BEARDEDBEARDED

Мои родители старательно делали из меня дебила. Да, именно так. Многие сейчас говорят, что мужчины - это выжившие мальчики. Я счастливчик, я выжил. Хотя, с высоты своего сегодняшнего опыта, удивлён, что прошёл этот путь с минимальными потерями. Правда, при этом ничего, кроме опыта, не приобрёл. То есть, на данный момент за душой ни шиша.

Отец не принимал участия в нашем воспитании вообще, от слова "совсем". На сестре и брате он просто срывал злость, пока они были маленькими, меня бил всего четыре раза за всё время. Но, все четыре за дело. На родительские собрания он ни разу ни к кому из нас не ходил. О моих учителях он знал только одно: он переспал с моей будущей классной руководительницей. За что она потом ко мне и относилась "не слишком мягко". Он поделился этим со мной вскоре после того, как она став классухой, пришла на посещение. В школе он был четыре раза. Три раза на выпускных и один раз, когда меня скорая из школы забирала с сотрясением мозга. Меня ударил старшеклассник. Кому интересно, могу рассказать, каково это в 11 лет пережить клиническую смерть и посмотреть на себя со стороны.

Мать моё воспитание переложила на сестру. И та уже отрывалась на мне по полной. Единственный воспитательный способ - подзатыльник. Я летал по всем углам. Буквально. Учитывая мою дистрофию в силу недоедания. Это уже достижение брата. А родителям было пофиг. И не работали они на трёх работах, чтобы обеспечить нас. Каждый на одной. Одежду я донашивал больше за сестрой. Брат носил так, что после себя ничего не оставлял.

И ведь в детстве всё то дерьмо, что тебе достаётся, ты воспринимаешь как норму. Сравнить то не с чем.

А мне ведь во дворе некоторые завидовали. Тому, что у меня есть отец, а у них нет. Тому, что я могу гулять когда, сколько и где захочу. Моими друзьями были одноклассники сестры, все старше меня 6-7 лет. Мне было 6, когда вся моя компания курила и уже попивала. Привет светлому советскому прошлому конца 70-х.

Не все мои детские друзья выжили. Нет, в детстве никто не погиб. Просто поспивались нахрен в самом начале взрослой жизни.

Хочу сказать ещё вот о чём: заводя детей, думайте. Думайте не только о себе. И не только о них. Думайте о том, что будет дальше. Мой отец был таким, потому что его родная мать сделала из него инвалида. Ещё и напоминала ему об этом всю его жизнь. Когда ему было 4 месяца началась война. Вторая мировая, сентябрь 39-го. Взрывом выбило окна, он описался и ему продуло ногу. Чтобы не было последствий, надо было всего лишь прогревать ногу. Либо ходить к фельдшеру, либо греть дома. Но бабка была беременна уже следующим и отца носить на процедуры не захотела, а дома фиг его знает, что ей помешало. Вот и вырос он хромым на правую ногу. Ходить научился на костылях. И так до 14 лет, пока операцию не сделали, после которой он уже без костылей мог обходиться. И эта история рассказывалась при нём его матерью всем и каждому. И такое отношение к нему и к его младшему брату, было всю жизнь. Как мог вырасти нормальным человек, которого родная мать презирала?

У матери трэш не меньше. Она не любила рассказывать о своём детстве. Родилась и выросла на хуторе. Отец тиран, бил её мать как попало. Как-то рассказала, как она ходила в школу. Им, хуторским, приходилось пробираться в школу, потому что деревенские, если ловили, могли в канаву кинуть портфель. Если пожалеют. А иногда и саму. Это тоже, к вопросу о счастливом советском прошлом, когда все были добрые, честные и святые.

Пишу это всё скорее не для того, чтобы читали. Выдавливаю свои занозы. Прорабатываю психотравму.

