DianaAlven

Третий просто бегал кругами и кричал:

— Где отчёт? Кто видел отчёт?

Люцифер зевнул, ему было скучно. В его обязанности входило следить за порядком, точнее, делать вид, что следит.

На самом деле он спал шестнадцать часов в сутки, ещё четыре часа требовал еду и оставшееся время мешал окружающим жить.

Хозяин относился к этому с пониманием.

— Как дела, Люцик? — спросил Сатана, подписывая очередной свиток.

— Мяу.

— Согласен.

Они отлично понимали друг друга.

Проблемы начались через час, во время подготовки к Большому Судилищу. На длинном столе среди вороха бумаг лежала важнейшая книга. Книга была толстая, старинная и очень нужная. Люцифер подошёл к ней из чистого любопытства.

Он понюхал книгу, лизнул уголок страницы и аккуратно пожевал. Потом ещё немного пожевал и неожиданно понял, что книга очень вкусная. Особенно, кожаная обложка этой книги.

Когда демоны обнаружили пропажу половины документа, то было уже поздно. Судилище пришлось переносить и начался грандиозный скандал.

Через три часа Люцифер сидел перед комиссией из двенадцати крайне недовольных существ.

— Обвиняемый, признаёте ли вы свою вину?

— Мяу.

— Записать: признаёт.

— Я вообще-то возражаю.

— Записать: продолжает спорить.

Люцифер закатил глаза и шумно выдохнул. Это было худшее заседание в его жизни. После двух часов обсуждений председатель ударил молотком по столу.

— Решение принято.

— Отлично, — сказал Люцифер. — Надеюсь, меня оправдали.

— Вас отправляют на Землю.

— Что?

— До выполнения трёх добрых дел.

В зале наступила зловещая тишина. Люцифер моргнул, не веря своим собственным ушам. Потом ещё раз моргнул, осознавая абсудрность услышанного.

— Простите. Каких дел?

— Добрых.

— Вы уверены, что я подходящий кандидат?

— Именно поэтому и отправляем.

— Это дискриминация котов.

Никто его уже не слушал. Загоревшись алыми всполохами открылся портал.

— Удачи, Люцик, — грустно улыбнулся Сатана.

— Хозяин, скажите что-нибудь в мою защиту.

— Не забудь пить чистую воду, это полезно для твоих почек.

— Это всё?

— И не ешь документы.

Последнее было особенно обидно. Мгновение спустя портал проглотил кота.

Люцифер приземлился в луже посреди какого-то двора. Светило солнце, чирикали воробьи, безумно громко орали дети и гудели машины. Ветер принес запах жареных сосисок и Люцифер вспомнил, что в суматохе не успел пообедать…

— Какой странный круг ада, — пробормотал растерянно кот.

В луже рядом появилась знакомая физиономия. Сатана пил кофе из кружки с надписью «Лучший хозяин тысячелетия».

— Добро пожаловать на Землю, Люцик.

— Забери меня обратно.

— Нельзя, дорогой.

— Я скучаю по дому.

— Прошло двадцать секунд.

— И что?

Сатана рассмеялся.

— Выполни три добрых дела и вернёшься.

Связь с хозяином исчезла. Люцифер обречённо посмотрел на своё отражение, а потом услышал голос.

— Тебя тоже сослали сюда?

Рядом на лавочке у подъезда многоэтажки сидела белоснежная кошка с голубыми глазами.

— Кто спрашивает?

— Аврора.

— Очень длинно.

— Что?

— Буду звать тебя Арви.

— Не смей.

— Уже зову.

Голубоглазая кошка тяжело вздохнула. Именно в этот момент она впервые подумала, что следующие несколько недель будут ужасными.

Автор: Диана Альвен
Больше историй здесь

Лиза проснулась в холодном поту. Голова раскалывалась, а тело ломило, как при сильной болезни. Подойдя к зеркалу, она застыла: у виска появилась широкая седая прядь. К вечеру у Лизы поднялась температура и начались странные приступы слабости.

Через несколько дней Лиза снова пришла в церковь и спросила у свечницы про старушку в белом платке.

Женщина испуганно взглянула на Лизу и перекрестилась.

