Мерзость запустения
Стих 31: «И поставлена будет им часть войска, которая осквернит святилище могущества и прекратит ежедневную жертву и поставит мерзость запустения».
Силы империи были направлены на совершение ранее упомянутой работы. Войска осквернят «святилище могущества», т. е. Рим. Если это применимо к варварам, то оно исполнилось буквально, так как Рим был побежден готами и вандалами, и имперская власть Запада прекратилась по причине завоевания Рима Одоакром. Если же это выражение относится к тем правителям империи, которые были на стороне папства и выступали против языческой, а также любой другой противостоящей религии, то тогда речь идет о перенесении столицы империи из Рима в Константинополь, что также посодействовало падению Рима. Тогда этот текст будет параллельным к Дан. 8:11 и Откр. 13:2.
Папство прекратит ежедневное. В комментариях к Дан. 8:13 было показано, что слово «жертва» добавлено по ошибке и что речь идет об опустошении. Это выражение означает разрушительную силу, мерзость запустения является ее неотъемлемой частью, к которой она приходит с течением времени. «Ежедневным» опустошением было язычество, а «мерзостью запустения» является папство. Но может возникнуть вопрос: как она может означать папство, ведь Христос говорил о ней в связи с разрушением Иерусалима.
Ответ таков: Христос, очевидно, ссылался на 9 главу Даниила, которая предсказывает разрушение Иерусалима, а не на этот текст из 11 главы, который не относится к этому событию. Даниил в 9 главе говорит об опустошениях и мерзостях во множественном числе. Значит, больше, чем одна мерзость, подавляет церковь; то есть, если речь идет о церкви, то и язычество, и папство являются мерзостью. Но они отличаются друг от друга и четко определены: одно — это «ежедневное» опустошение, а второе — исключительно грех или «мерзость» запустения.
Как было устранено «ежедневное» или язычество? Так как это говорится в связи с установлением мерзости запустения или папства, то оно должно означать не просто номинальную перемену религии империи от язычества к христианству, в связи с мнимым обращением Константина, но такое искоренение язычества во всех сферах империи, чтобы открылся путь для возникновения папской мерзости и провозглашения ее высокомерных претензий. Именно такая революция была совершена, но это произошло приблизительно через двести лет после смерти Константина.
По мере приближения к 508 году н. э. мы видим великий кризис, назревающий между католицизмом и языческим влиянием, все еще существующим в империи. До времени обращения Кловиса, царя Франции, в 496 году нашей эры, Франция и другие народы Западной Европы были языческими, но после этого события усилия обратить язычников в католицизм постепенно нарастали и увенчались большим успехом. Говорят, что после обращения Кловиса французскому монарху были присвоены такие титулы: «Высшее христианское Величество» и «Старший сын церкви». С того времени до 508 года посредством союзов, капитуляций и завоеваний Арбориси, римские гарнизоны на Западе, Британия, бургунды и вестготы были покорены.
Со времени достижения этих успехов, а именно с 508 года, папство победило язычество, так как хотя последнее и замедляло развитие католической веры, однако, оно не имело силы, хотя и имело тенденцию к подавлению веры и мешало вторжению римского понтифика. Когда выдающиеся силы Европы покончили со своей приверженностью язычеству, осталось только видоизменить их мерзость в другую форму, так как христианство, представленное в католической церкви, было и есть всего лишь крещенным язычеством.
В Англии Артур, первый христианский царь, основал христианское поклонение на руинах язычества. Репин (книга 2, стр.124), претендующий на точность в хронологии событий, констатирует, что Артур был избран монархом Британии в 508 году.
Состояние Римской епархии в это время было также особенным. В 498 году Симмакус вступил на престол понтифика, будучи недавно обращенным из язычества, и оставался на престоле до 514 года н. э. Он проложил себе дорогу к папскому престолу, сражаясь до крови со своим соперником. Он принимал поклонение, как преемник св. Петра, и задал тон папскому высокомерию, осмелившись отлучить императора Анастасия. Самые раболепные льстецы папы теперь начали поддерживать мнение, что он поставлен судьей вместо Бога и что он — наместник Всевышнего.
