Серия «СОВРЕМЕННЫЕ СКАЗКИ»

– Ладно – дари свой «сюрприз». Только учти: дальше базы на крыше я сегодня не полечу – сил нет! Как подумаю, что впрягаюсь в школу на целый год – умереть хочется. Утром вставай, иди в школу, потом «домашку» делай! Режим, как в казарме – никакой свободы личности! Так все геймерские наработки заглохнут на корню – поговорить не с кем….

– Хватит ныть! Быстро летим на базу! И пошевеливайся – совсем расквасился перед по-настоящему интересным делом! – Ньюк, чего раньше никогда не случалось, включил бешеные обороты и тормошил Малыша.

– А где горит? – ухмыльнулся тот.

– Жду наверху, – коротко и сухо процедил Ньюк и исчез.

Таким Малыш друга еще не видел и забеспокоился:

– Может, и правда, что-то срочное, а я тут расслабился….

Свистнув из кладовки (ой, из стойла!) своего «коня», через минуту влетел в рабочий кабинет на крыше. – Показывай!

На мониторах светились две козлиные рожи. Одна, правда, как живая, другая – прорисована. У той, что «как живая» двумя огромными рубинами светились глаза – жуть!

– Ух, ты! А кто это?

– Они! Наблюдатели.

– В смысле Шива, если это Тибет и Кайлас. Это он нас напугал? Так по-другому выглядел! Такой, многорукий….

– Нет, не Шива. Круче.

– Я вижу, что круче. Так кто это?

– Наблюдатель. А Шива – так, секьюрити при оборудовании, – улыбнулся Ньюк. Ты готов познакомиться?

– Что? Сегодня? Сейчас? – растерялся Малыш. – Я вроде поспать собирался…

– Испугался?

– Кто? Я? Да ничуть, – выпалил Малыш, мигом собравшись духом. – Полетели!

Ньюк улыбнулся еще шире:

– Аудиенция через час. Всего пять минут, хотя Время – штука растяжимая. То мчится, то тормозит, то скручивается в спираль. Главное, чтоб ты был готов!

– К смерти? К смерти не готов – пожить хочется, даже в школу ходить, ладно уж…

– Ох, чебурек ты! Никакой смерти не будет! Поговорить надо, – рассмеялся Ньюк.

– А…. Ну, тогда ладно, чего уж там…. Отчего не поговорить, – и все-таки Малыш испугался. До сих пор все, что показывал и рассказывал Ньюк, было правдой.

– Тогда быстро двинулись в путь. Далековато, все-таки, а опаздывать нельзя, не школа! На Кайласе строго. Пока будем в пути, расскажу кое-что.

Друзья вскочили на скейты и ветер засвистал в ушах.

А Ньюк начал рассказ:

– Много тысячелетий назад эта красивая, словно игрушка, планета показалась очень уютной и удивительно удобной для эксперимента. Активно строилась жизнь во Вселенной. По проекту, очень важно было рассчитать время высадки: это должна быть середина зимы – середина весны Северного полушария. В этот момент планета, окутанная нежным флером атмосферы, была на траектории полета…

В высокогорных районах, среди нагромождения вершин можно было легко спрятать базовую площадку. Так, чтобы со стороны все выглядело совершенно естественно, а сверху легко различимо для будущих десантов.

Последняя проверка состояния планеты совсем недавно закончилась катастрофой капсулы почти на подлете к базе – в лесистой зоне с невысокими округлыми холмами. Причина непонятна – это попутно предстояло еще выяснить, но сигнал шел практически до момента странного, даже по космическим меркам, взрыва. Тем более что люди уж точно не могли быть причастными к этой трагедии. Ничтожные знания, которыми они с успехом овладели, не давали им ни единого шанса нанести вред. А основные, базовые материалы, были надежно укрыты в 100 точках и ждали своего часа. Того часа, который уже почти настал: «подросли» люди для контакта. И это будет ВРЕМЕНЕМ взлета человечества к вершинам РАЗУМА.

Но главное, самое ценное, находилось здесь, совсем рядом, внизу….

Сияющая вершина была начальной, отправной точкой для наблюдения за уютной планетой как 20000 лет назад, так оставалась ею и поныне. Ее очень легко было спрятать от людей, быстро отыскать среди вершин на огромном пространстве мощного горного массива. С таинственной для людей горы Кайлаш брали начало четыре реки. Они собирали по капле все ручейки и, становясь полноводными потоками, питали живительной влагой огромную территорию. Сверху казалось, что это оси какого-то гигантского колеса, готового в любую секунду начать движение. По часовой стрелке, образуя спираль, которая была ключом к разгадке Тайны. Люди тянулись к горе-Тайне, но ключом не владели.

Наблюдатели рассчитали все или почти все. Сверху люди не могли пролетать над горой, похожей на выточенную самым немыслимым образом пирамиду: приборы их самолетов отказывали. И полеты были запрещены правительством Китая из соображений безопасности. Что и требовалось для неприкосновенности базы.

Плато, похожее на саркофаг огромных размеров, давало направление для входа в поток спирали, уходящей вглубь горы Кайлаш. Это, одновременно, был и выход изнутри, из «пустот» БАЗЫ на плато, которое было стартовой площадкой….

Внутри были пещеры, о которых люди, даже посвященные, могли только догадываться…. Или чувствовать.

Ну, вот в общих чертах…. Теперь ты понимаешь, что сегодняшний срочный вызов – вещь совершенно небывалая? А не просто подарок к 1 сентября? – видно было невооруженным глазом, что Ньюка бьет мандраж, хоть и улыбается, и пытается Малыша подготовить.

– Не волнуйся, Ньюк! У горы куча загадок, но общая цель, как ты думаешь, какая?

– Н-да…. Через голову не прыгнешь. Не зря людей в рамки дебилизма загнали – от угла до поворота, называются. У Мориса Метерлинка в «Синей птице» говорится об этом: «Раньше люди могли и знали больше». Перекрыли каналы, иначе люди натворят таких бед, что и боги не разберутся. А Кайлас – инструмент наблюдения и коррекции. Ты посмотри на «зеркала» – это же ретрансляторы! Как в одну сторону: сбор информации о Земле, так и в другую – импульсы, которые воздействуют на разум и психику людей.

– Ньюк, так мы что, «под колпаком», за нами следят, мы не свободны?

– Да. Да. Нет, не свободны.

– Ты об обезьяне с гранатой?

– Да. О! Вот и волшебные озера – Манасаровар и Ланга-Цо.

Живое и мертвое. Отсюда начнем путь.

– Ты не забыл, что завтра в школу? Успеем?

– Малыш, мы все успеем, даже сегодня к обеду вернемся. Время – штука резиновая, когда надо…. Вперед!

Первые капли упали на поверхность притихшего пруда.

– Сейчас как ливанет! – только успел проговорить Малыш – дождь стеной обрушился на мир. Уже совершенно мокрые, они добежали до беседки.

