Про голос⁠⁠

Интересная штука эта, вообще, связки. Это где-то там, в горле, мышцы, которые то сжимаются, то растягиваются, и благодаря тому, что мы выдыхаем и вдыхаем (в меньшей степени) воздух, они издают звуки. Вот эти звуки и есть ваш и, что ещё хуже, мой голос.

Интересно, что, не видя человека, мы по голосу часто представляем себе собеседника внешне. Почти всегда это не совпадает с действительностью, отчего только интереснее.

Бывают же неприятные голоса. И это невозможно как-то себе это придумать. На это никто никак не может повлиять. Вы первый раз услышали — вам не понравился голос, и всё. У меня в списке известных связок с неприятными для меня звуками — Михаил Глузский, например. Он может быть и человек прекрасный, и готовит замечательно, и добрый может быть, и даже порядочный. Но всё это — если молча. Как заговорил — туши свет. Я не могу это объяснить. Что-то вроде реакции на звук соприкосновения с пенопластом. Ну там хоть есть какое-то объяснение: мол, там какие-то высокие частоты, которые неприятны большинству людей с неуравновешенной психикой, то есть почти всей планете, за исключением очень тяжёлых случаев — это люди, кого не бесит звук пенопласта. Считаю их опасными.

Есть певцы, например, которые и одарены, и талантливы, и музыкально образованы, а при первой же ноте хочется застрелиться, потому что не хочется в тюрьму за его/её убийство. Так у меня с Ёлкой. Вот не люблю её тембр, да аллергия прям.

Грассирование к связкам отношения не имеет, что не мешает выбешивать меня на самом высоком уровне.

Пришепётывание — это мой личный грех, и помимо того, что я себя не могу слушать чисто звуково, тембрально, интонационно, так ещё и лёгкая, ненавязчивая шепелявость — чтоб наверняка.

Но есть же голоса, от которых не оторваться просто. Мне так приятна уху сипотца, что я не могу этого даже передать. Когда говорила Хьюстон или, допустим, Кормухина (я уже не говорю про петь), мне прям бархатом, завёрнутым в велюр, по ушам. Неважно, что они говорят, — этого хочется ещё и ещё. А какие есть баритоны тяжеловесные? Или бас, что редкость, в принципе. Шаляпин не просто так был популярен. Помимо глубоко низких нот, у него же был удивительный окрас в голосе. А Лоретти? Если мне всё надоедает, я включаю записи Роберта в юности и просто утопаю.

Я чего завёлся-то? У меня на работе есть женщина. Блин, я как маньяк-рецидивист, сажусь курить где-нибудь рядом с ней, потому что её голос — это просто хороший тёртый шоколад на шарике сливочного мороженого с клубникой. Даже если она несёт околесицу, а она в этом плане не последний человек на нашей планете, я всё равно сижу и млею. Бляха, главное — не жениться на этой почве. Два производителя ахинеи под одной крышей — это залог успешного развода с тяжёлыми финансово-психологическими последствиями. Представил, как мы будем сраться, а я — ходить за ней везде и говорить: «А ну-ка, повтори, что ты сказала?!» И буду получать колоссальное удовольствие от факофов с мазерфакерами.

20/01/2017