Свет в конце тоннеля
В городе моего детства в 50-х годах прошлого века разбили парк, он имел официальное название, но в народе его называли Дубки, потому что он был засажен в основном дубами, были акации, софоры и прочая флора, так же был обширный луг и множество полян, парк никогда не был огорожен и пользовался популярностью у ленивых жителей окрестных домов, которым было лень ехать к Днепру на пляжи. Там и тут в тени молодых 30 летних дубов семейства жарили шашлыки, пекли картохи в золе, юные экспериментаторы варили кофе из жареных желудей, компании ходили друг к другу в гости. Там я впервые сожрал муравья, убедился, что он кислый, там я обожрался акации до поноса и там я видел свет в конце тоннеля.
Однажды всю эту идиллию нарушили суровые мужики на экскаваторах, они прорыли прямую траншею глубиной в 3 метра через весь парк, от проспекта до шоссе и положили туда канализационную трубу, бетонную такую, секционную и засыпали траншею, только две ямы на концах оставили под коллекторы. Я не в курсе метрических стандартов этих труб, но ученик 5-го класса на четвереньках чувствовал себя гораздо вольготней, чем Евгений Леонов в шлюзе.
Отдыхающие передвинулись ближе к акациям, а мы ближе к канализациям. Тест на упоротость созрел быстро: двое идут через трубу, двое на концах трубы, где еще не построены коллекторы. Поехали (да и никаких фонариков и спичек).
Вот зашли мы с Игореней в трубу, метров 30 проползли, я впереди темп задаю, он позади, остановились, глянули назад, пятнышко света уменьшилось, значит дело движется, поползли вперед, впереди тьма, в трубе стало скользко как в Турции, гидроизоляцию для нас не предусмотрели, ползем, устали, сели передохнуть, пятнышек света нет ни сзади, ни впереди, мокро и холодно, а наверху минимум 35 тепла, дышать можно и то хорошо, ползли долго, когда я увидел ЗВЕЗДУ, она реально сияла, это дало нам бодрости и погребли своими костями энергичнее. Звезда разгоралась, мы ликовали как персонажи Клиффорда нашего Саймака. И вдруг она погасла и мы услышали гул, прерывающийся гул. Нам пиздец, подумали мы хором, засыпают экскаватором, и ломанулись в сторону погасшей звезды. Довольно скоро мы были в коллекторной яме, радовались солнцу и пиздили наших часовых. Часовой Лёша в пункте отрпавления заскучал и побежал к часовому Сане в пункт назначения, там они перепугались, что экспедиция затянулась, залезли в трубу и стали нас звать дурными голосами перекрыв нам свет в тоннеле и напугав до усрачки.
