Космическая одиссея комдива
Солнце нещадно палило над степью, но Петька и Василий Иванович этого не чувствовали. Они сидели внутри огромного чугунного котла, к которому Анка-пулеметчица старательно привязывала связки динамитных шашек.
— Василий Иванович, а точно долетим? — с сомнением спросил Петька, поправляя папаху, которая то и дело сползала на глаза.
— Обязанны, Петька! Партия сказала — в космосе англичанка гадит, надо проверить. А ежели там беляки на Луне закрепились? Кто их выкуривать будет?
Василий Иванович развернул на коленях карту. На ней красным карандашом был нарисован большой круг и приписано: «Здесь могут быть звёзды».
— Анка, поджигай! — скомандовал комдив.
Грянул взрыв. Степь вздрогнула, котел, жалобно звякнув, рванул в зенит.
Невесомость по-пролетарски
Через час Петька заметил странное: пустая бутылка из-под мутной жидкости не падала на дно котла, а лениво плавала перед носом.
— Гляньте, Василий Иванович! Колдовство! Предметы весу лишились!
— Дурак ты, Петька, — важно ответил Чапаев, пытаясь поймать за хвост уплывающую воблу. — Это не колдовство, это диалектика. В космосе гнёт капитализма отсутствует, вот всё и распрямилось, ввысь тянется.
Вдруг в иллюминатор (прорубленный топором накануне) постучали. За бортом, в пустоте, висел странный человечек в серебристом трико.
— Инопланетянин! — ахнул Петька, хватаясь за наган.
— Стой! — гаркнул Василий Иванович. — Видишь, у него рожа грустная? Наверняка угнетенный элемент.
Комдив приоткрыл крышку котла (воздух почему-то не выходил, видимо, из уважения к авторитету комдива) и крикнул:
— Эй, мил человек! Ты чьих будешь? Марсианский пролетариат или из бывших?
Инопланетянин что-то заверещал на ультразвуке и показал на Землю.
— Видишь, Петька? — вздохнул Чапаев. — И тут та же беда. Показывает, что планета круглая. А раз круглая — значит, катится куда-то. А катится она, Петька, к мировой революции!
Возвращение
— Василий Иванович, — робко спросил Петька, глядя на пролетающие мимо звезды, — а когда мы на Луну-то сядем?
— Некогда нам на Луну, Петька. Смотри — там, внизу, белые к переправе подходят. Разворачивай котел!
— Так как же его развернуть, Василий Иванович? Руля-то нет!
— Эх, Петька... Для того, кто за правое дело воюет, и законы Ньютона — не указ. Шашки наголо! Маши на правый борт, создавай реактивную тягу!
И под свист клинков, рассекающих космический вакуум, чугунный котел, описывая невероятную дугу, устремился обратно — прямиком в родные степи