Если исходно это сюжет полнокровного пронзительно личного переживания - О. Шпенглер (1993) говорит об этой культуре не только как о культуре аналитической математики, масляной живописи и карманных часов, но и как о культуре автобиографий, дневников, исповедей - трагической напряженности душевной жизни, - то позже происходит все более механистическое заострение сюжета приключения. Происходит специальное выделение остросюжетного, приключенческого, детективного жанров литературы. В дальнейшем проигрыш ситуаций катастрофы, ужаса, уже без обязательной благополучной развязки, приводит к потере сюжета, связанного с индивидуальной жизнью, и к развитию искусства непосредственной механической стимуляции переживания испуга, нарушения равновесия. Как мы знаем, стимуляция острых ощущений особенно характерна для кинематографа.

Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000

Ноябрь 91г. Родился. В полной семье. Отец – военный, мать – домохозяйка. Через месяц - страны не стало. Январь 92г. Отца переводят из Калининградской области в Черниговскую... Ровно 100 километров по прямой до границ Чернобыльской зоны отчуждения, ровно 130 до ЧАЭС и Припяти. В другую уже по факту страну. Сентябрь 93г - отец увольняется из армии, переезд в Сибирь, в Кузбасс, на родину отца. Детство - по больницам. Семья? Типичная, из 90ых. Отец небольшой начальник на производстве, мать домохозяйка. 

В детском саду был один день, который смутно помню. В школу? На год позже. В школе - изгой. Травимый изгой. Девять лет. Толстый. Страшный. Не умеющий дать в морду и словесно. Однажды в драке чуть не потерял глаз. Вмятина на кости осталась. Сцепились… уже даже не помню по какой причине. Психанул. Вмазал. В ответ… получил связкой ключей в скулу. Дикая, пронзающая боль… даже не знаю с чем сравнить это. Налетел на него так, что в какой-то момента остановился. От страха. Забью на смерть. Кабинет директора. Школьная медсестра промывает рану перекисью водорода. Еще несколько месяцев ходил в черных противосолнечных очках. Чтобы никто не видел моего «ордена» … и моей злобы. 

Друзей? Двое. Первому - я нахрен не нужен был. Второй. Предпочел отстраниться от меня сразу после выпускного, как только наши дорожки разошлись.  Хотя до сих пор иногда переписываемся. Недолго и немного. В 9 классе класс распустили.  Собрали один с параллельных. Лучше не стало. Я уже закрылся.

В институте - то же. Сокурсники и сокурсницы еще пытались проявить инициативу и растормошить меня. Но поздно. Я уже закрылся.  Однажды затащили меня на вечеринку в ночном клубе... я ушел в числе первых. Слегка подвыпившим. Мне скучно стало. В толпе - скучно. 15 лет назад. На третьем курсе - в 2013 - попал в больницу.  Вышел, нахватал хвостов. Стал сдавать. Половина преподов оказались приезжими - уже уехали. Куратору группы этот цирк надоел. Позвонила родителям. Наврала с три короба. Что я на учебу член забил. Что дверь в деканат с ноги открываю. все в таком ключе.... Я взбеленился. Нет. Скандалить не стал. Просто ушел. Сначала на заочку, потом… в никуда. Бросил.

Два года безвременья. Ничего не делал. Работу не искал. Кому я нахрен нужен? В магазинах коробки таскать? С отцом чиновником? Серьезно?  Летом 2014 отец разговор завел, что хорошо бы мне на права сдать. Что есть возможность водителем устроиться. Выучился. Тачки люблю с детства, в 4 года Москвич от Жигулей или Волги отличал... с закрытыми глазами. По звуку мотора. Первые метры за рулем проехал в 96ом или 97ом, в нашей семейной 2103. Которая мне не досталась, о чем жалею до сих пор. У отца на коленях.

В декабре 2014г получил категорию В/В1. Cлова отца конечно оказались блефом, предлогом поднять меня с дивана…, кто б меня взял шофером с моим букетом болячек, ага, держи карман ширее…В 2015ом вернулся в институт. На тот же факультет, на ту же специальность. На заочку. Курс в курс не восстановили, ткнули меня на 2 курс. Год жизни в проёбе. Что-то там не сдал. Суки. Бляди. Ладно.

В январе 2018 отец рассказал про место в управлении ГОиЧС, про то самое оператора 112 место. Встретился с будущим начальником. Тоже отставной офицер, неплохой мужик, знакомый отца.  Согласился, хотя вообще не понимал на что соглашаюсь.

