Записки из детства #1⁠⁠

Когда мы переехали с родителями в Саратов, мне исполнялось шесть лет. Я был очень «домашним» ребенком, с гиперболизированным чувством доброты ко всему живому и не только. Психика была девственна, как мать Христа, душа ранима, как чиновник на скамье подсудимых за использование служебного положения, а натура тонкой, как шутки англичан. Максимальный ответ на враждебность окружающего мира, единственный, за долгую шестилетнюю жизнь, это удар обидчика в детском саду, и то с наставлений отца. А вот район, в котором мы поселились после переезда, совсем не был образцовым в городе, напротив, его обитатели частенько мелькали в криминальных сводках, а слава, недавно прошедших «девяностых», надолго закрепила за ним статус самого криминального.

Пятиэтажка, вместившая в себя нашу квартиру, соседствовала со старыми, деревянными бараками. Жильцы бараков по большей части были бывшие неудачники воровского мира допивающие свою жизнь и их отпрыски. С этими потомками маргиналов мне и пришлось столкнуться во дворе, а они совершенно не разделяли моих наивных взглядов, направленных на пацифизм и дружелюбие. Я обязательно в следующих постах расскажу более подробно про жизнь «на районе», но сегодня остановимся на конкретном событии и особо исключительных персонажах.

Первое знакомство с Плетневыми состоялось практически сразу после переезда. Был великолепный летний день, я в роли Стива Ирвина отправился на изучение дикой природы и даже смог прибиться к стае одних из представителей местной фауны. Сейчас конечно не вспомню всех увеселительных мероприятий того дня, но экспедиция точно увенчалась успехом, каменные джунгли подарили нам возможность наблюдать в естественной среде ужа. Мы нашли чешуйчатого в траве, он ловил своим змеиным телом солнечные лучи и даже кучка детей созерцающих его безмятежность, не тревожила ужинное блаженство. Внезапно появились они, во главе своей стаи из себе подобных, два брата, на два-три года старше нас.

Саша и Сережа были типичным воплощением дегроидно-агрессивных архетипов злодеев. Буквально калька отрицательных персонажей подростков из фильмов, с ними водились такие же типичные архетипы трусливых поддавал. Конечно, поддерживаемые наличием рядом дружков, все они были смелыми, но вот в одиночном составе…

Думаю, подобные существа водились во многих дворах и не являются эксклюзивом, поэтому не будем тыкать пальцем в фекалии с вопросом: «что ты такое», и вернемся к истории.

Не знаю, есть ли у ужей змеиный инстинкт, как у Человека-паука паучий, но появление Плетневых заставило его прервать свою сессию солнечной медитации и начать ретироваться. Чтобы лучше понять мое потрясение от произошедшего далее, предлагаю вернуться и перечитать описание моего утонченного внутреннего мира на тот момент.

Вы когда-нибудь слышали, как хлопает рвущаяся от давления кожа змеи? А вот шестилетний я, слышал. Также, по выраженному ликованию злодеев и их восхищению от содеянного, я узнал, что можно получать удовольствие от кинутого на живое существо булыжника. А звонкий шлепок, подобно «вьетнамским флэшбекам», еще несколько лет звучал в моей памяти.

В тот день я изменился, это был урок, который преподнесли мне два ушлепка, но он оказался полезным. Вывод, который я сделал, можно выразить одной легендарной цитатой: «Я скажу то, что для тебя не новость. Мир не такой уж солнечный и приветливый. Это очень опасное, жёсткое место. И если только дашь слабину, он опрокинет с такой силой, что больше уже не встанешь. Ни ты, ни я, никто на свете не бьёт так сильно, как жизнь. Совсем не важно, как ты ударишь, а важно, какой держишь удар, как двигаешься вперёд. Будешь идти — иди, если с испугу не свернёшь. Только так побеждают! Если знаешь, чего ты стоишь, иди и бери своё, но будь готов удары держать, а не плакаться и говорить: «Я ничего не добился из-за него, из-за неё, из-за кого-то»! Так делают трусы, а ты не трус! Быть этого не может!».