(говорят про пчёл)
- Им надо, чтобы вокруг них были конкретные виды растений, чтобы выжить?
- Ага. Ну, что-нибудь, чтобы они это опыляли. И знаешь, надо сажать... Я насажал разной ерунды, которая, знаешь, цветет весной, а еще есть другая, которая цветет летом, ну и также, которая цветет, ну, знаешь, в конце лета. Так что у них всегда что-то происходит, но зимой они впадают в спячку.
- Без шуток? Прям как медведи.
- Угу.
- Так, когда ты находишься в Вейл, и у вас там, разумеется, очень холодно зимой, что они делают? Они просто закрываются себе в улье и не шевелятся?
- Ну, я еще не завёл пчел в Вейле, и мне еще придётся разбираться, как это сделать. Но они ж просто скоты, понимаешь, надо их где нибудь в низинах зимовать ставить. Я не нашел пока места, чтобы поместить пчел, туда, где, знаешь, снега поменьше, но я что-нибудь придумаю, потому что это то, чем я люблю заниматься.
- Звучит потрясно. Значит, в Калифорнии, у вас там целое Ранчо, у вас там, типа ты как этот чел, который в лесу выживать умеет, самодостаточный. Вы там сами по себе? Вода из колодца, все дела?
- А ты проверь. Ага.
- Это моя мечта.
- Это очень круто, и это то место, куда я могу просто приехать и исчезнуть, я люблю это, чел, и просто пропасть, как и не было меня, погрязнуть во всех этих делах. У меня там много веселых штук, знаешь, квадроциклы, и еще слышишь, у меня есть чем сварку делать и, да что угодно, я там просто пропадаю, и мне это по кайфу, ну, знаешь, охочусь на оленей, индейку, всякое, что мы едим.
- И с охоты потом всё на Ранчо, так?
- Ну да.
- Вот это я понимаю красота, чувак. Я помню мне рассказывали про имение Нила Янга, что у него есть тоже огромное Ранчо и Нил Янг туда приезжает и расслабляется, и, по всей видимости, у него там колонки наставлены вокруг озера, и он на лодке может выплыть на середину озера, сидеть в лодке и на через колонки будет играть музыка. Это всё точно продумано, потому что надо понимать, он настоящий аудиофил.
- Так и есть.
- Ты видел когда нибудь его mp3 плеер, который он придумал? Он не взлетел вообще. Блин, да, идея как-то не взлетела, люди уже привыкли слушать музыку на смартфонах, но это удивительный маленький гаджет, и просто, чтобы действительно вложить настолько много сил, уверенности, во что-то такое, что не приживется в этом современном мире, просто даёт нам понять, насколько этот парень серьезный аудиофил.
- Да, он это обожает. Он любит музыку. Он так же любит природу и я у него тусил на Ранчо, было очень круто. Мы выступали в "Neil Young Bridge School Benefit" примерно три раза, и он приглашает людей туда, на Ранчо. Там очень красиво, у него там Буйвол даже, и...
- Вау.
- Представь.
- Много там у него земли?
- Дофига.
- Ну примерно 10 000 акров, или вроде того?
- Ну где-то так, да.
- Вау.
- Ну да, там очень красиво, понимаешь...
- Ага, я что хочу сказать, такой парень вроде тебя, думаю... Ты нашел такой потрясающий, можно позавидовать, баланс между всеми концертными шоу и (озвучивает крики толпы) всем этим гребаным безумием рока, и ... чип чип, чип чип, б-з-з-з-з...! Ну максимум тебя пчела укусит, (ай, сука!)...
-(Бдыщ)! (Показывает, как прихлопнул бы пчелу)
- В каком то смысле это очень круто, чувак. И еще, ты... Будучи трезвым, ты будто нашел своеобразный интересный покой.
- Да, постепенно. Пока еще не нашёл. Но знаешь что, поживём - увидим. Это путешествие... И стоило мне понять, что это всего лишь путешествие... я смирился, понимаешь? Кто-то в другом интервью как-то спросил у меня: "Эй, слушай, оглядываясь на те деньки, вы ребята, выпускали по альбому почти каждый год, понимаешь, было около пяти альбомов за шесть лет или вроде того, и что случилось? С последнего альбома 8 лет прошло, чел". Есть вообще-то жизнь помимо всего прочего, много жизни; семейный отдых, воспитание вечно растущих детей, гастроли - куда более затяжные, чем были, смекаешь? Было время - у нас вот столько-то песен, вот столько-то концертов, которые можем отыграть, и назад в студию. В жизни дофига всего происходит, и каждый участник группы на одной волне со всеми, и это очень здорово. У нас у всех есть дети. У каждого есть своя жизнь, но мы не можем жить без "Металлики", чувак, это что-то такое, что нас объединяет, понимаешь; Мы эти четверо парней-женатиков, которые знают друг о друге больше чем кто либо другой, ну может разве что наши жёны. Но по факту, мы с Ларсом уже знаем друг друга почти 35 лет...
