной географии.

Не подумайте, что дальше я буду рассказывать про плоскую Землю или какую-либо иную псевдонаучную чепуху. Здесь и правда есть вулкан, но уже давным-давно потухший. Два миллиарда лет назад потухший.

Читайте предыдущий эпизод дневника (Карелия. Июль 2024 года. День 3: От горы Сампо до водопада Кивач. Эпизод 2/4): Марциальные воды в Карелии – первый курорт в истории России «на манер Европ и Франций»

До 1920–1930-х годов люди тут, безусловно, бывали, но надолго не задерживались. В эпоху советской индустриализации место, где протекала река Суна, решили использовать для создания гидроэлектростанции. Посёлок при строящейся плотине назвали Гирвас, что в переводе с карельского «лось». Наверное, в округе их было много. По этой причине в туристической зоне современного парка «Гирвас», где есть несколько ларьков, парковка и прочие стандартные объекты, установили здоровенного лося. На предыдущем фото лось проник на баннер парка.

Река Суна ещё до революции привлекала внимание тем, что она, будучи довольно большим водным потоком в Карелии, протекает по многочисленным порогам, а значит, её водопады могут послужить источником электроэнергии. Основание посёлка стало частью советского проекта по созданию так называемого Сунского каскада ГЭС. Перед нами одна из двух главных электростанций каскада – Пальеозёрская. (Вторая – Кондопожская в Кондопоге, но она далеко, я про неё ничего рассказывать не буду.) Название станции связано с Пальеозером, куда стекает вода из прорытого канала.

Датой основания посёлка считается 1931 год. Посёлок сперва обслуживал только плотину на Суне, которая регулировала уровень воды и русло ниже по течению реки – это было нужно для Кондопожской ГЭС. Собственную ГЭС в посёлке тоже проектировали, но строительству помешала война. Электростанция заработала в 1954 году.

Естественно, ближе к станции мы не подойдём, подступы огорожены, да и смотреть там нечего – ГЭС как ГЭС.

Мы стоим на дороге через Суну и развернулись, чтобы посмотреть в обратную от ГЭС сторону. Перед нами не совсем река, а Пионерный канал, который далее уходит в Пальеозеро. Сложно сказать, где теперь течёт река, здесь или в трёх километрах южнее, ибо в результате создания Сунского каскада Суна фактически распалась на два потока.

Да и вообще перед нами будто не река, а тихое спокойное озеро или даже пруд. Оно и понятно: плотина перекрывает русло, отчего вода струйкой необходимого объёма идёт к турбинам ГЭС, а остальная спокойно ждёт своего часа. А раньше тут был водопад! Ведь дальше по течению за моей спиной пороги достигают высоты 15 метров.

Как и полагается при создании ГЭС, для лишней воды предусмотрен водоспуск, иначе весной при повышении уровня воды электростанцию снесёт к чертям. Водоспускный шлюз – перед нами.

Примеров разведения русла на рабочий и водоспускный потоки – миллионы. Однажды мне пришлось наблюдать подобное в Нижнем Тагиле, где местные жители давным-давно прозвали рабочий канал Старого Демидовского завода ларевым, так как он подавал воду в лари, то есть резервуары для водяных колёс, а водоспускный – вешнячим, ибо по нему спускали весеннюю (вешнюю) воду. Мне нравится это красивое историческое название, предлагаю его использовать.

Вид на вешнячий канал сверху, со стороны шлюза. На его месте раньше начинался крутой водопад, а теперь почти весь год он практически осушен. Поэтому погулять по порогам бывшего и лишь иногда оживающего водопада стало возможно только после строительства ГЭС. Давайте так и сделаем.

Предлагаю не стоять на этом месте в тот момент, когда шлюз открывают. Посмотреть на водопад и особенно на момент его возобновления – отдельное удовольствие, ради этого шоу некоторые специально приезжают в Гирвас. Обычно это происходит в конце апреля – начале мая. От недели до месяца вешнячий канал держат открытым, потом опять закрывают. У нас на дворе июль.

Примерно так же, как и мы сегодня, сюда в 1966 году приехали петрозаводские геологи Анатолий Светов и Анатолий Голубев. До этого считалось, что обнажившееся русло ничего интересного для науки не представляет – ну мало ли всяких причудливых горных пород торчит из-под карельской земли? Нашли чем удивить. В Гирвасе учёные оказались случайно, проезжали мимо и остановились попить чайку на природе. Присмотрелись... и поняли, что перед ними следы древнего вулкана.

Поскольку ледник и другие процессы «спилили» верхушку вулкана, мы стоим как бы внутри него. В связи с этим вопрос, а чего это вулкан на похож на гору, снимается.

Когда-то давно в Карелии было жарко, потоки жидкой базальтовой лавы от множества вулканов растекались на тысячи квадратных километров. С тех многое изменилось, поэтому понять, как выглядел вулкан Гирвас в свои лучшие времена, не представляется возможным. Корректно говорить, что это не потухший вулкан, а палеовулкан, то есть несохранившийся вулкан, его ископаемые фрагменты. Но то, что осталось, столь неплохо, что Гирвас считается лучшим палеопроторозойским вулканом на территории Фенноскандии.

Если вооружиться геологическими знаниями, можно найти на этой небольшой площадке следы и направления нескольких лавовых потоков, остатки фумаролы – места выделения газов через трещину или отверстие в кратере, лавобрекчию – породу, образованную из кусочков застывшей лавы, которые лавой же зацементированы, остатки трубки взрыва и эруптивного жерла. Но мы сюда заехали ненадолго, а кроме того, гид не проводил для нас целенаправленную геологическую экскурсию. Ограничимся общим видом и не будем вдаваться в детали.

При желании можете обратиться к схеме вулкана и подсказкам. Или же поищите, как записаться на экскурсии от самого парка «Гирвас» или сотрудников Карельского научного центра РАН – этим занимаются на регулярной основе. Уверен, что знакомство с Гирвасом получится увлекательным.

Удивительно, что человеческая деятельность, которая, как правило, разрушает природу, в этот раз фактически создала природную достопримечательность. Никто бы и не знал о существовании палеовулкана, если бы не осушенный водопад.

На заднем плане видно место слияния двух каналов ГЭС в единый Пионерный канал.