— В белом? С палочкой?

— Да.

— Дочка… такую старуху здесь видели много лет назад. Она умерла ещё в девяностых. Говорили, что перед смертью она просила людей ставить за неё свечи, чтобы дольше не уходить отсюда.

Лиза молча вышла из церкви, чувствуя, как седая прядь холодит висок. С тех пор она никогда не брала чужие свечи в руки.

— Иногда волосы держат слишком много прошлого, так бывает, когда прошлое отпускают.

Когда стрижка закончилась, Аня почувствовала лёгкость, почти эйфорию. Расплатившись, она вышла из парикмахерской, а через несколько минут поняла, что имя Артёма растворилось, как сон. Придя домой, Аня спокойно удалила все их переписки, больше не чувствуя ни боли, ни тоски.

Тем временем в закрытой парикмахерской женщина медленно собирала с пола тёмные пряди. Она складывала их в деревянный сундук, полный чужих волос. Потом села перед зеркалом, сняла парик, приложила пряди к своим редким седым волосам и они будто приросли к коже головы.

В отражении женщина стала моложе на несколько лет. Она провела рукой по новым густым волосам и улыбнувшись своему отражению в зеркале, тихо сказала:

— Спасибо, Аня. Твои воспоминания мне не нужны, а вот молодость очень даже пригодится.

— Настя... иди сюда...

Она сама не заметила, как вышла из дома босиком. Прошла через деревню, миновала последние огороды и оказалась у кромки леса.

Там между деревьями стоял мальчик. Это был ее брат, он был такой же, каким она запомнила его в детстве. Мальчик улыбался Насте.

— Я соскучился.

Настя шагнула вперёд и пошла к брату. Когда до мальчика оставалось всего несколько метров, над лесом бесшумно и быстро пролетела сова и громко заухала. Мальчик исчез, а вместо него между деревьями стояло что-то высокое, тонкое и совершенно чёрное.

У существа не было лица, только длинные руки медленно тянулись к Насте.

Вдруг из деревни донёсся первый крик петуха. Существо молча и тихо отступило в темноту леса. Настя бросилась обратно домой, она не помнила, как добежала до калитки и захлопнула за собой дверь.

Утром бабушка молча выслушала её и только тяжело вздохнула.

— Это была Купальская ночь. Лес знает имена всех, кого мы когда-то любили, иногда он зовёт голосами тех, по кому мы скучаем.

— А если бы я подошла ближе?

Бабушка долго смотрела в окно и покачала головой.

— Никогда не ходи в лес ночью, внучка…

С тех пор Настя никогда не отзывалась на своё имя, если ночью её звал знакомый голос. Теперь она знает, что некоторые голоса слишком давно перестали принадлежать людям.

Игорь улыбнулся над словами отца, он действительно решил поставить машину и устроиться на ночёвку прямо у воды, метрах в ста ниже основного лагеря. С высокого берега его родственников не было видно, только иногда доносились голоса и смех.

К полуночи лагерь наверху затих, все уснули. Перед сном Игорь решил пройтись вдоль озера. Ночь была тёплой, лёгкий туман стелился над камышами, а луна отражалась в воде длинной серебристой дорожкой. Именно тогда он заметил, что стало слишком тихо: стих ветер, перестали шуметь деревья, замолчали птицы, даже вода перестала плескаться о берег.

Игорь остановился и прислушался. С правой стороны, там, где лес почти вплотную подходил к воде, громко затрещали деревья, будто кто-то очень большой, ломая ветки, медленно двигался к озеру.

Сначала Игорь решил, что это лось или медведь, но звук был слишком тяжёлым и медленным. Он смотрел в темноту, пытаясь разглядеть силуэт. Вдруг что-то огромное вырвалось из темноты и с шумом бросилось в озеро. Раздался оглушительный всплеск, вода взметнулась так, будто в озеро рухнул автомобиль.

По поверхности пошли тяжёлые волны, они одна за другой ударялись о берег и раскачивали камыши. Парень смотрел на воду, пытаясь понять, что вообще произошло. В этот момент темная вода начала бурлить, будто под самой поверхностью переворачивалось что-то очень большое. Игорь почувствовал, как неприятно похолодели ладони.

