Отлаженная схема⁠⁠

Салат из одуванчиков

Какие же они разные. Одна с внешностью крестьянки, даже в свои «за 60» кровь с молоком, 90 килограмм чистых мышц, 2 метра роста. В остальном сочетание несочетаемого. Противоречивого. Железный характер и покладистость, сельская простота и романтичность. Смотрит в окно глазами недоенной коровы. Молчит.

Вторая с внешностью королевы. Изящная, элегантная, моложавая. Спокойное лицо, смотрит прямо в глаза. Не моргая. Не кажется ни рассерженной, ни огорчённой.

Они обе молчат. Разговорить по одной не получилось. И вдвоём — не вариант.

Такие разные, но как одно целое. Судьбе было угодно свести их, связать одним узлом.

В интернате Дора решила стать химиком. Конечно же, её интересовали отравляющие вещества, попросту яды. Яд открывал возможности, позволял достичь цели, решал проблемы, очень многие проблемы, расчищал путь к мечте.

Стрихнин в то время открыто продавался в магазинах, к нему прилагалась инструкция, но ей она уже была не нужна. Хромоножка, дед Матвей, бабушка! Теперь она точно знала дозу и частоту приёма, чтобы симптомы были похожи на сердечный приступ.

Химиком она так и не стала, но решать проблемы с помощью стрихнина научилась. Муж — совершенно чужой ей человек, вечно ноющий, вечно всем недовольный — получил по заслугам. Он не поддержал её, более того, стал препятствием на пути к осуществлению мечты и был приговорён. И поделом. Зачем вообще нужны эти озабоченные извращенцы в штанах. Особенно она ненавидела старикашек. Мусор, отработанный материал.

В их случайной встрече не было ничего случайного. Всё предопределено. Валентин Михайлович, престарелый муж Глаши, был старым знакомым Доры. Вернее, знакомым её родителей. Он был в той машине, в которой они разбились, а он выжил, хоть и остался калекой. Прыщавая Катька была его дочерью. Катька выросла и стала красавицей, да ещё и владелицей привокзального кафе, в которое и пристроила Дору.

Старикашку жалко не было, ни ей, ни Глаше. У них был план. Общий. И они легко избавились от него по уже отработанной ею схеме. Конечно же, предварительно застраховав.

Умная и предприимчивая Глаша быстро смекнула, как можно на этом зарабатывать. Поделилась планами с Дорой, которая теперь жила с ней в Катькиной квартире.

Продали квартиру и переселились в заброшенное здание дома инвалида, которое к тому времени представляло собой скорее ночлежку для бездомных, чем медицинское учреждение.

Парализованных стариков на их попечение дети сдавали охотно, тем более что отремонтированные помещения демонстрировали высокий класс обслуживания. Сдавали и забывали. План работал по отлаженной схеме чётко.

Конвейер инвалидов не знал простоя. Помогал пансионат, который хоть и приносил доход, но и затрат требовал немалых. Выбирался один из постоянных клиентов, которого благодаря усилиям заведующей столовой вдруг косил неведомый недуг. О чём ставили в известность родственников с предложением перевода из корпуса здоровых в корпус больных. Отказов почти не было. Всё работало как часы, пока собака не откапала могильник.