Пальеозёрская ГЭС скрывается за деревьями. Как вы понимаете, с той, южной стороны к вулкану не подойти.

Ещё раз полюбуемся на причудливую роспись горных пород, которую я по недостатку знаний не могу прокомментировать. А если можете вы, пишите комментарии, потом добавлю в текст.

Спускаться и подниматься надо с северной стороны, где небольшой участок леса в 2015 году был выделен в специальный парк «Палеовулкан Гирвас» или просто «Гирвас». К территории парка также относится туристическая зона, где мы видели деревянного лося и где с 2022 года стали праздновать ежегодный День палеовулкана Гирвас с разными экскурсиями, конкурсами и прочими активностями. Там даже небольшой музей с коллекцией минералов открыли.

Вышло приятное местечко, которое плотно вошло в туристические маршруты по Карелии, отчего народу здесь всегда много. Кто-то из туристов не удержался и понастроил языческие столбики из камней.

Не знаю, призовут ли столбики правильных духов, но самураев с катанами точно не призовут, им сюда нельзя. А, ой, это дронам нельзя. Не разглядел сперва.

Едем дальше, у нас ещё водопад впереди. На этот раз настоящий водопад.

Продолжение следует...

Монументальный комплекс Ленинского мемориала, открытый в 1970 году, – одно из мест Ульяновска, которое кажется обязательным к посещению. Как можно пройти мимо огромного здания в центре на площади Ленина? Однако пройти придётся именно что мимо, поскольку с 2019 года мемориал закрылся на ремонт и реэкспозицию. Конца и края им нет, поэтому не буду предполагать, когда стоит приехать в Ульяновск повторно.

Читайте предыдущий эпизод дневника (Ульяновск. Март 2025 года. День 1. Эпизод 4/6): Ульяновский Венец: Карамзин в женском платье, возрождённый Спасский монастырь, модернизм вместо исторической застройки и другое

Фасад чистенький. Если сравнивать со старыми фотографиями, то заметно, что мраморные плиты стали заметно белее. Я сперва подумал, что их отмыли, но в комментариях подсказали, что их поменяли. Внутри же ещё много работы, и нас встречают закрытые двери и огороженный внутренний двор.

Здание мемориала спроектировано группой архитекторов – Борисом Мезенцевым, Гарольдом Исаковичем и Михаилом Константиновым, в работе также был задействован местный инженер-строитель Лев Фабрикант. Квадратное сооружение со сторонами длиной в 110 метров и высотой 34 метра окружает и бережно охраняет две исторические постройки, ранее располагавшиеся на Стрелецкой улице. Как вы догадываетесь, никакой Стрелецкой улицы теперь не существует.

В домах, принадлежавших вдове дьякона Александре Прибыловской, на рубеже 1860–1870-х годов недолго жила семья Ульяновых, как раз тогда, когда семейство пополнилось младенцем Володей. Как уже сказал, во внутренний двор не пройти, поэтому и огромный музей Ленинского мемориала, и два мемориальных домика остаются на будущее.

Что делать будем? Предлагаю обойти комплекс и окружающий его забор, поскольку один объект находится не внутри квадрата ремонтируемого здания, а отдельно.

Это дом мещанки Дарьи Жарковой, куда Ульяновы переехали в конце 1871 года. Затем уехали в 1875-м.

Вообще они помотались по съёмным хатам и позже, пока не приобрели собственный дом, поэтому есть в городе и другие мемориальные «ульяновские» дома. В парочке из них тоже музеи, не говоря о главном доме-музее. Подробности об этом – завтра, а пока посетим этот дом, формально названный Квартирой-музеем В. И. Ленина или Квартирой-музеем семьи Ульяновых.

Квартира-музей – потому что снимали лишь квартиру из трёх комнат и кухни на верхнем этаже. Мемориальная доска советского разлива упоминает факт о рождении младшего брата Ленина Дмитрия Ильича в 1874 году. Любопытно, что Дмитрий Ульянов сюда впоследствии вернулся, когда оказался в Ульяновске в эвакуации в 1941 году.

А так в советские годы до создания мемориала здание использовалось под детдом, затем под детскую библиотеку. И на самом деле оно располагалось не на этом месте, а недалеко, но его пододвинули при строительстве комплекса, чтобы было удобно ходить между тремя домиками. В совокупности два дома Прибыловской и этот дом Жарковой так и называют – единым комплексом «Домики на Стрелецкой».

Стоит также отметить любопытную эмблему на красной табличке. Да, зрение нас не подводит: Ленинский мемориал в последние годы всё чаще использует для себя убогое наименование «Ленин-центр». К чему эта нелепая пародия на Ельцин-центр? Чем плох «Ленинский мемориал»? Ответа у меня нет.

Во всех современных источниках, указателях, путеводителях и описаниях мы прочтём, что Ульяновы переехали в дом Жарковой в 1871 году. Сомнений на этот счёт у историков нет. И лишь официальное чиновничье название дома, которое занесено в реестр объектов культурного наследия, гласит, что Ленин здесь жил ещё в 1870-м.

Рискну предположить, что это связано с устаревшими данными, которые базировались на воспоминаниях 1920-х годов от Анны Ильиничны Ульяновой. Полноценные исследования на эту тему проведены лишь во времена создания мемориала в конце 1960-х, но казённая формулировка из предшествующей эпохи осталась. Поменять её, конечно, можно, но зачем? И так сойдёт. А то, что туристы запутаются – это их проблемы.

Недалеко от дома Жарковой растянут такой баннер. Не верьте ему. О хронике исчезнувшей Стрелецкой улицы или образе жизни городской интеллигенции вы в музее почти ничего не узнаете. По крайней мере, если посетите квартиру-музей самостоятельно, ибо экскурсовод, ясное дело, расскажет и не такое. Но вот без экскурсии...

Хорошо, перед нами предстанет сама квартира. И это дом-музей в самом скучном смысле этого определения. Вот вам интерьер, ноль (ноль!) текстов и никакой подсказки, где узнать подробности. Может, аудиогид в интернете через Izi-travel или Artefact? Такого нет. Просто посмотрим мебель...

Ладно, я же не буду вас бросать в таком неудобном положении! Давайте расскажу сам.