– Нас вместе с одеждой выжимать надо! – взъерошенный Ньюк в невыжатом виде был похож на птицу Говорун, который «отличался умом и сообразительностью». Из мультика «Тайна Третьей планеты». – Говоришь, учиться надо? Это само собой – системные знания всегда полезны! Но не всегда переходят из количества в качество.

– Так ведь чудес-то не бывает! Получил информацию – систематизировал, разложил по полочкам – есть результат! – Малыш насмешливо смотрел на Ньюка и чувствовал себя очень-очень умным.

– Так-то оно так, и все-таки…. Представь… Хотя, нет! Давай-ка на наш чердак!

Когда они через несколько минут появились в своей лаборатории, то поначалу даже не обратили внимания на пироги и кофе в чашках. Как что-то положенное, съели и выпили, только потом дошло: откуда? Тупо уставились на вкусняшки, помолчали, потом вспомнили, зачем прибыли и тут же забыли о пирожках и кофе. Бывает!

– Вот, посмотри! Таблица открытых учеными элементов насчитывает их около сотни. Это только известных науке, а сколько не открытых еще – одному Богу ведомо, – Ньюк высветил на мониторе знаменитую таблицу Менделеева. – Так вот, однажды утром проснулся ученый, и все системно разложил. Пришло откуда-то!

– И все открытия «приходят оттуда»? – Малыш пальцем ткнул в потолок.

– Похоже, так! Только не совсем так…. Шива раздает. А поручает самым авторитетным…. Писал себе Леонардо да Винчи картины, расписывал фрески, а потом – хлоп! Готова система и устройство вертолета!

– А мне недавно попалась фантастика – Герберт Уэллс. Так вот он многое то ли предвидел, то ли подсказывал ученым путь открытий. Я не имею в виду «Войну миров» – не дожили еще…. А «Освобожденный мир», написанный еще в 1908 году, специально посмотрел, рассказывает о расщеплении атома! Вот давай посмотрим, когда началась и закончились разработки по атомной энергии!

Ньюк ухмыльнулся:

– Ныряй, тут неглубоко!

Друзья открыли странички, посвященные ядерной энергетике, и наткнулись на сонмище гениев: Резерфорд, Ферми, Кан, Капица и, конечно, Фредерик Жолио-Кюри и его жена, Ирен…. Причем ядерной физикой занимались и родители Ирен еще с начала XX века.

– Во-о-от! Начинаю разочаровываться в Герберте Уэллсе. Просто взял «живую», модную тему. Никакой не провидец! – пробормотал Малыш.

– Да, они не знали, какой ящик Пандоры открывают! В этом-то и вся проблема, – вздохнул Ньюк. – Человечество берет в руки гранату и начинает забивать ею гвозди. Особенно тяжело понимать это после взрывов в Хиросиме и Нагасаки. Ты ж в курсе, как использовали деление атома люди?

– А боги? Куда они смотрели? – Малыш удивленно взглянул на Ньюка.

– А боги, наверное, переоценили людей. Похоже, они прозевали момент. Да и что такое для них полвека? Пока поступил сигнал опасности на Кайлас, пока пошел туда, куда надо…. Спохватились на подаче информации. Преждевременно давать людям такую информацию. И первый, кто осторожно стал сообщать о своих открытиях, был серб Никола Тесла.

– А вот теперь поподробней! Кто такой Тесла?  – Малыш заинтересованно уставился на Ньюка.

Тот задумался. Потом решился:

– Давай-ка слетаем в одно любопытное местечко…. Недалеко – в Сибирь!

– Давай! А что там? – Малыш загорелся.

– Увидишь! – таинственно проговорил Ньюк.

Прилетели. Увидели. На 2000 километров вокруг – пустыня. Вернее, положенные ровненько от эпицентра обожженные стволы деревьев…. И ни души вокруг!

– Что это?! – Малыш, ошеломленный, оглядывал окрестности.

– Сто лет прошло. Больше. Говорят, что Тунгусский метеорит взорвался. Но это не метеорит: осколков нигде не нашли. Это Тесла молнию «поймал»! Он мог…. Много знал. Умел колоссальные разряды без проводов  передавать на расстояние. Любое. Но не стал отдавать это знание людям, потому что могли в оружие превратить. А загнать «джинна в бутылку» назад – нельзя уже было бы. Вот только попробовал.

– Как ему это удалось?! – Малыш летал над поваленными деревьями и ужасался: – Это же какой силы взрыв был?

– У него лаборатория в Колорадо-Спрингсе стояла, Морган финансировал, пока не понял, что практическое применение далеко, деньги за это долго выуживать придется. Морган же, прежде всего, финансист.

– И никто не догадался, что это может быть оружием?

– Догадался. Тесла. Только он первый понял, чем это может обернуться. Он и записи уничтожил, память-то феноменальную имел. Сам говорил, что в любой момент может повторить эксперимент. Когда он испытывал свою установку, то в соседних городах на 25 миль вокруг зажигались лампочки!

– Ух, ты, черт! – Малыш продолжал ошарашенно оглядываться. – А если б я поймал? Ну, молнию….

– Так он игрался шаровыми молниями! – рассмеялся Ньюк. – Грозился Бруклинский мост завалить в течение часа.

– Хорошо, что уничтожил записи! Сейчас за них миллиарды бы не пожалели. И людей – тоже! Думаю, что Тесла умный был, не только талантливый….

– Это с одной стороны, хорошо…. Не уничтожь он свои изобретения, мы бы имели интернет еще сто лет назад… В 1900 году Джон П. Морган финансировал строительство Всемирной станции беспроводной передачи энергии «Wardenclyffe». Станция должна была поставлять электричество в любую точку мира через ионосферу. Нужна была только принимающая установка. Тогда информация шла бы в любую точку мира!

– Не получилось? Да…. Нельзя гранату обезьяне в руки….

– На острове Лонг-Айленд воздвигли башню высотой 57 метров с медной тарелкой-усилителем. Это был передатчик…. В ночь на 30 июня 1908 года, когда в Сибири случился взрыв, над Канадой и Северной Европой стелились серебристые пульсирующие облака. А пресса захлебывалась восторгами: «Тесла зажег небо над океаном на тысячи миль!».

Малыш и Ньюк присели на камень – на стволах, которые сыпались в труху, не посидишь. Вокруг – мертвая зона!

– Вот такая «мертвая зона» была бы везде, где стояли бы приемники. Не готовы люди еще к этому виду энергии. А ты говоришь: «Хочу поймать!». И Тесла это понял – рано! Хотя десятки своих патентов продал, чтобы продолжать исследования. Почти на 15 миллионов долларов! То, что могло стать полезным людям.

– А что теперь? Осталось ли хоть что-то? – Малыша волновало, как без Теслы будут жить люди дальше.

