Часть 5 Встать, суд идёт⁠⁠

Сразу скажу, что особо дотошные могут посмотреть движение дела и сам приговор на сайте Наро-Фоминского гарнизонного военного суда по ссылке

Дело № 1-62/2020, Уникальный идентификатор дела 77GV0017-01-2020-000122-29

Начну со статистики. Количество осужденных лиц в 2020 году по уголовным делам:

обвинительные приговоры суды вынесли в отношении 530 965 человек.

Оправдательные приговоры – 1163 человек.

В процентах вышло, что оправдали всего лишь 0,2 % человек. Вот это показатель, шикарные цифры, 0,2% вообще можно было бы списать на погрешность! Всё это происходит потому что обвинение никогда не ошибается или потому что наше правосудие имеет чёткий обвинительный уклон? Лично я считаю, что второе. Но давайте перейдём к делу.

14 мая 2020 года было подготовлено обвинительное заключение, которое утвердил заместитель московского городского военного прокурора, затем его направили в Наро-Фоминский гарнизонный военный суд.

26.05.2020 г. дело зарегистрировали.

11.11.2020 вынесли обвинительный приговор.

Всё это время я периодически поддерживал связь с осужденным, общался с ним по телефону, интересовался ходом дела. Когда вынесли обвинительный приговор, то я был реально удивлён, что сейчас за такое стали давать реальный срок. Какое конкретно произошло преступление я уже расписывал ранее вот здесь и вот здесь.

Суд установил, что капитан Згура, выполняя организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в Вооруженных Силах РФ, то есть, являясь должностным лицом, в период с 12 по 15.10.2018, имея реальную возможность исполнить свои обязанности по службе и обязанности по должности, вследствие небрежного отношения ним, положенный по службе контроль за проведением термометрии, выявлением военнослужащих с жалобами на состояние здоровья не вел. При этом дал указание подчиненному военнослужащему на формальное внесение записей в соответствующую документацию, отражающих необъективные сведения о состоянии здоровья военнослужащих, в том числе Газзаева, ухудшение состояния его здоровья не установил и своевременно на медицинский осмотр не представил, тем самым нарушив права последнего на охрану здоровья и медицинскую помощь, предусмотренные ст. 2 и ч. 1 ст. 41 Конституции РФ, что не позволило своевременно обнаружить у него заболевание, обусловленное менингококковой инфекцией в тяжелой форме, и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов Газзаева и по неосторожности его смерть, причиной которой являлась указанная инфекция.

Теперь давайте по порядку, что это за контроль термометрии? Ответ прост: А хрен его знает! Нет ни одного документа на законодательном уровне, который описывает и регламентирует эту деятельность. т.е. официально вообще ни на кого не возложена эта обязанность по 3 раза в день проводить термометрию для солдат. Ни в каком Уставе или СанПине для военных вы ничего про это не найдёте. Максимум что может быть – это приказ по войсковой части, с требованием проводить данную процедуру и вести журнал термометрии, но такого приказа тоже не было. Даже не ясно точно как должен выглядеть журнал термометрии. Если кто-то мне подскажет ссылки на реальные приказы или положения по этому вопросу, то я буду безгранично благодарен!

Журнал этот в армии я встречал, как и все остальные журналы его ведут фиктивно, температуру тела проставляет специально обученный солдат. Так было и в этом случае, журнал заполняли через одно место, лишь бы он был. По факту в случае заболевания никого насильно в казарме держать не будут, если болен – бери книгу записи больных и ступай в санчасть, плюс обычно кого-то для сопровождения выделяют. Основная претензия следствия, в том, что журнал подделка, причём капитан этого и не скрывал, честно признался в содеянном ещё в 2018 году, за что в ходе дисциплинарного разбирательства получил неполное служебное соответствие, как впрочем, и ряд других должностных лиц, но уголовное преследование сулило только одному человеку. Признание в фиктивном ведении журнала, который ничем не регламентируется, приравняли к частичному признанию вины подсудимым!

Далее, медицинские осмотры…

Есть три варианта как заболевший солдат мог попасть на медицинский осмотр:

1) Ст. 351 УВС ВС РФ говорит нам, что военнослужащие должны были в первую очередь прибыть на медицинский осмотр в случае возвращения из командировки.

Из показаний командира дивизиона (Свидетель №27), в состав которого входят три артиллерийских батареи, мы узнаём, что командир дивизиона не при делах, он не должен был отдавать приказ на отправку личного состава на медицинский осмотр, т.к. этим должны заниматься командиры батарей самостоятельно.

Но есть один нюанс… в данном случае артиллерийская батарея – это не самостоятельная единица, она входит в состав линейного подразделения (артиллерийского дивизиона). В командировку в п. Мулино уезжал именно артиллерийский дивизион, а не отдельные батареи. Приказ убыть в санчасть 10.10.2018 после возвращения из командировки должен был отдать именно командир дивизиона, а не командиры батарей по отдельности. И к тому же, 10 октября нас не интересует, капитану дали срок за халатность в период с 12.10.2018 по 15.10.2018 г.

2) Из той же 351 статьи ясно, что есть ещё один вариант проведения медицинского осмотра – непосредственно перед помывкой в бане. Баня была 13.10.2020, а это как раз попадает в период болезни погибшего военнослужащего. Но в бане никакого осмотра не проводилось (а медицинский осмотр, напомню, проводят медики). Об этом говорят показания сразу двух свидетелей. Не было в бане медиков и всё тут. Если кому-то будет интересно, то могу приложить показания, которые имеются в обвинительном заключении в качестве подтверждения своих слов.

