«Что это за гусь на карете?" — как я в 2017-м попал в массовку на 100 человек с Биковичем и 18-часовую смену»
В 2017 году меня занесло в массовку сериала «Крылья империи». Набирали сто с лишним человек — красноармейцев, крестьян, всяких статистов для масштабной сцены. Честно говоря, на тот момент я ещё не понимал, что значит 100 человек, и в целом не знал, сколько будет народу. Но сейчас-то понимаю: чем больше людей, тем меньше фильтра того, кто придёт.
Итак, утро началось примерно так.
Сбор — 6:00 утра на Ленфильме, у метро Горьковская. Мы собрались, погрузились в старый автобус и поехали. Куда? В Ленинградскую область. Дорога туда заняла часа полтора-два. Автобус, казалось, помнил ещё съёмки «Блокады» — он так скрипел и дребезжал, что спать было невозможно. В автобусе кто-то дремал, кто-то обсуждал прошлые проекты. А я просто смотрел в окно и предполагал, как прикольно пройдёт эта съёмка.
Приехали на локацию — пустырь в лесу с декорациями: деревянные дома, брустверы, пара пушек. Бригадир массовки с лицом бывалого человека построил нас и давай проводить перекличку. Честно говоря, не помню, где нас переодевали — на месте или в Ленфильме, но думаю, что сейчас это не имеет разницы. Моя задача была максимально засветиться в кадре, и мне досталась, как ни печально, роль конвоира. Я должен был вести колонну крестьян на расстрел. Звучит мрачно, и в целом в картинах это смотрится печально, когда тебе приходится толкать людей вперёд, а они по сюжету предполагают, что им сейчас будет смерть.


Крылья империи 2017 г.
Начинается съёмка. Режиссёр кричит «Мотор!», хлопушка хлопает, мы начинаем движение. Крестьяне идут впереди, я с другими солдатами — сзади. Всё серьёзно, камера едет на рельсах. И тут я замечаю, что в центре сцены, на фоне всей этой драмы, сидит какой-то мужик в военной форме, развалился на карете и смотрит на нас с таким видом, будто он тут главный. Я думаю: «Что за дядька важный, массовик-разбойник». Поворачиваюсь к парню, который идёт рядом, и говорю ему вполголоса: «Слушай, а это что за гусь на карете сидит? Чего он такой важный?». Тот на меня смотрит круглыми глазами: «Ты чё, это же Бикович! Милош Бикович! Главный герой!».
Я почесал репу, потому что на тот момент я не слышал такого актёра. Потом уже дома, почитав, убедился, что да — довольно известный актёр, который сейчас мне очень нравится. Братец Серб, красавчик.
С тех пор я всегда изучаю список актёров перед съёмками. Но, чёрт возьми, это было смешно.
Сцена с расстрелом снималась несколько часов. Мы ходили туда-сюда раз пятнадцать. То шапки криво надеты, то винтовка не в том положении, то свет не так упал. В какой-то момент я перестал чувствовать ноги и просто механически выполнял команды. Обед — гречка с подливой, которая уже остыла. Но мы были такие голодные, что съели всё до крошки.
Смена закончилась только в 12:00 ночи. Мы работали почти 18 часов. Выехали в 6 утра, а домой вернулись только к двум часам ночи. Я рухнул на кровать и думал: «Ну его в баню, это кино, я больше никогда». В целом так и случилось — на ближайший год я забыл про съёмки.
Следующий фильм был «Союз спасения». Там как раз я впервые почувствовал вайб кино, потому что меня уже по полной гримировали: бакенбарды, грим, всё дела. И костюм соответствовал. И там была прикольная история с одним парнем — с ним, кстати, я встретился этим летом спустя 8 лет. Но об этом расскажу позже.

