Только не удивляйтесь!⁠⁠

— Привет, ты где сейчас?

— От психиатра выхожу.

— Откуда?

— Оттуда. Перезвоню.

Очумело смотрю на погасший экран телефона. Хорошие дела. Ленка спятила и пошла к доктору. Мы не виделись меньше года, а тут — вон чего! Психиатр.

Вечером перезвонила:

— Идём вино пить! Последний раз.

Выбегаю, едва успев накинуть плащ. Руки заметно дрожат от заявленного «последнего раза». В кафе влетаю на крейсерской скорости. Сидит, красотка. Осторожно начинаю:

— Привет…

— Привет! Садись скорее. Выпьем.

— Леееен, ты как?

— Лучше всех. А ты чего блеешь?

— Ты шла от психиатра, сказала, что выпьем последний раз…

— А. Ну да.

— Ты меня до инфаркта довести решила? Быстро всё рассказывай!

— Молодая ещё для инфаркта. Чего всполошилась? К психиатру пошла за рецептом таблеток от бессонницы, он выписал, а тетка моя не успевала с работы. Я и забрала. А что выпьем в последний раз — это совсем волшебно! Пашка мне машину купил. Как я и мечтала. За рулём, сама понимаешь, вина так свободно не выпьешь.

Выдыхаю:

— Ленкааааааа! Ты когда думать начнешь прежде, чем говорить?

Вот такая дурная подруга мне досталась. С самого первого класса сидели за одной партой, люблю её нежно.

История её стремительного романа с Павлом — это для книг. И не надо закатывать глаза! Не дамских романов, а вполне пристойных таких книг. Дальше — с её слов.

Прилетела я в Питер в отпуск. Поскольку я у нас не самый огромный начальник, то отпуск выпал в октябре. Брожу по любимым улочкам, ностальгирую, о своём, о девичьем, размышляю, руки о стаканчик кофе грею.

Звуки саксофона я не спутаю ни с чем, он поёт, как человек, голосом. Иду на звуки, сама не понимая как, начинаю кружиться в вальсе, одна. Музыкант старательно выводит, глаза смеются. Какой-то прохожий церемонно так:

— Разрешите пригласить на тур вальса?

Радостно соглашаюсь, ставлю кофе на асфальт, кружим. Ведёт он отлично, точно наш, бальный мальчик.

Саксофон вздыхает, и музыка замолкает. Разнимаем руки, аплодируем музыканту. Мой случайный партнер (звучит — катастрофа!) по танцу кладёт несколько купюр музыканту в лежащую шляпу.

Оборачивается ко мне, с изумлением вижу абсолютно мои зеленые глаза, как в зеркало посмотрела.

— Ваш кофе совсем замерз, давайте зайдем в кафе — вы не спешите, как я понял.

— Не спешу. Зайдем.

— Меня зовут Павел.

— Елена.

Старательно пьем кофе, смеемся, болтаем. Бывают люди, которые нынче по-модному называются — кармические двойники. Вот и мы — они самые, кармические.

— Я в отпуск прилетела, на неделю. Завтра домой.

— Куда домой?

— В Москву.

— Серьезно? И у меня завтра самолет…

Смеюсь:

— На сегодня совпадений хватит! Оставим на завтра?

— Пожалуй, оставим.

— Спасибо за отличную компанию! До встречи?

— Уверен.

С утра самолет, собираюсь подремать немного. В самое ухо:

— Елена, совпадения продолжаются?

— Почему-то даже не удивлена.

— В Москве куда?

— Фили.

— Можно было и не спрашивать…

Хихикали всю дорогу, как школьники. Павел доставил до самого дома, и правда — по пути обоим было. Не удивляемся.

— Ну, где я живу, ты знаешь теперь. Приходи кофе пить. С конфетами.

— Хорошо.

Утром совершенно без удивления замечаю его машину в своем дворе. Как будто всю жизнь так было — усаживаюсь, даже не спрашивая, куда повезет. А он и повез. Кольцо выбирать. А я не удивляюсь — чему тут можно удивляться?

На работу опоздала, но там давно привыкли, и опять никто не удивился. Родители были, конечно, против такой скоропалительности. Намекали про «гражданский брак». Павел твердо объявил:

— Мы не дети, чтобы репетиции устраивать. Это у них вся жизнь впереди — хоть со всей дивизией пробуй.

Родители отступились, и, по внезапной традиции, тоже перестали удивляться.

Я никогда не была так счастлива, так уверена в каждом дне. И каждой ночи. Я сразу привыкла не удивляться, потому что я твердо знала, что всё будет именно так, как нужно. Мне и ему, нам обоим.