Начал работать. День. Неделя. Полгода. Год. Старался. Плевался. Считал копейки - оклад 6800р, зарплата 15. Вникал. Психовал, нервничал. Помню один первых вызовов. Компания тинейджеров собралась у кого-то на квартире. Перепились. В этот момент пришли родители хозяина квартира. Вся компания – врассыпную. Пара личинок человека не придумала ничего лучше, чем сигануть с шашкой наголо в окно второго этажа. Кому-то повезло, обделались лёгким испугом. Одной девушке – нет. Прилунилась затылком на асфальт. Полчерепа – вдребезги. Скорая, срочная госпитализация в областную больницу, в нейрохирургию. Насколько знаю – спасли.  

В итоге, где-то в конце 2021г на мою ЕДДС пришло письмо от ГУ МЧС с результатами работы операторов, нас пятеро было. Четвертое место у моей службы в области. Из 34рех.

Июнь 2018г.  Умирает двоюродный брат. Сорока еще не было. Позвонила мать. Рассказала. Оцепенение. Шок.  Позвонил начальнику, пояснил ситуацию, попросил сдать смену на 2ч раньше. Добро. Дожидаюсь утра. Прыгаю за руль, везу родителей на похороны в другой город. День там. Оставляю мать. Везу отца домой, ему завтра на работу. На следующее утро - маршбросок 200км туда и столько же назад. Впервые один.

Январь-февраль 2019г. Глубокая ночь. Звонок. Женщина. Пожар в частном доме… Быстро опрашиваю, стягиваю на место службы. Поздно. Дом деревянный. Вспыхивает так, что пожарные просто не успели, хотя прибыли по нормативу. Шесть пакетов. Шесть трупов. Шесть жизней. Она. Трое детей. Старики родители. У него – ночная смена. Оповестил кто-то. Через три часа – еще один «пакет». Его. ЖД станция, под поездом. Воспринял… спокойно. Буднично. Ну, в жизни так бывает. Дерьмо – случается. Осознание того, что случилось – накрыло уже сильно позднее…

После этого… Я взял себе за правило обьезжать места происшествия. Чтобы запомнить ориентиры ближайшие.  Случилось какое-то дерьмо на дежурстве? Пожар? ДТП? Коммунальная авария? Уличная драка? Дожидался утра, сдавал дела сменщику, брал у отца машину и ехал. Иногда его прихватив. На своем бензине. В личное время. Никто не просил. Начальники даже не знали. Я не говорил в слух об этом.

Коллеги узнали, когда ровно то же самое начал вновь прибывшим новичкам объяснять. Ездите. Смотрите. Запоминайте. У вас должно быть чёткое понимание, что вы работаете на земле и с реальными людьми, а не с эфемерными призраками.  Не уверен, что кто-то меня слышал и слушал...

Май-июнь 2019г. Защитился в институте. Дипломированный специалист. Который нахер никому не всрался. Пришел на госэкзамен… не рискнул первым идти. Пропустил кого-то вперед.. Этот кто-то идет отвечать передо мной. Берет билеты. Идет готовиться. Через 20-30м – сдает. Подхожу. Тяну билет. Иду готовиться. Не проходит и 5м – «Иванов! Идите отвечать!» Суки. Бляди. Все ясно с вами.

Сдал. Через неделю или две защитил диплом. Даже уже не помню на что. Пофиг. Пришел на церемонию вручения. Получил. Пошел назад…Почувстовал… опустошение.  Девять сраных лет…. Еще одна страница жизни перевернута.  

Январь 2021года. Матери плохо. Слабость в ногах. Спутанное сознание. Я опять на смене. Узнаю. Все бросаю.  Везу ее к ее сестре, она старшая медсестра горбольницы в городе, куда три года назад ездил на похороны брата. Приехал. Оставил. Через несколько дней с отцом узнаем. Инсульт. Геморрагический. Лопнул сосуд в голове. Чудом – без последствий. В то же время уходит бабушка. Возраст. 90 лет. Предыдущие полгода год была лежачей. Все хлопоты – на нас. Отец, мать, в меньшей степени – я. Второй сын – с сыном и дочкой. Из нее до последнего только деньги сосали. Второй сынок позвонил отцу. О чем-то пререкались по громкой связи. Я не утерпел. Отхуесосил своего, прости господи, дядьку по полной. За всё. Злой был как чёрт, в меня будто сатана вселился на пару минут, сам от себя в шоке был. 

Пришли мои брат с сестрой прощаться.  Я на них наехал. Сестрицу Алёнушку отхуесосил по полной, брательник ко мне даже не повернулся.  Больше не виделись. Приехали с отцом на прощание в морг. Стоим, два слова из себя выдавить не можем. Язык отсох. У обоих.  Мои родственнички сидят пиздят как на театральном представлении. Похоронили. Быстро. Молча. Дяди – недавно не стало. Диабет. Даже на поминки не пошел. Противно даже спустя 5 лет.

