johannsebastian

Этот текст был написан уже давно, под впечатлениями, и совсем недавно вспомнился.
Пикабу - не лучшее место для подобной графомании, но вдруг кому-то понравится? :)

====

Море простирается перед тобой. Глубокое, оно ведет волну за волной от самого горизонта, играет под солнечными лучами всеми оттенками синего цвета. Море пахнет свежо и терпко. Где-то в отдалении чайка рассекает крыльями соленый воздух, и её резкий крик разносится по всему побережью.

Ты стоишь по колено в воде. Мягкий хлопок брюк промок насквозь и пропитался солью. Эта соль едко жжет мелкие ранки на коже, но вода, прохладная, почти сразу же успокаивает боль.

Это – один из тех моментов, которые нельзя навеки запечатлеть в памяти, чтобы позже возвращаться сквозь долгие годы и заново вдыхать морской воздух, подставлять плечи еще не такому обжигающему, как в дневные часы, солнцу и вслушиваться в тихий шум прибоя. Но это, одновременно с тем – момент, который невозможно забыть.

Волны мягко накатывают на берег, обволакивая влажные полосы песка. Ты в который уже раз думаешь, что хотел бы раствориться в нем, в этом море, объять его каждой клеточкой тела, отдать самого себя без остатка. Море может тебя принять, и оно примет, стоит лишь сделать шаг.
Вот только какой окажется цена этого шага?
Ты не веришь в смерть. Умирал слишком часто, чтобы всё еще верить в неё. Но разве море – не синоним почти абсолютной вечности?

Ты не боишься, нет; но к вечности всё еще не готов.

Внешняя умиротворенность моря обманчива. Солнце совсем недавно поднялось над линией горизонта, и зыбкая рябь на поверхности воды кажется легкой, почти невесомой. Однако пройдет день, и глубина превратится в бездну, непроглядную темноту водной толщи, где бледной тенью отразится луна, и тугие, черные бока рыб будут, играясь, плескаться в её отражении. Море взволнуется и проглотит утренний ветер с густыми полосами водорослей и тины, рассердится, выбросит их на берег. Бриллиантовая россыпь звёзд уместится в его ледяных ладонях. Воздух, пропитанный солью, будет терпко горчить на языке.

В такие ночи опасно выходить в море под парусом, и, если поднимется ветер, ты запросто можешь пойти ко дну вместе со своим кораблем. Уже там, в воде, огромные рыбины обглодают твою кожу и, в первую очередь, глаза; а затем тело, изуродованное, может вынести на противоположный берег очередным приливом.

Но сейчас – раннее утро, и море похоже на ласкового котенка, свернувшегося послушным клубком на краю твоей полуразрушенной империи.

Не так давно ты понял, что всякая система порочна, но разве море - система?

Она всё еще не проснулся и лежит, спрятав лицо в скомканной простыне, на вашей общей постели. Ты понимаешь, что должен вернуться, раньше, чем она откроет глаза – ей нравится просыпаться рядом с тобой. Сонно щурить глаза, притягивать тебя ближе за талию и целовать в растрепанные волосы на затылке.
Тебе хочется быть с ней, чтобы не упускать этот момент. Тебе хотелось бы, чтобы она любила море так же, как любишь ты – но оно всегда далеко, как бы близко она не находилась.
В её глазах – терпкая, сочная зелень. Она похожа на жаркую августовскую листву или лесные травы, которые пахнут после дождя так свежо и резко, смешиваясь с запахом отсыревшей земли, что хочется дышать до одури, падать в эту траву и подолгу смотреть в яркое голубое небо над головой.
Зелень - в её глазах, а в твоих всегда отражалось море.

Он знает, как знаешь и ты, что однажды тебе придется уйти. Но сегодня ты остаешься, а море простирается перед вами несоизмеримым осколком вечности.
Оно терпеливо. В отличие от тебя, море умеет ждать.