Продолжение поста «ИИ и лИИтература»⁠⁠7

В продолжение поста, в продолжение комментариев к посту, хочу задать вопрос. Этот текст написан нейросетью, или живым человеком?

Чур, ИИ-детекторами не пользоваться! Правильный ответ дам завтра.

Кот наш, Чернавка, явился не по просьбе нашей, а по прихоти приказчика Семеныча, что, вернувшись из Орла, бросил его на пол кухни, завернувши в тулуп дырявый, и пошел прочь, не сказав ни слова. Шерсть на нем черна была, словно сажа из печи, токмо ухо правое прорезано, да хвост, будто у старой метлы, вечно кверху торчал. К мышиному племени охоты не имел- напротив, завидя норку, зевал преувеличенно, отворачивался, словно оскорблен был таким низким предложением. Рыба ж, как вышло после, была его единым и непременным желанием. Надобно знать, повар наш, Ермилыч, чистил карасей по утрам у самого крыльца, и Чернавка уж тут- трется о косяк, глядит снизу, мявкает так жалостно, что иной раз и сам старик, ворча, бросит ему обрезок. Но Чернавка, понюхав, отворачивался с видом обиженным, будто искал чего-то лучшего, и уходил под сарай, где, поджав лапы, часами глядел на пруд, что тянулся за огородом, тихий да заросший рогозом.

Случилось сие в октябре, когда листья уже осыпались, вода потемнела от холода, а по утрам иней серебрил траву. Чернавка, нежданно-негаданно, решился на приступ. Не стал он, как иные кошки, подкрадываться да выжидать- нет, подошел к краю, присел на задние лапы, высунул переднюю- и, не моргнув, стукнул ею по воде, будто по столу дубовому. Вода вздрогнула, брызги полетели ему в усы, а из-под коряги, как на грех, выскочил карась, да не мелкий, а добрый, с ладонь, и шлепнулся прямо на мокрую траву. Кот, видно, и сам обомлел. Прыгнул, придавил лапой, да тут же отдернул, ибо рыба бьется, хвостом по земле стучит, брызжет, да еще и пахнет так, что и человеку тошно. Чернавка отскочил, фыркнул, и, не знаю, от страха ли, или от брезгливости, убежал прочь, оставив добычу воронам.

Дворник Фомич, видя сие, только головой покачал да пробормотал- "Вот те и охота! Ни уму, ни сердцу". А матушка, которая в то время варила в гостиной яблочное повидло, выслала ему кусок вчерашнего пирога, сказавши- "Пусть уж ест, что дают, коли сам ловить не умеет". Но Чернавка пирога не тронул- сидел под лавкой, глядел в одну точку, да, видно, обдумывал свое неудачное предприятие. Я же, признаться, и не ждал от него больших успехов- мало ли у нас зверей, что берутся не за свое дело, да и оставляют? На другой день он снова пришел к пруду. Токмо на этот раз не стал ни лапой махать, ни прыгать. Лег на бок, растянулся, да и задремал на солнышке. А караси, видно, почувствовав покой, сами подплыли к берегу, плескались, играли, будто дразня. Чернавка открыл один глаз, зевнул, перевернулся на другой бок, да и уснул окончательно.

Так и повелось- к рыбе он так и не притронулся, а к повидлу, к костям, к остаткам щей- привык вскоре, да и стал нашим постоянным гостем. Бывало, сидит на крыльце, умывается, да смотрит на нас, как бы спрашивая- "А вы что, тоже думаете, что я охотник?" И право, не знаю, как на то отвечать. Живет себе да живет, а мы к нему привыкли. Вот и вся история.

Правильный ответ Продолжение поста «ИИ и лИИтература»