Февраль - март 2022г.  Корона.  Слёг. Чуть не увезли в красную зону. 2 недели температуры 40. Выстоял. Закрыл больничный, времени на реабилитацию конечно же не дали Вышел. Первая смена. Норм, хотя тяжело... мозги уже не так работают, как до. Вторая смена. Катастрофа.  Принял вызов. Женщина. За 50. Городской парк. Теряет сознание. Скорую на место. Быстро.  Быстро – не находят. Звоню диспетчерам. Устраиваю разнос. Нашли.
На следующую смену разнос устроили уже мне. Оказалось – перепутал входы в парк. По меньшей мере – так сказали. И тут… происходит то, от чего я отходил полтора года.

Директор «просит» прийти моего отца – якобы обсудить мое состояние и работоспособность после ковида.  Меня. Тридцатилетнего мужика. Который работал на восьмидесятипятитысячный город. Как сопливого школьника. Перед всем коллективом. Это благодарность за четырехлетний труд. В тот же день узнал, что мне замену нашли.

Надо ли говорить, что на следующий день пришел и хлопнул дверью?

Дальше – уже совсем новейшая история. С декабря 2023г. Работа в частных коллцентрах на удаленке. Огромных корпораций. Небольших компаний. Мелких ИП. Везде одинаковая история. Везде – я не свой.  Везде – стаж работы по 2-3 месяца. Или якобы не соответствую должности. Придирки к моей работе. К работе спеца государственного уровня. Обман. Или скука смертная, тоска зеленая. Или ухожу добровольно. Или выживают. Последняя попытка в феврале 2026г закончилась обманом работодателя. Кидаловом на деньги. Гипертоническим кризом с давлением 200х120– в 34-то года. Вызов СМП. Госпитализация на 4 дня в стационар кардиологии . Увольнение ПСЖ. И трехмесячная пауза..... Финита ля комедия.

Прибытие в Рагули и Михайловский храм

К 08:20 мы прибыли в село Рагули. Первое, что поразило, — живописные пейзажи Ставропольского края: бескрайние степи, мягкие холмы и ясное небо. Село расположено в удивительно красивом месте — здесь чувствуется особая благодать.

Мы направились в Михайловский храм — место служения священномученика Петра Сухоносова. Храм оказался небольшим, но очень душевным. Атмосфера здесь действительно особенная: кажется, что сама история дышит в этих стенах.

Программа началась с исповеди, затем состоялась литургия в честь Престольного праздника Архангела Михаила. Особенно запомнился крестный ход вокруг храма — молитвенное шествие объединило всех паломников, создало ощущение единства и духовной близости.

После службы нас ждала праздничная трапеза. Местные жители встретили нас очень тепло, угостили своим знаменитым хлебом с Престола — он действительно особенный, будто пропитан благодатью этого места.

Храм Казанской иконы Божией Матери (с. Алексеевское)

Следующей точкой нашего маршрута стал храм Казанской иконы Божией Матери в селе Алексеевском. Это небольшой приход, который живёт на пожертвования. Мы привезли крупы, макароны, детские вещи — всё, что собрали заранее.

Храм оказался очень уютным, с особой атмосферой. Батюшка встретил нас с улыбкой, поблагодарил за помощь. Здесь можно было подать записки, помолиться перед иконами. Чувствовалось, что каждый здесь на своём месте, а храм — центр духовной жизни села.

Покровский храм в с. Китаевском

Завершили маршрут посещением Покровского храма в селе Китаевском. Заехали ненадолго, но успели приложиться к святыням и подать записочки. Храм небольшой, но ухоженный, с красивой росписью.

Впечатления и мысли в дороге домой

Обратный путь начался около 17:00, вернулись в город в 19:30. В дороге размышлял о том, насколько важно такие поездки совершать — они не просто знакомят с новыми местами, но и дают возможность прикоснуться к духовной истории нашей страны, почувствовать связь поколений.

Что особенно запомнилось:

• теплота и гостеприимство местных жителей;

• особая молитвенная атмосфера в храмах;

• красота ставропольских пейзажей — бескрайние степи, ясное небо, тишина, которая позволяет сосредоточиться на главном;

• история священномученика Петра Сухоносова — его подвиг и верность вере вдохновляют.

Эта поездка стала для меня не просто паломничеством, а настоящим духовным опытом. Я увидел, как вера объединяет людей, как маленькие храмы становятся центрами духовной жизни, а простые люди — носителями настоящей христианской любви.

Если у вас будет возможность присоединиться к подобной поездке — не раздумывайте. Такие путешествия меняют взгляд на мир, наполняют душу светом и дают силы на новые свершения.