– Не волнуйся, Малыш, – Ньюк  рассмеялся. – Придет время – узнают! Когда созреют…. Вон уже на границе Франции и Швейцарии БАК гоняют….

– А это еще что за зверь? – удивился Малыш.

– Большой Андронный Коллайдер, – совсем развеселился Ньюк. – Все зверям – зверь! Но об этом потом…. Обед скоро, а тут и поживиться нечем! Все, что было шашлыком, давно истлело. Давай-ка домой?

– Угу. Только все равно мне непонятно….

– Сначала – к плюшкам и блинчикам, а потом остальное….

– Обещаешь? А то шантажировать буду…. Расскажешь – накормлю!

– Ладно, уговорил, «шантажист» несчастный!  Кстати, пирожки и кофе когда ты успел подать на чердак?

– То не я…. Думал ты.

– Ладно, разберемся. Разведка, шпионы – кто-то лазил там.

И Ньюк с Малышом прибалконились, как обычно. Почти без приключений.

Малыш мигом смотался на кухню, принес блинчики.

– Ух, как пахнут! Везет же тебе – каждое утро такое на столе…. – и сразу перешел к теме: – Понимаешь, людям нужна вера в Бога, в Вечную книгу – Библию и всех, кто в ней описан. Иначе, ни уважения, ни следования правилам человеческого общения – сразу животные инстинкты пробуждаются и начинают давить на человека. Вот и создавались самые красивые здания для религиозных служб.

– А какие здания ты считаешь самыми удивительными? – Малыш с любопытством взглянул на Ньюка.

– А все! Лучших архитекторов, зодчих люди отдавали священникам, жрецам для создания таких удивительных сооружений. И денег на это не жалели! Я не говорю о дворце царя Соломона – там даже двери из красного дерева украшены золотом. И диковинки всякие…. Например, чтобы посмотреть, действительно ли ноги царицы Савской покрыты волосами, он приказал соорудить бассейн, запустить туда рыбок и покрыть поверхность стеклом…

– И что? Увидел? – Малыш усмехнулся.

– А представь: что делает женщина, когда перед ней внезапно вода заплещется? Правильно! Поднимет юбку! Только у нее не волосатые ноги были, да и не ноги вовсе – копыта!

– А что царица? Испугалась?

– Не-а, обиделась… Самым дорогим подарком – духами – пытался загладить нанесенное оскорбление царь Соломон. Но женщины такое не прощают! Царица гонцу, который ее догнал, велела отрубить голову.

– Садистка! Ладно, хватит о ней, – Малыш махнул рукой, – мы о церквях и соборах….

– Хочу тебе удивительную вещь показать – Софию Киевскую. Хочешь, возьмем с собой компанию: девчонок, ребят – им полезно будет!

– Под видом экскурсии?

– Ну, да! Все равно, что ты им скажешь!

– Так зачем лишних брать? Сами слетаем – как обычно!

– Эксперимент нужно провести на случайных посетителях. Там увидишь! Понимаешь, каждая такая святая обитель хранит тайну, София Киевская не исключение….

– Артема и Софийку позовем – недалеко живут.

– Хорошо, звони. Ничего не объясняй. Скажи – фокус покажу!

Малыш так и сделал. Обрадовались ему, да еще как! Кому охота в школу собираться – а тут гулять! Свои люди…

Тут же примчались.

– А в чем фокус? – Артемка загорелся срочно увидеть, как минимум, волшебство.

Ньюк загадочно усмехнулся и сказал:

– Глаза-то – закройте!

Оба – огненно-рыжая Софийка и просто блондин, «не в черном ботинке», – зажмурились. И мгновенно перенеслись на Софиевскую площадь в Киев.

– Ухтышка! Неплохо! – и зеленые глаза с коричневыми крапинками засияли любопытством.

– А дальше что? – Артемка отреагировал более сдержанно.

– Идемте! – и Ньюк повел всех внутрь. – Этот собор 1000 лет стоит. Не только время его не взяло – десятки войн пережил!

– Там, наверное, стенки толщиной в метр. Она еще 1000 лет простоит. Нет, ты представляешь, 1000 лет – это же море времени! – в глазах Малыша уже мелькали рыцари, кони, мечи и латы – замечательные «тени прошлого».

– Не море, а океан времени, – поправила мальчишек их неразлучная подружка Софийка. Верный друг, скорее, а не подружка, потому что все секреты у этой троицы были общими. А тут школа на носу – новый секрет возник. 

Странный для 10 часов утра туман полз по площади. Он то прикрывал фигуру всадника, то открывал коридор до самого входа в Софиевский собор. Странный, потому что клочковатый какой-то был, с разрывами: тут есть туман, а там – нет. И снова: там – есть, а еще дальше, над рекой – нет.

– Что-то воздух похож на рваную вату, – Софийка встряхнула огненно-рыжей гривой волос, словно пыталась прической разогнать странный туман. Глаза ее загадочно заблестели и заискрились.

– Вот! Сейчас ты точно похожа на ведьмочку! – Ньюк сразу приметил зеленые с коричневыми крапинками глаза девчонки. – Метла есть?

– И ступа тоже. Идемте! – девочка эффектно махнула головой. Золотистые кудри, словно живые, змейками заплясали по ее плечам.

– Настоящая Медуза Горгона! – Артемка обожал читать легенды и сказки. У него были дома бесчисленные тома сказок всех народов мира.

– Сам ты «Горгона»! Быстрее давайте! – и четверо путешественников в Пространстве и Времени переступила порог Тайны.

Собор внутри потрясал роскошью позолоты, таинственным мерцанием свечей. Это мерцание оживляло строгие лики святых. И все-таки, сколько грусти и сочувствия было в их глазах. И еще одна вещь….

– Чувствуете, какой здесь запах? – Артемке показалось, что все пропитано ароматом древности.

– Да ладан это. И свечи, наверное, ароматизированные, – Малыш говорил, а сам глаз не сводил с огромной фигуры мозаичной Святой Софии, лик которой, казалось, парил под куполом.

– Нет, здесь вечностью пахнет, – и Софийка романтично прикрыла длиннющими ресницами зелень своих отчаянно красивых глаз. – Ребята, а что это за знак над головой Святой Софии?

– Вот и я смотрю туда же! – Малыш не сводил глаз с изображения под куполом. – Не нюхать надо, а подобраться поближе и попробовать рассмотреть, что это такое!

На них стали оглядываться другие – те, кто просто пришел посмотреть собор. Ребята попробовали притихнуть, но любопытство взяло верх.

– А давайте проберемся на второй этаж. Вон туда! – и Артем показал взглядом куда-то налево.

Друзья все поняли без слов: бочком передвигаясь вдоль стен, пробрались к лестнице, которая вела на второй этаж. Там виднелись какие-то залы, откуда можно было рассмотреть голову Оранты – Святой Софии – поближе.

