А давайте!⁠⁠

- Алло, здравствуйте! Виктор Андреевич? Я не ошиблась?

- Здравствуйте, нет не ошиблись. С кем имею честь?

- Это Ангелина Павловна, из сорок седьмой квартиры. На недавнем собрании жильцов нашего дома я была избрана председателем домового комитета.

- Что ж, поздравляю.

- Эмм... На вчерашнем собрании - вас не было, ну да ладно, мы избрали инициативную группу. В её обязанности входит выявление малообеспеченных  или "трудных" жильцов, в общем всех тех кому не помешала бы помощь общественности.

- Понятно. В принципе - благое дело. Вы, наверное, собираете средства?

- Пока нет. У нас ещё не закончился обход.

- Что у вас ещё не закончилось?

- Обход. Осмотр всех квартир. Мы должны поплотнее ознакомиться и с жильцами и с теми условиями в которых они проживают.

- Какой чудесный план. И как отреагировали на это жильцы нашего славного дома?

- Вы напрасно иронизируете, Виктор Андреевич. Конечно же, некоторые отказались, и они имеют на это полное право. Но наша задача: переубедить их.

- Знаете, это полный...

- Погодите, позвольте договорить. Вот к примеру: мы побывали в восьмой квартире, там живёт студент Орлов Дмитрий...

- Кажется знаю. Это парень со второго этажа?

- Совершенно верно.

- Но какая ему требуется помощь? Выглядит он вполне... кхм... Одет нормально, по крайней мере.

- Вот именно, Виктор Андреевич. Одет-то он нормально, а что он сегодня ел? Холодильник-то пустой.

- Подождите. Вы что, вместе со своей комиссией заглядывали в его холодильник? Это уже...

- Он сам нам его показывал. А сам грустный такой. И девушка его бросила. Маргарита Степановна - из семнадцатой квартиры, принесла ему борща. Видели бы вы, как он уплетал за обе щеки.

- Я... Я даже не знаю что сказать, Ангелина Павловна.

- Вы согласны принять у себя инициативную группу?

- Послушайте, у меня неплохая должность. Зарплаты мне вполне хватает и недостатка я совсем не испытываю. И я не думаю, что мне нужна помощь общественности.

- Вы всегда один, Виктор Андреевич.

- Что!? В смысле?

- Может быть у вас всё и есть. Материально. А общения нет. Общественность должна отреагировать.

- Ну знаете... Идите вы со своим комитетом! Общения мне хватает и на работе!

- Как хотите, Виктор Андреевич. Может вам нужна помощь, как бы это сказать: душевная.

- С батюшкой придёте?

- Прекратите. Если не хотите, то это конечно ваше право. Только точно отказываетесь? Мне нужно записать это в журнал. Почему молчите? Если вы хотите ответить грубостью - давайте лучше я положу трубку...

- Нет-нет, говорите хотите прийти с осмотром? А давайте! Завтра в семь вечера устроит?

Трое членов инициативной группы нерешительно переминались с ноги на ногу в прихожей Виктора Андреевича. Мельком они разглядывали попавший в их поле зрения интерьер квартиры. Ангелина Павловна - миловидная женщина лет сорока, и в общем, примерно такого же возраста что и Виктор, попеременно указывая на своих спутников произнесла:

- Вот, позвольте представить: Стрельцова Маргарита Степановна. Я вам уже вчера про нее говорила...

- А это вы, с борщом? - улыбнулся хозяин квартиры.

- Я, - улыбнулась в ответ женщина лет семидесяти.

Виктор Андреевич не раз видел её на лавочке возле подъезда. В душе он всегда улыбался, видя её - такие бабки - "атаманши", рядом с которыми сидели ещё пару их верных соратниц, были и у его подъезда - где-то там, в далёком детстве. Его даже радовало что мало чего изменилось с тех пор.

- Проходите, прошу вас, - радушно произнёс хозяин.