Перед нами совмещённая гостиная-столовая, где по вечерам семья Ульяновых собиралась вместе. На рояле, что чуть-чуть влез в кадр слева, нередко играла мать семейства Мария Александровна, заодно могла и спеть. Небольшая витринка на рояле закрывает ноты, которые принадлежали Марии Ульяновой; если верно разглядел, там сборник всякой всячины для фортепиано с произведениями Моцарта, Верди, Россини и других. К слову, Володя тоже умел играть, ещё в раннем детстве научили.

Эта половина – гостиная, а собственно столовая – правее, дверей или штор между ними нет. Заглянем туда.

На столе лежит набор шахмат – копия семейной реликвии, которую сделал собственными руками Илья Николаевич Ульянов до симбирского периода своей жизни в Нижнем Новгороде. Ленин утащил шахматы за границу и где-то там потерял. Непонятно, правда, почему сотрудники музея утверждают, что это копия тех самых исторических шахмат; как можно сделать копию с предмета, который был потерян? Если по фотографиям восстановили, то всё равно копия будет скорее «по мотивам». Непонятно.

Интересно, что несколько лет назад на столе лежали другие шахматы – четверные. Сейчас в них играют редко, поэтому объясню для незнающих, что доска в такой игре чуть больше, а классических наборов – четыре штуки на четырёх игроков. Заруба идёт с четырёх сторон квадратного поля, но не всех против всех, а командами по два человека. Четверные шахматы были весьма популярны в Российской империи, как и кое-где в Европе.

За ширмой – отдельная комната Марии Ульяновой. Ну а что вы хотели для многодетной семьи в эпоху, когда не было таких замечательных способов получения жилья, как ипотека? Вот сейчас семья с пятью детьми легко может себе позволить... А, ой. Не будем об этом.

В кадр справа влезла фотография отца Марии и деда Ленина – Александра Бланка, чья фамилия благодаря еврейскому происхождению нежно любима антикоммунистами и разоблачителями Ильича. Полезно напомнить, что Бланк не передал потомству ни капли еврейского самосознания, поскольку то ему было до лампочки. В то же время мать Марии Анна Гроссшопф многое впитала от своих немецких и шведских корней, отчего элементы западноевропейской культуры всегда присутствовали в домашнем быте Ульяновых. Портрет Анны Гроссшопф висит правее, его на фото не видно.

Кухня позволяет вспомнить о близком Ульяновым человеке – няне Варваре Сарбатовой, что жила и спала тут. Няня занималась в доме исключительно физической хозяйственной работой, воспитание было на матери, однако и хозяйственные нужды надо было кому-то удовлетворять. Так, в печке слева и на плите, пристроенной к печке (мы её видим ближе к кровати) Сарбатова готовила, а справа в кадре ещё маслобойка, на столе – солоница и мутовка. Было чем заняться.

Есть ещё парочка помещений, но не помню, почему я их не сфотографировал. В целом квартира маленькая, сам дом гораздо больше.

По этой причине первый и подвальный этажи занимают временные выставки. И они довольно простенькие по содержанию. Вот выставка «Красные и белые. Политический плакат периода Гражданской войны в России». Плакатики – всегда классные, но мы их видели уже миллион раз.

Отмечу лишь одно давно сделанное наблюдение. Плакаты красных – в среднем гораздо эффектнее и доступнее массам, чем плакаты белых. Вот здесь на плакате Виктора Дени 1919 года всё понятно. Враг определён по социальному признаку, обозначена их иерархия, акцент сделан на том, кто хуже всех – Колчак как военный диктатор. А главное, все изображены с юмором. Юмор всё решает: и смешные рожи, и развлекательное стихотворение, и враг из-за этого воспринимается жалким и никчёмным. Такого легко победить!

Прямо противоположный пример – изданная в Омске в 1919 году работа художника и журналиста Алексея Громова под псевдонимом Аргус. Сразу видна другая цветовая гамма: плакат серый, скучный, как будто слегка эскизный и недоработанный.

Казалось бы, идея та же самая – показать врага, но какой это образ? Это образ инородца, который должен вызывать отвращение у зрителя с опорой на низменные шовинистические чувства. Ненавидь чужого не за его действия, а за его внешний вид! Это же какой-то азиат, а не славянин, даже на человека не очень похож... Действия тоже поданы, но в грубой прямолинейной форме: инородец ненавидит твою веру и убивает твоих маленьких детей!

И, конечно же, никакого юмора. Предельная серьёзность, которая привлекает внимание и заставляет ужаснуться. Но вскоре эффект шока пропадает и хочется, наоборот, задуматься о чём-то другом, убежать подальше от этой противной пропаганды и к ней не возвращаться.

Выставка «Многоликий Китай» вообще какая-то странная. Мешанина экспонатов, как будто завезённых из китайской сувенирной лавки. Зачем? Предметы забавные, но целостного впечатления не производят.

В телевизионной терминологии есть такое понятие – филлер. Филлерный эпизод – это эпизод сериала, не влияющий на общий сюжет, его можно пропустить и ничего не потеряешь. Но можно и посмотреть, если нечего делать. Квартира-музей семьи Ульяновых – можно сказать, филлерный музей. Ругать не хочется в силу важности самого места, но и смотреть не обязательно. Я бы понадеялся, что вместе с реэкспозицией Ленинского мемориала преобразования затронут и это здание, но будет ли так, неясно.

Давайте, что ли, до Волги прогуляемся под конец дня.

Продолжение следует...

Продолжаем гулять по Топкапы. Для тех, кто пропустил предыдущие эпизоды, вот ссылки на первую и вторую части. В идеале я бы и третьей частью не закончил, но у меня не хватило времени. Впрочем, обо всём по порядку...

Мы находимся на территории Гарема, где-то в середине маршрута. Посреди всего этого царства женщин восседал султан. Происходило это в данном зале, который называется Султанский холл (Hünkâr Sofası). По сути, это тронный зал, хотя привычного в европейской культуре трона здесь нет, вместо него справа мы наблюдаем комфортный диванчик в специально отведённой ложе справа. Функции приёма высших государственных лиц, каких-то иных приближённых, своих жён, детей и иных членов семьи дополнялись возможностью проводить развлечения и церемонии, религиозные и семейные праздники.

В длинной ложе вдоль окон, что дальше от нас, располагались женщины из гарема, в первую очередь мать султана – валиде-султан. А выше на балконе бывали рабыни, игравшие на музыкальных инструментах. Пока ВИА «Гарем» играл на балконе, перед султаном ещё кто-нибудь отплясывал.