Так получилось, что первой ступила на верхнюю площадку Софийка. И обернулась посмотреть, идут ли следом мальчишки. Она стояла на последней ступеньке лестницы, прямо под АРКОЙ….
Обернулась  – а в это время через узкую щель одного из витражей прямо по глазам ее полоснул луч солнца!

– Ого!

– Похожа! – снова в один голос, но уже шепотом, произнесли оба. Переглянулись, а потом дружно повернули головы в сторону Оранты.

– Ничего себе! Как две капли воды! – Артемка все еще не сводил глаз с изображения, а Малыш уже пытался на верхней ступеньке поймать тот самый лучик, который так подсветил глаза Софийки.

А ЛУЧИКА УЖЕ НЕ БЫЛО!

Ньюк отозвался, усмехаясь:

– Только ведического знака Агни уже не видно. Савстики, то есть. На Тибете, вблизи Кайласа, везде есть. Вам не кажется странным видеть этот знак в Софии Киевской?

– Мальчики, может, на воздух выйдете? По-моему, вы тут надышались стариной. Чересчур. Идемте, пока нас не вычислили и в угол не поставили! – и осторожно стала пробираться дальше.

– Слушай, а помнишь, сатирик Михаил Задорнов в одном выступлении рассказывал о слоге «ра»? – в голове у Артема была такая каша из легенд, сказок и историй, прочитанных раньше, что он все в кучу свалил:

– И «РАдость», и «ОРАнта», и «здРАвствуй, и Бог Солнца в Египте – тоже РА….

– Так, с этим разберемся после. Пойдем! – Малыш ухватил Артема за рукав и потащил вслед за Софийкой.

Вдоль стен зала тянулись столики. Столешницы были застеклены и закрыты на замочки.

– Ух, ты! – девочка склонилась над одним столиков. – Смотрите, прелесть какая!

Там были старинные монеты, удивительные украшения, древние книги. Все сразу забыли, зачем пробрались сюда. Хотели ведь поближе рассмотреть знак над головой Святой Софии!

Первой опомнилась подружка. Пока мальчишки шептались, наклонившись над витражом, Софийка решила посмотреть, что в следующем зале, и встала под аркой – входом в новый зал. Толщина стен и впрямь была впечатляющей. И вдруг девочка отчетливо услышала, о чем спорили друзья, хотя на таком расстоянии это было невозможно. Вышла из-под арки – голоса мальчиков пропали. Встала снова под арку – голоса появились. Чудеса, да и только!

– Ребята, идите сюда! Скорей! Я тут такое нашла!

И Артем, и Малыш растерянно оглядели зал – Софийки не было!

– Да куда вы смотрите? Здесь я! – и девочка вышла из-под арки, сердясь на бестолковость друзей. И тут они увидели ее!

– Стой! Назад! – Малыш едва не перепугал Софийку своими командами. – Иди сюда! – и снова затолкал ее под арку.

Теперь они исчезли оба.

– Ты нас видишь? – Малыш улыбался: Артема сейчас хорошо было бы сфотографировать – такое выражение лица редко увидишь! – А теперь ты смотри! – с этими словами Малыш «прихватил» Артема и встал под арку с ним.

– Мальчики, я все поняла. Это вход в параллельный мир! Портал!

– А может, дорога в прошлое? – Артему показалось, что это было самым интересным путешествием: своими глазами увидеть события истории.

– А может, в будущее? – Малыш пересмотрел все голливудские блокбастеры о «Звездных войнах» и был в курсе всех событий об НЛО.

– Надо проверить! – два слова они произнесли  хором. Вчетвером, не договариваясь.

Переглянулись, а потом дружно повернули головы в сторону Оранты.

Над ее головой сиял Агни!

Шапочка и впрямь чудесная! Ньюк хорошо знал ее историю. Украшал шапку алмаз – сверкающий, лучистый, с «секретом»! Повернешь алмаз – все вокруг оживает, разговаривать начинает, радуется или печалится. Даже те предметы, которые считаются неодушевленными: вода, молоко, ветер, ночь. Цена символическая – это для тех, кто тайну шапочки не знает. И бесценная штука, если знает.

Знал Мори́с Полидо́р Мари́ Берна́р Метерли́нк – а проще Морис Метерлинк (1862–1949), бельгийский философ, писатель, юрист и драматург, автор «Синей птицы».

А еще Проводник. Так называют Знающих все о человеке и тех, кто связывает Шиву с лучшими из людей. Проводники передают информацию, которую могут доверить людям – без риска для их жизни.

Ньюк представлял себе эту шапку с алмазом, как кнопку включения гаджета – смартфона или айфона. Пора Малыша приобщать к тайнам Вселенского Разума. И День рождения очень кстати….

Как попала шапочка в этот огромный город – тоже загадка! Хотя… планета-то маленькая! Это уяснил себе Ньюк давно.

Магазинчик с волшебными штуковинами находился на окраине. Разведку Ньюк провел по карте – алмаз светился и переливался где-то на Юго-Западе. Вскочив на ховерборд, он в считанные секунды оказался перед входом неприметного, забытого рекламой, магазина. Вывеска сообщала, что здесь продаются игрушки ручной работы. Скрипнув дверью, Ньюк вошел.

На полках, как ему показалось, кучами, без всякой системы, были выставлены Деды Морозы, куклы с разумными человеческими лицами, коробочки с кольцами и другими украшениями….

Но главным украшением магазина был продавец – старик в костюме гнома. «Наверное, спецодежда!», – ухмыльнулся Ньюк.

– Я знаю, зачем прибыл, – сказал Гном. – Есть такая штука! А ты уверен, что Малышу пора знать? Правильный растет человек?

– А он, как богатырь, у камня-указателя – «Налево пойдешь – здоровье потеряешь. Направо пойдешь – коня лишишься. Прямо пойдешь – жизнью рискнешь». Так что самое время – алмаз иметь, чтобы выбор сделать.

Гном протянул коробку, приподнял крышку:

– Держи! Цена – сколько не жалко. Кстати, шапка может быть любая – хоть кепка. Главное – алмаз! Переставить – и все! – Гном улыбнулся, и глаза скрылись в складках-морщинах. Светились они молодо, а морщинки – дело наживное.

– Спасибо! То, что надо! – сказал Ньюк и поспешил на чердак. Ой, простите, на базу. Пожалуй, он первым поздравит Малыша.

Каждый знает: самый лучший праздник – День рождения. Куча подарков, разные вкусняшки, друзья…. И все тебя безумно любят! Малыш готовился к счастью – все это принять. Но даже он не успел окончательно проснуться – Ньюк уже был тут как тут.

– Давай сделаем так, что ты мне еще снишься, а? Мне пять минут надо – отсониться!

– Не дам! Сейчас придут поздравлять родители, а потом они займутся вечерним приемом, а мы кое-что успеем…

Мгновенно сон пропал. Ньюк – особенный, значит, что-то придумал….