- Бельцев Роман Владимирович, - чётко, как по уставу, "отрапортовал" третий член инициативной группы, - полковник милиции, в отставке.

- Очень приятно, - протянул руку седовласому полковнику Виктор Андреевич. В момент рукопожатия Бельцев, глядя в глаза хозяина дома, резко спросил:

- Судимость есть?

- А...э... - обескураженно повернулся в сторону председателя комиссии хозяин квартиры.

- Роман Владимирович! Бросьте вы эти ваши... подходы! - упрекнула коллегу Ангелина Павловна.

- Извините, - резко пригладил волосы полковник. - Иногда вырывается.

- Что же, давайте и я вам представлюсь: Мезенцев Виктор Андреевич. Работаю в агрохолдинге, замдиректора...

- Неплохо, - констатировал Роман Владимирович.

- Да, согласен. Ну давайте пройдем на кухню. Я заварил душистый чай, да и коллега мне задарил какое-то печенье: он вернулся недавно из Германии...

- Чай? А что покрепче не завалялось? - широко улыбнулся полковник.

- Роман Владимирович... Ну вы даёте, - вновь упрекнула его Ангелина Павловна. - Нам ещё в четыре квартиры идти.

- Ну всё-всё! Работа - значит работа!

Минут через десять, после того как Виктор Андреевич, всё же, показал гостям всю квартиру, все сидели за столом на кухне и осторожно пили горячий чай. Интерьером группа оказалась удовлетворена, о чём и последовала соответствующая запись в журнал - к неимоверной радости владельца жилья...

- А вы кем работаете, Ангелина Павловна? - спросил хозяин, подсыпая в вазочку конфет.

- Я - заведующая психоневрологическим диспансером...

- Супер, ну это же полный комплект, то что мне и было нужно, - улыбаясь, удивлённо вскинул брови вверх Виктор.

- Вы опять иронизируете?

- Нет, ну что вы! Я просто... Просто глупая шутка, вы простите меня пожалуйста!

- Хорошо... - скромно потупила взор председатель группы.

- А хозяйкой-то, смотрю, не обзавёлся? - задала вопрос Маргарита Степановна.

- Ну зачем же вы так вот - прямо? - дотронулась до её руки Ангелина.

- Нет, ну почему же? - возразил хозяин дома. - Я могу просветить вас по этому поводу, если интересно. Хозяйка свинтила к другому, полгода назад. Разошлись. Я потом купил квартиру здесь. А дети взрослые, изредка навещают, но я не в обиде.

- Это слишком личные вопросы и обычно мы их не задаём, извините конечно, - поправила Ангелина Павловна.

- Башку ему оторвать, - вставил отставной полковник.

- Кому? - выдохнул Виктор.

- Как кому? Любовнику вашей жены, конечно.

- Нет, не нужно никому ничего отрывать. Может быть там и я виноват. Частично. Не уделял ей должного внимания, времени, всё работа да работа.

- Вот только давай без этих вот соплей, - полковник наклонился к Виктору поближе, - мы с тобой - семья, ячейка общества, а ты мне изменила, а у нас детям по двадцать лет...

Хозяин квартиры удивлённо спросил:

- Кто, изменила? Вы мне это сейчас говорите?

- Кхм... Ты не смотри так, это у меня манера речи такая, - снова быстро поправил волосы бравый полковник.

- Роман Владимирович, прекращайте! Это слишком личное! - Виктору показалось что председатель немного покраснела.

- Вот и я говорю, - добавила Маргарита Степановна, - ну какие там могут быть шуры-муры если двадцать лет вместе? Остепениться нужно. Но ты не переживай, мы тебе кого-нибудь найдём. Не дадим тебе помереть в одиночку. Нет никого на примете?

- Да не собираюсь я помирать! С ума что-ли вы сошли?

- Мы, наверное, пойдём, - встала Ангелина Павловна. - Вижу, у вас всё хорошо.

- Подождите... - привстал Виктор Андреевич.

