О том, как один дурак уволил сам себя
В середине 2000-х я работал в Москве вахтовым методом. Установка наша находилась на территории одного из асфальто-бетонных заводов. Кроме неё, был хоз.городок, в котором стояли 10 вагончиков. 2 вагончика хоз.блок (душевая, туалет, комната приёма пищи). 1 - вагончик охраны с двумя охранниками, которые посменно дежурили на установке, остальные вагончики - слесарка, склад, лаборатория, кабинет и вагончики для отдыха.
Старшим в нашей смене работал мужик по имени Владимир. Крайне импульсивный на грани истерики. Психовал страшно. Вопли, швыряние перчаток, пинки по вёдрам. Один раз он промахнулся по ведру и пнул по железобетонному лестничному маршу. Потом неделю хромал. Его психи оказывали подавляющее действие только на неподготовленных зрителей. Кто с ним был знаком - тупо игнорировали его кривляния.
Начальство с нами работало удалённо. Связь по телефону. Иногда приезжали с проверкой. Во время этих проверок Владимир корчил из себя страшно строгого к подчинённым начальника. Когда ему высказывались претензии по поводу его личной работы (ведения документации и т.п.) начинался цирк. Владимир первым делом швырял перчатки, начинал орать, активно жестикулируя, что всё это его затрахало. Он работает из чистого энтузиазма и любви к установке (45 т.р. за 2 недели работы в месяц не в счёт). Писал заявления на увольнение, шёл собирать сумку с воплями "Всё, уезжаю нахер". Короче, кривлялся, как мог.
Начальство, которое было далековато от физической работы на установке, относилось к этому спектаклю сдержано. Заявления на увольнения рвались. Рыкали на него, чтоб он успокоился и шёл работать.
Эта история продолжалась 4 года. Каждый месяц Владимир устраивал хоть одну истерику на пустом месте. А потом у нас временно заменили директора. Мужик положительный. Хотя и бывший военный, но никакого бычества по отношению к подчинённым не было.
Приезжает новый директор к нам на установку знакомиться с людьми. Дело происходит летом. Солнце светит ярко. На директоре солнцезащитные очки (у него с глазами были большие проблемы).
Рассказывает охранник. Подходит директор к Владимиру протягивает руку, представляется. Владимир сквозь зубы ему отвечает, что приличные люди, когда разговаривают с кем-то, снимают очки. Охранник в шоке. Директор начинает объяснять, что у него больные глаза, но очки снимает. Директор начинает интересоваться, как здесь обстоят дела, в чём вообще заключается наша работа. Объясняет, что его назначили 2 дня назад и в этом направлении у него опыта нет никакого. Владимир ему отвечает, что некогда ему сейчас разговаривать. Кивает на лаборантку и заявляет, что его люди ждут. Берёт банки под анализы и быстро уходит в направлении установки. Директор охреневает и бежит за ним.
Мы находились на установке. Прибегает радостный Владимир с банками. Лезет на реактор отбирать пробы. За ним прибегает какой-то мужик (директор) и тоже лезет на реактор. Владимир ставит банки с пробами в ящик, что-то говорит мужику и убегает. Мужик бежит за ним.
Рассказывает охранник. Прибегают Владимир с директором. Владимир отдаёт пробы лаборантке. Директор отдышался и опять начинает задавать вопросы. Владимир начинает истерику. Швыряет перчатки на землю, начинает орать какого хера до него все докапались, что его всё достало, и пошло оно всё нахер. Идёт в кабинет и пишет очередное заявление на увольнение. Вручает директору. Тот, уже совсем охреневший, просит Владимира не горячиться. На это он получает ответ: хер с вами, эту вахту доработаю и чтобы в последний день мне привезли трудовую. Потом заявляет, что ему некогда и нужно уходить на установку, пока она там не сгорела. И отчаливает. Директор в шоковом состоянии отбывает в офис.
Через 2 дня мы узнаём, о приказе на увольнение Владимира.
До конца вахты Владимир находился в состоянии побитой собаки. Не мог поверить, что вот так раз - и всё...