Выше меня на пол головы, седой, стрижка, та, что в бюджетных парикмахерских называется "модельная". Усы желтоватые под носом, видимо, много курит. Недельная щетина. Одет в синие треники и куртку, одежда относительно чистая, без сального блеска качественного запоя, но чувствуется, что мужик бухает не первый день. Один из карманов штанов порван, из него торчит чёрный угол кошелька.

Моё вызывающе бесцеремонное разглядывание и составление фотопортрета (разве что не зарисовывал в скетч-бук) не осталось без внимания. Мужик переключается с ворчащей кассирши на меня. Он явно настроен поконфликтовать. Ладно. Главное - перехватить инициативу.

- Что случилось, брат?
Формирующаяся в глазах мужика агрессия упирается в сочувственный тон вопроса.
- Что?
Он всё ещё не решил, лезть ли в драку, или просто обматерить.
- Я же вижу, тебе плохо. Что случилось?
- Вот, бухаю, - показывает чекушку, потом резко подходит почти вплотную и требует, - посмотри мне в глаза.
Смотрю. Несколько секунд тишины. Битва взглядов. Оба не моргаем. Продолжая смотреть в глаза, говорю:
- Раз пьешь, значит тебе это надо. Бутылку допьешь, пойдёшь домой, проспишься, потом решишь, как быть дальше.
- А ты кто такой? - уже скорее с любопытством, чем с вызовом спрашивает пьяный.
- Я @skvoretso, - почему-то представляюсь настоящим именем, а не обычным в таких ситуациях "Сергеем".
- Я Павел, выпьешь со мной?
- Пить не буду, пойдём наружу, нечего здесь стоять.

Под руку вывожу мужика на улицу, отходим в сторонку.
- Что с тобой, Павел? Рассказывай.
- У меня сын на войне погиб, - в глаза мужика набегают слезы, слова начинают неприятно растягиваться в плач - зачем он погиб?
- Не знаю. Его мобилизовали?
- Нет, сам пошёл. Добровольцем. Пришёл ко мне, говорит, папа, я на войну ухожу.
- Сколько ему лет было?
- Сорок один. Вы священник? - во взгляде Павла надежда.
- Нет. Дети у него остались?
- Не было детей и с женой разошёлся. Зачем он погиб? Ради чего?
- Это был его выбор, Павел. Выбор взрослого мужчины. Тебе теперь с этим жить. Я даже представить не могу, как это тяжело. У тебя жена есть?
- Я выпью, ты не против? - Павел достал из кармана куртки синюю стеклянную стопку, на весу налил. Выпил. Зажмурился. Выдохнул, - нет жены, со второй развёлся, дети со мной не разговаривают, я пытался. Вы священник?
- Нет.
- Я ездил в Н-ский монастырь, разговаривал с настоятелем. Вы его должны знать, он из ваших.
- Не знаком. Я не священник.
- Я его спрашивал, он говорит, молись, а я не умею, - Павел утирает слезящиеся глаза, - мне шестьдесят восемь лет, я водитель. Больших начальников возил. Настоятеля возил. На пенсии сейчас. Один. Что мне делать?
- Иди домой. Поешь, поспи. Утром решишь, как жить. Легко не будет. Наши близкие, которые ушли, чувствуют нашу любовь и нашу боль. Они живут в нас, в сердце, они слышат нас и волнуются за нас. Если есть, за что, попроси у сына прощения. Молись за него. Проси Господа принять его и дать ему покой.
- А можно я эту бутылку допью? - показывает чекушку.
- На здоровье, но обязательно поешь и поспи. Мне пора.

- Подожди, - Павел крепко хватает за рукав куртки, - поговори со мной. Вы священник?
Не без усилий плавно разжимаю его захват.
- Нет, не священник. Поговорим недолго, мне действительно пора.

И всё-таки пришлось принять его исповедь. За десять с небольшим минут Павел рассказал про два неудавшихся брака, про то как испортил отношения с дочерью и потерял доверие родного сына. Как сблизился с пасынком после того как тот развелся, как помогал ему собираться в учебку, показал переписку с ним и последнее сообщение.  Возможно, это был пьяный полубред пьяницы, скатывающегося в белую горячку. Возможно, человек отчаянно пытался найти опору, ориентир в беспросветном тумане своего жизненного пути, приведшем его к раскрытию души перед незнакомцем на пороге магазина. Может быть, он просто нуждался в том, кто выслушает и не осудит, скажет, всё будет хорошо. Я не осуждал, кто я такой, чтобы судить. Я не обещал, что всё наладится, не хотелось ему врать. Просто выслушал.