В таком направлении развивались события на Западе. Каково же было положение дел в это же время на Востоке? Сильная папская партия теперь существовала во всех частях империи. Приверженцы папства в Константинополе, воодушевленные успехом своих братьев на Западе, считали безопасным начало открытой вражды в защиту своего государя в Риме. В 508 году их
скрытое желание достигло кульминации в водовороте фанатизма и гражданской войны, который опустошил огнем и кровью улицы восточной столицы. О беспорядках в Константинополе, происходящих с 508 по 518 годы, Гиббон говорит следующее: «Статуи императора были разбиты, а сам он скрывался в пригороде, пока не осмелился через три дня просить о милости своих подданных. Без своей диадемы, в положении просящего Анастасий появился на троне амфитеатра. Католики радовались предложению об отречении от сана, которое он произнес голосом вестника; они выслушали его совет, что, так как все не могут править, то они должны вначале согласиться избрать монарха; и они приняли кровь двух непопулярных священников, которых их государь, без колебания, отдал львам. Эти яростные, но кратковременные подстрекательства воодушевлялись успехом Виталиана, который с армией гуннов и болгаров, в основном идолопоклонников, провозгласил себя поборником католической веры. В этом религиозном восстании он уничтожил Фракию, осадил Константинополь, истребил шестьдесят пять тысяч своих христиан, пока не получил от епископов сигнал к возвращению и одобрение папы. Был установлен Собор Халцедона — православное соглашение, неохотно подписанное умирающим Анастасием и более верно совершенное дядей Юстиниана. Вот такой была первая религиозная война, совершенная во имя Бога мира Его учениками».
Необходимо подметить, что в этом (508) году язычество еще больше пало, а католицизм относительно усилился, так что католическая церковь впервые провела успешную войну против гражданской власти империи и Восточной церкви, которая большей частью теперь приняла доктрину о единой природе Христа. Результатом было уничтожение 65 000 еретиков.
Дальнейшее доказательство относительно времени предоставляется нам в пророчестве Даниила 12:11, где сказано, что «со времени прекращения ежедневной жертвы… пройдет тысяча двести девяносто дней». Так как 4, 6, 7, 8, 9 стихи этой главы говорят о «последнем времени», мы можем разумно заключить, что в 11 тексте речь идет о том же времени. Отсчитывая 1290 «дней» или лет назад от «последнего времени», которое началось в 1798 году н. э., мы приходим к 508 году н. э.
Мы думаем, что теперь становится понятно, что «ежедневное» было отнято в 508 году н. э. Это стало подготовительным шагом для установления папства, которое было отдельным последующим событием. Об этом теперь и говорит нам пророческий рассказ.
«И поставит мерзость запустения». Достаточно полно показав, что является отнятием «ежедневного» или язычества, мы теперь спрашиваем: когда была установлена эта мерзость запустения или папство? Небольшой рог, который имел глаза, подобные человеческим, не мог не заметить, когда открылся путь для его продвижения и возвышения. С 508 года его продвижение к всемирному владычеству стало бесспорным. Когда Юстиниан планировал начать вандальскую войну в 533 году н. э. — предприятие немалого значения и сложности, — он пожелал сохранить влияние епископа Рима, который тогда достиг такого положения, при котором его мнение имело огромное значение в большей части христианского мира. Юстиниан тогда решил определить исход борьбы, которая долго существовала между епископами Рима и Константинополя относительно того, кто должен главенствовать; предпочтение было отдано Риму, и было заявлено совершенно ясно, что епископ этого города должен быть главой всей церкви империи. Работа Георгия Кроли по Апокалипсису, изданная в Англии в 1827 году, представляет нам детальный отчет о событиях, благодаря которым обеспечивалось верховенство папы Римского. Он представляет нам следующее письмо Юстиниана: «Юстиниан, благочестивый, удачливый, прославленный, победоносный император, консул и т. д. — Иоанну, святейшему архиепископу города Рима и патриарху. Отдавая почтение апостольскому престолу и Нашей святости, как всегда было и есть, наше желание почтить Наше Преподобие как отца. Мы спешим сообщить Вашему Преосвященству все, что касается состояния церквей; во все времена нашим желанием было сохранение единства Нашего апостольского престола и положения святых церквей Божьих, которые сейчас главенствуют и находятся в безопасности. Поэтому мы спешим полностью покорить Вашему Преосвященству и объединить всех священников Востока. Какие бы вопросы ни поднимались в настоящее время, мы считаем необходимым доносить их до ведома Вашего Преосвященства, насколько бы ясными и неоспоримыми они не казались, хотя и все духовенство твердо придерживается доктрин Вашего апостольского престола и проповедует их. Мы не потерпим, чтобы возникающие вопросы, относящиеся к состоянию церквей, насколько бы очевидными и неоспоримыми они ни были, были решены без ведома Вашего Преосвященства, являющегося главой всех церквей, так как во всем, как мы уже упоминали, мы стремимся возвысить честь и авторитет Вашего апостольского престола».