Данный зал, как и многие помещения Гарема, пережил серьёзный ремонт и изменения после пожара 1660-х годов, поэтому учитывайте, что антураж более раннего времени в Топкапы мы почти не встретим. Значительные изменения в этот зал вносились и позже, особенно при Османе III (1754–1757), когда он был оформлен в стиле османского рококо. Или барокко, что, в общем, для турецкого искусства часто синонимы. Использование типичного для европейского рококо орнамента рокайля со стилизацией ракушек, растений и свитков заставляет называть конкретно этот зал образцом таки рококо.

Посмотрим наверх. В Султанском холле – самый большой купол в Топкапы.

С трёх сторон зала можно быстро пройти в разные помещения по соседству. Валиде-султан и наложницы могли разойтись по своим комнатам, султан же по желанию мог отправиться попариться в свою персональную баньку-хаммам или же уединиться в личных покоях. Давайте на них посмотрим.

В этом помещении когда-то были покои Сулеймана Кануни, но его внук Мурад III в 1579 году попросил Синана переделать комнату. Покои сохранили оформление с тех времён и заметно, что они выдержаны в стиле классической османской архитектуры с обильным использованием изникской плитки. Большая полоса тёмно-синей плитки идёт вокруг всего зала и цитирует Коран, там должно быть что-то про трон. Единственный поздний элемент – это два красиво оформленных спальных места с балдахином XVIII века, одно в этом углу, а другое такое же симметрично справа от камина.

Несмотря на функцию спальни, султан мог принимать здесь государственных мужей. После Мурада комнатой продолжали пользоваться другие султаны, но исторически за залом закрепилось название Личных покоев Мурада III (III. Murad Has Odası). По соседству ещё есть Личные покои Ахмеда I и Личные покои Ахмеда III, но они не включены в маршрут для посетителей.

Комнатки и коридоры опять сменяются двориком. Данный дворик часто называют Двориком гёзде по причине того, что сюда выходят окна их комнат. (На всякий случай напомню, что в предыдущей части я объяснял, чем отличаются гёзде от икбал и кадын.) Правда, какие именно окна в этом длинном здании XVIII века принадлежали гёзде, я не разобрался, ибо тут жили и они, и икбал, и даже сам султан Абдул-Хамид I. Султан, судя по всему, прописался на первом этаже, а кто там выше, надо разбираться.

Также встречается название Дворик Мабейин (Mabeyn/Mabeyin Taşlığı). Этим же словом обозначают данное здание. Оно дословно переводится как «то, что находится в промежутке, между», так традиционно называли пространство в Гареме, где мог жить султан. Собственно, здесь указание на причастность к султану перевешивает указание на гёзде.

Кроме этого, в здании XVII века в этом же дворике жили наследники престола. Речь идёт об облицованной изникской плиткой пристройке с козырьком, названной Двойным павильоном (Çifte Kasırlar). Двойной – потому что в нём две комнаты. Но не стоит думать, что наследник комфортно жил в этом микро-особнячке с видом на дворик, наслаждаясь соседством папенькиных наложниц...

Дело в том, что вопрос престолонаследия в Османской империи нередко приводил к подковёрным играм и кровавым разборкам. В XV–XVI веках вполне обыденной была ситуация, когда вступивший на престол султан убивал братьев, чтобы избежать их претензий на престол. Это правило даже было официально прописано в сборнике законов Мехмеда Фатиха. Порой под горячую руку попадали иные родственники – выжившие случайным образом дяди и собственные сыновья. Обычно же сыновья султана, называемые термином «шехзаде» или «шахзаде» («şehzade», из персидского языка, буквально означает «сын шаха»), отправлялись учиться искусству государственного управления в какие-нибудь санджаки, аналоги губерний в Османской империи.

В начале XVII века правила поменялись. Ахмед I (1603–1617) вступил на престол в возрасте 13 лет и, понятное дело, ещё не имел собственных наследников. По этой причине окружение убедило молодого султана, что младшего брата Мустафу стоит пока поберечь. Его стали держать в полутюремных условиях в Топкапы в «клетке» – строго охраняемых покоях, пусть роскошной и приличной, но фактически тюрьме. «Клетка» по-турецки – «кафес» («kafes»). Даже если Мустафа не был первым узником кафеса в Двойном павильоне, то впоследствии здание носило именно такую функцию.

После ситуации с Ахмедом и Мустафой с обычаем братоубийства решили попрощаться. И братьев, и сыновей держали в строгих условиях в Топкапы, чтобы никаких лишних телодвижений в сторону престола они не делали. Конечно, не вся орава потенциальных наследников оказывалась в одном скромном Двойном павильоне, сюда обычно определяли несовершеннолетних мальчиков, а дальше им выделяли другие комнаты. Да, их воспитывали, они проходили обучение, им могли дать наложниц с бесплодием, а то вдруг родят новых наследников. Но сами условия фактического заключения отражались на физическом здоровье и психике.

Султан Ибрагим I (1640–1648) вступил на престол в 24 года. Когда умер его старший брат Мурад IV и к Ибрагиму пришли, чтобы объявить монархом, он сперва подумал, что это палачи от братца, и от страха долго не открывал дверь. В ходе нескольких лет правления Ибрагим умудрился поссориться со всем своим окружением. Ещё бы, однажды он из-за ворчания своей жены Турхан-султан швырнул их собственного младенца в бассейн, где тот ударился головой о бортик и чуть не утонул. Неслучайно его прозвали «Deli», то есть «Безумным». Он же приказал насильно доставить ему дочь шейх-уль-ислама, которая славилась своей красотой. Это было натуральным плевком в лицо всему духовному сословию. В общем, против него сложился заговор и его задушили.

Сулейман II (1687–1691) стал султаном в 39 лет. Вся жизнь, проведённая в заключении во дворце, привела к тому, что он был совершенно не приспособлен к правлению. Он много молился, часто болел и был прикован к постели, вместо него делами занимались визири. Не прошло и четырёх лет, как султан умер от водянки сердца.

И эти примеры – далеко не единственные. Ну как вам такой «великолепный век» династии Османов?

Да и вид с Дворика Мабейин какой-то унылый. Немного видно Золотой Рог, но при этом видно и стену, которая напоминает, что ты взаперти.