Незаметно за живой беседой о том и о сём пролетел час. Затем Виктор уговорил "комиссию" задержаться ещё на время. Теперь он стоял у плиты и жарил какое-то экзотическое блюдо на сковороде:

- ...Вы обязательно должны попробовать! Это мясо по-монгольски, один коллега поделился рецептом - привёз из одной командировки. Специи здесь - я первый раз когда попробовал чуть язык не проглотил.

- Конина? - спросил Роман Владимирович.

- Нет, говядина...

- Нет, ну я так не могу. Мало того, что с пустыми руками пришли, так ещё и на ужин напросились, - взметнула в воздух руки Маргарита Степановна. - Я сейчас, у меня там соленья - вы упадете!

- Не нужно, у меня всё есть! - возразил хозяин квартиры.

- Женщина дело говорит, - загадочно кивнул полковник. - Буду через десять минут. Не пустой, - по-заговорщицки подмигнул он глазом.

Ангелина пыталась что-то возразить, но её никто не слушал. Когда ее спутники удалились, она снова присела к столу:

- Это какой-то кошмар..., - тихо прошептала женщина.

- ...Я тебе говорю: друг он или есть, или его нет, - после торжественного тоста за дружбу, шумно продолжил свою речь Роман Владимирович. - Вот я - почти пятьдесят лет прослужил в милиции. А за всё время повстречал только одного друга - Ваську Ефремова. Мы с ним вместе и в огонь и в воду...

- Салатиком закусывайте, - почти скомандовала Маргарита Степановна. - А то понесёт в небо небесное... Не нужны, говорю, друзья твои, семейным. Все беды от них...

- Да что ты, - спохватился Роман Владимирович, - что вы говорите! Как это без друзей? Вот, Вить, много у тебя, этих самых, друзей?

- Немного. Очень редко видимся. Быт поглотил их без остатка. А у вас, Ангелина Павловна?

- Такая же история. Общаемся всё реже, да и в основном через интернет .

- Это бич нашего времени! - решительно махнул рукой полковник. - Эти ваши технологии они же разобщают. Вот раньше у меня дома и телефона не было, в очереди ещё десять лет на него стоял. Захотел пообщаться - пошёл к друзьям...

- А там сидит какая-нибудь курва, и ждёт такого дурака...

- Маргарита Степановна, - в который раз попыталась упрекнуть спутницу Ангелина. - Я вас прошу... Мы же не за этим здесь.

- А чего? Я пожила и знаю. Кругом эти...

- Так, у меня созрел замечательный тост! - перебил дам старый полковник. - За то чтобы у человека была Надежда! И главное - чтобы её муж об этом не узнал, бхах!

- С ума сойти, - скептично оценила тост его престарелая спутница по комитету.

- Следующий тост за мной, - поднял бокал в сторону Ангелины Виктор.

- Так и запишем! - гаркнул Роман Владимирович.

- В журнал? - стала поворачиваться к своей сумке Маргарита Степановна.

- Господи, не нужно ничего записывать... - вновь покраснела председатель группы.

- ...Я ведь, когда работала завучем, очень красивой была... ик! Извините, - продолжила монолог - предназначенный в основном для Ангелины, Маргарита Степановна. - В семьдесят восьмом году, кажется, прямо на футбольном поле нашей школы, физрук с физиком подрались с какими-то заезжими трактористами. Милиция ещё приезжала. А всё из-за меня, да...

Параллельно этому разговору - старый полковник, положив руку на плечо Виктора, неистово излагал:

- ...И я ему чуть не в лицо кричу: "Федя! Куда ты лезешь, под пули? Приказа производить захват ещё не было!" А мы ведь пять часов просидели в засаде. Затекло ещё всё, ногой не дёрнуть. А Федя берёт и говорит: "Да пошло оно всё. Лучше под пули чем серию про комиссара Каттани пропустить". Видишь какая может быть у людей любовь к искусству?