Три с половиной года назад родился мой младший сын. У нас обоих не первые браки, есть по два старших сына. При чём, я старше на 8 лет, но дети у нас погодки, так сказать. Мои 98 и 02 года, жены 99 и 03. В общем, когда решили (не сразу), что будем "продолжать род", не последним был вопрос наших возрастов. На момент рождения мне было уже 47, жене 39. Жена очень хотела, но переживала, как отнесусь я. Моему деду было 46, когда родился мой отец, а через год ещё и дядя Жора. Так что, я решил "продолжить семейную традицию". Дед с бабкой тоже "не первый раз замужем" были. Я шёл торенным путём.
И мы с женой сразу решили идти на партнёрские роды. В наших предыдущих браках этот вопрос не вставал вообще, бывшие супруги были категорически против. Ни моя бывшая, ни её бывший даже не давали поднять такую тему.
Не знаю где как, а Беларуси для того, чтобы попасть на партнёрские роды, надо пройти курсы. Идти надо обоим, но информация предназначена в основном будущим папам. Есть несколько контор, которые проводят подобные занятия и выдают сертификат. Занятие заняло 6 часов. В основном нас, особенно папаш, успокаивали. Говорили, что всё будет хорошо, крови будет немного, вас поставят позади, будете жену по голове гладить и за руку держать. И что это естественный процесс. Короче, ничего особого не увидите. Был ещё перерыв, мужиков отправили пить кофе, а мамкам какие-то упражнения показывали. А ещё донесли мысль, что в присутствии партнёра медперсонал ведёт себя прилично. Не хамит, не орёт, не кроет матом. А то я наслушался разных историй, как женщинам, у которых процесс идёт полным ходом, медсестры говорят, что тебе ещё рано, спать иди, утром родишь. И вообще, чего кричишь? Не видишь? Люди чай пьют. И это даже при платных родах. Ну, и слышал несколько историй, когда за такое поведение мужья медперсоналу "фотографию исправляли".
Когда жена сходила в роддом, записалась на платные роды (в роддоме N2 г.Минска платные роды, они же и партнёрские. В некоторых других роддомах это разные услуги, то есть партнёрские это дополнительная услуга к платным), когда сказала врачу, что уже двоих в их роддоме родила, тот сходил к главврач и подписал бесплатные платные роды. Типа скидка за опт))) Короче, прохалявило.
Воды отошли в 11 вечера. Всё было собрано, хотя до срока оставалось ещё 2,5 недели. Скорая поехала через 15 минут, мы спокойно прибыли в роддом. Оформились, переоделись и поднялись на этаж. Как только зашли в отделение, сразу же услышали крик. Рожала будущая подруга моей жена, потом в палате подружились. Нас провели в палату. Там я сразу похихикал, потому что кресло стояло в углу и постоять за женой во время родов мне было не судьба.
Мне понравилось обслуживание. Как и сам процесс. Всю ночь к нам приходила врач, всё контролировала и рассказывала, что к чему. Я помогал жене ложиться, вставать, ходить в туалет. Смотрел на экране диагноста за схватками.
Родила жена в 6.40. Стоять я мог только так, что в подробностях рассмотрел весь процесс. Сына я увидел раньше, чем жена😀. Когда врач спросила, хочу ли я перерезать пуповину, я ответил, что за этим сюда и пришёл. Быстренько сбегал, помыл руки, как учили, взял в руки ножницы и в два приёма, пуповина оказалась очень толстой, "отстыкавал модуль от материнского карабля".
Пробыл с ними в палате разрешённые два часа и пошёл домой. Как раз в отделение поступила очередная роженица. Она потом в палате жене рассказала, что видела выходящего очень довольного отца))). Моя догадалась, чья это довольная рожа засветилась.
По дороге сделал несколько звонков. Предупредил на работе, что "всю ночь рожал", поэтому у меня выходной. Я коллег предупреждал "о своих планах". Позвонил своей родне.
Вот такой у меня вышел опыт.
Если кому интересно, могу написать пост о разнице в ощущении отцовства. Старшие родились, когда мне было 27 и 30. И это абсолютно разные вещи.

Я всегда считал, что флешбэк, это такой художественный приём, используемый в кинематографе для пущего эффекта. И что в жизни такого не бывает. Пока два года назад сам не поймал ТАКУЮ «вспышку», что все эти «художества» оказались бледной тенью реального.

По порядку. У меня очень много воспоминаний из детства. Когда я родне рассказывал что-нибудь из того, что происходило в те временя, когда мне было 2,5-3 года, они мне частенько говорили, что я не могу этого помнить. Слишком мал был. Но я помню. Я всегда связывал это со стрессом от того, что именно в 2,5 года моя мать вышла на работу, а я стал оставаться дома либо со старшими сестрой и братом, либо просто один. Я хорошо помню те времена, когда я еще толком говорить не умел, но просыпался дома один, родители на работе, сестра с братом в школе. Я одевался, как мог, шел завтракать на кухню, где мать оставляла мне на столе булочку или какой-нибудь бутерброд и чай или компот. Потом доставал свои игрушки и полдня развлекал себя сам, пока кто-нибудь не возвращался. В сад я не ходил совсем.

Однажды у нас дома завелась мышь. Я ее очень боялся, а она это чувствовала. Она просто сидела на полу на середине кухни и нагло что-нибудь жевала. И я оставался голодным до обеда, потому что эта наглая морда не реагировала на меня никак. Потом отец всё-таки притащил мышеловку и завалил злобную тварь.

