А что, русскому не обучают? Да будет тебе известно, сейчас нормально по два иностранных языка изучать. До 2022 года это, вроде как, было даже обязательно. Ну, допустим, один из этих двух языков может быть английским. А другой может быть любым. Хоть румынским.

Зачем же всю школу к этому принуждать?

А кто всю принуждает? Уже давным-давно, ещё с советских времён есть разные школы, в которых изучают разные языки.

А то, сколько именно людей на каком языке говорит, не так уж важно, если их в любом случае десятки миллионов. Если на корейском говорят только две страны, это не значит, что России не нужны люди знающие корейский язык. Это значит, что нам не нужно, чтобы в половине школ учили корейский, достаточно небольшого процента. Но это не значит, что нам не важен какой-то язык, на котором разговаривают десятки миллионов людей.

Теперь конкретно про арабский. В курсе ли этот мужичок, что вообще такое Россия? Или он настолько дремуч, что не понимает, что в России живут миллионы мусульман? Он в курсе, что главный их священный текст написан именно на арабском? Почему им не изучать арабский язык, если им это важно?

Далее, вот есть рядом много стран. Некоторые из них, допустим, настроены враждебно по отношению ко всему западному миру. А почему наши мусульмане не могут доносить им нашу политику? Пусть продвигают позитивный образ России.

Вы не хотите, чтобы к нам понаехали враждебно настроенные мигранты прознав о том, как хороша Россия? Так это уже другой вопрос, это вопросы миграционной политики. Что мешает границу закрыть? Фильтруем же мы как-то мигрантов с Украины. Что мешает точно так же фильтровать других мигрантов? То, что у нас нет специалистов со знанием арабского языка?

Ну и?

Знание языка как может кому-то помешать?

Владимир Вольфович знал турецкий язык (и ещё три других языка, все четыре - языки стран НАТО). Мешало это ему в жизни?

Путин немецкий знает. Ему это мешает? Или, может быть, Германия наш друг и потому это другое?

В общем, прекратите мракобесие.

Жванецкий М.М.: Учителю

«Борис Ефимович Друккер, говорящий со страшным акцентом, преподаватель русского языка и литературы в старших классах, орущий, кричащий на нас с седьмого класса по последний день, ненавидимый нами самодур и деспот, лысый, в очках, которые в лоб летели любому из нас. Ходил размашисто, кланяясь в такт шагам. Бешено презирал все предметы кроме своего. - Бортник, вы ударник, он не стахановец, он ударник. Он кошмарный ударник по своим родителям и по моей голове. И если вас не примут в институт, то не потому, о чём вы думаете, кстати, «потому, о чём» - вместе или раздельно? Что ты скажешь? Получи два и думай дальше. - Этот мальчик имеет на редкость задумчивый вид. О чём вы думаете, Лурье? Как написать «стеклянный, оловянный, деревянный»? Вы думаете о шахматах: шах-мат. Вы мне - шах, я вам - мат. Это будет моя партия, я вам обещаю. И вы проиграете жизнь за вашей проклятой доской. - Повернись. Я тебе дал пять. О чём ты с ним говоришь? Он же не знает слова «стреляный». Не дай бог, вы найдете общий язык. Пусть он гибнет один. - Внимание! Вчера приходила мама Жванецкого. Он переживает: я ему дал два. Он имел мужество сказать маме. Так я тебе дам ещё два, чтоб ты исправил ту и плакал над этой. Посмотри на свой диктант. Красным я отмечал ошибки. Это кровавая, простреленная в шести местах тетрадь. Но я тебе дал три с плюсом, тебе и маме. - Сейчас, как и всегда, я вам буду читать сочинение Григорьянца. Вы будете плакать над ним, как плакал я. - Мусюк, ты будешь смотреть в окно после моей гибели, а сейчас смотри на меня до боли, до слёз, до отвращения! Борис Ефимович Друккер! Его брат, литературный критик, был арестован в 48-м или в 47-м. Мы это знали. От этого нам было тоже противно: брат врага народа. Борис Ефимович Друккер, имевший в классе любимчиков и прощавший им всё, кроме ошибок в диктанте. Борис Ефимович Друккер, никогда не проверявший тетради. Он для этого брал двух отличников, а уж они тайно кое-кому исправляли ошибки, и он, видимо, это знал. Борис Ефимович Друккер брызгал слюной сквозь беззубый рот - какая жуткая, специфическая внешность. Почему он преподавал русскую литературу? Каким он был противным, Борис Ефимович Друккер, умерший в пятьдесят девять лет в 66-м году. И никто из нас не мог идти за гробом - мы уже все разъехались. Мы собрались сегодня, когда нам - по сорок. «Так выпьем за Бориса Ефимовича, за светлую и вечную память о нем», - сказали закончившие разные институты, а всё равно ставшие писателями, поэтами, потому что это в нас неистребимо, от этого нельзя убежать. «Встанем в память о нём, - сказали фотографы и инженеры, подполковники и моряки, которые до сих пор пишут без единой ошибки. - Вечная память и почитание. Спасибо судьбе за знакомство с ним, за личность, за истрепанные нервы его, за великий, чистый, острый русский язык - его язык, ставший нашим. И во веки веков. Аминь!»

Комментарий от одного из координаторов «Русской общины» Андрея Ткачука.

Сам пост:

В российских школах будут учить арабский язык