Лесенка заскрипела. Ньюк и Малыш переглянулись: мама с папой крались. Ньюк юркнул на балкон, а Малыш упал в кровати и крепко зажмурил глаза. Родители на цыпочках пробрались в комнату, увидели спящего Малыша, положили на журнальный столик коробку с айфоном и вышли.

– Ух, тышка! Самый «свеженький»! – завопил Малыш и, схватив коробку, помчался вниз. Оттуда послышались радостные визги и счастливые поцелуи, хотя Малыша увидеть тающим от счастья – удовольствие редкое. Вернулся он с сумасшедшими от радости глазами и куском пирога.

– Вот! – трясущимися от пережитой радости руками поставил тарелку перед Ньюком: – Начинаем праздновать!

– А теперь моя очередь, – таинственно начал Ньюк, и коробка с шапочкой появилась в его руках.

Малышу теперь точно было не до сна.

– А что там?

– Посмотри!

Малыш открыл коробку, повертел в руках шапочку, разочарованно спросил:

– И что с ней делать?

– Надень на голову и поверни алмаз….

Ньюк внимательно наблюдал за реакцией, потому что вокруг стали происходить странные вещи, о которых Малыш даже не подозревал: экран айфона засветился сам по себе, комната будто ожила.

– Что за чертовщина? – Малыш огляделся.

– Пи-и-ить, – тихо шептал цветок в горшке, а Малыш вспомнил, что третий день его не поливал. Все некогда было! Залил из пластиковой бутылки, которую заполнял водой для отстоя.

И тут взбесился телевизор. Включился сам и стал «листать» программы: боевик, гонки «Формулы-1», мульт какой-то….

– Стоп! У меня нет времени сегодня смотреть! – крикнул Малыш. – День рождения же….

– Вот и выбираю тебе подарок… – обиженно сказал голосом диктора ТВ-ящик.

– Ньюк, давай удерем? Что-то мне это не очень нравится…. На крышу? – спросил Малыш, приготовившись к броску. Тут, словно вырвавшись из запертой клетки, выскочил ховерборд. Крикнув на ходу: «Держись крепче!», – умчался на крышу. Малыш еле успел вскочить.

Хохоча, Ньюк несся следом.

– Это только начало!

Ошеломленный Малыш приоткрыл дверь чердака. А ему мониторы хором:

– Поздравляем, поздравляем!

Малыш повернулся к Ньюку:

– Это уже чересчур! Слишком много!

Ньюк пожал плечами:

– Я тут ни при чем. Это алмаз на шапочке! Его дела. Поверни – все сразу успокоятся.

Малыш достал шапку, повернул  волшебный кристалл – и вуаля! Стало тихо, спокойно и скучно.

– Надо придумать, как использовать этот алмаз с толком. Для дела полезного. Он ведь все может, да?

Ньюк сразу стал серьезным:

– Не знаю. Надо пробовать. В пьесе Мориса Метерлинка они символ счастья искали – Синюю птицу. И нашли! Правда, упустили, но главное – она где-то есть!

– А эта птица и вправду синяя? Может, «летающий окорочок» просто? Худая, то есть, очень, недокормленная…

– Богатая у тебя фантазия! – Ньюк совсем развеселился. – Ты бы еще фазанов вспомнил, они тоже с голубоватым отливом, если перья убрать. Нет, дело не в этом. Многие просто видят счастье в неважном, чепухе всякой. Потому и птица только кажется синей, а на самом деле она обыкновенная….

– А какая же настоящая?

– Давай-ка полетаем над городом! Много людей живет здесь, и каждому хочется счастья….

И Ньюк с Малышом поднялись над городом.

– Посмотри! Вон, в окне сидит и мечтает девчонка. Сегодня она поссорилась из-за пустяка с любимым. А дальше, в скверике, на лавочке присела старушка – ей уже тяжело ходить. И солнце ее не согревает, кровь стынет…. А на площадке упал с горки малыш. Плачет, потому что больно ударился.

– Ты хочешь сказать, что совершенно, по-настоящему, Синей птицы не существует?

– Не так…. Счастье – это миг, мгновение, пока птица у тебя в руках. А потом улетает к другим, оставляя тебе воспоминание о счастливом миге. Твоем мгновении. Помнишь, как ты был счастлив, получив заветный айфон? А теперь этот миг позади….

– Интересно, а еще птица прилетит ко мне?

– Прилетит и не раз! – Ньюк усмехнулся. – Сегодня вечером, когда соберутся друзья, она точно в гостях у тебя будет, готовься!

– Тогда полетели домой. Птицу встречать и тортиком лакомиться. Не каждый же день бывает Днем рождения!

– Как легко меня уговорить, если речь идет о сладком!

И ребята прибалконились.

– Странный ты сегодня… И сидел, как каменный истукан… Или скульптура этого, как его имя… Забыл…

– «Мыслитель», Огюст Роден.

– Во-во! То молчишь, слушаешь, как я соплю во сне, то странно разговариваешь…

– Понимаешь, Малыш, в мире в состоянии постоянной борьбы находятся Добро и Зло. Почему?

– Чтобы равновесие было! Что тут думать? Черно-белая зебра – и все!

Неожиданно Ньюк сказал:

– Вставай!

– А поваляться немножко можно? Куда спешить?

– Нельзя. Время не ждет! По коням! – и свистнул оглушительно, как будто Сивку-Бурку подзывал, а не скейты.

Малыш даже подскочил на кровати, а его ховерборд, который раньше был простой летающей доской с электронно-реактивной начинкой, превратился  в серебристого коня.

– Летим на базу, то есть на крышу! – Ньюк оказался верхом на золотом коне. Малыш не успел рассмотреть ни того, ни другого коня – парочка стремительно унесла парней в вышину.

– Какие-то гонки по вертикали! – пробурчал Малыш. А когда они ворвались в Центр, спросил, как можно мягче: – И что дальше?

– Смотри сюда! – Ньюк коснулся пальцем кнопки, и на экране высветились картины литовского художника Микалоюса Чюрлениса «Истина» и «Рекс». – Самые умные из людей всегда задумывались над вопросом: «Зачем пришел человек на эту Землю? В чем смысл его существования?». Пытались понять истину, а она все ускользала… Вот на картине люди – это мотыльки. Они летят на свет истины, обжигают крылья и падают замертво. Другие, видя это, все равно летят…

– Зачем? – Малыш удивился. – Ведь видят же, чем это заканчивается… А кто этот, что с насмешкой наблюдает?

– Ты неточно выразился: не с насмешкой, а с сожалением и сочувствием. Это тот, кто все знает.

– А раз знает, то погасил бы свечку! Мотыльки перестали бы лететь и обжигать крылья…

– Выключить истину? Оригинальное решение! – Ньюк расхохотался. – Да знаешь ли ты, что в человеке живет этакий микроб, который его гложет: а что там, за горизонтом? И перемешано в нем Добро со Злом – фифти-фифти…

– И во мне? А вообще-то точно! Иногда покусать кого-нибудь хочется…

– Во всех. Смотри на картину «Рекс». Рекс – это царь! И человек – царь. Половина темного в нем, половина светлого. И Хозяин Кайласа – Шива – тоже царь, в котором и Добро есть, и Зло…

– Как же, как же, Зло еще как помню – удирали оттуда с космической скоростью. Только глянул, – и Малыш скорчил рожу, а руки когтисто выставил вперед.

