На первом организационном собрании "Общества русских граждан, сорганизовавшихся для борьбы со спекуляцией" ("Обспек") -- инициатор организации Голендухин говорил:

-- Господа! Не только административными мерами нужно бороться со спекуляцией! На помощь власти должны прийти сами граждане, должна прийти общественность! Посмотрите на Англию (и все посмотрели на Англию) -- там однажды торговцы повысили цену на масло -- всего два пиастра на фунт -- и что же! Вся Англия встала на ноги, как один человек -- масло совершенно перестали покупать, всеобщее возмущение достигло такой степени, что...

-- Простите, -- поправил Охлопьев,-- но в Англии пиастров нет. Там -- пенни.

-- Это все верно. Я сказал для примера. Обратите внимание на Германию (и все обратили внимание на Германию) -- там на рынке фунт радия стоит...

-- Я вас перебью,-- сказал Охлопьев,-- но радий на фунты не продается...

-- Я хотел сказать -- на пиастры...

-- Пиастры не мера веса...

-- Все равно! Я хочу сказать: если мы сейчас повернемся в сторону России (и все сразу повернулись в сторону России), то... Что мы видим?!

-- Ничего хорошего,-- вздохнул Бабкин.

-- Именно вы это замечательно сказали: ничего хорошего. У нас царит самая безудержная спекуляция, и нет ей ни меры, ни предела!.. И все молчат, будто воды в рот набрали! Почему мы молчим! Будем бороться, будем кричать, разоблачать, бойкотировать!!

-- Чего там разоблачать, -- проворчал скептик Турпачев. -- Сами хороши.

-- Что вы хотите этим сказать?

-- Я хочу сказать о нашем же сочлене Гадюкине.

-- Да, господа! Это наша язва, и мы ее должны вырвать с корнем. Я, господа, получил сведения, что наш сочлен Гадюкин, командированный нами за покупкой бумаги для воззваний, узнал, что на трех складах, которые он до того обошел, бумага стоила по 55 тысяч, а на четвертом складе с него спросили 41 тысячу... И он купил на этом складе 50 пудов и продал сейчас же в один из первых трех складов по 47 тысяч.

-- Вот-те и поборолся со спекуляцией,-- вздохнул Охлопьев.

-- Ловко,-- крякнул кто-то с некоторой даже как будто завистью.

-- Именно, что не ловко, раз попался.

-- Внимание, господа! -- продолжал Голенухин. -- Я предлагаю пригвоздить поступок Гадюкина к позорным столбцам какой-нибудь видной влиятельной газеты, а самого его в нашей среде предать... этому самому...

-- Чему?

-- Ну, этому... Как его... Остро... остра...

-- Остракизму? -- подсказал Охлопьев.

-- Во-во! Самому острому кизму.

-- Чему?

-- Кизму. И самому острейшему.

-- Позвольте: что такое кизм?

-- Я хотел сказать -- изгнание! Долой спекулянтов, откуда бы они ни появлялись... Но, вместе с тем, мы должны и отдавать дань уважения тем коммерсантам, которые среди этого повального грабежа и разгильдяйства сохранили "душу живу". Я предлагаю послать приветствие оптовому торговцу Чунину, который, получив из-за границы большую партию сгущенного молока, продает его по 1100 р., в то время, когда другие оптовики продают по 1500, и это при том условии, что сгущенное молоко еще подымется в цене!!

-- А где он живет? -- задумчиво спросил Бабкин.

-- А вам зачем?

-- Да так зашел бы... поблагодарить. Отдать ему дань восхищения...

-- Он живет, Соборная, 53, но дело не в этом...

Встал с места Турпачев.

-- Предлагаю перерыв или вообще даже... Закрыть собрание...

-- Почему?

-- Да жарко... И вообще... Закрыть лучше. До завтра.

-- Да! -- сказали Грибов, Абрамович и Назанский.-- Мы присоединяемся. Закрыть.

Большинством голосов постановили: закрыть.

У ворот дома Соборная, 53 -- столкнулись трое: Абрамович, Бабкин и Грибов.

-- Вы чего тут?

-- А вы?

-- Да хочу зайти просто... От имени общества принести благодарность Чунину, этому благородному пионеру, который на фоне всеобщего грабежа, сияя ярким светом...

-- Бросьте. Все равно опоздали!

-- Как... опоздал?

Свинья этот Голендухин. А еще председатель! Инициатор...

-- Неужели все скупил?

-- До последней баночки. А? По 1100. А я-то и пообедать не успел, и извозчика гнал.

-- Возмутительно!! В эти дни, когда общественность должна бороться... Где он сейчас?

-- Только что за угол завернул. Еще догоните.

