Драконий заговор (рассказ)⁠⁠

Приветствую пои дорогие подписчики, пусть их и не очень много, но вы навсегда в моём сердечке) Этот короткий рассказ писался для марафона и представляет собой издевательство над современным Ромфэн. Поэтому не судите строго. Приятного чтения.

Спорить с женщиной — это все равно, что читать лицензионное соглашение. В конце-концов ты проматываешь и нажимаешь кнопку «Я согласен».

Откуда-то из интернета

― Миссис Гамель, вы заняты?

В окошке показалось кругленькое личико Нене. Её светлые кудряшки как всегда торчали в разные стороны, а на губах играла детская улыбка. Девчонке уже почти восемнадцать, замуж пора, а она словно дитятко носится.

Аделаида улыбнулась ей в ответ, отложив недоделанную юбку.

― Заходи.

Нене задорно встряхнула волосами и бросилась ко входной двери. Зазвенел колокольчик, оповещая о том, что она зашла. Из первой залы донёсся её весёлый голос, которым она приветствовала Гелу, ученицу Аделаиды. Через несколько мгновений девушка впорхнула в мастерскую, осветив её солнечным светом, словно заглянувшее ненароком лето. Платье сочного лимонного цвета было ей к лицу, а маленькая сумочка, вышитая бисером, идеально подходила образу. И не скажешь, что на дворе осень, пусть и тёплая.

Нене присела на стул рядом с Аделаидой, издав взволнованный восклик:

― Что я вам сейчас расскажу, любезная тётушка! Это просто неописуемо.

― Ну-ну, успокойся, ― усмехнулась Аделаида. ― Что такое могло случится?

― Помните, на прошлой неделе приезжал такой усатый, очень серьёзный господин? У него ещё галстук был в разноцветную полосочку. Вы всё пытались вызнать, что это за ткань. Так вот, он оказался поверенным некоего мистера Барри. Мама написала в столицу своей свекрови и вот сегодня пришёл ответ. Вы не поверите, любезная тётушка. Мистер Барри на самом деле никакой не мистер, а герцог Демитрий Барри.

― Так что же, герцог не может быть мистером?

― Ой, тётушка, вы придираетесь к словам. Мистер, не мистер, какая разница, если у него три… нет, четыре особняка в столице, пятьдесят злотых годовых, обладатель первого места «Железного мяча» и он планирует переехать в поместье Хизерт на следующей неделе.

― И он совершенно не женат, ― усмехнулась Аделаида, возвращаясь к подшиванию юбки.

― Конечно, он не женат! Мама настоятельно рекомендовала мне пойти к вам и заказать платье, потому что через пару дней вся округа будет знать о приезде герцога Барри, и я должна быть первой, ― Нене, довольная собой, улыбнулась.

Как и предвещала сестра, на следующий день в мастерскую выстроилась целая вереница дам, желающих в срочном, а иногда и незамедлительном порядке получить самое лучше платье. Аделаиде даже пришлось нанять двух девушек, чтобы успеть в срок.

Герцог приехал в конце недели и вопреки ожиданию никого не навещал. Аделаида сочла это вполне уместным ― долгая дорога, новый дом. В конце концов порядочному человеку нужно дать время обустроиться на новом месте. Весь городок Сильвур замер в ожидании.

Первым делом новый хозяин Хизерт посетил приём у градоправителя, где познакомился со всеми семьями Сильвура и пообещал устроить в поместье грандиозный бал с танцами и фуршетом. Сама Аделаида на приёме не присутствовала, хотя сестра и приглашала её с собой: слишком много было заказов, чтобы праздно проводить время. К концу второй недели, когда дата бала была объявлена официально, первые в очереди клиентки уже получили свои наряды, а те, кто опоздал спешно разбирали оставшиеся ткани и фурнитуру.

Всё закончилось за день до бала. Аделаида отпустила девушек по домам, а сама оставшись одна, прошлась по залу, прибирая и раскладывая по местам ткани, нитки и пуговки. Её маленькое предприятие за последние пять лет разрослось, но не настолько, чтобы сама Адель могла сидеть, сложа руки. Если бы не внезапный ажиотаж, она с ученицей вполне справлялись. В Сильвуре редко кто заказывал для себя более одного платья за сезон.

Погасив свет и закрыв лавку, Адель медленным прогулочным шагом пошла по ночной улице в сторону дома. На улице, которая вела в сторону дома, стояла кромешная темнота. Фонарщик по какой-то причине обошёл её стороной. Адель даже не подумала пойти окружной дорогой, она выросла в этом городе и могла пройти его от края до края с закрытыми глазами. Улочка была узкой и когда в конце послышался топот копыт, Аделаида прижалась к стене, надеясь, что всадник проскочит мимо.

Внезапно над головой вспыхнул свет из окна под крышей, осветив клочок улицы. Лошадь, чёрная в ночи, встала на дыбы. Всадник издал вопль, следом послышался удар.

― Чёрт вас побери! Откуда вы тут взялись! ― Прокричал мужчина.

