Тайна О'Келли
Оливер О'Келли. В разговорах на улицах это имя не используют, но все его знают в нашем городе. У каждого, кто прославился своими делами, была кличка. Господин О'Келли тут отличился: никто так и не осмелился ему её дать. Не было ни синонимов, ни специальных слов, которые бы обозначали о ком идет речь, все и так всегда знали. Скажу так: в частности не повезло тем, чье имя было схожим, ведь достаточно было услышать даже эхо, созвучное с этим именем, как наступала гробовая и напряженная тишина.
В каком-то смысле мы ничем не отличаемся от остальных, те же дома, те же магазины, люди как люди, серые будни, но у нас свои правила, и мистер О'Келли был основателем этих законов. Их не оглашали, не навязывали, не было брошюрки с описанием, они в какой-то момент просто появились, и, уверяю вас, законы знал даже тот, кто был у нас проездом. Это было особенностью господина О'Келли, его мысли были громкими и, что немаловажно, ясными. Нельзя было его понять как-то иначе, его взгляд, его мимика, незначительный жест, даже ровное и ритмичное дыхание.
При этом, со всей уверенностью заявляю, его никто не знал. Это был человек без истории, без начала, без сюжета. Он пришел в наш район, и все изменилось. Так получилось, что стерлись все воспоминания того, как было до. Все приняли пришедшие устои. Нынче даже молча никто не ностальгирует о былых временах, прошлое забыто. Никаких разборок, никаких кровопролитий, он просто начертил свои границы в нашем городишке, и началась новая эпоха. И тут самое удивительное: он взял своё, и ему хватило. С тех пор он не посягал на чужое, не стремился к власти над всем и ни разу не расширил свои владения - так оно и по сей день. Этого никто не понимает, но и лишних вопросов не задают, здесь так не принято.
Жизнь кипит, каждый занимается своим, друг друга уважают, никого не трогают. На памяти моей не было такого, чтобы кто-то ходил на поклон к О'Келли, никто не спрашивал его разрешения, не пытался купить благословения или просто расположить к себе. Все знают свое место, роль и то, чем им дозволено заниматься. До сих пор никто не знает, как он вел дела. Никто не пускал слухи. Никто не чесал языком на эту тему. Это пугало еще больше. Не было круга приближенных или правой руки, не было родственников, не было друзей, хоть кого-то из тех, из кого можно было бы выбить хоть что-то об этом феномене нашей жизни. Но, как вы поняли, даже если бы мы о таких людях прознали, их место было бы свято.
Естественно такая репутация не формируется из ниоткуда. Было несколько "смелых" людей, и я думаю, все поняли, какое здесь слово ключевое. Казалось бы, тут место всяким легендам о том, как это случилось, но перед вами сам О'Келли. Он сделал все так, что проще забыть свою мать нежели те события. Народ быстро осознал, что, если идти против Оливера О'Келли, тебя может предать даже самый близкий не моргнув глазом. Это привнесло немалый вклад в становление тех самых законов в нашем городе, о которых я говорил.
Меня восхищает всё это и одновременно пугает до дрожи в коленях. Однажды я предстал перед ним, узрел его величие, его голос, как лезвие, прошелся по ушам. Его пронизывающий взгляд все еще мучает меня в кошмарах с того самого дня. Несмотря на все это, улицы спокойны. О'Келли не был каким-то благородным или справедливым человеком. Здесь есть грязь, и ее очень тщательно скрывают мир и спокойствие, однако это не райский уголок обывателя. Если хоть раз вам доведется прогуляться по нашим дорогам, вы увидите улыбки, приветливость и доброжелательность, счастье, чистоту, достаток и порядочность. Но это все большая сцена, актерская игра, дающаяся нам непосильным трудом. Вам нужен всего один вдох, чтобы учуять тот самый страх, который диктует нам как жить. Всё это и позволило ему стать тем, кем он является. И черт побери, я уверен, ответов на все наши вопросы мы так и не получим, ведь даже ветер хранит молчание в нашем городе…
