sibur.official

Пока кто-то снимает видео с собой любимым, наша Юля, она же Юла, снимает для блога СИБУРа рыб. Кажется, скоро у нас вместе с Юлей будет на несколько сотен тысяч подписчиков больше. Немного молчаливых подписчиков. С плавниками.

Знаете ли вы, сколько вообще рыбы в Каме? Мы тоже не знаем — и даже не будем пытаться считать. Но нам точно известно, что совсем недавно в реке добавилось еще 200 тысяч мальков! Потому что именно столько краснокнижной стерляди мы запустили в нее буквально на днях. Устроили по такому случаю грандиозный праздник на набережной. А вообще мальков в разные реки России мы выпускаем регулярно и всего за пять лет добавили к дружной рыбной компании Камы целый миллион новеньких!

Все начинается с икры, которую получают в рыбном хозяйстве в Костроме. А кто ее оплодотворяет? Сами работники хозяйства, практически вручную! Они же принимают «роды». Здесь все четко, по бассейнам: мальчики налево, девочки направо, для самого главного встречаемся на столе. Кстати, пол рыбы определяется с помощью УЗИ — все как у нас, у людей.

Какую музыку любит стерлядь? Сколько нужно времени, чтобы привезти ее из Костромы в Нижнекамск? И почему рыба отправляется в путешествие натощак? Смотрите наше видео и все узнаете! Юлия Бурмистрова, наша бессменная ведущая зажигательного видеоблога «Юла в деле» нашла ответы на все вопросы.

Да, мы нефтегазохимическая компания и хотим поговорить про моду. Сами понимаем, что звучит странно, но сейчас все объясним. В любой производственной компании СИЗ, средства индивидуальной защиты, — обязательный элемент. И мы естественно не исключение. Но мы подумали, что можно сделать ее не только технологичной и удобной, но еще и модной. Рассказываем, как спецодежда прошла путь от кожаного фартука до индустриального показа (в котором, кстати, поучаствовали наши коллеги).

Сначала было больно

Когда-то человек обжегся, ударился, поранился и понял, что надо защищать тело от опасностей физического труда. Первыми до спецодежды, говорят, додумались кузнецы и начали носить во время работы кожаные фартуки.

Впрочем, вполне вероятно, что первыми были все же воины. Правда, их СИЗы стоили баснословных денег. В Древней Греции полный комплект доспехов с оружием обходился в примерно пятую часть годового бюджета зажиточной семьи. В Средневековье дешевле не стало. Рыцарские доспехи весили десятки килограммов, под металл надевали дополнительные слои, чтобы смягчать удары, а сам комплект вполне мог переходить по наследству. Носил сам — потом передал сыну.

Первый костюм химзащиты — наш любимый образ чумного доктора из Средневековья. Кожаный плащ с герметичным капюшоном и стеклянными очками, штаны, сапоги, перчатки, все покрыто воском. И «защитная маска» — клюв ворона, внутри которого губка с с камфорой или уксусом.

А что у нас?

Петр I привез форму для матросов и солдат по европейскому образцу. И общем-то, уже зашла речь про моду. Впрочем, в промышленности тогда о моде не думали. Демидовские металлурги сами шили фартуки и варежки из кожи или льна, а голову закрывали войлочными шапками.

Похоже на то, что носят металлурги сегодня? В чем-то да. Только вместо войлочной шапки теперь каска с пелериной на затылке. Вместо кожи — материалы с металлизированным покрытием. Есть и плащи из стеклоткани с алюминием, которые отражают жар до 1000 °C.

А рабочие ботинки могут выдержать наезд восьмитонного погрузчика. Надеемся, у вас не будет повода проверять эту опцию на практике.

Джинсы начинались как спецовка

Вернее, как Очень Крепкие Штаны для рабочих людей, которым нужно было много двигаться, таскать тяжести и обходиться без досадных недоразумений с портками.

Сначала такие рабочие брюки шили из плотной хлопковой ткани, в том числе из грубой парусиновой ткани. Потом лучше прижился деним: тоже прочный хлопок, только саржевого переплетения и обычно с синей окраской. Леви Страусс и портной Джейкоб Дэвис добавили к этой идее металлические заклепки на карманах и местах нагрузки, получили патент в 1873 году и сделали на рабочей одежде огромный бизнес.