Из воды медленно поднялась голова с огромными изогнутыми рогами. Глаза существа светились тусклым красным светом, они не отражали луну, не блестели, а именно светились как два раскалённых угля. Всё остальное ещё скрывала вода и именно это пугало сильнее всего. Игорь совершенно не понимал, насколько огромным было существо. Оно продолжало подниматься, словно дно озера под ним становилось мельче.

Следом показались широкие плечи, покрытые чёрной шерстью, похожей на шерсть кабана, а на руках существа были длинные когти, с которых капала вода. Парень медленно пятился назад от ужаса. Перед ним было нечто из кошмаров и старых сказок, что-то, чего не должно существовать.

Игорь разглядел, что существо шло на копытах, которые с тяжелым чавканьем вставали на песок. Чёрная вода стекала с огромного тела обратно в озеро.

А потом в воздухе появился запах. Это была густая, тяжёлая вонь тины, гнили и старого болота, которое десятилетиями никто не тревожил. Запах был настолько сильным, что Игорь невольно задержал дыхание.

Красные глаза не отрывались от него ни на секунду. Тогда Игорь вдруг понял одну простую вещь: бежать нельзя. Он был уверен, что если побежит, то оно тоже побежит за ним и обязательно догонит. Расстояние между ними медленно сокращалось, а запах болота становился почти невыносимым.

Игорь не дыша, медленно развернулся к озеру спиной и пошёл, но не к машине, а наверх, туда, где на высоком берегу спали его родители, дядя, тётя и двоюродные братья.

Он шёл медленно, чувствуя, как за ним тяжело ступает это нечто. Иногда ему казалось, что он слышит тяжёлое дыхание прямо у себя за плечом, но он ни разу не обернулся.

Подъём на берег показался парню бесконечным. Когда впереди наконец появились силуэты палаток, шаги за спиной остановились. Игорь замер, прислушиваясь: прошла секунда, а за ней другая. После чего резко, в стороне леса, затрещали ветки: это огромное нечто уходило обратно в темноту. Только тогда Игорь смог вдохнуть полной грудью.

Утром отец удивился, увидев сына спящим возле их палатки прямо на туристическом коврике.

— Сынок, а «Нива» твоя где?

Игорь молча посмотрел вниз, к машине он вернулся только после восхода солнца и больше он никогда не ночевал у воды один.

А спустя годы старый егерь из соседней деревни, выслушав эту историю, лишь кивнул.

— Повезло тебе.

— Почему?

Егерь посмотрел на озеро, где уже поднимался легкий туман.

— Потому что оно не охотилось.

— А что тогда?

Егерь медленно покачал головой и тихо ответил:

— Проверяло... умеешь ли ты уходить, когда тебя уже выбрали.

— Видит, — сказал Леший.

— Значит, успели…Успели! — прокатился радостный шепот в ответ.

Матвей не поверил своим глазам и уже хотел спросить, что здесь происходит, но лес вдруг вздрогнул. Издалека донёсся гул бензопил и шум машин. Леший тяжело поднялся и сделал шаг к Матвею.

— Каждый год людей становится больше, а тех, кто способен нас увидеть, всё меньше.

Он сорвал цветок папоротника и вложил его Матвею в ладонь.

— Теперь ты будешь помнить.

С первыми лучами солнца Матвей открыл глаза. Вокруг был обычный, знакомый ему лес, обычная тропинка. Никакого цветка в руке и парень решил, что ему всё приснилось.

Через неделю в заповедник приехала комиссия. По документам компании именно этот участок собирались вырубить первым. Матвей неожиданно точно знал, где проходит каждая звериная тропа, где находятся родники и какие деревья нельзя трогать ни при каких обстоятельствах. Он сумел доказать, что лес имеет особую природную ценность и проект закрыли.

В тот же вечер по лесу пролетел тёплый ветер. Где-то далеко трижды стукнул дятел и Матвею показалось, что старый дуб едва заметно кивнул ему в знак благодарности. На душе у Матвея было спокойно и легко.

С тех пор никто больше не видел цветок папоротника, потому что он никогда не исполнял желания, он просто выбирал нового хранителя леса.