Год с лишним сижу на нейросетях. Один раз она меня подставила прямо на планёрке — и вот что было дальше
«Отсрочка у поставщика Б — шестьдесят дней», — говорю на планёрке, ткнув пальцем в свою свежую табличку. Горжусь ей минуты три, не больше.
Коллега, который сам два месяца торговался с этим поставщиком, поднимает голову: «Тридцать у них, ты чего. Шестьдесят — это к В». Достаём телефоны, лезем в переписку прямо при всех. Тридцать. Он прав.
Табличку эту я собирал не сам, если честно. Накануне вечером скормил нейросети три коммерческих предложения — чтобы на разговоре не листать три стопки бумаг подряд. Она аккуратно всё свела в одну строку на каждого поставщика. И в одной строке взяла настоящую цифру одного и прилепила к другому.
Тут дело не в том, что она наврала из головы — такое я бы, наверное, поймал сразу, придуманное обычно торчит. А она переставила два реальных числа местами, оба настоящие, просто адресом ошиблась. Я вроде и проверял накануне — только проверял, что цифра «шестьдесят» вообще где-то в документах есть. А не то, к какому поставщику она приклеена.
Было стыдно, не скрою. Но переплавилось это в любопытство быстрее, чем должно было: сколько ещё она мне вот так молча путает, а я не замечаю?
Работа у меня такая: половина дня клиенты, половина поставщики, а между ними гора бумаги. Договоры, письма, отчёты к очередной планёрке. Скучная канцелярия, только живая, потому что за каждой бумажкой чьи-то реальные деньги.
Года полтора назад я к этой истории подошёл с восторгом, если не сказать с придыханием. Казалось: закинул задачу — и уже не работаешь сам, а руководишь роботом, который сделает всё нудное за тебя. Первую неделю скидывал на неё вообще всё, от делового письма до списка покупок в магазин. Быстро понял: сама она ничего не решает, ей надо раз пять объяснить, что тебе нужно, а результат всё равно перепроверять. Восторг сдулся, привычка осталась.
Из того, что я на неё вешал в первую неделю, до сих пор держится не так уж много.
Письма прижились крепче всего. Раньше на «извините, платёж задержали, вот новый срок» уходило минут двадцать: подбирал слова, чтобы не грубо и не заискивающе, стирал половину. Сейчас — накидал суть, черновик готов буквально сразу, поправил пару слов, отправил.
Ещё держится разбор длинных документов. Договор страниц на сорок или переписку за месяц закидываю целиком, прошу вытащить суть и спорные места. Один документ она правда держит от начала до конца, не путает пятую страницу с тридцатой. По вечеру экономит примерно полтора часа, я как-то специально засекал, чтобы самому потом не привирать.
А вот сводить несколько документов в одну картину — совсем другая история. С одной бумагой она честна. С тремя-четырьмя сразу ей ничего не стоит переставить условие от одного к другому. Собственно, ровно это и случилось с моей табличкой по поставщикам.
Ещё прижилось то, о чём на серьёзных площадках почему-то молчат. Сыну дроби и фотосинтез объясняю не сам, а через неё — без занудства из учебника, и он слушает внимательнее, чем когда объясняю я. А из того, что завалялось в холодильнике в пятницу вечером, она собирает ужин быстрее, чем я успеваю определиться, что вообще готовить.
А вот чему доверять перестал совсем — любому «кто это сказал» и «где это написано» теперь сверяю руками с первоисточником. Муторно, съедает примерно ту же кучу времени, что выше сэкономил. Но не так муторно, как перепутанная отсрочка перед всей конторой.
Был ещё случай с законом: она сослалась на статью, которой в таком виде уже года три как не существует, причём тоном, не оставляющим сомнений. Я чуть не вставил цитату в письмо партнёру. Спасло только то, что на всякий случай решил свериться с оригиналом текста — без особого умысла, просто рука уже привыкла проверять.
И финальную вычитку важного текста без себя самого я тоже больше не доверяю никому. В письме одному клиенту вместо «неустойка» проскочило «штраф» — слова вроде похожи, а по деньгам и по смыслу договора это разные вещи. Не прочитал перед отправкой вслух — вот и цена вопроса.
Ещё для себя закрыл вопрос с одной нейросетью на все случаи жизни — не вышло. Одна прилично пишет длинные тексты, другая быстрее возится с таблицами, третья на русском отвечает как-то живее остальных. Сейчас держу две-три под разные задачи, и, судя по тому, что вижу вокруг, не я один так подстроился.
С доступом на первых порах тоже было отдельное приключение, тут спорить не буду. Сейчас проще: русскоязычные варианты подросли настолько, что для рутины их вполне хватает, и плясать с бубном вокруг этого почти не приходится.
Есть и то, что до сих пор царапает, хоть и мелочь вроде. Сроки по клиентам теперь чаще спрашиваю у неё, чем держу в голове сам. А она иногда путает. Не катастрофа, но звоночек: память на неё вешать так же не стоит, как и арифметику.
Дом молоток сам не построит. Но я всю первую неделю пробовал забивать гвозди без него — в переносном смысле, само собой — и удовольствие так себе. Сейчас у меня рабочий инструмент, толковый, но не напарник, которому можно доверить стройку целиком. За поставщиков теперь при всех отвечаю сам. Вслух. По памяти.