Его появления в классе никто не заметил.
Только что никого не было, а вот уже невысокий несколько даже субтильный человек в очках, с аккуратно подстриженной бородкой и костюме-тройке стоит у доски и негромким, но звучным голосом говорит, что его зовут Василий Николаевич и он новый преподаватель истории.
Это не произвело особого впечатления. Точнее- вообще никакого.
В нашем профессионально-техническом училище в 1990 году как-то не принято было реагировать на общеобразовательные предметы. Тем более историю. Поэтому все спокойно продолжили заниматься своими делами, не обращая внимания на такую мелочь как преподаватель, стоящий у доски.
Он, не повышая голос назвал нас мастодонтами и предложил выслушать его предложение.
Мы удивились. Во-первых: мы не знали что такое «мастодонты» во-вторых: преподаватели никогда и ничего нам не предлагали.
Все посмотрели на Василия Николаевича.
Он кивнул, и изложил суть: если кто из нас сможет поборот его на руках, то на его уроках до конца года мы делаем все что захотим он не будет мешать, можно даже не ходить, а если победит он, то мы не только ходим на его уроки но еще сидим и слушаем.
Все согласились не задумываясь, что такие предложения вряд ли делаются без умысла и вперед выступил Саша. Саша был размером с два двустворчатых шкафа несмотря на свои юные годы, а ладонь Саши размерами походила на ковш среднего экскаватора.
Несмотря на все достоинства, через пару секунд Саша был повержен. Потом еще раз и еще.
Больше желающих не нашлось, и пришлось сидеть и слушать весь урок.
Потом мы подумали и решили, что мы хозяева своего слова: сами дали, сами и обратно возьмем, но через пару дней прошел слух, что наш тщедушный Василий Николаевич на пару с учителем астрономии разогнал третьекурсников, которые регулярно отбирали стипендию у младших курсов, а потом как-то все узнали, что он мастер спорта по дзю-до.
Мы подумали еще раз и решили, что раз дали слово, то надо держать.
Пришли на следующий урок. Потом еще на один, и еще. Вдруг оказалось, что на уроках истории очень интересно.
Василий Николаевич как-то так все настолько увлекательно рассказывал, что со временем история стала единственным, кроме нужных по специальности предметов, куда мы ходили всей группой.
Плюс непринужденная обстановка на уроках, когда можно было комментировать с места исторические события и высказывать свое мнение. Главное правило: не перебивать друг друга.
В тот день мы обсуждали роль коммунистической партии в жизни нашей страны.
Как раз на дворе стоял девяностый год. По телевизору шли заседания Верховного совета СССР, оказалось, что коммунизм- это не так уж и хорошо, и возможны другие варианты жизненного устройства.
На этом фоне Василий Николаевич решил узнать наше мнение по данному вопросу.
Недолго думая, наш Вася, известный незатейливостью и простотой заявил, что всех коммунистов нужно убивать.
Я заметил на это, что у меня мать коммунист.
Вася безапелляционно заявил, что и ее нужно убить.
Это был тонкий момент. В наших кругах тема матери в те годы была очень щепетильной, любое упоминание о чьей-то конкретной матери в негативном ключе, а уж тем более в таком требовало немедленной, и что самое главное, адекватной реакции.
Поэтому я, несмотря на принципы ненасилия, которые я в силу своего маленького роста и телосложения вынужден исповедовать с самого детства, встал из-за парты, взял стул, на котором сидел и бросил его в Васю.
Стул был изготовлен из металлического профиля и поэтому достаточно увесист.
Вася упал, полежал немного, затем поднялся и подумав сказал, что насчет матери он конечно переборщил.
Конфликт был исчерпан и урок продолжился.