Наконец вспомнили про женщин

Потому что им тоже нужна была особая одежда, чтобы работать на ткацких фабриках, которые массово начали появляться в Европе в эпоху промышленного бума. Короткие, до середины икры, юбки, чтобы не собирать грязь и воду, фартук и нарукавники. А главное — никаких висящих деталей, лент и цепочек. На голову обязательно чепец, чтобы не выглядывали волосы. Механизмы не прощают излишеств.

Мода для завода

Заканчиваем экскурс в историю (спасибо, читатель, что дошел до этого места) и рассказываем, с чего вообще начали: про современную спецодежду.

Сегодня рабочая одежда должна защищать, выдерживать нагрузку, нормально сидеть и не мешать человеку работать.  

Менялись подходы к СИЗ и на наших предприятиях. Еще в 2000-х сотрудникам выдавали один комплект СИЗ на два года. Сейчас два комплекта на год. А еще мы даем коллегам самим выбирать то, в чем им удобнее работать. Параллельно собираем обратную связь: что удобно, что мешает, что доработать, а что лучше вообще убрать. Потому что одно дело — характеристики в спецификации, а другое — смена в этих ботинках. Так, прошлой зимой мы протестировали ледоступы и поняли, что они нам не подходят. Теперь тестируем ботинки с противоскользящими вставками, и одну модель планируем внедрить уже этой зимой.

Для тех, кто дочитал: бонус. Наш любимый «Магазин на диване» в исполнении коллег из Нижнекамска.  

Самые главные модники

А вот теперь к подиуму. Да, мы долго шли, но спецовка тоже не сразу стала модной.

В 2024 году мы вместе с российским брендом «ОЛОВО» создали комплекты спецодежды для наших ученых. Хотели показать, что наука — это модно и красиво.

В этом году Московскую неделю моды открывал Индустриальный показ рабочей одежды, в котором приняли участие представители Северстали, Х5, Вкусно – и точка. Мы тоже не остались в стороне. И самое необычное: моделями здесь стали настоящие сотрудники компании. На подиум вышли молодые специалисты, опытные рабочие и ветераны производства. А теперь наши разработчики новых молекул и технологий носят эту одежду каждый день.

В комментариях к нашему прошлому посту разгорелась дискуссия о пластике и переработке. Мы переработкой напрямую не занимаемся — у нас все-таки другая основная работа. Но как производитель полимеров, конечно, следим за решениями, которые помогают упаковке после использования не заканчивать жизнь в общем мусорном баке.

И вот один интересный пример.

Вместе с нашим партнером «Георг Полимер» мы показали «Пятачка» на выставке RosUpack 2026. Это аппарат для сбора полимерной упаковки.

«Пятачок» принимает полипропиленовую тару: PP-лотки, стаканчики и похожую упаковку. Вы кладете использованную тару в автомат, а дальше подключаются ИИ и компьютерное зрение. Система определяет, полипропилен перед ней или нет.

Если да — упаковка проходит дальше.

Если нет — «Пятачок» вежливо отказывается от обеда. Не потому, что другие виды пластика не подлежат переработке, а потому что этому автомату нужно собирать только полипропилен.

Для переработки важно разделять разные материалы: когда в потоке оказывается только один вид пластика, его проще переработать и получить качественное вторичное сырье.

После приема подходящая упаковка измельчается прямо внутри автомата. Полученный материал накапливается и затем отправляется на производство по выпуску вторичной гранулы. Уже там он проходит промышленную мойку и другие этапы подготовки к переработке.

После этого из вторичного полипропилена можно выпускать новые изделия. Например, фурнитуру для спортивных сумок (ее тоже показали на стенде), кашпо для цветов, флаконы для бытовой химии и другие вещи.

Мы как производитель полимеров сразу скажем, что будет она не очень. Но всегда лучше рассказывать с конкретными примерами, поэтому собрали парочку. Если вкратце, мечта экоактивиста о мире без пластика в реальной жизни приведет не к тому, что на кассах в «Десяточке» пропадут пакеты, а к коммунальному аду, и отбросит некоторые отрасли сразу в XIX век.