Гаремная мечеть XVII века. Здесь молились наиболее статусные женщины гарема: жёны султана, его дочери и, конечно же, валиде-султан. О роли матери султана в гареме я ранее упоминал. Здесь, в Топкапы, эта роль заметна, когда наталкиваешься на весьма крупный Дворик валиде-султан, её просторные и шикарные покои и её отдельный хаммам. Разбирая фотографии, осознал, что почему-то не сделал снимки с этих мест, хотя точно там проходил.

А вот чего я не видел, так это комнат Хюррем. Подозреваю, что некоторые зрительницы «Великолепного века» специально приезжают в Топкапы, чтобы посмотреть, где же жила та самая Роксолана. Но её комнат нет в маршруте. Уже после поездки, глядя на различные схемы Гарема, я обратил внимание, что рядом с Двориком валиде-султан есть небольшое помещение, называемое Покоями хасеки или Старыми покоями хасеки («Haseki Dairesi», «Eski Hasekiler Dairesidir»). Если сопоставить их расположение с той схемой, что нам предоставили музейные сотрудники, то они будут здесь:

На своё фото я наложил красную границу и стрелочку.

По мнению ряда авторов, это помещение – одно из самых старых в Гареме. Вспоминаем, что титул хасеки как не просто главной жены, а исключительно главной жены, стоящей выше всех остальных наложниц, фактически султанши, был придуман Сулейманом Великолепным специально для Хюррем. Кстати, его смысловой перевод примерно таким и будет – «исключительная». Последней хасеки в истории была Рабиа-султан, жена Ахмеда II (1691–1695). То есть титул хасеки существовал не очень долго – с середины XVI века по конец XVII столетия. Стало быть, вероятность того, что в «старых» покоях хасеки могла проживать Хюррем, весьма велика.

Фанатки «Великолепного века», не благодарите за подсказку! Впрочем, быть может, когда вы поедете в Стамбул, этот зал будет открыт для посетителей и включён в официальную схему и без моих инсайдов?

Так называемая Золотая дорога (Altın Yol). Что ж здесь золотого? Стены никак не украшены, просто узкий проход, соединяющий множество помещений Гарема. Да, он был важным коридором, поскольку по нему наложницы шли в покои султана, но золота не наблюдаю.

Есть красивая легенда, что султан мог по каким-либо праздничным случаям разбрасывать по этой дороге золотые монеты, ну а там уж кто подберёт, тот молодец. А во время джюлуса шехзаде делали то же самое в честь восшествия на престол своего брата или бати. Но это не точно. Присутствует мнение, что золотой в прямом и переносном смысле эта дорога была для счастливых наложниц, которые благодаря связи с султаном получали дорогие подарки, золото-бриллианты и всё такое.

Мы же по этому пути выйдем в Третий двор и попрощаемся с Гаремом.

Третий двор Топкапы был в первую очередь местом для Эндеруна – специализированной школы по подготовке будущих кадров. Слово «Эндерун» происходит от персидского «внутри», поэтому часто Третий двор называют Внутренним двором, ну или Двором Эндерун.

На протяжении столетий из школы Эндерун выходили чиновники, военные и даже деятели мира искусств. В школу попадали мальчики из немусульманского населения, которых набирали, как солдат-рекрутов в Российской империи среди крепостных. То есть какая-то община в зависимости от своей численности должна была предоставить определённое число мальчиков государству в качестве налога. Такая система называлась девширме («devşirme», в переводе «набор»).

Удивительно, конечно, что османская династия и своё потомство порождала благодаря женщинам преимущественно нетурецкого и часто немусульманского происхождения, и опиралась в государственной службе на людей такого же нетитульного происхождения. Понятно, отчего и младотурки, и создатели Турецкой республики считали, что турецкий народ был чуть ли не притесняемым и обделённым в собственной империи.

Даже сюда, в Третий двор, могли протиснуться важные гости вроде иностранных послов. Их, а также членов дивана султан принимал в Палате приёмов или Палате петиций. По крайней мере, словом «петиция» можно перевести понятие «arz», используемое в названии здания, что перед нами (Arz Odası). Если мы повернём голову налево, то увидим Ворота блаженства. Проход между воротами и Палатой приёмов полностью накрыт навесом. Таким образом, допущенные в Третий двор как бы сразу приглашались на приём к монарху и не должны были сворачивать в сторону.

Палата со стороны Ворот блаженства имеет два входа. Один по центру – как я понимаю, туда обычно входили иностранные послы, а другой чуть левее, туда проходили великие визири. За колоннами виднеются арки двух дверных проёмов. Для султана предусматривался вход с другой стороны, со стороны двора. Что ж, зайдём к нему на поклон.

Вновь необычно видеть вместо трона кровать, но не вижу минусов. Решать государственные дела, лёжа на кровати, гораздо удобнее. Это я прикалываюсь, потому что, если посмотреть на рисунки и картины того времени, султан всё-таки предпочитал сидеть на краю кровати. Палата приёмов построена в эпоху создания Топкапы, многое в её оформлении менялось вплоть до XIX века, но нормальный европейский трон завезти так и не успели.

Можно вспомнить, что среди посетителей здания бывало немало русских послов, например, сам Михаил Кутузов. Боевого генерала Екатерина II отправила в Стамбул в 1793 году, чтобы улучшить отношения с Османской империей после русско-турецкой войны, где победили наши. Кроме этого, стоило в перспективе вовлечь Порту в антифранцузскую коалицию. Кутузов произвёл на султана Селима III хорошее впечатление, поскольку неплохо владел турецким языком, привёз много дорогих подарков от императрицы, да и в целом репутация военного ему помогала.

Кутузов показал себя не только хорошим дипломатом, но и отличным шпионом. Каким-то неведомым образом он проник в Гарем, встретился с валиде-султан Михришах, вручил ей драгоценные подарки и вежливо побеседовал около часа о важности развития международной торговли и иных проблемах. Казалось, это была неслыханная дерзость со стороны чужого мужика, да ещё и иностранца, но вопросы были скорее не к нему, а к кызляр-аге, который проворонил охрану Гарема. Евнух подумал-подумал и сказал султану, что Кутуз-паша, дескать... тоже евнух у русской царицы, так что ничего страшного. Султан посмеялся, а к Кутузову как будто стал относиться ещё с большим уважением.

