София.Примирение Веры⁠⁠

Очередное рабочее утро Верочки было омрачено. Она всё не могла простить такого

наплевательского отношения к себе. Если бы не сын, то шансы Димы на близость снова стали бы

призрачными. Вера начала задумываться о том, как помириться, но как это сделать, не склонив

голову? А почему, собственно, мириться? Разве они ссорились? Ну, не брала она трубку, и что?

Она, вроде как, и не обещала, что будет отвечать на звонки. Если ещё раз позвонит, то можно и

взять, поговорить, как ни в чём не бывало. Да, именно так и решено сделать, теперь только

осталось подождать звонка. Женщина наводила порядок в баре, а телефон в кармане фартука

предательски молчал. В бар начали заходить первые посетители, с ними приходилось быть

вежливой и улыбаться. Вот уже и обед, а телефон все молчит.

Дима с самого утра как вышел из дома находился в разъездах, множество встреч и деловых

разговоров совсем не давали расслабиться. Ещё накануне вечером он решил, что сегодня звонить

не будет, а лучше просто приедет вечером в бар и поговорит. Посчитав данный поступок самым

правильным, он перестал переживать и нервничать. В обеденный перерыв он отправился в кафе,

находящееся неподалёку от работы, и только тогда позволил себе мысли о личном. Оставалась

небольшая надежда на то, что она хотя бы напишет, но этого не случилось. После обеда снова

закрутил круговорот дел и стало как-то легче.

В десять часов вечера посетители бара начали расходиться, и настроение у Веры становилось всё

хуже. Наверное, человеку нельзя оставаться в одиночестве в такие моменты, потому что уныние

тогда обретает неимоверную силу, захватывает всю душу, угнетает её. В такие моменты кажется,

что темнота с улицы как едкий дым просачивается в щели здания, а затем проникает в душу и

остаётся там надолго. Руки у Верочки опустились, она присела за стол и, опустив голову на

сложенные руки, постаралась успокоиться. Звук открывшейся двери заставил её поднять голову.

На пороге бара стоял Дима и улыбался.

– Привет! Ты почему трубку не берёшь? – спросил он.

– А разве ты звонил? – прошипела Вера.

– Ну, брось! Ты обиделась что ли? – Дима продолжал улыбаться.

– Я? Нет!

– Ну, что случилось? Я же предупреждал, что сам позвоню. Ну не мог я с тобой поговорить, –

пытался объяснить Дима, потихонечку проходя в помещение.

– Интересно, чем это ты был занят?! – продолжала шипеть Вера.

– Работа, – растерянно ответил Дима.

– Ты мне нагрубил!

– Я? Когда?

– Ты эти два слова «Я занят!» произнес так, будто тебе не пойми кто звонит во время интима.

Выражение лица мужчины сменилось с блаженного на несказанно удивлённое, а затем на

обескураженное.

– Интима? Ты о чём вообще? – спросил он. – Допускаю, что мог быть излишне резок, но я ж на

работе.

Вера нервно сняла фартук и пошла за верхней одеждой. Вернувшись, она проверила, закрыты ли

форточки.

– Ты ревнуешь? – вдруг осенило мужчину.

Услышав это, Вера пришла в негодование.

– Выходи! Нужно сдать на сигнализацию!

– Неужели ты подумала, что я там развлекаюсь с кем-то? – радостно улыбаясь, продолжал

настаивать Дима.

– Выходи! – Вера выпихнула Диму из бара и, закрыв дверь, сдала помещение на сигнализацию.

– Вер, ну, я, конечно, не ангел, ну чтоб вот так во время подписания документов делать это... На

такое даже я не способен, – рассмеялся мужчина. Он взял Верочку за плечи и хотел было

притянуть к себе, но в ответ услышал: « Отпусти!»

– Поедем ко мне? – спросил Дима.

– Ты можешь ехать куда хочешь, а я поеду домой, – пробурчала Вера.

– Хорошо, я отвезу тебя. Готов признать свою ошибку, был слишком груб. Но и ты должна понять

меня, когда я занят – отвлекать меня это всё равно, что отбирать кость у бультерьера. Я сначала

откушу руку, а потом буду разбираться зачем я это сделал и чья это конечность у меня в зубах.

Высказавшись, Дима приобнял Веру и в этот раз не встретил сопротивления. Дима привёз Верочку

домой. Приглашения на чай от Веры не последовало, и каждый из них уснул в своей кровати.