А еще я всегда быстро ем. Я, конечно, не кидаюсь на еду, не запихиваю ее руками в рот, жутко чавкая и разбрасывая остатки по всей округе. Нет, я ем аккуратно, но быстро. Чуть медленнее, чем майор Пэйн. И мне очень легко испортить аппетит. Достаточно пары слов и всё. Я могу за столом спокойно обсуждать что угодно, я совершенно не брезглив. Но если мне сказать что-то, что мой мозг воспримет как попытку помешать мне есть, всё! Я вот к этой данной конкретной порции притронуться уже не смогу. Потом, через полчаса, например, а то и раньше, я отойду и смогу поесть. Но уже что-нибудь другое. Например: сажусь я есть на кухне, один, а жена, забыв или не увидев, что я уже ем, из другой комнаты, меня попросит что-нибудь сделать. Всё! Приём пищи закончен. В горле ком, ничего не запихну.

Точнее, так было до моего флешбэка два года назад.

Два года назад был обычный день, ничто не предвещало грядущих изменений. Обычный рабочий день, обычный обед. На обед у меня тогда с собой были голубцы. Два штуки. Я и мои грузчики спокойно сели обедать. Я разогрел «ссобойку» и, так сказать, приступил к трапезе. В помещении был ещё мой начальник. Мы спокойно общались, шутили. Я люблю посмеяться. Но в какой-то момент Альбертович подошел ко мне и прямо над ухом в шутку крикнул: «Какого хрена ты тут жрёшь?!»

Всё произошло моментально, именно как вспышка. И вот я уже не сорокавосьмилетний мужик, с бородой и пузом, третьей женой, пятью сыновьями, дачей, машиной и кучей жизненного опыта, а испуганный мальчик, двух с половиной лет, сижу за столом, передо мной стоит тарелка с едой, которую я не могу есть. Потому что мой старший брат стоит рядом и ржёт. Он прижал мои руки к столу, не давая притронуться к еде. Я пытаюсь дотянуться и хотя бы губами схватить кусочек, но он старше на пять лет. Мне 2,5, а ему уже 8. Он кричит и смеётся. «Что, ты собрался есть как свинья? Ты животное!»

Меня трясло три дня. Я потом извинился перед начальником, немного объяснил ситуацию. Да, теперь мне самому немного смешно, когда я вспоминаю его испуганное лицо, по которому размазаны мои горячие голубцы. Слава богу, что у меня в тот момент сильно тряслись руки и я почти не попал. Я запустил эти голубцы ему в лицо. Я почти не контролировал своё тело.

Первая осознанная мысль, которая пришла мне в голову: СУКА! ТЕБЕ ПОВЕЗЛО, ЧТО ТЫ ЗДОХ ПЯТЬНАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД! Я клянусь, если бы он был жив, я бы поехал в родной город прямо с работы и набил бы ему морду! Мне было плевать, что это 350 км, что на следующий день я бы не успел на работу. Я бы это сделал.

Весь трясущийся, со слезами на глазах, я приехал домой. Я сказал жене, что мне надо кое-что сделать. Что я нуждаюсь в определённых действиях. Моя жена психолог, увидела моё состояние и не задала ни одного вопроса. Я сказал, что нам всем надо сходить прогуляться. Дома были жена с двумя сыновьями. Они оделись, и мы пошли в KFC. К этому фастфуду у меня особое отношение, если кому интересно, могу отдельно рассказать. И хотя на тот момент в семье было мало денег, жена ни слова не сказала, когда я сделал большой заказ.

Мы сели за столик, и я стал есть свой шеф-бургер так медленно, как только мог. Я наслаждался каждым кусочком. Я разжёвывал каждый кус по несколько минут. Я растягивал вкус. Только после того, как мы выпили молочный коктейль, я рассказал жене. Меня трясло, у меня текли слёзы. Моему младшему сыну на тот момент не исполнилось еще и полутора лет. И я смотрел на него и не понимал, как можно было так себя вести? Как можно над такими детьми так издеваться?

Прошло два года. Я еще не полностью проработал эту психотравму. Да, я съездил на родину, я плюнул, буквально, на могилу каждому. Брату. Матери. Отцу. За действия и бездействия. За садизм, безразличие и слепоту. Все всё знали, как оказалось.

Прошу прощения за простыню. Укоротил как мог.

Если кому интересно, могу рассказать, чего мне это по жизни стоило. И не только это. Поднятая волна вынесла на поверхность еще некоторые вещи.

Но самое интересное: я же всё это помнил! Всегда! Только не реагировал на эти воспоминания. Фильтровал их.