Детям, жевавшим гудрон, посвящается...
...А еще мы жевали гудрон. Нет, если бы я с сегодняшними-то познаниями да попал бы в свое детство, то этот самый гудрон я бы жевать не стал. Как никак - органика. Ходили давным-давно по Земле динозавры, росли гигантские папоротники и не пахло даже в тогдашней атмосфере человечьим духом. А потом и папоротники погибли и динозавры умерли. И все эти ужасающие мегатонны органики тысячелетия лежали под землей, настаиваясь в однородный черный коктейль, который советские люди из-под земли выковыривали, а советские дети - выковыривали его же из вонючих "гудронных коллайдеров", пышущих жаром, и жевали. И ведь отвратный вкус был, чего греха таить. Даже по сравнению с прибалтийским "квадратом" жвачки со знаковым названием "Калев" гудрон был исключительно отвратным. Но образы Голливуда просачивались через поры экранов кинотеатра, проникали в наши детские мозги и порождали фантомов. Уж если не "Риглисами" или там какими-нибудь "Дональдами", не к ночи будь они помянуты, разминать десны, так хоть гудроном... И вот ходили мы по улицам с куском черной отвратной массы за щекой, пережевывали динозавров с гигантскими папоротниками, настоянных на тысячелетиях, и чувствовали себя ну как минимум Юлами Бриннерами. А то и вообще - Чарлзами Бронсонами. И вот теперь я понимаю, почему мы, последнее советское поколение детей, такие. Вот такие все из себя. Наши детские организмы были до предела насыщены не только всяческими дивными парафинами и нафтенами вперемешку с асфальтенами, но еще и тяжелыми металлами, которые этот самый гудрон впитывает на-ура. Вскормленные адскими коктейлями, с деснами, пропитанными вольфрамом и молибденом, мы грызем этот мир, как белка у Пушкина грызла орехи, извлекая произведенные искусственным путем изумруды и прочие каменья. Нет, мы непобедимы! убивавшие себя и уцелевшие не могут быть убиты всякими мелочами жизни. Вот такие вот дела, братья и сестры, жевавшие если уж не гудрон, то сосновую смолу точно...