ПОСЛЕДНИЙ МАРАФОН. Глава 3 из 6⁠⁠

Предыдущие главы выложены в серии "Последний Марафон" на моей странице.

Отец желал мне добра, тогда я еще этого не понимал. Поэтому я очень удивился, когда он сказал мне следующее:

— В конце концов, это твоя жизнь, и ты вправе выбирать путь. Но прежде, чем ты отправишься покорять мир победами на стадионах, ты должен будешь получить профессию, не связанную со спортом. Это мое условие, при выполнении которого я гарантирую тебе помощь во всем, в чем смогу.

Это вопрос уважения к самому себе и семье. Ты понимаешь, о чем я говорю? —.Он пристально посмотрел на меня.

— Нет, пап, пока что не очень, — ответил я, хотя понимал.

— Что ж, это не так сложно понять, — сказал он, добавив в тон немного жесткости, которая, кстати, порой очень ему шла. Он умел очень ловко переходить от душевных разговоров к деловым, все у него было в меру, словно все заранее просчитано. Он был хорошим психологом.

Помню, как я тогда удивлялся: «Почему он пожарный? Почему он не стал богатейшим человеком на Земле, который изменит историю? Почему он рискует жизнью ради местных неудачников?» 

Но я отвлекся, а отец продолжал:

— То, чему ты хочешь посвятить свою жизнь, не назовешь стабильной профессией, например, врача, которая может приносить постоянный доход. А такой профессией ты обязан обладать, и это будет необходимым условием того, чтобы тебя уважали, но не достаточным.

С изумленным лицом я резко повернулся к отцу, более ничем не проявляя своих чувств, которые кипели в груди.

— Но я потеряю несколько лет. В спорте это много, целая вечность, — чуть не сорвавшись, ровным голосом тихо сказал я.

— Нет, не много. И ничего ты не потеряешь, я в тебя верю.

— Папа, но как же так?! Несколько лет учиться специальности, которая мне неинтересна?

— Хочешь идти к своей мечте? Иди. Но будь любезен создать себе путь к отступлению в случае, если мечта не реализуется.

— Это рассуждения неудачника, пап. — Я сам не поверил в то, что сказал ему это.

Он посмотрел на меня. Взгляд его был грустным, но теплым. Потом он улыбнулся и сказал:

— Это рассуждения взрослого человека. Станешь старше, поймешь.

Затем он встал, потрепал меня по голове и пошел в дом.

— Пап, но…

— Разговор окончен, сын.

Дверь захлопнулась. Опять этот внезапный переход от мягкости к жесткому тону. Черт возьми, как же это меня бесило…

Через год я подал документы на медицинский. С одной стороны, мой выбор был продиктован данью уважения к отцу, к его стремлению в молодости стать всемирно известным врачом. А с другой — любовью к медицине и стремлению помочь людям, которые привила мне мать.

Я отдал все силы учебе, полностью погрузившись в нее, но я ни на секунду не забывал о своей главной цели. Когда у тебя такой режим, важна не только мечта, но и твоя дисциплина на пути к ней. 

Все годы учебы я работал над своим телом и духом. Рано утром я выходил на пробежку, потом — учеба до середины дня. Вечером — опять тренировки по бегу. Три часа после этого я работал на стройке, чтобы копить деньги для поступления в элитную школу бегунов. После работы очень важно было сразу заснуть, чтобы иметь силы на новый день.

После окончания учебы я вернулся домой. Когда я вышел из автобуса, я увидел на пыльной обочине родителей. Мама обняла меня и заплакала. Отец крепко пожал руку и похлопал по плечу.

Я чувствовал себя счастливым и растроганным, и готов был расплакаться. Вечером, когда разошлись гости, пришедшие отметить встречу, мы разговаривали с родителями, сидя во дворе под нашим деревом, которое посадил отец при моем рождении.

Они что-то говорили мне, ласково о чем-то спрашивали. А мне бы просто смотреть на них, на эти руки отца, все в мозолях и старых ожогах от работы, каждая мышца на его теле была отточена и натянута, как струна. Его взгляд, острый и умный, будто он видит тебя насквозь.

Сколько людей он спас, благодаря этим своим инструментам, данным ему свыше и которые он с благодарностью довел до совершенства. Но он бы ничего не добился, если бы моя мать, эта добрая женщина, не поддерживала его во всем...

Я поражался переменам, которые произошли с родителями и со мной за эти  четыре года. На расстоянии мы стали еще ближе друг другу. Тогда я еще не понимал, что мы не менялись. Просто разлука порой выводит чувства на поверхность, словно красивых рыб с глубин океана.

Большую часть из них мы никогда не увидим, но это не значит, что их нет...

Отец сказал, что теперь я могу поступать в свою школу бегунов и произнес речь, которую закончил словами:

— Получай радость от процесса достижения цели, так как это и есть твоя жизнь. Вот она — здесь и сейчас! Цени настоящее, помни прошлое, надейся на будущее! Каждый день — награда, каждая минута — шанс все изменить и начать сначала.

После того разговора с родителями я знал, что ничто в жизни меня не сломает.

Подпишись, чтобы не пропустить продолжение.