- Так поймали грабителей? - спросил Виктор.

- Каких грабителей? А этих... Они в это время другой склад грабили. Нам адрес неверно указали, такие вот дела... Так и будем дальше «на сухую» сидеть?

- У меня там есть, немного, - встал хозяин квартиры и подошёл к шкафу.

- О! Я сейчас за гармошкой схожу! - увидев в руках Виктора непочатую бутылку воскликнул Роман Владимирович.

- Гармошку? Не нужно этой визжащей сволочи... У меня от этих инструментов завсегда мигрень, - замахала руками бывшая завуч.

Вечер проходил просто превосходно. Виктор заметил, что Ангелина часто задерживает на нём свой взгляд. И ему это нравилось. Улучив минутку - пока спутники председателя были заняты разговором, он её тихо спросил:

- Вас сегодня не узнать, ну я в хорошем смысле, конечно. По телефону вы были... напористее, что-ли.

- Мне всё ещё неудобно за наш визит, - улыбнулась Ангелина, - и вот немного за них, - она виновато улыбнулась и указала взглядом на своих "активистов".

- Бросьте, - шепотом возразил Виктор. - Они - классные. Как... Как и вы.

В конце вечера, уже собираясь домой под аккомпанемент песни «промеж гор, промеж Алтая» исполняемой в четвёртый раз подряд полковником, Ангелина Павловна попросила их не провожать. Но напоследок нежно поцеловала Виктора.

- Ээм... Добрый вечер! Дмитрий, кажется? - переборов себя обратился Виктор Андреевич к парню, которого он видел всего несколько раз.

- Да, Дмитрий... Здравствуйте, - сняв наушники ответил парень. Он остановился рядом, прямо у входа в подъезд. И удивлённо смотрел на Виктора.

- Меня зовут Виктор Андреевич, я живу здесь - в шестьдесят четвертой квартире.

- Очень приятно, - протянул руку молодой человек.

- А, ага, да, мне тоже! - торопливо ответил на рукопожатие Виктор. - Как ваши дела?

- Мои? Нормально. А почему вы спрашиваете?

- Эмм... Как бы неудобно задавать такие вопросы... Как обстоят дела эээ... с вашим материальным положением?

- С деньгами вы имеете ввиду? Что за вопросы вообще? - стал хмурить брови парень.

- Извините, но тут сказали... В общем сказали, что вам не хватает, и я - по-соседски, конечно, мог бы немного вам помочь. Совершенно безвозмездно, вы не подумайте...

- Что за... Кто вам такое сказал?

Виктор Андреевич стал чувствовать себя неуютно, и стал лихорадочно вспоминать услышанную им недавно информацию:

- Подождите Дмитрий, вы из восьмой квартиры?

- Да. А в чём дело я не пойму?

- Вас угощала борщом Маргарита Степановна?

- Угощала. А что такого? Она сказала что «наварила его слишком много и не пропадать же добру».

- Говорила что она из домового комитета?

- Из какого ещё комитета? Вы о чём?

- Извините ещё раз, - сконфуженно улыбнулся Виктор Андреевич.

Страшное сомнение поселилось в его голове...

И вновь за столом на кухне Виктора, сидела - в полном составе, "инициативная группа". Женщины недоуменно переглядывались но ждали когда хозяин квартиры объяснит всем про ту срочность, с которой они были здесь созваны.

- Ну и зачем ты нам позвонил? А ну-ка признавайся! - добродушно проговорил полковник. - Понравился вчерашний вечер?

- Вы даже не представляете, как, - сурово ответил Виктор. - Но я вас позвал не за этим.

Ангелина тревожно на него посмотрела:

- А зачем же?

- А я хотел бы узнать рецепт борща Маргариты Степановны, - всё так же строго продолжил Виктор.

- Мой рецепт? А что, борщ как борщ... - нерешительно ответила бывшая завуч.

- Да полноте вам скромничать, Маргарита Степановна. Дмитрий - с восьмой квартиры, хвалит его не нахвалит...