- Вау,
- ... может даже 36, но я вот, что я тебе скажу, я не был знаком ни с кем так долго, ну может кроме семьи. В общем это брат, смекаешь, он мне как брат. Я ненавижу его. Я люблю его. Я хочу его убить, обнять, и так далее, чувак.
- Но еще, что я имею в виду, я пытаюсь представить, как вы, парни, должны осознавать, насколько невероятно вам везёт и какой у вас охрененный жизненный опыт; я хочу сказать, сколько людей мечтают, будучи детьми стать, бля, рок-звездой? Сколько из них сейчас играет в Металлике?
- Это безумие, чувак. Я просыпаюсь каждый день и думаю, что я просто, нахрен, избранный. Ты прикинь как в это сложно поверить. Если я буду жаловаться сегодня - смело врежь мне по лицу, понимаешь, очень тупо будет, если я буду сейчас на что-то жаловаться.
- Всё так.
- Но вот что я тебе скажу. Тяжело, бывает, быть постоянно в дороге и что-то делать; И вот когда тебе не хочется, но приходится; Но потом найдёшь что-нибудь, найдёшь кого-нибудь, какую-нибудь штуку... И обычно этот кто-то - это кто нибудь из толпы. Просто, прикинь, я вижу себя в толпе. Типа: "Я и есть этот пацан, прямо там, на концерте Motorhead, смотрю снизу вверх на Лемми, и это! охуенно! круто!..." Так что я просто впитываю эту энергию и говорю: "ок, мне этого достаточно, это всё, что мне прямо сейчас нужно...".
- Это потрясающе. Но я думаю, было сложно, да? Когда Лемми умер....
- Да...
- Ведь Лемми дошел до самого конца.
- Не сомневайся.
- Всё так и было. Он, бля, сточил тормоза, износил шины, бля, и, визжа влетел прямо в в обрыв с камнями.
- О, да, и он не хотел, чтобы кто-нибудь узнал, что он действительно был настолько болен, и он просто продолжал свой путь. Это то, что он знал, и это то, что он любил, и это то, каким он был. И, понимаешь, как по мне - я вообще думал, что этот мужик никогда не помрёт, смекаешь, он был для меня просто какой-то иконой. Он был для нас крестным отцом тяжелой музыки, и не будь его, не было бы и Metallica. Точно не было бы. Он был катализатором для меня и для Ларса, чтобы мы, как сказать, поладили. Это объявление в газете, прикинь. Мы оба любили подобные коллективы, вроде Motorhead. Это И это выглядело как "Хэй, тут кто-то еще такой же фанат Motorhead! Зашибись! ”
- Объявления в газетах! Это ли не безумие, если призадуматься об этом; так получилось, что вы, парни, собрались вместе тогда, вот так вы нашли остальных для группы, через объявления в газете, где написано "требуется барабанщик”...
- Да. Сразу ищем букву, сразу к букве H, понимаешь; Ну, как сказать, алфавитный указатель, понял? Пропускаешь всю хрень и прямиком к букве H, которая означает "тяжелый метал". Например... Допустим, вот мое объявление, а вот его. Нам стоит встретиться. Нас тут только двое.
- Ну, вы, парни, тоже пережили такие увлекательные метаморфозы в музыке. Потому как, что я имею в виду; понятно, что, Ларс имел немаловажное значение в разногласиях вокруг MP3, и это было, как когда“Napster” еще был популярен, это было время, когда все осознали, что, черт побери, что-то произошло. И понимаешь, я не думаю, что мы сами осознали это тогда. Надо думать, что Ларс во многих смыслах был одним из тех, кто первый протрубил в рог. Он был одним из тех, кто первый сказал "Хэй, вся эта хрень с продажей пластинок скоро исчезнет", типа "Вы вообще осознаёте что здесь творится? Люди просто берут музло и закидывают его в интернет.” И тогда это было в новинку.
- Всё верно, и этот бедняга все еще, прикинь, страдает, принимает удары на себя... до сих пор.
- Прям до сих пор? Правда? О чем ты?
