При полном доверии Анны Орловой, которая сама не слишком разбиралась в делах отца, Шишкин стал полновластным хозяином завода. И это было новой породе лишь во благо, так как Шишкин не только знал цели графа в работе с породой, но и знал, как сохранить и преумножить породу, улучшить и закрепить все те качества, что были основаны Орловым. Он разбирался в лошадях, их статях, рабочих качествах и мог отлично анализировать родословные при подборе жеребца к кобыле.

При Шишкине в заводе царил образцовый порядок, система работы всех отраслей (не только конная часть, но и сельхоз работы по заготовке кормов, овцеводство, куроводство) была отлажена как часы. Шишкин систематизировал все записи о потомках Барса, сделал их зоотехнический (как сейчас сказали бы) анализ.

Кроме этого, Шишкин начал покупать с аукционов в личное владение бывших хреновских кобыл, чтобы из них составить свой собственный завод. Он смог даже решить проблему с жеребцами для своего завода: как уже я писала, согласно завещанию графа, ни один жеребец не должен был уйти с завода не кастрированным. Шишкин же нашёл кобылу Угрюмую, которая была случена с внуком Барса по мужской линии, жеребцом Мужиком Первым (Мужик - прообраз толстовского "Холстомера"), но затем продана из Хренового ввиду старости. Попав в завод к Шишкину, кобыла принесла жеребчика, которого назвали Атласным (впоследствии - Старый Атласный).

Когда жеребчик вырос, и стало всем очевидно какой он породы, Шишкину пришлось осторожно извиняться в письме перед Анной, о том, что по недосмотру завещание ее отца было нарушено. После чего сделал политкорректное предложение приобрести жеребчика обратно в Хреновской завод. На что Анна так же в письме ответила, что заводу жеребчик без надобности и предложила управляющему воспользоваться этим "неожиданным" счастьем в своих целях, что Шишкин с радостью и сделал.

Так возник второй конный завод, работающий по разведению орловского рысака, "Алексеевский", и принадлежал он Шишкину. Там в скором времени производителем уже был не Старый Атласный, а его сын, Молодой Атласный, имеющий инбридинг на Барса в нескольких поколениях.

В Хреновском заводе работали другие сыновья и внуки Барса: Лебедь, Кролик 1, Степенный 1, Богатый 1, Любезный и другие.

Несмотря на широкое использование потомков Барса в работе с новой породой как в Хреновом, так и у Шишкина, до наших дней ввиду объективных зоотехнических, исторических и политических событий происходивших в разное время внутри страны, продолжателями породы остались лишь два сына Барса: серый Лебедь Первый (Барс - Невинная) и вороной Любезный Первый (Барс - гнедая кобыла без клички). Сегодня все орловские рысаки по прямым мужским линиям восходят к кому-то одному из этих двух жеребцов, а остальные ветви по разным причинам утеряны.

При Шишкине количество лошадей в Хреновском заводе (верховой породы и рысистой вместе взятых) достигло 3000. Ежегодно в Москве продавали более 200 хреновских лошадей (меринов и кобыл). Продавали также продукты от овцеводства, которое было налажено на заводских землях.

Благодаря отличным результатам в работе с новой породой и общему росту доходов Хреновского завода авторитет Шишкина, как управляющего, был огромный, у Орловой он пользовался безграничными доверием, она не скупилась и в деньгах для него. С самого начала своего управления Шишкин жил в заводе не как крепостной, а как барин. Имел свой хутор недалеко от Хренового (там же он создал и свой коннный завод), в Москве жил в бывшем доме графа Орлова, при всей графской роскоши. Был он требователен к подчинённым, имел много денег и неограниченную власть внутри завода, что неизменно порождало завистников и недоброжелателей особенно из числа прислуги и других крепостных. Как это водится, начались доносы на Шишкина Орловой. Она на них реагировала по-разному, но, как известно, однажды чаша должна была переполниться.