– Похоже… – Ньюк улыбнулся. – Шива – Разрушитель. Для того чтобы построить новое, надо старое разрушить. Чего бы это ни касалось. – Потом глянул исподлобья и быстро спросил: – Хочешь, с Мефистофелем познакомлю?

Ньюк улыбнулся.

– О, у него столько ликов, столько имен! В Каунасе даже музей организовали. Так и называется – Музей чертей.

– Интересно-то как! Давай слетаем? – у Малыша сразу загорелись глаза, словно личное, именное приглашение от чертей получил.

– Это потом как-нибудь. И Чюрленису заглянем, там рядом музей есть этого, «поцелованного» Шивой, человека. Ведь художник, композитор, пианист, Поэт… Да и колокольную музыку грех не послушать – редкое явление! Ты спросил, кто такой Мефистофель?

– Ой, я уже забыл…. Ты меня совсем заговорил. Так, кто?

– Воплощение Зла. Умного, сильного, даже всесильного, хитрого, коварного…. В общем, все, что ты знаешь и не знаешь плохого, – Он! И имен у него – десятки, сотни…. Мефистофель, Дьявол, Сатана, Черт. Он прячется в укромном уголочке души каждого человека, а при определенных обстоятельствах, когда ему выгодно, вылезает наружу. И показывает себя во всей красе – мало не покажется! Но он всесилен, как и Добро, потому что родом из одного племени….

– А почему дерутся с Добром? Что-то не поделили?

– Ага. Душу человека не поделили. Вот и выгнали Мефистофеля, или как там его зовут, из племени. За хулиганство. Теперь он мстит, а платят за все люди….

– Так хочешь с ним познакомиться? Не боишься?

– Да ладно…. Не бери на слабо. Летим! А куда?

– Вообще-то в ад, но это 18+. Тебе нельзя.

– А там уже кто-то был?

– Данте Алигьери, Вергилий на экскурсию водил…. Жуть! Еще один из людей с Мефистофелем сделку заключил. Но его Ангелы вырвали из лап чертей и унесли в рай. Он уже старый и слепой был….

– Вот давай к нему слетаем! Что за сделка?

– Полетели, по дороге расскажу….

Ньюк и Малыш взмыли в небо. В августе какая-то прощальная жара вконец измучила, а воздух, чем выше, тем становился прохладнее.

– Там, вдали, видишь сад? Под деревом отдыхает Фауст. Только я сам буду спрашивать, не вмешивайся – слушай!

– Ух, как красиво! Это рай? Где-то здесь Радуга, на которую уходят домашние животные. Мама так говорит….

– Да, это вон там, дальше….

Парнишки приземлились на траву рядом со стариком, которого Ньюк назвал Фаустом.

– Что привело вас, молодые, ко мне сюда? Так рано!

– Мы ненадолго, доктор, за ответом. Вы истину искали – в чем смысл жизни? Зачем связались с Дьяволом?

Фауст улыбнулся:

– Он мне служил, как верный пес. Я ж ученый – мир хотел познать…

– И как, узнали все?

– Узнал. Лишь тот достоин жизни и свободы, кто каждый день идет за них на бой…

– Так в этом смысл? А как же творческий полет? Борьба без края и конца? – Ньюк был настойчив.

– Одно другому не мешает.

Вдруг заклубилась пыль.

– А вот и я! – лохматый черный пес – и сразу старец появился из клубка. – Зачем детей пугать? Я смирный! – расхохотался Мефистофель скрипучим, железным смехом.

Малыш сразу замерз и посмотрел на Ньюка, отчаянно желая смыться.

Фауст услышал его мольбу:

– Домой летите. Свою ищите правду. Может, по-другому она сейчас звучит, но знайте – она есть! А с этим, – он кивнул в сторону Мефистофеля, – я уж разберусь без вас, – и замахнулся тростью.

Ньюк и Малыш умчались.

– Ничего себе, встреча! – прохладный ветер в лицо оживил Малыша. Он повернулся к Ньюку: – Больше не хочу с ним видеться! Свое, родное, Зло порядком надоело. Не знаю, как избавиться….

Ньюк смешливо глянул, скорчил рожу:

– Забудь! Посмотри, как мир прекрасен! Ты еще не видел настоящего кошмара… И не надо, живи и радуйся, ищи свою истину.

– Слишком много красивых слов. Я есть хочу! А дома нас ждет обед – вот истина на этот момент!

И оба облегченно рассмеялись, плавно прибалконившись.

– А в город забрать?

– Так ни в какую! Куда, – говорит, – я козу дену? Родна-а-а-я!

О козе Малыш не готов был светскую беседу поддерживать – плохо в породах разбирался, а вот с Лизаветой прогуляться – в удовольствие! Не злая, в меру умная, хорошенькая…. Встречные парни смотрят…. Ишь как!

И прогулялся бы! В первый раз появлению Ньюка не обрадовался…

А он, словно мысли читает, или на лице написано у Малыша:

– Не вовремя? Убежала Джульетта?

– Лизавета она. При чем тут Джульетта?

– Ты хоть слышал что-нибудь о Ромео и Джульетте? – Ньюк насмешливо смотрел на Малыша.

– Это о каких! Что в фильме «В бой идут одни «старики»?

– Нет. Просто судьба была погибнуть почти одновременно: и летчики, и герои пьесы Шекспира любили друг друга и умерли в один день.

– Да не собираюсь я с Лизаветой погибать, да еще в один день! Но девчонка знатная! А что случилось в пьесе?

– Долгая история… Хотя… Куда мы сегодня? – вопросительно взглянул на Малыша.

– Собрался в супермаркет, к школе кое-что прикупить. Но можно и завтра. Не «горит». Правда, потом к отделу не пробьешься….

– Давай-ка в Британию, к Шекспиру на чашечку чаю заглянем? Там тоже, к чаю или овсянку, или плюшечки подают! Гениальный драматург! Из «поцелованных Богом». Сейчас королева Елизавета правит и во времена Шекспира тоже Елизавета была. Как твою одноклассницу зовут?

– Лизавета.

– Е-ли-за-ве-та! Годится. Берем с собой.

– А ты ее спрашивал?

– Вот еще! Скажи, что приглашены в Британию. В Хогвартс. По личному приглашению Гарри Поттера.

– Умеешь потрясти воображение! Она же фанатка Гермионы. До дыр зачитала…. До дыр – это серьезно!

– Тогда вперед!

– А на чем она…

– На метле! Транспорт для девушек. А если серьезно, то нажми крайнюю кнопочку – скейты легко размножаются!