- Ох, каждый, у кого есть претензия к любой другой штуке, ну, допустим, “Napster”, у него просто не будет другого выбора. Этот бедняга, ему прилетало за это. И мы все в этом участвовали. А как иначе?. Он только об этом и говорил. Он принял решение, он решил сделать это. Руководство сказало " Эй, грядут изменения. Они уже близко. Давайте будем теми, кто заступится за творцов". И он встал и... Он схватил флаг и сказал: "Эй, я с вами". И было много других музыкантов и людей, которые тоже были в теме. Но они не были такими громкими или теми, кто лезет на рожон, как он. В этом было что-то такое, что представь, даже Доктор Дре... Он был тоже в теме, но по какой-то причине в мире хип-хопа это выглядело как "Ну, всё равно это всё ради денег, так что какая нахрен разница?". Для тяжелой музыки это было клеймом, типа- "Ты мудак, если ты разбогател, или если ты стал успешным. Либо ты с нами в аду, либо ты отдельно, не зазнавайся". Можешь же понять.
- Мнда...
- Так что это было как клеймо. Но были и другие артисты, которые появлялись на шоу, со словами "Эй, чел, я очень одобряю, что ты делаешь, то, что делаешь”. Например "Ну же, давай, присоединяйся к нам". - "О не, это означает крест на моей карьере."- "Ну ты и мудак"... Это так расстраивает... Типа "Мужик. Ты веришь в успех?" - "Ну да", " Тогда погнали.", и начинается - "Да, но... Нет, думаю нихрена не получится. Что нибудь обязательно пойдёт не так, а как же фанаты и бла-бла-бла...”. Таким образом они были озабочены своими собственными делами, а не проблемами творцов в целом и, очевидно, в наши дни происходит абсолютно так же. У нас нет авторских прав, нет ничего, чувак. Вы можете своровать то да сё да и наплевать, делайте с этим все, что вздумается. В этом есть свой прикол, и большой простор для творчества... Но это всё так теряет смысл... Не знаю. Мы признаем, что “У всего есть какие-то истоки вдохновения", но так нагло брать это и использовать в своих интересах... Это достаточно сильно меня огорчает; И у нас были такие единомышленники, у нас была такая сила в Metallica, что мы смогли это всё пережить. Но было много групп, которые не справились; Понимаешь, они не могли удержаться, не могли прокормить свои семьи из-за того, что было... И мне кажется, что самое неприятное было то, что никто не понимал, что музыка - это наша жизнь. И если взять... . Да даже например наши... Короче, то, как мы хотим преподнести нашу музыку - это часть искусства.
- Как в альбомах, типа, от одной песни переход к следующей...
- Ну, это как выход альбома. Это как наше видение того, как мы его выпустим. Правильно? Мы не хотим, чтобы его слили раньше времени. Мы не хотим, чтобы так случалось. Нам не нужно, как сказать... Однако презентация - это часть искусства. Типа, как когда заходишь в художественную галерею, а художник там в зале вывесил всё по принципу "Я хочу, чтобы ты сначала увидел это. Далее это. А потом ты идешь сюда и такой "Бам!"..." Понимаешь? Что за этим есть страсть... А когда кто-то просто пропихивает свои работы... И это просто теряет значение. Так что, если я жалуюсь-врежь мне по лицу; однако мы смогли выжить, и нам радостно от этого, и мы адаптировались, но вот студии звукозаписи определенно не смогли.
- Вообще не смогли! Они даже пострадали; но стоит отметить, эм, вот взять даже контракты, сделки, которые студии звукозаписи проводят с музыкантами. И понятно, что именно продает студия. По сути, они продают то, что ты сделал. Если ты ничего не сделал, если нет творчества, если ничего не создал - нечего и продавать. Вот так это и работает. Но потом бросаются в глаза эти безумные сделки с художниками, которые выгодны только студии. Особенно у начинающих художников. Там даже больше отчаяния. Они не осознают потенциал. Особенно когда речь идет о деньгах, которые они могли бы срубить в будущем. Ну, я видел некоторые из них. Не уверен, но было дело, кто-то сказал, что Кортни Лав на самом деле не писала сама, что там участвовал кто-то другой. Я не знаю, кто, черт побери, писал ей, но Кортни Лав выпустила всё это, сказав, что писала сама. Но это если анализировать то, как музыканты зарабатывают деньги. От создания альбома до его продажи в магазинах, откуда идёт прибыль и еще доля, которая достаётся самому исполнителю. Весёлая херня.