Почуяв, что почва неумолимо уходит из-под ног, а присланные Орловой в ответ на доносы о плохой работе Шишкина с породой советчики мало смыслят в коннозаводской деятельности , Шишкин начал серьезно комплектовать свой собственный конный завод. Он активно скупал хреновских кобыл, тех, кто ему нравился, не жалея денег, благо, что деньги были. Вместе с ним ему в этом помогали и двое его сыновей. Младший, Сергей, бывший на должности смотрителя рысистого отделения в Хреновском заводе, подыскивал в завод отца новых жеребцов, так как кроме Молодого Атласного заводу были нужны жеребцы и других кровей. А некастрированных Хреновской завод по-прежнему не продавал.

Пришлось Шишкиным идти на почти что преступление. Так, под покровом ночи С. В. Шишкин, пользуясь своим служебным положением, неоднократно водил кобыл отца в Хреновской завод и тайно крыл их производителями , стоявшими в то время там.

О этом однажды был сделан очередной донос графине Орловой. От этого известия она, что называется, сгорела: устроила настоящий разнос Шишкину-отцу, потребовала в письменном виде удалить обоих его сыновей из Хренового и чтоб никогда больше им тут не появляться. Василий Шишкин же провёл тщательное расследование, провёл допросы свидетелей и подозреваемых, чуть ли не очные ставки делал, на основе которого написал Орловой оправдательное письмо , что дескать , вины его сыновей тут нет, это все зависть и клевета его врагов.

Тайная случка конечно, имела место быть, но родословные полученным таким образом жеребятам были вписаны липовые, ведь Шишкин дал оправдательное объяснение графине. Его завод, в отличие от Хреновского, продавал некастрированных жеребцов, при этом с липовыми родословными. Но поступить иначе Шишкин не мог. Тем не менее, ключ к истинным родословным своих жеребцов он дал, называя их полным именем своих настоящих отцов

Отсюда у жеребцов в породе того периода множество одинаковых кличек: Ловкий Первый дал Ловкого Второго, от которого получили еще одного Ловкого. Усан Второй дал Усана, Похвальный Третий дал резвого на ипподроме Похвального и т.д. Так родословные шишкинских жеребцов не затерялись в истории и впоследствии были записаны в племенные книги правильно.

Для самой породы разделение на два завода было, безусловным благом. Ведь это означало расширение ее генофонда. А с учетом того, что в обоих заводах подбором пар руководил один и тот же грамотный и умный человек, знающий цели для породы, это тем более сыграло на окончательное становление того орловского рысака, какого и сегодня можно увидеть на ипподромах и в конноспортивных клубах нашей страны, а также и на Украине.

Также надо отметить, что именно рождённый у Шишкина орловский рысак стал первым официальным рекордистом породы на рысистом ходу и первым рекордистом в Европе.

Но об этом позже)

Андропов - 3 слога. 1 год.

Горбачёв - 3 слога. 6 лет.

Ельцин - 2 слога. 8 лет.

Черномырдин - 4 слога. 1 день. 05.11.1996

Путин - 2 слога. 22 года.

Медведев - 3 слога. 4 года.

Из чего делаем выводы:

1. Руководителем России никогда не станет человек с фамилией состоящей более чем из трёх слогов.

2. Руководители России с фамилией состоящий из трёх слогов - либо временщики, либо могильщики.

3. Руководители России с фамилией состоящей из двух слогов - обеспечивают стране масштабные, затяжные эпохи с жестко зафиксированным вектором развития.

Если вы дочитали до этого места, то вы как минимум расширили свои познания в истории и узнали, что после Сталина не сразу руководил Хрущёв. А что до этой теории... Время покажет :)))

ps добро пожаловать в комменты. Там сейчас ведётся перепись душнил и токсичных идиотов.

