Станислав Иосифович (съём жилья ч. 4)⁠⁠

Ещё раз хочу поблагодарить читателей и подписчиков – первая новость в «горячем» и я счастлив)

Эту историю назовём «Дед и тайна мокрого колечка.»

Как мы знаем, Паша описал колечко. Извиняюсь за такие подробности, но то, что это сделал именно он, не вызывает никаких сомнений – я обрезан, печатаю этот текст под Хава-Нагилу и ем мацу по медицинским показаниям, поэтому писаю строго ровно и уверенно, как лазер, а Станислав Иосифович вообще делает это сидя. Это и послужило началом для следующей истории. Как-то раз дед сел в своих роскошных кальсонах на унитаз, выпустил ужика из дырищи, но вместо тепла и уюта сухого колечка, ощутил, что оно мокрое и неприятное. Дед решил провести расследование.

Как-то раз, дед подошёл к Паше и говорит:

– Павел, посмотри унитаз, подтекает, кажется.

Если вы когда-нибудь читали книги о несправедливо осужденных, но гордых и несломленных героях, или сами вдруг бывали в карцерах, то описываются эти самые карцеры, как каменный мешок без нихуя, в котором можно только стоять или сидеть, поджав ноги. Таким же был и туалет в квартире, только с унитазом. Унитаз сам по себе представлял унылое зрелище – наверное он был моим ровесником, а с «черкашей», плотным слоем покрывавших стенки сантехники, можно было делать срезы и считать годичные кольца. Было неприятно ходить туда, но мы с Пашей так и не смогли прийти к согласию, кто должен сбить говняные сталагмиты, а дед их не видел и ему было норм.

Мой друг не стал отказывать деду, ощупал унитаз снаружи, проверил швы, пошатал его, смыл водичку и вынес заключение, что с унитазом всё в порядке, работает в штатном режиме. Станислав Иосифович в это время стоял рядом, но диагностикой остался недоволен – потеснил Пашу, насколько это возможно и, закатав рукав тельника по самое плечо, жестом дрессировщика, кладущего руку в пасть ко льву, запустил клешню прямо в глубины фаянсового монстра. Пошерудил там, сделал несколько вращательных движений тазом рукой, возможно, что и поздоровался с живущим внутри дерьмодемоном, и вытащил руку обратно. Поднёс ладонь к самому лицу, чтобы получше её рассмотреть, зачем-то понюхал, и сделав какие-то выводы, повернулся к Паше и похлопал того по плечу. Точнее, дед хотел это сделать, но Паша совершил невероятный манёвр уклонения в сильно ограниченном пространстве и на коленках пулей вылетел из туалета, под слепо шарящей рукой деда, перепачканной унитазным гавном содержимым.

Я уверен, что дед специально затеял эту многоходовочку, чтобы просто рукой в фекашках мазнуть Пашу по лицу, и сказать, чтобы мимо дырки больше не ссал.

Прошло пару недель, нам показалось, что история с унитазом была эпизодической. Но нет. Наш престарелый комиссар Мегре, Шерлок в кальсонах, так просто не готов был сдаваться. Всё это время он отрабатывал версии, ждал момента, чтобы попытаться расколоть второго подозреваемого.

Тут мы и подходим к разгадке загадки (каламбурчик) баночки из-под сметаны.

Паши не было дома, когда Станислав Иосифович позвал меня из ванной.

Я пришёл на зов, дед впустил меня внутрь, а сам высунул голову в наружу и слепо прищурившись осмотрел коридор. Убедившись, что я не привёл на хвосте врагов и фашистов, он закрыл дверь на крючок, и с видом бывалого партизана-подпольщика спросил:

– Коооляя, а ты глаза промывааешь?

Ну, я ничего такого, что могло бы скомпрометировать меня, не увидел в вопросе и ответил:

– Ну да, промываю по утрам водичкой, когда умываюсь…

– Нет, ты меня не понял, ты глаза промываешь? – перебил меня дед.

– Ну, Станислав Иосифович, Вы знаете сами, что я плохо вижу, поэтому да, утром ещё раствором специальным промываю, вместе с линзами…

– Нет. Ты меня не понял. Ты. Глаза. Промываешь.? – уже с нажимом спросил дед.

Ответить было нечего, потому как способы промывания, доступные мне закончились, поэтому я сказал, что не промываю.

– Хммм… – нахмурился Станислав Иосифович. – А я подумал, что ты глаза промываешь… Вот есть у меня врач знакомый, он говорит, что очень полезно промывать глаза. А ты, значит, нет…

Я решительно не понимал, чего от меня хочет дед.

– Я-то думал, что ты глаза промываешь и случайно на колечко накапал…

И тут, блять, пазл сложился! Озарение пронзило меня так, что я слегка охуел (знаю, часто пишу, что охуел, но так и было), а перед глазами сразу встала картина, как я с утра захожу в туалет, потягиваюсь такой, зеваю, начинаю писить, и не останавливаясь направляю струю сначала в один глаз, потом во второй. И мочинка стекает по щеке, а сцаная роса блестит на ресницах. Вот дед думал примерно так же.

– А я вот всегда мочой по утрам промываю, очень, очень полезно.

У меня, конечно, были все основания полагать, что знакомый доктор деда пиздит. Я не ошибся – знакомым доктором оказался Андрей Малахов, друг всех пенсионеров. Каждый вечер он сцал деду в уши, а по утрам Станислав Иосифович справлялся сам.

– Ну, ты если будешь промывать, то делай это в ванной, тут и баночка где-то стояла, пользуйся на здоровье.