- Да даже пару лет назад. Мы получили права на наши альбомы, на нашу музыку, начиная с "kill 'em all" и до нашего последнего альбома. Теперь они наши. Наконец-то. И это странно. Я говорю своим детям: "Эй, слушай, давай отпразднуем. У нас есть мастер-записи. Они теперь наши! Наконец-то!", и они такие смотрят на меня, спрашивая "о чем ты, черт возьми, говоришь? Вы написали музыку. Чего это она не ваша?”. Ну, мы присели поговорить о том, как это было в те дни, понимаешь, это как продать часть своей души, чтобы получить нечто большее, так то. Вообще, студия звукозаписи была и банком и инструментом для продвижения, чтобы доставить вас туда, куда вы нацелились. Так что, понимаешь, в то время это было необходимо, но это здорово иметь возможность вернуть своё себе, и быть способным... Теперь у нас есть свой собственный станок для пластинок, круто, скажи?
- Ого!
- В Германии один из наших менеджеров нашел место, где были некоторые экземпляры, которые продавались. И мы взяли себе один и вот мы печатаем наш собственный винил, чувак!
- Ух ты, по старинке.
- И мы могли делать вообще все, что захотим. Какой цвет выбрать для винила, смекаешь, какой бы безумной фигней еще заняться?
- Да вы парни итак можете делать все, что вздумается, верно. Тебе не нужна студия. Ты волен делать все, что угодно.
- Ну, как сказать. У нас есть звукозаписывающая компания. У нас она в Америке, где-то в Северной Америке. В остальном мире все чуть-чуть сложнее. Столько разных стран, особенно в Европе. И я вообще не вижу, как мы бы справились с поставками в каждой отдельной стране. Поэтому мы заключили очень хорошие сделки с другими звукозаписывающими компаниями, у которых есть свой подход и любовь к Metallica, и осознаём, что это мощная музыка, и люди любят нас, и мы хотим быть частью семьи. Но иметь свой собственный станок это чертовски круто. Это Джек Уайт вдохновил нас на эту затею. Ну ты знаешь, слава White Stripes, the Raconteurs. Он дофига всего сделал, но ему это нравится. Он сам делает свои пластинки. Он придумывает разные способы делать винил, цвета, скрытые дорожки и тому подобное. И это как еще один способ проявить креатив в своей карьере.
- Винил сейчас разве продаётся больше, чем всё остальное, если говорить про физические, настоящие записи?
- Я не скажу по цифрам, и они, скорее всего, разные в зависимости от места, но винил никуда и не девался. И такое дело, я не знаю, растёт ли спрос, но это точно более популярно, чем было раньше. Я думаю, весь прикол в том, что его можно потрогать. В этом есть нечто прекрасное, что люди, наконец, осознали, что можно посмотреть на обложки, вы можете потрогать винил. А затем ритуал - открыть проигрыватель, вынуть винил, подуть на него чтобы сдуть пыль, поставить обратно, опустить иглу. Это нечто по-настоящему крутое. Я вот несколько месяцев назад прилетел в Лос-Анджелес потусить с парой школьных друзей. И было как "Эй, чем займёмся?"- "Да давай пару песен послушаем", и он достает альбом группы Kansas, ставит его.
- (имитирует звук проигрывателя) Carry on my wayward son…!
- Вот! И я сказал"Мужик, это звучит так круто!".
- Могу представить...
- И мы по-настоящему слушали музыку, сидели и слушали. Мои дети увлеклись винилом. У них, знаете ли, Urban Outfitter, где можно купить небольшой проигрыватель. И это то место, где есть винил. Там есть еще другие магазины, но молодежь туда не пойдет. Ну я купил им этот маленький проигрыватель. И они понатыкали в обложки альбомов, хочу эту, хочу ту, даже не знали, кого берут. Эта обложка красивая. Эта взывает ко мне. Значит надо купить.
- Я помню, делал точно так же, выбирал по крутой обложке.
- О, ну да, крутая обложка. Ведь этот способ помог мне найти огромное количество групп. И они прошли к себе в комнаты, и я их оставил ненадолго, а потом возвращаюсь. Ага. Я захожу - типа "Ну как оно?". Я смотрю, а там картина - проигрыватель стоит на полу, повсюду валяются обложки и прочее барахло. И дети лежат на полу и слушают музыку. Это как "ведь это был я, смекаешь?". А дочка подходит-говорит: "Папа, ты ни за что не догадаешься!" - "Что там?" - Там еще песни на другой стороне!..." Это ведь не CD диск, понимаешь, это как ... Она только что сделала великое открытие, прикинь.