И парни понеслись вдогонку.

Шопинг – важная вещь, потому Лизавета далеко не ушла. Не успела….

– Elize! К Поттеру хочешь в гости? В Хогвартс?

– Это кафе открылось летом?

– Почему «кафе»? В Британию…. В общем, Ньюк, был прав: это надолго. Берем и летим!

Лиз не успела ойкнуть – Малыш схватил ее за руку и взмыл вверх.

– Тихо! И не вздумай брыкаться – свалимся в «штопор». Тебе же хуже будет…

– А кричать можно? – Лизавета не дергалась, но на всякий случай заявила: – Киднеппинг?

– Зря надеешься. В Англию летим, сейчас Ньюк догонит…

– А кто это?

– Друг, – коротко ответил Малыш. – А вот и он!

Впереди засветилась свежим зеленым пятном лужайка, и оба приземлились.

– Сейчас Лизавету поставим «на крыло», и можно лететь дальше!

Лизу раздирали вопросы, но задавать их она считала лишним – сами расскажут. Главный вопрос: «Что она скажет маме?», – застрял в  горле, потому что симпатичный друг Малыша глянул на нее васильковыми глазами, улыбнулся и сказал:

– Скажешь, что занималась шопингом. Она поймет!

И все рассмеялись.

Секунда – и безлошадная Лизавета получила новенький ховерборд.

– Ух ты! Фокусники!

Ньюк почему-то засмущался. Чтобы скрыть внезапно накативший румянец, быстро сказал:

– Летим в Британию. Елизаветинские времена. Почти 400 лет назад.

Переход в пространстве оказался и переходом во времени. Если убрать скейты, все выглядело вполне в духе времени: лужайки ухоженные, зеленые, а вот обстановка другая….

– Да это же Италия! – воскликнул Ньюк, указывая на табличку с названием города – Верона.

– Ты же обещал Британию! – возмутился Малыш.

– Будет тебе Британия… Подождите-ка…. К склепу спешат люди. Кажется, мужчины семейства Монтекки, а следом – Капулетти.

– А чего спешить? В склепах хоронили мертвых…

Лиза вмешалась:

– Если спешат, значит, не все мертвые….

Двери открылись…. Лучше бы заклинило.

– Сумасшедшие дети! Разве ж можно так? – с грустью произнес Ньюк, глядя на безжизненные тела Ромео и Джульетты. – Девочка выпила снадобье, чтобы ее приняли за мертвую. Мальчишка решил, что она мертва, выпил настоящий яд. А потом проснулась она…. Кинжал был рядом. Все!

– Но почему?! – Лиз никак не могла осознать.

– Так семьи Капулетти и Монтекки были в ссоре, – Ньюк невесело усмехнулся.

– Ну и что?! – продолжала возмущаться Лизавета. У нас полкласса родителей, которые терпеть не могут друг друга! Так что – резать, травиться? Яд в дефиците…

– Традиция…

– Идиотская традиция! – помолчала и тихо спросила: – А они очень любили друг друга?

Ньюк нежно взглянул своими синими глазами на девчонку:

– Очень. Больше жизни.

Наконец очнулся от страшной картины Малыш:

– А при чем тут Шекспир?

– У него лучше всех получилось рассказать об этом. Ладно, давайте добираться в Британию.

Только в Стратфорд-на-Эйвоне, где родился Шекспир, они снова не попали – промахнулись! Увидев жуткую картину убийства короля Дании собственным братом, остановились и замерли, слушая голос Тени отца. Он рассказывал сыну – Гамлету, как все произошло:

– Сок белены он влил мне в ухо, когда я спал в саду…

– Так, понятно, здесь тоже все умерли… – прошептала Елизавета.

– Да, финал кровавый… – ответил Ньюк, боясь встретиться взглядом с девочкой, будто он виноват в том, что в живых не осталось никого.

– Зачем вы меня сюда пригнали? Тут же страсти такие! Можно же было к Гарри Поттеру, раз мы уже в Великобритании…

– Знаете, чем отличается Джоан Роулинг от Уильяма Шекспира?

– Тем, что женщина? – Лиз кокетливо улыбнулась Ньюку. И ведь чувствовала же, что задышал неровно по отношению к ней хорошенький парнишка.

– Шекспир гениален тем, что из миллионов сюжетов выбрал такие, которые трогают души людей, независимо от национальности, страны, эпохи… Общечеловеческое! Четыреста лет прошло, а пьесы не сходят со сцен театров. Гений! «Поцелованный Богом».

– Так Поттер тоже не сходит…

– С чего не сходит?

– С экрана…

– История Гарри Поттера – выдумка от начала и до конца. Талантливо написанная выдумка, жизнь которой умещается в одно поколение. Вот, как мой дед – веселый Карлсон с пропеллером. Забывают, напоминать приходится…

– Так куда мы сейчас летим? Я так и знал, что застрянем из-за этого Поттера, – засуетился Малыш. – Морским воздухом подышали – и в Дании, и в Италии… Не пора ли домой?

– А в Хогвартс? – Лизавета сложила умоляюще ладошки. – Вы же обещали!

– Ладно. Только сверху, пару кругов сделаем – и домой!

Малыш понял простую вещь: вот так, за здорово живешь, теряют друга! Вместо того чтобы спешить к обеду или, на худой конец, пролететь над местом, где родился Шекспир, Ньюк выполняет каприз девчонки.

А Ньюк довольно и хитро ухмыльнулся. «И зачем мы только ее за собой потащили?». И тут до Малыша дошло: еще там, возле супермаркета, Ньюк положил на нее глаз, потому и настаивал взять с собой.

– Ага! Ну, погоди! – и погрозил кулаком.

А началось все так….

С раннего утра Ньюк, жизнерадостный и веселый, влетел на балкон. Словно и не было вчера встречи, до дрожи в коленках, с Шивой – богом и владельцем таинственной вершины Кайлас.

– Скорее! Мы летим в гости!

– Куда? – Малыш не выспался. – Какие гости в такую рань?

– По дороге расскажу… Собрать этих «поцелованных» было фантастически трудно! Даже для меня…

Ветер свистел в ушах, иногда слова улетали, не догнав их, но главное Малыш понял: ребят ждут… И ждут Великие – такие, что даже Ньюк захлебывается от восторга при упоминании.

– Ты не понимаешь! Их уже давно нет – умерли, а мне удалось договориться с ними о встрече! – такие «дикие» обрывки фраз долетали сквозь свист ветра.

Спорить, расспрашивать было совсем бесполезно: эмоции захлестывали Ньюка, хотя обычно он рассуждал почти здраво.

Внизу бирюзой блеснуло Средиземное море.

– А! Так мы в гости к Зевсу и Гере! – крикнул Малыш, пролетая над Олимпом.

– Нет! Дальше, во Флоренцию!