Сначала пропадает нормальная вода

Ударение на слове «нормальная». Современные полимерные трубы не ржавеют, не собирают наросты из всего, что оказалось внутри, и служат десятилетиями. Они легкие и их легко монтировать (видели, как выглядит современный сварочный аппарат для полимерных труб? Да он же весит меньше килограмма!).

Уберем пластиковые трубы — и вернемся к «прекрасным» временам, где после отключения горячей воды из крана течет коричневый«привет» из прошлого.

Потом молодые родители начнут переживать фрустрацию

Да они проклянут этот мир одними из первых. Ни одноразовых подгузников и пеленок, ни влажных салфеток, ни детского питания в удобной мягкой упаковке. Только постоянные стирка и кипячение по кругу. И про пластиковый детский горшок забудьте.

Да, наши предки как-то справлялись. Но вы правда думаете, что если бы у них был нормальный подгузник, стиральная машина, влажные салфетки и шанс поспать лишние сорок минут, они бы сказали: «Нет, спасибо, я лучше буду героически превозмогать»?

Кстати, о «превозмогать». Знаете, как раньше выглядели зубные щетки? Как деревянные палочки со свиной щетиной. А вместо пасты — порошок, который делает «шкряб-шкряб» по вашей эмали.

Медицина вспоминает XIX век

Вот здесь шутить уже сложнее, так что только суровые факты. Современная медицина очень сильно держится на стерильности. А стерильность часто держится на полимерах: одноразовые шприцы, катетеры, маски, перчатки, системы для капельниц, упаковка инструментов, элементы аппаратов ИВЛ.

Без пластика больницы возвращаются к многоразовому стеклу, металлическим иглам и постоянному вывариванию. И риск получить при простом уколе внутрибольничную инфекцию становится вполне реальным.

Можно сколько угодно ругать одноразовые вещи, но в медицине одноразовый = безопасный.

Транспорт становится тяжелее, дороже и капризнее

Есть ощущение, что самолеты, автомобили и поезда состоят в основном из железа. Но на деле пластика и композитных материалов там гораздо больше, чем кажется. Просто они обычно внутри. Изоляция проводки, уплотнители, элементы салона, легкие детали, фары, покрытия, компоненты систем безопасности и многое-многое другое.

Да, и тут тоже человечество раньше как-то справлялось. Ездили себе на повозках и ездили: медленно и неудобно, зато медитативно!

Мы, в свою очередь, очень радуемся полимерному миру: быстрые и легкие автомобили с яркими фарами, подушками безопасности, приятным на ощупь рулем и износостойкой тканью кресел… Список можно продолжать бесконечно. Но зачем? Вы и так все знаете.

И наконец пакет. Главный подозреваемый!

Когда говорят о вреде пластика, чаще всего представляют именно его. Легкий, шуршащий, лежащий дома в пакете с пакетами.

Он правда стал символом проблемы под названием «это пластик во всем виноват». Но если мы говорим о современной упаковке, этот полиэтиленовый пакетик вместе со своими «братьями» еще и работает (а не только бесит экологов). Он защищает еду от грязи и влаги, помогает довезти продукты, продлевает свежесть, снижает потери при хранении и доставке.

Возможно, прямо сейчас кто-то читает этот текст, греет обед в полипропиленовом контейнере и косится на полиэтиленовый пакет рядом. А пакет никого не трогает. Он просто тихо сделал свою работу и сохранил еду нормальной.

А дальше все зависит уже не от пакета, а от нас. Использовал — собери, отсортируй и отправь на переработку, а не в общий мусорный бак.

И даже маскулинность может пострадать!

Потому что повесить полочку для любимой будет гораздо сложнее, когда вместо пластиковых дюбелей деревянные чопики…

Так что жизнь без пластика будет какой?

Ни разу не романтичной. Мир без полимеров выглядит красиво ровно до момента, пока вам не приходится чистить зубы свиной щетиной и надеяться, что многоразовый шприц в процедурном кабинете прокипятили на совесть.