Почти по центру Третьего двора стоит здание Библиотеки Ахмеда III (III. Ahmet Kütüphanesi) 1719 года. Также её называют Библиотекой Эндеруна (Enderun Kütüphanesi). Неплохой образец архитектуры Эпохи тюльпанов, которая ориентировалась на европейскую моду. Здание облицовано мрамором, в крыльцо встроен симпатичный фонтан. В библиотеке хранились религиозные и научные труды на османском, арабском и персидском языках, причём это были рукописи, а не печатные издания. В тот период типографии в Османской империи только-только зарождались.

Главным читателем библиотеки был султан, а вот кто ещё мог ей пользоваться, не могу сказать. С трудом представляю, что к коллекции в три с половиной тысячи рукописей бесконтрольно подпускали ораву мальчишек, что учились в школе Эндерун.

Когда Топкапы переделали в музей, рукописи оставили в дворцовом комплексе и перенесли в здание дальше, оно чуть-чуть попало в кадр справа, за женщиной, которая идёт по дорожке. То здание – одно из старейших в Топкапы, относится ко временам Мехмеда Фатиха. В нём была Мечеть вельмож – пожалуй, я переведу название «Ağalar Camii» слегка литературно, поскольку титул «ага» затруднительно поставить во множественное число. Короче, в мечеть ходили различные высокопоставленные титулованные лица.

В XX веке в музейный период за тем зданием закрепилось название Новой библиотеки, и её коллекция ещё больше, чем старая. А в старой библиотеке расположилась небольшая экспозиция, которая воспроизводит историческую обстановку дворцовой читальни.

Третий двор где-то в два раза меньше, чем Второй, он занимает квадратную площадь длиной в 70–80 метров. В отличие от предыдущих парадных переходов в следующие дворы, здесь достаточно пройти по дорожке слева и проскользнуть между двумя зданиями в конце, чтобы перейти в Четвёртый двор. Точнее, постройку в левой части кадра можно обойти как по этой дорожке, так и левее, за кадром. В целом линия зданий с портиками, что опоясывает двор примерно на половину, производит впечатление чего-то целостного, хотя время создания и функции зданий были разными.

Так, в правой части кадра стоит Павильон Фатиха со множеством колонн, которые не скрыты деревьями. Одно из старейших зданий Топкапы построено при Мехмеде Завоевателе в 1462–1463 годах. Султан устроил здесь свои личные покои. Впоследствии тут хранили различные ценные вещи, подарки от послов, драгоценности, и здание получило название Султанской сокровищницы. Экспозиция с предметами из той самой сокровищницы есть и сейчас, но я не буду на ней останавливаться, а покажу тот шикарный вид, которым мог наслаждаться Мехмед с террасы павильона.

Красиво. Стеклянные ограды поставили не просто так, ведь за ними начинается обрыв и довольно резкий склон в сторону Босфора.

В соседнем здании на восточной стороне Третьего двора, где при Ахмеде III была устроена Экспедиционная казарма (Seferli Koğuşu), сейчас открыта тематическая экспозиция одежды из коллекции музея. Экспозиция явно недавно обновлялась, оформлена свежо и стильно. Почему одежда? Изначально казарма была устроена для тех служащих, которые готовили одежду для султана во время военных экспедиций.

Меховой кафтан, представленный в витрине, по-турецки называется не кафтаном, а словом «кюрк» («kürk»), обозначающим мех. У азербайджанцев кюрком называют зимнюю утеплённую шубу из овчины. А слева – что-то среднее между чулками и наколенниками, по-турецки это называется «дизлик» («dizlik»). Перевод на английский в этикетке позабавил: эти дизлики обозвали леггинсами. Ну, можно и так сказать, хотя кажется, что основное свойство леггинсов – обтягивающий фасон – дизлики как раз не передают.

Представленная одежда датируется второй четвертью XVI века.

Церемониальные кафтаны шехзаде, тоже второй четверти XVI века. Тот, что слева, принадлежал Мехмеду, старшему сыну Сулеймана Кануни и Хюррем. Ему прочили престол, однако он умер раньше своих родителей в раннем возрасте, пусть и успел послужить санджак-беем (губернатором), сопровождал отца в военных походах, а современники отмечали его ум и таланты. Принадлежность кафтана справа не определена.

Ой-ой, что делается! До закрытия музея остаётся 20 минут. Вот это я увлёкся, даже не всё в Третьем дворе осмотрел, а ещё Четвёртый... Кажется, точно придётся когда-нибудь приехать в Топкапы снова.

Уделим хотя бы несколько мгновений Четвёртому двору.

Основное его значение заключалось в том, что это личная территория султана, которую он не делил с чиновниками, школотой из Эндеруна, гаремом, стражей и прислугой. Представление о том, что Третий и Четвёртый двор – отдельные, сложилось в XX веке, во времена султанов их строго не разделяли. За этой зоной закрепилось дополнительное название – Султанская терраса (Sofa-ı Hümâyûn). Если вы внимательно читали, то обратили внимание, что ранее турецкое слово «sofa» я переводил как «холл», но им обозначают как помещение с широко открытыми дверьми и большими окнами, так и открытую площадку. Пусть будет «терраса», по смыслу подходит.

Большинство зданий двора построено в XVII веке. Мы сейчас смотрим на восточную сторону двора, где здания датируются XIX столетием. Среди них – небольшая мечеть в правой части кадра, её называют Террасная мечеть (Sofa Camii).

По центру – маленькая квадратная будка, на стене которой поместили эмблемы администрации президента и Управления национальных дворцов. Это Гардероб (Esvap Odası), где султан переодевался перед посещением зала священных реликвий. Сегодня мы говорили о Санджак-Шерифе, но это лишь одна из реликвий, что хранится и показывается в специально отведённом павильоне в Третьем дворе, куда мы не успеем зайти.

Дальше идёт длинный Большой павильон, как его принято называть в англоязычной традиции. В оригинале это Павильон Абдул-Меджида (Mecidiye Köşkü), названный так по имени султана, при котором его возвели. Напомню, что Абдул-Меджид I (1839–1861) был последним обитателем Топкапы. Можно сказать, на прощание он построил уже совершенно современный для его эпохи павильон, где он устраивал приёмы и отдыхал, глядя на Босфор и перспективу Мраморного моря. Это вам не узкие и душные улочки Гарема.