Примечательно, что несмотря на такое зловещее описание змея, он содержался в кумирне, в храме — глубоко почитаемые китайские драконы населяли подобные места культа, сакральные и священные места, им поклонялись и приносили разные жертвы, обычно довольно мирные вроде цветочков и еды. Тут же мы наблюдаем злую змеино-драконовую ипостась. Человеческие жертвы. Однако кроме своей злобности, этот змей почти ничем не отличается от традиционного китайского дракона. Тоже связан с драгоценностями, с золотом. Тоже с жемчугом во рту (а жемчужины дракона — артефакт воистину бесценный, потому что они волшебные. Бывает разное волшебство жемчуга: это и бесконечное питание вроде русскосказочной скатерти-самобранки, и несметные богатства, как кошелёк-самотрёс, и многие другие чародейские свойства, иногда способности вроде умения находить клады под землёй). Относительно новым мотивом, который не встречался до сих пор в разобранных уже мной сказках, это музыкальные крохотные человечки. Впрочем, связь с музыкой у китайского дракона замечается во многих сказках. Она играет у него в подводном дворце, он обожает устраивать празднества с оркестром, чтобы пели и плясали, щедро награждает лучших певцов и танцоров... Драконовые дочери имеют музыкальный слух настолько, что даже их голоса напоминают переливы колокольчиков, а звучание мелодичное, мягкое, плавное и приятное на слух... Человечки, скорее всего, просто частный случай этого музыкального мотива китайских драконов. Они напоминают чем-то волшебных слуг и помощников — «трое из ларца» в русских народных сказках могут послужить аналогом.

Далее переходим к драконовой дочери. Главный герой встретил её у драконьего омута. Точнее, она сама появилась, услышав пение маленьких человечков, которое ей очень-очень-очень понравилось. Это была «третья дочь Повелителя драконов», принцесса, очевидно, малдшенькая и самая любимая отцом. Этот факт становится очевидным позже (о нём мы поговорим чуточку ниже, буквально через пару предложений). Девушка пригласила главного героя на день рождения отца во дворец, чтобы он и его человечки пели там три дня подряд. «Принцесса давала ему золото, серебро, жемчуг, яшму. Чан Шэн не брал; предложила императорский халат и яшмовый пояс»... (ан нет, всего лишь через одно предложение). Ну вы чувствуете, какая она богачка, эта принцесска? Ух! Злато-серебро, жемчуга... Императорский халат, кстати, тоже считался нехилым таким сокровищем, настоящим достоянием. И типично драконьей принадлежностью по совместительству. Дело в том, что именно на императорских халатах в Древнем Китае изображали китайских драконов. Это был исключительно императорский символ, и на одежду кого бы то ни было другого драконов наносить было категорически запрещено... Итак, Чан-Шен отказался от сокровищ, но без подарка его оставлять было бы нечестно, поэтому принцесса предложила ему с виду неказистый и совсем не дорогой подарок — «тыкву-горлянку для масла». Но и эта простая, незатейливая вещица, нужная лишь в быту, казалось бы, была волшебной. Она исполняла желания. Как золотая рыбка, как волшебная палочка, как джинн из лампы. И дом сам собой по желанию построится, и сам придёт мул или конь, если покататься захочется, новые туфли сами собой появятся в гардеробе — и так далее...

В общем, взял подарок главгерой и вернулся к себе домой, на сушу. Там он зажил богато и припеваючи, что неудивительно, с такой-то волшебной тыковкой! Но нашёлся у него завистник. Выкрал тыковку чудесную и сам стал желания загадывать. Только вот два желания и успел загадать... Потому что эта тыковка, оказывается, хотела домой, в море! Заказал воришка ей корабль поплавать, поплыл на нём, а корабль возьми и утони. Тыква же, это «сокровище дна морского», вернулась туда, откуда её принесли, в логово драконьего повелителя... Но главгерой, даже потеряв столь ценное сокровище, не стал унывать. У него ведь оставались ещё жемчужинки и человечки. Эти человечки пели, и за это Чан-Шен брал с людей деньги. Тем и жил себе дальше... А нет, соврала, тут же три дракона даже, третий — это сам повелитель, который отец принцессы... Просто о нём ничего сказке не сказано, он не появлялся ни в одном эпизоде, а два слова о нём всё равно сказать бы надо. Типичный китайский дракон сказок. Имеет шикарный дворец, обожает пиры и музыку, имеет многочисленных дочерей, прекрасных девушек. И всяческие богатства и волшебные штучки вроде той же чудесной тыковки.

Цитаты из сказки отсюдова:

Сказки народов Китая. Перевод с китайского А.Тишкова, М. Черкасовой, Б. Рифтина, В. Феоктистова. Предисловие М. Черкасовой. Москва: Государственное издательство художественной литературы, 1961. — 495 с.