Примечание: это, конечно, немного утрированно. Но мир без пластика оказался бы куда менее удобным, чем кажется в теории. Так что, возможно, вопрос не в том, чтобы отказаться от пластика совсем, а в том, чтобы использовать его разумно.

Как это работает? Чтобы огромный завод просто функционировал, ему постоянно нужны комплектующие, регулярное обслуживание и обновление мощностей. А значит, работой сразу загружаются смежные заводы тяжелого машиностроения, производители спецтехники и вся логистика вокруг производства. Прибавьте к этому то, что готовую продукцию надо развозить клиентам — в дело вступают суровые дальнобойщики. И чтобы всё это построить, настроить и обслужить, мы привлекаем тонны подрядчиков: от тех, кто льет бетон, до модных айтишников.

Кстати, о модных айтишниках. За бородой же нужно ухаживать, поэтому вскоре за углом открывается барбершоп. И кофейня. И магазин. И вообще, в радиусе тридцати километров оживает все — от местных служб такси до крупных девелоперов, которые начинают активно строить новые ЖК в бывшем тихом пригороде.

Наш самый наглядный пример такой прокачки — Тобольск и «ЗапСибНефтехим». Раньше это был тихий сонный городок, а сейчас там крутится столько заказов, что местный бизнес растет.

Банальную канцелярию в офисы мы берем у местных производителей. Приходит время планового остановочного ремонта? Металлоконструкции везем из соседней Тюмени, загружая их заводы. Сломалась запорно-регулирующая арматура (проще говоря, гигантские крантики для технологических труб)? Отдаем на починку небольшому местному заводику. Да что там крантики — в Тобольск в какой-то момент ломанулось столько командировочных и туристов, что старые дороги просто перестали справляться. Так с нашим участием появился международный аэропорт «Ремезов», который сейчас принимает гражданские рейсы. Вот и получается, что условный инженер у пульта на заводе фактически дал работу пилотам и стюардессам.

До 2028 года мы планируем создать еще около 5000 рабочих мест на объектах в Волжском кластере, Тобольске и Амурской области — а значит, по стране запустится новая волна вакансий для спецов самых разных профессий.

Хотите, в следующих постах честно расскажем, каково на самом деле работается химику в СИБУРе? А с теми, кто заинтересовался нашей работой, делимся вакансиями! Пишите 😉

Новые материалы

Они выдерживают сумасшедшие нагрузки и перепады температур, а значит, могут защитить и защищают корпуса космических аппаратов при входе в атмосферу Земли. Это текстолит, который переносит температуру от -270 до +250 градусов, и углепластик — переносит 1000 часов при температуре +300 градусов выше нуля. Полимеры также устойчивы к коррозии, износу и старению, а значит идеальны, чтобы стать основой долговечных конструкций.

Композитные материалы с углеродными волокнами или кремниевыми частицами используют для создания легких и эффективных солнечных батарей, обеспечивающих космические аппараты энергией от Солнца. Полиамиды отлично подходят для изготовления легких и прочных веревок и тросов, необходимых для крепления оборудования и создания космических станций. Из полиэтилена и полиуретана производят инструменты и оборудование: скафандры, ручные инструменты и кабельные обмотки. Кстати, некоторые инструменты теперь можно делать прямо на орбите — ученые из Томска разработали 3D-принтер для Международной космической станции, который умеет печатать в невесомости из «космического» полимера.

Важно сотрудничать

Чтобы полимеры продолжали летать в космос и делали его доступнее для человечества, необходимо сотрудничество многих: ученых, производственников, конструкторов, политиков. СИБУР вместе с Роскосмосом договорились: будем расширять применение современных синтетических материалов, проводить эксперименты (даже на орбите!), создавать новые материалы для строительства космодромов и других космических объектов. Уже сейчас мы разрабатываем полимеры, устойчивые к экстремальным температурам и радиации. А в 2024 году запустили пилотную установку по производству суперконструкционных пластиков, которые на 40% легче металла. И это — хорошее начало яркой истории.

Именно такие проекты делают нашу отрасль устойчивой и помогают запускать новые производственные цепочки в рамках нацпроекта «Новые материалы и химия». И в 2026 году отрасль продолжит движение от сырьевой модели к более глубокой переработке и добавленной стоимости.