«Письмо императора должно было быть отправлено 25 марта 533 года, так как в своем письме от этой же даты к Эпифану он говорит о том, что он уже отправил его и повторяет свое решение, что все дела церковные должны решаться папой, «главой епископов и истинным и действенным исправителем еретиков».
«Папа в своем ответе, написанном в том же месяце следующего 534 года, повторяя слова императора, пишет, восхищаясь его преданностью папскому престолу, что среди всех добродетелей Юстиниана «одна сияет как звезда — его уважение к апостольскому престолу, которому он покорил все церкви, так как тот действительно является главой всего, как указано правилами отцов, законами князей и утверждением императорского благочестия».
«Позднейшие дополнения» к кодексу Юстиниана дают нам неоспоримое доказательство достоверности титула. В преамбуле 9 пункта говорится, что «так как старший Рим был основателем законов, то не должно ставить под сомнение тот факт, что он является верховным понтификом». 131 пункт о церковных титулах и привилегиях (глава 2) говорит: «Поэтому мы заявляем, что Пресвятейший Папа старшего Рима является первым из всего священства, а благословенный архиепископ Константинополя, нового Рима, будет вторым после святого апостольского престола старшего Рима».
До окончания VI столетия Иоанн Константинопольский отказывался признать Римское верховенство и присвоил себе титул Всемирного епископа, после чего Григорий Великий, возмущенный узурпацией, обвинил Иоанна и заявил, не сознавая истины, что тот, кто присваивает себе титул всемирного епископа, является антихристом. Фокас в 606 году подавил претензии епископа Константинопольского и оправдал Римского епископа. Но Фокас не был основателем папского верховенства. «То, что Фокас подавил притязание Константинопольского епископа, несомненно. Но высшие авторитеты среди граждан и летописцев Рима отклоняют идею о том, что Фокас был основателем верховной власти Рима. Они считают, что Юстиниан был единственным законным источником и правильно датируют титул со знаменательного 533 года».
Джордж Кроли далее говорит: «У Барониуса, признанного авторитета среди римо-католических летописцев, я нашел, что документ Юстиниана, подтверждающий верховенство папы, формально приходился на этот период… Все документы оригинальны, правильны и соответствуют своей значимости».
Такими были обстоятельства, сопутствующие декрету Юстиниана. Но условия этого декрета не могли быть выполнены сразу, так как Рим и Италия находились во власти остготов, которые были по своей вере арианами и сильно противостояли религии Юстиниана и папы. Поэтому было очевидно, что остготы должны быть искоренены из Рима прежде, чем папа сможет проявить свою власть, которой он уже был облечен. Для достижения этой цели в 534 году началась Итальянская война. Управление кампанией было доверено Белисарию. При его приближении к Риму несколько городов оставили Вития, своего готского и еретического монарха, и присоединились к армии католического императора. Готы, решив отложить наступательные операции до весны, позволили Белисарию без сопротивления войти в Рим. Представители папы и духовенства, сената и народа пригласили лейтенанта Юстиниана принять их добровольное верноподданство.
Белисарий вошел в Рим 10 декабря 536 года. Но это не было концом борьбы, так как готы, собрав свои силы, решили сопротивляться его владению городом посредством обычной осады. Они начали ее в марте 537 года. Белисарий опасался отчаяния и предательства народа. Несколько сенаторов и папа Сильверий по подозрению и обвинению в измене были отправлены в ссылку. Император поручил духовенству избрать нового епископа. После торжественного призвания Святого Духа они избрали нового диакона, Вигилия, который взяткой в двести фунтов золота купил себе почести.
Весь народ остготов был собран для осады Рима, но успех не сопутствовал их усилиям. Их войска истаивали в частых и кровавых битвах под стенами города; за год и девять дней, которые длилась осада, почти весь народ погиб. В марте 538 года им начали угрожать опасности с другой стороны, они сняли осаду, сожгли свои палатки и в шуме и замешательстве отошли от города с количеством людей, едва достаточным для сохранения своего народа или их самобытности как народа.
Таким образом готский рог, последний из трех, был вырван перед небольшим рогом, согласно 7 главе Даниина. Теперь ничто не мешало папе проявить власть, предоставленную ему Юстинианом пять лет назад. Святые, времена и законы теперь были в его руках, и это были не просто намерения, но действительность. Этот год мы и должны считать годом, когда эта мерзость была установлена, и именно от него необходимо отсчитывать 1260 лет папского верховенства.
«Константин и Юстиниан — это два человеческих орудия, которые более других участвовали в формировании папства и предоставлении ему гражданской власти».