Лук⁠⁠

- Да вы сдурели - искренне сказал я, заметив вполне себе боевой юниорский лук на прилавке уличного тира.

- Где? - тут же заинтересовалась коллега-девушка, которую я домой провожал. Говорили же мне умные люди - молчи! и ты за умного сойдешь. Так нет же, мне обязательно надо было хайло раскрыть.

Поскольку я обманывать женщин умней меня не умею, коллеге пришлось говорить правду.

- Вон те деятели спортивный лук выложили. Нет, с которого стреляют, а не зелёный или репчатый. Ну я тебе рассказывал, пойдём уже.

- Хрена! - азартно воскликнула коллега и потащила меня к тиру - Ты же весь из себя лучник такой, так и докажи!

На этот раз я сумел промолчать. Она прекрасно знала, что лучником я был давно и неправда, что я слепошарый и прочее, прочее. Ей просто захотелось посмотреть, как я стреляю из лука. Вдруг. А то обидится, а женские обидки порой бывают пострашнее термоядерной войны. В общем, я опять до..зделся, и от меня потребовали подтвердить слова делом.

Лук был изрядно побит жизнью. Заводская лакировка осыпалась, по верхнему плечу была продольная трещина, полка варварски сбита, прицельная - погнута, а тетиву намотали от балды. Без усиления петлей, без седла для оголовников стрел.

- Вы что, этим луком коровник подпирали? - зло спросил я у торговки. Кажется, коллега была права - во мне осталось гораздо больше лучника, чем я думал.

Торговка воровато стрельнула глазами и сказала - Один выстрел - сто рублей! Не нравится - походите, поищите!

- Нравится. Вот деньги. Стрелы давайте! - сухо ответил я. За левым плечом виновато откашлялась коллега. Она опять поняла, что погорячилась и явно заготовила повинную речь. Которая была мне не нужна. Совместный труд порой связывает крепче семейных уз. Я знал, что она знает, что я знаю... список бесконечен. Так что я просто оглянулся и сказал ей - Всё хорошо. Просто стой и смотри.

Я выбрал из пяти предложенных пародий на стрелы наименее убогую. Снял и укоротил двумя петлями тетиву, под вялые протесты торговки. Она, кажется, только тогда начала осознавать, что чем-то не тем в жизни занимается. Что как бы не стоит выкладывать в бродячем тире настоящее, боевое оружие. Ведь всегда может случиться так, что найдётся знаток, который этим оружием пользоваться умеет и любит.

Привычно тронуть тугую тетиву, ощущая отклик лука. Поморщился от скверно намотанной тетивы - переделать бы. Да и верхнее плечо с трещиной, ещё на нижнем канавку для тетивы испортили. Бардак. Ничего, исправим. Но потом. Сейчас нужно выстрелить. Дистанция плевая, меньше десяти шагов. Мишень яркая, круг большой. Стрела легла на выставленные пальцы левой на рукояти - полке веры нет, она сбита. Пальцы правой зацепили тетиву и оголовье плохой стрелы. Натяжение, привычным усилием. Прицелиться. Выстрел!

Гулко хлопнул заслуженный лук, в последний раз отправляя стрелу в цель. Попал, конечно. Но при попытке снять тетиву - сломался. Меч не служит недостойному. Так и старый лук не захотел оставаться игрушкой в тире, для жадных торгашей.

- Что же ты так, дружище? - тихо сказал я, глядя на деревянные обломки в моих руках. Тысячи выстрелов из его собрата, и вот, едва встретив, тут же потерял. Обидно.

За спиной набирал обороты скандал. Торговая хня требовала компенсаций и кем-то грозила. Что-то южное и горячее по имени, я не запомнил. Коллега не впечатлилась (ну ещё бы - с её-то связями) и стебалась на продаванкой. Это грозило затянуться надолго.

- Будет тебе компенсация - ласково сказал я продаванке, и обе спорщицы тут же замолчали - Сейчас с этими обломками до ментов дойду и им станет очень интересно, что тут у тебя делал боевой лук. А твоему урафику станет очень неинтересно и он, бьюсь о заклад, и не вспомнит о тебе. Свидетелей полна улица, крайней будешь ты.

- Он не урафик! - пискнула продаванка.

- Мне похрен, значит - договорились! - заявил я, сунул обломки лука подмышку, цапнул коллегу за руку и потащил за собой.

Мы стояли с ней на урезе неспешно текущей реки, смотрели на восходящую Луну и молчали. За спиной догорал костёр, в котором сгинули обломки лука.

- Ну и зачем? - не выдержала наконец коллега. Подразумевалось многое, в том числе - "И нахрена было каким-то деревяшкам торжественные похороны устраивать?"

- Знаешь, я ведь на таком же стрелять из лука учился, когда-то. Лук юниорский. Мой когда-то спёрли, ну а потом ты знаешь, я рассказывал - ответил я и пояснил - У лучников всегда были сложные отношения с луками. Позаботься о луке - и он не даст тебе умереть. Сейчас все сильно проще стало, но меня учили именно так.

Коллега помолчала, наверняка пытаясь смириться с очередной моей придурью. Не дожидаясь её очередного вопроса, я ответил - Этот лук... он был как старик-ветеран. Который учил детей делу, а потом попал в плохие руки. Он устал и хотел уйти. Совсем. И он ушёл, побывав в руках пусть и убогого, но лучника, в последний раз. Я был обязан достойно его похоронить. Просто так чувствовал. Не спрашивай, сам знаю, что я придурок.

Она была умной и сильной девушкой, из весьма богатой семьи. Из фронды пошла работать программистом в среднюю контору, но и там сумела выделиться, умом и талантом. И я, её подчинённый, недалёкий стареющий мужчинка, старше её на десяток лет. Принцесса и свинопас. Я женат, она замужем. И даже ради всех принцесс мира я не предам доверия жены. И коллега это знала.

- Нет, не придурок - мягко прошептали мне на ухо. Пахло ночной рекой, какой-то городской химией и терпким ароматом трав духов коллеги.

- Просто идиот! - с деланой досадой сказала она. Обожала провоцировать, потому что я знал, что она знает, что я знаю... и так далее.

- Зато из лука стрелять умею - пробурчал я.

- Так и быть - рассмеялась коллега - Когда захвачу мир, то в моей тёмной цитадели велю тебя поставить на самой высокой башне! Лучником!

- Как прикажете, Ваше Темнейшейство! - и мы пошли по домам.