Ангелина закрыла лицо руками:

- Ты говорил с ним... Боже, какой позор! И зачем я согласилась участвовать в этом балагане?

Повесив голову ей вторила пожилая спутница:

- Несомненно - засыпались. Этого не отнять.

Тут же вскочил на ноги старый блюститель порядка и нервно ходя по кухне стал тыкать пальцем в женщин:

- Вот всё это ваша самодеятельность! Я же говорил, что в легенду нельзя вносить изменений без должной проверки! И это в момент, когда объект практически находился в проработке! Зачем вы засунули в план этого Дмитрия!?

- Да что вы несёте? Какой "объект"? Это я что-ли "объект"? - встал из-за стола Виктор. - Кто вы такие?

- Виктор, не нервничай! - останавливающим жестом поднял ладонь вверх полковник. - Я тебе сейчас всё объясню!

- Да что вы мне объясните? Зачем вы стремились попасть в мою квартиру? Вы - мошенники?

Ангелина, склонив голову, начала рыдать, все также закрывая лицо руками. Маргарита Степановна стала её успокаивать.

- Мошенники!? Ну ты дурак что-ли совсем? - рявкнул полковник.

- А кто? Что я по-вашему должен был подумать? - не унимался Виктор.

Ангелина подняла заплаканные глаза, и посмотрела на него:

- И всё? Больше у тебя нет никаких выводов?

- Ой, ну и дура-ак, я не могу... – закачал головой Роман Владимирович.

- Папа! Хватит уже! Мы опозорились с твоим дурацким планом как никогда!

- Папа... – ошеломлённо прошептал Виктор. - А почему Ангелина - "Павловна"?

- Потому что она не "Павловна"! Разве не ясно? - продолжал чеканить слова полковник.

- Ну почему же, конечно ясно. А это, значит, мама? - указал он на Маргариту Степановну.

- Да, - кивнула ему пожилая женщина, - и заметь, ещё и почетный работник сферы образования!

- Очень, очень рад, - сложил ладони вместе Виктор. - Может вы наконец мне всё объясните?

- ...Ну как бы вы ещё познакомились? Ты ей понравился, она уже три года как развелась, туда-сюда там, понимаешь? Был у неё муж, не муж – падла…

- Папа! Пошли домой! Хватит уже этого кошмара.

- Нет уж подожди! По крайней мере пусть всё узнает.

- Действительно, чего тебе бобылем-то ходить? - кивнула Маргарита Степановна, глядя на Виктора, - Она ведь тоже тебе понравилась, согласись? Я всё вижу.

- Мама!

Виктор сидел за тем же столом и почти что пустым взглядом смотрел на ручку кружки. Через мгновение он сбросил с себя узы оцепенения:

- Но почему так, Ангелина? Можно же было просто подойти и познакомиться?

- А если бы отказал? - ответил за неё отец. – Нет для женщины хуже удара чем отказ. Нет, тут нужно было действовать по-другому. Разведка боем. И тебя узнали и себя показали. Поэтому я и придумал эту легенду про домовый комитет, но ты не думай, через день-два мы бы тебе сами всё рассказали. Дочка ещё долго не соглашалась, но потом мы с матерью её уговорили. Ты извини нас, Вить… Мы люди хорошие, поверь.

Ангелина встала, взяв за руки родителей. На хозяина квартиры она не смотрела:

- Я хотела подойти первой, но видать не судьба. Мама, папа, пойдёмте. Виктор, вы извините нас пожалуйста, глупо получилось...

Когда троица поравнялись с выходом из кухни, Виктор произнёс:

- Подождите.

Все обернулись. Старый полковник, быстро оценив выражение лица Виктора прошептал на ухо своей жене:

- Сегодня точно с гармошкой...

- Да чтоб она сгорела, – прошептала ему в ответ Маргарита Степановна, и уже громче:

- Совет вам да любовь!

- Мама!