– А что это? Город? – на лице младшего была растерянность. – Почему во Флоренцию?

И тут раскинулся внизу, на берегу моря, залитого рассветным золотом, уютный городишко. На улочках, кривых и узких, спешили на рынок только торговцы с корзинами овощей и фруктов, свежей рыбой, катили тележки с бочонками виноделы…

– Сейчас! Уже близко! – сказал Ньюк и показал вперед, взмахнув рукой. – Смотри!

Малыш посмотрел в ту сторону и обомлел…

Огромное квадратное здание украшало улицу.

– Палаццо Медичи-Риккардо! Нам во внутренний двор нужно, там сад. Скорее, нас заждались. Давай сразу залетим в сад, но чтобы нас не испугались, переоденемся….

– А за туристов не сойдем? – Малышу и так было жарко, а закутываться в одежду, в которой бродили одинокие прохожие, не хотелось.

– Море рядом, потом искупаемся, – успокоил Ньюк.

В саду было относительно прохладно, а каменные своды и арки хранили ночную прохладу и изумительной красоты аркаду с легкими коринфскими колоннами.

– Этот палаццо построен по проекту М. Микелоцци в 1440 году, а вначале Козини – глава семейства Медичи – заказал проект Ф. Брунеллески. Знаменитый архитектор уничтожил проект, когда банкир отказался от него из-за дороговизны. А зря! Брунеллески был так счастлив, работая над ним! Это было бы совершенство! Но и так неплохо…

– А-а-а! О! – испугался Малыш, увидев странную фигуру позади Ньюка.

– Приветствую вас, молодые люди! – произнесла «фигура».

Ньюк быстро повернулся и поклонился:

– Я потрясен!

– Не льстите, вы не видели картин и росписи внутри. Их сотворил великий Гоццоли! А над окнами трудился Микеланджело… Но речь не о палаццо… Что привело ко мне?

– Нужда…

– Деньги, понятно… Ко мне обычно обращаются за помощью великие художники, талантливые скульпторы…

– Нет, спонсоры и меценаты нам не нужны, господин Великолепный, так Вас называли все, кто имел талант. Вы умели ценить прекрасное… Нас привела нужда другого толка, – Ньюк запнулся, чтобы сформулировать правильно. Решившись, сказал: – Вы сумели привлечь ко двору поистине великих Творцов… По какому критерию, как Вы сумели понять, разглядеть в них великих?

– Они «поцелованные Богом». Эту «печать» я вижу… Э-э-э, да вот и они сами пожаловали…. Каким образом? Не ожидал… – растерялся на мгновение Лоренцо и тут же нашелся: – Прошу, господа, проходите, присаживайтесь! Какими судьбами?

Ньюк загадочно усмехнулся, но прервать разговор не решился. Кто он? Никто! Он сам не ожидал, что получится собрать их вместе. Некоторые из них и при жизни не очень-то часто собирались. Завидовали? Нет! Заняты были, а кое-кто и успел уйти навсегда к моменту рождения других. Единственное, что их объединяло – любовь к искусству и великий талант!

– Позвольте вам представить молодых людей из Будущего… – и Лоренцо Медичи повернулся к Ньюку и Малышу. – Каким-то ветром их занесло к нам. Пытаюсь понять, зачем…

Данте Алигьери повернулся медальным лицом к Ньюку и Малышу. Тот даже присел от строгого взгляда Философа и Поэта. Внезапно Данте спросил:

– Как там, в Будущем? Все так же грешат? И так же любят?

– Да, господин! – решительно начал Ньюк, а Малыш испуганно смотрел на эти ожившие привидения и оглядывался, куда бежать, если понадобится. – Люди как люди! – продолжал Ньюк.

– Значит, Чистилище, Ад и Рай им обеспечены! – усмехнулся Данте. – Столько веков минуло, а люди ничему не научились…

– А «Декамерон» мой читают? – спросил Боккаччо и замер в ожидании ответа.

– С чумой справились, а Ваше произведение очень популярно: и читают, и спектакли смотрят, – Ньюк лукаво взглянул из-под бровей. – Забавно написано!

Ньюк повернулся к человеку, руки которого были в морщинах и мозолях. В трещинки въелась мраморная пыль:

– Микеланджело Буонаротти, скажите, Вы знали, что Ваши работы будут жить века?

– Нет, не знал. Я просто не думал об этом, работал… – скульптор тяжело поднял веки.

– Понимаете, статуя Давида прекрасна, «День», «Ночь» – тоже. Но «Пиета» – потрясающая вещь!

– Да? Рад за людей, – и в глазах изможденного старика блеснула слеза. – Не зря я столько работал…

И тут вмешался, воспользовавшись паузой, еще один старик – Леонардо да Винчи:

– А мне вот интересно, юноши, мои идеи нашли свое воплощение? Не говорю о фресках или картинах… Научные разработки?

– А как же! – воскликнул Ньюк. – Чертеж геликоптера пригодился! Да и «витрувианский человек» с «золотым сечением» помог разгадать тайну пирамид… А над портретом Джоконды до сих пор стоят остолбенело – некоторые видят в ней Ваши черты лица…

– Есть такое! – не засмеялся, а проскрипел Леонардо.

Последний из теней долго молчал. Совсем молодой, почти такой же, как Ньюк, наконец, получил возможность высказаться. Тряхнул головой в кудрях и спросил:

– Неужели и обо мне помнят? Догадались, почему у архангела шесть пальцев?

– Да, Ваша «Мадонна с младенцем» любима людьми. Дрезденская галерея…

– За это и за встречу надо выпить… – и Рафаэль Санти ослепительно улыбнулся.

Малыш вздрогнул, очнувшись от наваждения. Слишком нереальная картинка: какие-то незнакомые старики, их тени…. Зачем это все? Он уже давно смыкал Ньюка за рукав, пытаясь напомнить тому слова, что «потом искупаются в море».

Наконец, Ньюк почувствовал нетерпение друга:

– Сейчас, Малыш! – потом повернулся к теням и задал вопрос, который его мучал: – Почему люди так долго о вас помнят?

Великие переглянулись, потом посмотрели на Лоренцо Медичи и улыбнулись. Леонардо да Винчи ответил за всех:

– Мы передали просто сообщение от Бога. Как смогли… – сказал и исчез. Все сразу растаяли, будто и не были. Вообще ничего не было… А Ньюк и Малыш оказались на берегу моря. Средиземного. Малыш быстро разделся и плюхнулся в волны:

– Ух, как хорошо! А что там они говорили о сообщении от Бога? СМСка, что ли?

– Балда! Их произведения: поэмы, картины, фрески, скульптуры назвать «СМСками»… Купайся! И пора домой! – фыркнул Ньюк, списывая все на молодость друга.

Еще успели понежиться на солнышке, а потом быстро вскочили на своих «коней» и через 10 минут были на балконе. Малыш ничего толком не понял, почти ничего не запомнил, но море ему очень понравилось.