Багровый лес - 3 глава⁠⁠

— Слушай, Тихон, надо к этому дыму подобраться, узнать, чего там делается. Может, там и сможем прорваться. — шёпотом проговорил Михаил, тихо шагая в сторону столба дыма.

— Ох, куда же нас занесло… — ругался Тихон, хромая, двигался за Михаилом.

Где-то там вдали виднелось большое пламя — от которого и исходил чёрный как ночь дым. Вокруг костра виднелись десятки мрачных и обезображенных силуэтов. Позади костра стоял огромный деревянный трон, на котором явно кто-то сидел.

Подобравшись поближе, Михаил увидел, как те самые изверги, что загрызли тех мужиков, тащат их тела прямо к этому трону. Прошмыгнув к большому стволу дерева, он прислушался и показал старику жестом, чтобы тот ничего не говорил.

— Надо узнать, чего у них там творится… — прошептал Михаил, высматривая обстановку у костра.

К трону подошли трое извергов. Они были одеты в разодранные лохмотья, их лица были спрятаны под деревянными масками, на которые была натянута человеческая кожа с лица… Там было всё — ноздри, глаза, рот и даже морщины — всё это было на деревянной маске.

Уставившись в диком ужасе, Михаил смотрел на то, что он больше никогда не забудет в своей жизни. На троне сидела огромная жирная тварь — из неё торчали разломанные кости, из неё вытекали струи зловонного гноя, который Михаил учуял как раз тогда, когда увидел эту тварь. Лицо монстра не было скрыто маской, оно было выставлено всем на показ. Ужасная морда с огромным порванным ртом. Глаз у твари не было видно — они были скрыты за огромными веками.

— Что это за тварь?.. — в ужасе прошептал Михаил, повернувшись к Тихону.

Но когда он повернулся, то не увидел старика на том месте, где тот стоял пару минут назад. Пробежавшись взглядом, Михаил понял, что пора бежать так быстро, как ему в жизни никогда не приходилось.

Только он сошёл со своего места, как за его спиной раздался громкий рёв, после чего послышался хруст и звук рвущейся плоти. Огромная тварь своей не менее огромной рукой, разрывая шею Тихона, оторвала его голову и с адской силой швырнула её прямо под ноги Михаила.

Всё это время, пока тот наблюдал за тварью, у ног монстра вместо тела мужика валялось тело бездыханного старика. Бросившись наутек, Михаил то и дело видел, как пространство вокруг него менялось — красивый лес превращался в старое заболоченное, богом забытое место.

— Мясо! Ловите его! Держите ирода! — вопили твари. Смеясь и хохоча, они бежали прямо за Михаилом.

Он бежал так быстро, что даже волки с лисами позавидуют. Пока за его спиной доносились адские вопли и крики, он бежал всё дальше и дальше из леса, молясь, что сможет выйти из него живым.

Пробежав так ещё десять минут, он рухнул на землю без сил. Вокруг было тихо. Жадно глотая воздух ртом, Михаил огляделся и понял — он вышел из леса. Он смог выйти оттуда живым, смог покинуть этот сущий ад. Теперь ему предстояло вернуться в деревню и предупредить народ о том, что идти всей толпой в лес опасно — ибо там их десятки, а то и сотни.

Спустя два часа ходу Михаил наконец увидел вдали что-то похожее на избы, посреди которых красовалась церковь. Подойдя ближе, он убедился, что это его деревня, но что-то было явно не так… Все дома, все сооружения были старыми и изуродованными временем — будто он ходил в этом лесу несколько лет. Осматривая старые и дряхлые дома, он понимал, что в деревне не осталось ни души.

Пройдя в старую церковь, он перекрестился и поднял взгляд на большой деревянный крест в самом конце строения. Тут Михаил замер — его резко вырвало на пол, после чего, подняв взгляд, он уставился на ужасную картину.

На кресте был распят батюшка. Его тело было истерзано, кости торчали в разные стороны. Лицо было скрыто грубым мешком, а крест, что висел на его груди, был перевёрнут. Из тела торчали белые как кости черви, которые копошились там уже не одну неделю.

— Что же это… Сколько я пробыл в этом проклятом лесу?! — закричал во всё горло Михаил, после чего схватился за голову.

Резко старая дверь, которая раньше была закрыта, распахнулась. Из неё начали выходить десятки ужасных иродов. Они смеялись и кряхтели, сверля взглядом Михаила. Среди этих тварей был и сам Тихон. Это можно было понять по его большому шраму на руке, который он получил в детстве.

— Время кормёжки! — закричала одна из тварей, после чего вся толпа кинулась прямо на Михаила, раздирая его плоть, разрывая вены и жадно глотая алую кровь. Мужик завопил, пока его тело разрывали на части ужасные твари, а там, в конце коридора, стояла та самая тварь.

— Ну и где же твой бог?.. — ужасным голосом проговорил монстр.

— Я твой бог! — завопил он во всё горло, после чего Михаил потерял сознание.

Открыв глаза, Михаил сразу же осмотрел своё тело — оно было совершенно целым и обычным. Осмотревшись вокруг, он убедился, что он дома. Но это уже явно была не его изба… Иконы, что раньше красовались в углу комнаты, были сожжены и перевёрнуты вверх ногами. Кресты с Христом были так же перевёрнуты, а ставни окон разбиты — будто их кто-то бил кувалдой.

Трясущимися ногами Михаил быстро вышел на крыльцо, где среди нормальных и привычных изб стояли Тихон, а рядом с ним и Ваня. Мужики стояли неподвижно. На их лицах были те самые маски из человеческой кожи, только вот кожа — это их лица…

— Вот и ты пришёл… — прохрипел Тихон.

— А мы тебя-то уже заждались! — воскликнул Ваня, пережёвывая кусок вяленого мяса.

— Что… Что это всё значит?! — в панике кричал Михаил, глядя на своих уже, казалось бы, мёртвых друзей.

— А РАЗВЕ ЧТО-ТО НЕ ТАК? — резко послышался голос монстра позади.

Обернувшись, Михаил ужаснулся — перед ним стояла та же самая тварь, и теперь она вырывала глаза Михаила. Его крики разносились эхом по лесу. Вскоре агонию мужика прервали его друзья: они схватили его за плечи, после чего, достав ножи, начали медленно срезать лицо с Михаила.

Тот был обессилен. Он уже не чувствовал боли — он лишь хотел умереть, чтобы всё это наконец-то закончилось… Вскоре на его изрезанное лицо уложили деревянную маску, которую прибили деревянными гвоздями.

С тех давних пор, которых сам Михаил уже и не помнит, он каждый день бродит вместе с другими извергами по лесу — пытается найти заблудшего путника, что ненароком загнал себя в ад. Теперь он, как и все, обречён. Теперь он молится своему богу — основателю деревни, который пропал ещё 50 лет назад…

— Слышишь, дверь открылась где-то? — хриплым голосом спросил Ваня, уставившись на Михаила.

— Слышу… ВРЕМЯ КОРМЁЖКИ!

Оригинальная версия - https://author.today/work/582882