Конь добежал до конца улицы и остановился.

― Я шла домой, ― ответила Адель, которая от испуга была сама готова разразиться бранью. ― Вам, господин, тоже не мешало бы смотреть по сторонам.

Незнакомец высказал всё, что думает по поводу бродящих в ночи женщин. Некоторые фразы Адель даже запомнила, чтобы позже записать в свой дневник. Она отошла от стены, намереваясь пойти дальше своей дорогой, когда ночной всадник с явной неохотой попросил:

― Помогите мне встать, кажется я сломал ногу.

― Если вы встанете, она не срастётся, ― ответила Адель, но всё же подошла и подставила плечо.

Незнакомец оказался неожиданно тяжёлым и очень высоким. Её голова находилась где-то в районе его подмышки.

― Я её просто подвернул. Ладно, теперь подведите меня к лошади, ― приказал он.

― Нет уж, лучше вы постойте тут, а я приведу лошадь к вам.

Адель отпустила мужчину и уверенным шагом направилась в конец улицы, где стоял конь. Тот настороженно посмотрел на неё, но позволил взять себя под уздцы. Всадник с шипением и руганью вскарабкался в седло, став ещё выше. И рождаются же такие вот гиганты!

― Вам не следует бродить ночью по улицам, это может быть опасно, ― сказал он.

― Только если по улицам носятся всадники, сэр, ― в тон ему ответила Аделаида, но незнакомец ничуть не рассердился, а только фыркнул с досадой.

― Вы всегда спорите, принимая дельный совет за нападение?

― А вы?

― Я понял. Вы одна из тех штучек, что на неделе выборов в парламент рассказывают о правах женщин. Что же, мадам, хорошего вечера. Надеюсь мы больше не встретимся.

Всадник поскакал дальше, а Адель пошла своей дорогой. Её нога случайно наступила на что-то. Это оказалась шляпа. По всей видимости её обронил незнакомец. Подняв, женщина повертела головной убор и забрала с собой.

Ночью ей снилась какая-то муторная история. Будто бы дракон спустился с неба, похитил её и впоследствии требовал право первой ночи, что собственно было крайне нелогично с его стороны, ибо Аделаида уже была замужем и даже успела этого самого мужа похоронить. В знак своего права дракон оставил на её руке рисунок солнца.

Проснувшись ранним утром, Адель только подивилась своему причудливому воображению.

В лавке царили покой и порядок. Гела раскладывала новые ткани и напевала какую-то песенку. Шляпу, потерянную незнакомцем, Аделаида забрала с собой.

Чуть позже в лавку зашёл какой-то господин. Он высокомерно оглядел присутствующих. Аделаида его не знала: высокий, с хорошей осанкой и ладной фигурой. Обычно мужчины его возраста, ближе к сорока, перестают следить за собой, а этот выглядел как настоящий франт. Через руку мужчины был перекинут плащ.

― Это тут ателье по пошиву одежды?

Аделаида узнала этот голос и, не задумавшись, ответила:

― Ещё утром было здесь.

Глаза мужчины сверкнули: он явно узнал её.

― Так значит, это вы?

― По всей видимости, да. А это, значит, вы?

― Несомненно я это я, ― ответил незнакомец. ― Вы швея? Мне следовало догадаться.

― Вы очень сообразительны, сэр.

Гела приоткрыла было рот, намереваясь что-то сказать, но Адель взмахом руки отправила её в мастерскую.

― Вчера по вашей вине я порвал плащ.

― Сочувствую вашей утрате.

― Надеюсь на то, что вы сможете его починить.

― Мне очень жаль, но это совершенно невозможно.

― Отчего же?

― Дело в том, что в ближайшее… ― Аделаида пролистала книгу прихода и расхода, лежащую под прилавком и невидимую для посетителя. ― Да, в ближайшее время нет ни одной свободной записи.

― Возможно такой занятой… мастерице не составит труда найти пять минут своего времени для того, чтобы заштопать незначительную прореху, ― уже откровенно скалился мужчина.

― Ох, боюсь, что нет. Видите ли, с приездом герцога Берри всё местное общество спешно заказало новые наряды. Мы заняты до самого конца года.

― Герцог Барри намеревается оставаться здесь до конца года?

― Даже не знаю, но уверена, что наше милое общество сделает всё возможное.

― Сомневаюсь. Тем не менее, это ваша вина в том, что на моём плаще появилась эта дыра, ― мужчина продемонстрировал прореху.

― Мне жаль это слышать. Но вы в той же мере виноваты в том, что я вчера настолько испугалась. Мне всю ночь снились ужасные кошмары, ― Адель в своём возмущении развела руками.

― И в них был я?

― Нет, дракон.

Мужчина, внезапно побледнев, отступил, а затем просто-напросто выбежал из лавки.

Демитрий вбежал в комнату ховгоди и с хлопком закрыл дверь. Мэтью, со свойственной ему меланхолией, дочитал последнюю строчку и только тогда поднял глаза от книги.

