Тихий запрет знаний?
2 марта 2025 года Минюст РФ расширил список иностранных неправительственных организаций, чья деятельность признана нежелательной. Минюст РФ внёс Калифорнийский университет в Беркли в перечень организаций, деятельность которых признана нежелательной. Формально это политический шаг против конкретного вуза. Фактически - это попытка отделить знание от его носителя, которая грозит обернуться правовым абсурдом: от запрета BSD-лицензий до уголовного преследования за чтение классических учебников физики.
Беркли — это не просто американский вуз. Это кузница нобелевских лауреатов (117 лауреатов связаны с вузом) и родина технологий, на которых держится современная цифровая цивилизация. Именно здесь созданы или развиты архитектура процессоров RISC-V, лицензия BSD (лежащая в основе macOS и FreeBSD) и сетевые протоколы TCP/IP для UNIX. Эти разработки стали стандартом, используемым по всему миру.
Закон запрещает участие в деятельности нежелательной организации: финансирование, организацию совместных мероприятий, распространение информационных материалов. Но возникает закономерный вопрос: не будет ли теперь запуск Linux-сервера или использование ноутбука Apple (ядро которого содержит код из Беркли) считаться нарушением?
Юристы призывают к здравому смыслу. Использование результатов интеллектуальной деятельности, созданных в прошлом, не является участием в текущей деятельности организации. Человек не вступает с ней в новые правоотношения и не платит денег. Однако есть нюансы.
Главная опасность кроется в понятии «распространение информационных материалов». Лицензия BSD, под которой распространяются тысячи программ, требует обязательного приложения текста лицензии к коду. Формально этот текст создан в Беркли. Получается абсурдная дилемма: либо разработчик нарушает закон, распространяя «материалы нежелательной организации», либо нарушает условия лицензии, не прилагая текст.
Правоприменительная практика уже знает случаи расширительного толкования закона — например, арест за логотип Instagram (принадлежит компании Meta, которая признана в РФ экстремистской организацией и запрещена) , признанный экстремистской символикой. Если логотип соцсети стал опасным, то почему текст лицензии не может попасть под те же статьи?
Но самое острое противоречие возникает в образовательной сфере. «Берклеевский курс физики» — пятитомная классика, по которой учились поколения советских и российских физиков. Книги переведены на русский, изданы в СССР и до сих пор используются в университетах.
Берклеевский курс физики, издательство "Наука" 1977 год
Если следовать формальной логике запрета, то:
продажа букинистического издания может быть сочтена распространением материалов;
публикация отсканированных страниц в открытом доступе — почти гарантированное нарушение;
цитирование в диссертации — требует оглядки.
Здесь неизбежно возникает вопрос: если когда-нибудь в список попадет Кембридж, где работал Ньютон, что тогда? Запрещать законы физики? Изымать учебники с упоминанием британского университета?
Юристы называют это «аргументом от абсурда»: закон нельзя толковать так, чтобы он вел к социально опасным последствиям. Законы Ньютона — общественное достояние, они принадлежат человечеству. А вот тексты учебников XX века — интеллектуальная собственность конкретного университета. Именно эта связь делает «Берклеевский курс» уязвимым.
Запрет Калифорнийского университета в Беркли создает опасный прецедент. Невозможно запретить организацию, не запретив знания, которые она произвела. Попытка провести границу между «желательным» и «нежелательным» в науке приводит к абсурду: интернет-протоколы, открытая архитектура процессоров и классические учебники физики оказываются в одной лодке с политическими санкциями.