Данные здания относят к стилю османского ампира. Павильон Абдул-Меджида – последняя постройка Топкапы, с точки зрения истории дворцовой архитектуры очевидное связующее звено со стилем дальнейших резиденций султана, Долмабахче и Йылдыз.

Вид отсюда хорош. Внизу видна Босфорская стена Константинополя, справа от неё стоит памятник Тургут-реису. В другой день в солнечную погоду я был там, внизу, поэтому ловите соответствующий снимок:

Снизу видна угловая терраса с четырьмя арками Павильона Фатиха, где мы только что были, а рядом с ней – длинный Павильон Абдул-Меджида.

А что за мужик перед нами? Памятник 1986 года посвящён Тургут-реису. Тургут-реис, он же в европейской традиции Драгут, был одним из самых известных турецких корсаров XVI века, которые наводили страх и ужас на мореплавателей Средиземноморья. Впрочем, морские навыки Тургут-реис применял не только в пиратских целях, он успел послужить султану официально, дослужился до адмирала, был командующим средиземноморским флотом империи.

С Четвёртого двора можно смотреть не только на Босфор. Частично он выходит к парку Гюльхане. Напрямую в парк мы пройти не можем и смотрим на него сверху, с террасы. Так-то выход был предусмотрен, и, гуляя по двору, можно натолкнуться на спуск к воротам, ведущим прямо к Готской колонне. Ныне выход используется только в служебных целях.

Поскольку Готскую колонну я тоже смотрел отдельно, то добавлю фото из парка Гюльхане, снятое в другой день:

Прекрасная Готская колонна – это не просто самая древняя колонна в городе из сохранившихся, а самая древняя в принципе. Если, разумеется, не считать привезённые сюда колонны Ипподрома, потому что переплюнуть по возрасту Египетский обелиск никакое римское или греческое сооружение не сможет. Одним словом, самая древняя из созданных здесь.

Византийский писатель Иоанн Лид отмечал, что Готскую колонну поставили при консуле Римской республики Помпее Великом, потому что на этом месте он разгромил войска понтийского царя Митридата, которому помогали готы. Отсюда и название колонны. Есть она проблема: это чушь. А другой византийский историк Никифор Григора писал, что колонну поставил Виз (он же Визант или Бизант), легендарный основатель Византия. Надо ли говорить, что это тоже выдумка?

На самом деле колонну поставили, как часто предполагают, в 269 году в честь победы императора Клавдия II над готами. Вторжение готов в восточные регионы Римской империи было довольно серьёзным испытанием римской армии на прочность, и ключевая победа была одержана в битве у Наиса, нынешнего крупного сербского города под созвучным названием Ниш. Непонятно, правда, зачем в мелком и не особо важном городке Византии (это был ещё не столичный Константинополь) ради этой победы ставить величественную колонну... Да и латинская надпись на колонне «Удаче, вернувшейся с победой над готами», вроде бы, сделана поверх какой-то другой, выскобленной старой надписи.

Может быть, колонну возвели при Константине Великом, ведь он тоже воевал с готами? Может, и так, хотя ответ на вопрос, поверх какой надписи выдолбили новую, это не помогает найти. Сплошные загадки.

Удача, упомянутая в надписи, – это не абстрактная Госпожа Удача, а греческая богиня удачи и случая Тихе (также Тюхе). Раньше на вершине колонны стояла её статуя.

Темнеет. По территории ходят охранники и намекают, что пора сворачиваться. Да туристы и сами по большей части уже разбрелись, поэтому можно представить, как здесь по вечерам в гордом одиночестве гулял султан когда-то могущественной, но клонящейся к закату Османской империи.

Осторожно, двери закрываются. Успели проскочить через Приветственные ворота и можно потихоньку идти в гостиницу. Концовка прогулки вышла смазанной, но если вы дошли со мной до этого места, то впечатления у вас, думаю, и без того насыщенные.

Пожалуй, в скором времени уделю Стамбулу ещё немного внимания, в таком же стиле описав Археологический музей. А на сегодня всё!

Можете также почитать мой обзор Айя-Софии в двух частях:

Собор Святой Софии в Константинополе – подробнейший фотоотчёт образца января 2024 года (часть первая)

Собор Святой Софии в Константинополе – подробнейший фотоотчёт образца января 2024 года (часть вторая)

Проехав примерно 15 километров от горы Сампо, наш автобус остановился в посёлке Марциальные воды. Посёлок очень крохотный и фактически представляет собой инфраструктуру, обслуживающую одноимённый курорт. Курорт Марциальные воды основан в 1719 году и считается первым в истории России. Ну а что вы хотели, чтобы русские курорты начинались на югах? Не надо нам такого, вот по дороге в Мурманск – идеальное место.

Читайте предыдущий эпизод дневника (Карелия. Июль 2024 года. День 3: От горы Сампо до водопада Кивач. Эпизод 1/4): Гора Сампо – красивое развлекалово на природе недалеко от Петрозаводска

У нас в наличии: четыре источника природной воды, склад грязи, тишина, уют и домашняя обстановка, и, если вам ничего не помогло, больничка имеется.

А если совсем плохо, то, может, по сто грамм?

Откровенно говоря, назойливая реклама ликёро-водочного завода «Петровский» на курорте рядом с санаторием выглядит очень странно, как и продажа его продукции. Понимаю, что это местный карельский бренд – как-никак, основан ещё до революции в 1897 году, когда в условиях государственной винной монополии, введённой в 1890-е, то тут, то там стали появляться государственные предприятия по травле населения. И тем не менее, может, всё-таки не здесь свой магазин держать?

Отправимся на поиски другой жидкости, действительно полезной и целебной.

На стороне трассы, где находится увиденный нами ликёро-водочный сувенирный магазин, а также дорожки в сторону санатория, стоит храм Святого Апостола Петра. Он построен в 1721 году при жизни Петра I, отчего похож на лютеранскую кирху – любил Пётр Лексеевич копировать всякое из Европы. Единственное здание петровского времени сегодня является музейным объектом и посетить его можно по билетам, что продаются в музее напротив. У нас, к сожалению, на это нет времени.