3) Третий вариант – медицинский осмотр военнослужащего после его непосредственного обращения. Но следствие не выявило никаких обращений погибшего военнослужащего в период с 12.10.2018 по 15.10.2018.

Вообще, для тех кто служил в армии, а особенно на офицерских должностях, будет интересно почитать на сайте суда показания сослуживцев у этого капитана, которые поджав хвосты и прикрывая свою задницу, давали удобные для суда показания.

Начну с командира дивизиона. Вот его характеристика на своего подчинённого командира батареи:

«капитан Згура В.А., которого он может охарактеризовать в целом с отрицательной стороны. Згура нуждался в постоянном контроле и не заботился о личном составе, поставленные задачи в срок не выполнял. Вопросами представления военнослужащих на медицинский осмотр в соответствии с требованиями Устава внутренней службы и приказами МО РФ должны непосредственно заниматься командиры подразделений. От Згуры докладов о невозможности организации надлежащего медицинского обеспечения вверенного ему личного состава не поступало, хотя он на служебном совещании ориентировал его на решение данных вопросов и недопущения наступления тяжких последствий. Однако, из-за халатного отношения Згуры к своим обязанностям, рядовой Газзаев несвоевременно и уже в тяжелом состоянии был доставлен для оказания медицинской помощи, что в итоге привело к летальному исходу».

А вот показания подчинённого командира взвода:

«Старший лейтенант (свидетель №1) показал, что в период по 15.10.2018 военнослужащие батареи с признаками заболеваний не выявлялись, каких-либо конкретных указаний, например о том, чтобы военнослужащие с плохим состоянием здоровья вышли из строя, капитан Згура не ставил. В тот же период времени ни во время нахождения в казарме, ни в парке, фактически термометрия личного состава батареи не проводилась. Ответственным за ведение книги учета термометрии капитаном Згура был назначен младший сержант Мирошников. Фиксация в указанной книге в период до 15.10.2018 якобы допустимой температуры тела у Газзаева носила формальный характер, а в действительности термометрия не проводилась. Направление военнослужащих для осмотра и получения медицинской помощи осуществлялось лишь при их обращении с жалобами на состояние здоровья».

Показания старшины батареи (прапорщика) (свидетель 28):

«В период до 15.10.2018 военнослужащие батареи с признаками заболеваний не выявлялись. Задач по выявлению заболевших от Згуры не поступало. В тот же период времени термометрия личного состава батареи не проводилась, записи носили формальный характер. Он также лично говорил в этот период Згуре, что идет осенний подъем заболеваемости среди военнослужащих, в том числе прибывших с учений, и в этой связи больных необходимо выявлять именно во время утреннего осмотра. Згура знал, что в подразделении имеются заболевшие военнослужащие. Вместе с тем Згура говорил, что данные мероприятия будут проводиться по мере поступления жалоб. К ситуации с заболеваемостью Згура относился безразлично. По утрам в подразделении Згура бывал очень редко».

Оказывается, подчинённые хотели исполнять обязанности, но им не давал это делать сам командир батареи!

Кстати, обязанности командира батареи изложены в ст. 145 Устава внутренней службы. В соответствии с ней, командир помимо прочего обязан своевременно обеспечивать военнослужащих роты положенным довольствием, заботиться о быте своих подчиненных и вникать в их нужды, следить за соблюдением ими правил личной гигиены, а также периодически присутствовать на подъеме и вечерней поверке в роте. То есть неприсутствие командира батареи в период с 12 по 15 октября 2018 года на подъеме и вечерней проверке не является нарушением.

А что же у нас там было по линии защиты? Да ничего хорошего, Ничего из озвученного мною в суде естественно не оглашалось. Наёмный адвокат просто тупо отрабатывал своё время и деньги. Его позиция заключалась в том, чтобы у 293 статьи, которую вменяли осужденному, была изменена часть 2 на часть 1 и максимум тогда капитану была бы условка. Ничего не могу плохого сказать про адвоката, потому что про эту категорию людей не принято говорить ничего плохого – он умер после завершения суда (вроде бы проблемы с сердцем) и апелляцию «помогал» осуществить уже другой защитник, который тоже особо не вникал в ситуацию. По этой причине апелляция была откровенно слабая, её даже нет смысла рассматривать. Защита делала упор на то, что изначально в военкомате должны были делать военнослужащим прививки, в том числе и от менингита, но на это внимание никто не обратил и капитан поехал в колонию. Смягчающим фактором было то, что осужденный не был ранее судим и у него имеется двое малолетних детей. Поэтому сжалились и дали всего лишь полтора года колонии-поселения и 2 года ограничения занимать определённые должности, хотя прокуратура просила 2 года, а обвинение требовало 5 лет колонии.

Продолжение следует…

P.S. Я прекрасно понимаю, что данный пост может вызвать отрицательную реакцию, но прошу не спешить с выводами и дождаться результатов кассации (она будет в декабре), если первая кассация не пройдёт, то будет вторая кассация в Верховный суд, лично для меня этот вопрос принципиален и либо осужденный будет оправдан, либо я всем своим подписчикам принесу извинение за то, что поддерживаю «сторону зла».