― Что так опечалило тебя, сын мой?

― Опечалило? Да я в бешенстве! Это ты! Ты сказал, что я должен приехать в это богом забытое место, чтобы, что? Женить меня?

― У меня не было в планах женить тебя, ― спокойно ответил Мэтью.

― Тогда ответь: отчего первой попавшейся швее снится дракон, и она носит метку солнца?

― Таков путь Бога, сын мой, ― кивнул ховгоди. ― Тебе следует подчиниться ему… или не подчиниться, как решишь сам. Это лишь знак, а не обязательство. Можешь последовать ему, а можешь игнорировать.

― Я хочу почтить предков и уехать. Всё. Завтра к камням, а потом уезжаем.

― Как скажешь, сын мой.

― Хватит. Я тебе не сын, а брат.

― Как скажешь, ― повторил Мэтью.

После того как Демитрий ушёл, продолжая ругаться, ховгоди сходил в лавку посмотреть на женщину. Удовлетворённый увиденным, он вернулся в Хизерт. Поймал распорядителя, который занимался балом, и передал ему приглашение для миссис Гамель.

― А вы пойдёте на бал? ― спросила Гела.

― Нет, конечно, ― ответила Адель. ― Мне даже приглашение не пришло ещё.

― Пришло, ― восторженно воскликнула девушка и протянула конверт.

Аделаида растерянно взяла его в руки. Нет, её должны были бы пригласить, но раньше всегда забывали это делать. В конце концов баронесса, имеющая швейную лавку, не в чести в высшем обществе.

― Да мне даже нечего надеть.

― А как же платье, которое мы шили для витрины? Оно было по вашей мерке. Я пришью туда кружева и будет как новенькое.

Она точно не должна была идти. Все смотрели на неё как на таракана, упавшего на стол посреди званного ужина. Аделаида встала в самом дальнем углу, однако её там нашёл распорядитель.

Каково же было удивление, когда её представили герцогу Барри.

― Это вы! ― Герцог покраснел.

― А это вы, ― уже ничему не удивляясь, ответила женщина.

Ситуация больше походила на скверный анекдот из ежедневного «Вестника». Поэтому, как только представление закончилось и началась музыка, она сбежала в парк.

Осенняя прохлада бодрила. Адель прошла до дальней аллеи, а затем свернула на тропинку, которая привела её к каменному кругу. Кто-то зажёг огонь, осветив поляну. Подобные круги были что-то сродни храмам под открытым небом. Их сохраняли скорее как достопримечательности и причудливые пережитки старой веры.

― Опять вы! ― Голос герцога Барри звенел от гнева. ― Ищете как бы ещё покалечить меня?

― Нисколько. Я просто гуляла.

― И пришли к камням предков? И как только вы пробрались на бал?

― Мне прислали приглашение.

― Тогда вам следовало его отклонить.

― Если бы я знала, что вы здесь будете, то непременно осталась дома. Кстати, вы потеряли свою шляпу.

― Можете оставить её себе.

― Боюсь, она мне не к лицу.

Послышался свист. Демитрий прошипел и прижал ладонь к шее, а затем мешком свалился на землю. В следующую секунду Адель вскрикнула, почувствовав укол под лопатку. Она потянулась, стараясь нащупать причину боли, и сразу же потеряла сознание.

Мэтью вышел из-за дерева и опустил духовую трубку. Убрал в карман к дротикам.

― То-то же. И не надо ждать завтра.

По взмаху его руки оба тела легли в центр круга. Ещё какое-то время ему потребовалось, чтобы расставить круглые низкие жаровни и развести в них огонь. Когда он закончил, то скрытые ранее знаки на камнях засветились.

Оба тела вспыхнули как спички, и ховгоди вошёл в огонь. Тот сжёг его одежду, но не опалил ни кожу, ни волосы. Мышцы ворочались, изменяясь. Ломались суставы, а на теле стали вырастать уродливые наросты. Издав крик, который сразу же перешёл в рык, Мэтью упал на четвереньки.

Спустя несколько минут молодой дракон поднялся на дрожащие лапы. Он помотал головой, поводил крыльями, а затем, подняв морду к ночному небу, выпустил струю огня.

Так родился первый за много столетий дракон.

― Вот зачем надо было идти в парк? Не могла остаться?

― А ты зачем пошёл за мной?

― Я? Я в своём доме ― куда хочу, туда и хожу!

― Значит надо было огородить место, чтобы никто там не шатался. Дурак.

― Сама дура!

― Ах так? Тогда вот тебе…

Души предков, пришедшие встретить новоприбывших, схватились за головы.

― Может быть, мы можем…? ― Осторожно спросил Последний дракон.

― Можем, ― без раздумий ответил Первый дракон.

Он взмахнул руками и спорщики пропали. Последний дракон облегчённо выдохнул:

― Так конечно не принято, но пусть уж в мире живых разбираются. Глядишь, к старости найдут общий язык.

― Если не найдут, мы их на новое перерождение отправим, ― проворчал Первый дракон.