Как это место привлекло внимание Петра Великого? В 1698 году в ходе Великого посольства Пётр впервые увидел европейский курорт в Бадене южнее Вены. Уже тогда он заинтересовался рекомендациями европейских врачей о необходимости употреблять минеральную воду для поправки здоровья и распорядился искать подобные источники вод в России. Энергичная жизнь царя изрядно износила его организм, поэтому с 1700-х годов он стал регулярно посещать европейские курорты.

В 1714 году простой крестьянин Иван Ребоев, приписанный к Кончезерскому железоплавильному заводу, что в семи километрах отсюда, тоже жаловался на здоровье. Его отправили в этот район для контроля за работой возчиков железной руды. Случайным образом ему попался незамерзающий родник, он испил из него водицы и не только не превратился в козлёночка, но даже почувствовал улучшение состояния. Об открытии сообщили Петру, а доктора подтвердили: вода – отличная, с высоким содержанием железа, пить разрешается.

На другой стороне дороги – дом смотрителя 1830 года, он же дом горного ведомства. Территория курорта, как я понимаю, контролировалась администрацией Олонецких горных заводов. Сейчас домик служит экспозицией местного музея. Опять же, на осмотр нет времени. Интересный факт: домик реставрировался в 2019–2020 годах, для чего его увезли (!) в Вологодскую область и затем вернули на место.

Исторических зданий в Марциальных водах немного. Когда-то при Петре тут построили дворец, несколько домов для обслуживающего персонала, гостиницу и конный манеж, но всё это не сохранилось. Царь оценил водичку и отблагодарил открывшего её крестьянина Ребоева и коменданта Олонецких заводов Виллима Геннина. Отблагодарил по-разному: Геннин получил портрет царя с алмазами ценой в 600 рублей, а Ребоев – три рубля и вечное освобождение его и потомства от налогов.

Построенный посёлок получил название Дворцы, а железистая вода – марциальной, то есть связанной с римским богом Марсом как покровителем железа. После организации курорта Пётр приезжал сюда лечиться несколько раз, попрощавшись с зарубежными спа и баденами. Курорт получился вполне «на манер Европ и Франций».

Всего в Марциальных водах обустроено четыре источника. Они находятся чуть ниже трассы на спуске к ручью Раудария и болоту Раударсуо. Как вы поняли, посёлок, санаторий и храм стоят на небольшой возвышенности с одной стороны от дороги, а источники – в низине с другой. Они выстроены в ряд. До первого источника шагать триста метров, поэтому ограничимся тремя другими, они расположились вместе в приятно организованном скверике рядом с домом смотрителя.

Будка источника № 2. Сбоку устроен резервуар с поступающей туда водой. Можно подойти, зачерпнуть ковшиком водички и налить себе. Заодно ознакомиться с информацией на двух табличках – деревянной и печатной.

Печатная табличка даёт справку о химическом содержании воды. Каждый источник – уникальный, вода отличается по составу и рекомендуется при разных показаниях. Скажем, мочекаменную болезнь лечит только вода из источника № 1, а тут... Если честно, я только слово «гастрит» понимаю. Который у меня есть, поэтому хлебну водички.

Деревянная табличка повторяет информацию о показаниях к употреблению воды и добавляет красивую цитату:

Понеже оные воды исцеляют различные жестокие болезни и ежели кто будет их употреблять, то совершенно может исцеление получить.

Указ на Докторские правила
20 марта 1719 г.

Да будет так!

Между вторым и третьим источниками – закрытый павильон, он же бювет 1894 года архитектора Павла Созонова. Вероятно, ранее сюда поступала вода из источника № 2 или из второго и третьего вместе. Бювет возвели в связи с приездом великих князей. Каких именно, не знаю. Первоначально хотели отгрохать двухэтажное здание на каменном основании со стеклянным вторым этажом, но потом решили сэкономить. В течение XX века павильон истрепался, в 2010-е годы его отреставрировали, и теперь он здесь стоит как памятник архитектуры, а не как действующий бювет.

Надо сказать, что после Петра курорт быстро пришёл в запустение. Все петровские постройки, кроме храма, постепенно разрушились, в XIX веке периодически приводили в порядок источники, строили новые павильоны, но центром притяжения отдыхающих Марциальные воды не стали. Поэтому визиты высокопоставленных лиц – скорее исключительные случаи, чем правило.

Источник № 3. Будки источников устроены одинаково, даже на деревянных табличках одна и та же цитата 1719 года, но состав воды разный. Во втором источнике железа было 45 мг/л, а здесь – 67 мг/л. Разница во вкусе заметна. Воду из источника № 3 рекомендуют уже не для болезней ЖКТ, а для сердечно-сосудистых болезней, нервных и опорно-двигательных.

Открытый павильон построил в 1858 году архитектор Иван Чебаевский в связи с визитом императора Александра II. Кажется, кроме Петра, это единственный глава государства, который удостоил курорт посещением. Не знаю, понравилось ли ему увиденное, но какого-то возобновления серьёзной курортной жизни после этого не произошло. Произошло только при советской власти, когда ещё в 30-е годы хотели построить современный санаторий, однако помешали сначала репрессии и соответствующая политическая перетасовка руководства Карелии, а затем война.

После Великой Отечественной сначала появился музейный комплекс и охранный статус территории, а в 1950–1960-е организовали санаторий. Санаторий ныне рабочий, рассчитанный на 240 мест, с разными программами лечения и отдыха. Не знаю, пользуется ли популярностью, но в интернете отзывы хорошие. Надо запомнить, может, пригодится...

Фото будки источника № 4 показывать не буду, она идентична остальным, а про водичку скажу. Это сама железистая из всех железистых марциальных вод, с содержанием ионов железа 133 мг/л. Реально, как будто жидкую ржавчину пьёшь. К данному источнику рекомендуют прибегать при дефиците железа.

Много пить, разумеется, не надо, но много и не выпьешь: увозить воду из Марциальных вод не имеет смысла, поскольку под действием кислорода железо окисляется, и тогда придётся в прямом смысле пить ржавчину, а это уже опасно. Так что аккуратно набирайте четверть или треть стаканчика и пробуйте, а коли врач не советовал более, то и не надо. Конечно, если у вас нет язвы или ещё какой-то болезни, при которой вообще лучше незнакомое не пить.

За ваше и наше здоровье! Дёрнем и поедем дальше.

Продолжение следует...