Из ворот вышел Турпачев.

-- Господа! Я предлагаю не оставлять безнаказанным этого возмутительного проступка представителя общественности, в то время, когда наша Родина корчится в муках, когда уже брезжит слабый свет новой прекрасной России...

-- Слушайте, Турпачев... А он по 1300 не уступил бы?

-- Какое! Я по 1400 предлагал -- смеется. Если мы, господа, обернем свои взоры к Англии...

Но никто уже не оборачивал своих взоров к Англии.

Стояли убитые.

А. Аверченко.

"Борцы"
1914.

Читаю - ФАС запросила информацию о ценообразовании на топливо на сети АЗС "Трасса" - и разблокируется воспоминание.

В 1997-2006 годах занимался я розничной торговлей ГСМ через сеть АЗС в провинции. По сути, спекулировал - покупал подешевле и продавал подороже.
Цены образовывались очень просто.
Нижним пределом в те времена была наценка в 20 копеек на литр от оптовой цены, ниже уже была работа в убыток, а так получался даже небольшой плюсик.
При наценка от 2 рублей на литр и выше можно было вообще ничего не делать, плевать в потолок и размышлять о том, как же спрятать прибыль. Да-да, мне в те годы пришлось даже пару раз налог на прибыль заплатить.
Но на самом деле верхний предел ограничивали цены на АЗС всяких ВИНКов типа Лукойла или Роснефти. Выше их цен продавать было невозможно, народ бы к тебе не поехал.
Но в остальном цена на ГСМ определялась мной лично исходя из моего настроения, моего субьективного мнения, моей интуиции и моей логики на момент принятия такого решения.
Это было предисловие.

А теперь сама история.
Случился как-то в городе перебой с ГСМ. То на одной АЗС они закончились, то на другой, а потом и на всех. День город стоял пустой, а потом ко мне пришли бензовозы. Только ко мне, а к другим должны были прийти не ранее чем через пару-тройку дней.
Ну я и выкатил ценник с коэффициентом 2.
Народ оборался, но стал заправляться и, очевидно, писать на меня жалобы во все инстанции.
И на следующий день ко мне приехала сводная комиссия - администрация, УВД, налоговая, ЗПП, ТПП и прочее с требованием предоставить им письменное обоснование двухкратного повышения цен и методику расчёта.
В ответ я показал им указательный палец и им же - потолок, пояснив, что цены я либо беру с потолка, либо высасываю из пальца.

И тут состоялся примечательный обмен репликами. Дама из налоговой с негодованием спросила:
- Вы что же хотите сказать? Что сами вот так просто берете и назначаете цену?
- Да, - кивнул я. - Самовольно и волюнтаристски.
- Да что ж это такое! - возмутилась дама. - Вам тут что? Частная лавочка что ли?
- Сам охреневаю, - поддакнул ей я, - Но именно, что частная лавочка. И, если вы не в курсе, дополнительно сообщу, что вокруг сплошной капитализм, а социализм с плановой экономикой уже лет 10 как помер.

Комиссия составила какие-то акты, я написал стандартную фразу "с изложенными выводами не согласен, объяснения представлю позже" и дело заглохло. Через пару дней в город прибыло много ГСМ и цены я опустил. Конец.

UPD. С изумлением увидел в комментариях, что и после 35 лет капитализма в нашем обществе еще сильны социалистические настроения в плане того, что частный собственник должен устанавливать цену исходя из социальной справедливости, доступности и всеобщего блага. Так вот - ни хрена подобного.
Ещё раз напишу. Цену при капитализме продавец устанавливает в диапазоне от "ниже невыгодно" до "дороже брать не будут". Это если он хочет иметь прибыль (а прибыль это то, ради чего он работает, а вовсе не ради роста благосостояния общества и пополнения гос.бюджета). В принципе продавец (да, за тсключением конкретного перечня товаров и услуг) может поставить цену и ниже, и выше, он вообще может даром раздать, было бы желание. Главное, что (пока?) не существует никаких законов, ограничивающих его ценообразование.
Ещё раз - это капитализм, против введения которого вы и/или ваши родители не возражали 35 лет назад. Вот как-то так.
А то, что я барыга, который любыми способами набивает свой карман и не стыдиться этого - так это факт. У нас, спекулянтов бензином, совесть отсутствует по умолчанию.

UPD.
Обеспечьте 10 процентов, и капитал согласен на всякое применение, при 20 процентах он становится оживлённым, при 50 процентах положительно готов сломать себе голову, при 100 процентах он попирает все человеческие законы, при 300 процентах нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы. Доказательство: контрабанда и торговля рабами. (C) Томас Джозеф Даннинг