Разные бывают учителя...
На волне постов мне вспомнилось.
С моей первой учительницей мне ну не сказать бы, что сильно повезло. Небольшой поселок, всего 5 улиц, единственная школа, маленькие классы. Моя первая учительница была на мой шестилетний взгляд слегка странной, хотя не помню, чтобы я на нее жаловалась родителям. Хотя мне и прилетало от нее меньше других. Уж не помню, с какого перепугу, но первый класс у нас был чем-то типа подготовительного, то есть там были шестилетки и несколько пятилеток, и при этом был тихий час, на котором положено было сладко спать в специальной комнате на двухъярусных кроватях. Да. детского сада в поселке не было.
Весь первый класс мы вынуждены были делать вид, что спим, пока строго бдящая учительница сидела и что-то шила, поглядывая на кровати. Упаси боже было разговаривать или не спать - был 100% шанс получить укол швейной иглой в мягкую детскую ягодицу. Причем ощутимо там. Мне хватило увиденного. чтобы никогда во время "сна" не шевелиться и не показывать, что сна ни в одном глазу. А откуда он возьмется? Если нет привычки, ибо детского сада-то не было, а дома днем в таком возрасте никого уже спать не укладывали.
Почему-то так вышло, что с первого дня мы старательно учили алфавит. Однако я и несколько парней уже давно запоем читали, и это вылилось в двухлетнюю войну с учительницей, пока в третьем классе нам ее не сменили.
Читаешь на уроке? В то время, как тебе сбивчиво рассказывают про букву "Г"? Получи двойку и неуд. Вспоминается инцидент, когда у меня и одноклассника с концами отобрали книги. У меня это почему-то была "Унесенные ветром" (ХЗ, вот в шесть лет уже реально было интересно ее читать, тем более, что дома была огромная библиотека), а у одноклассника отобрали первую книгу из цикла "Тарзан", на то время весьма ценную и покупаемую по подписке. Возмущенные родители явились в школу и таки отвоевали книги, но не смогли донести, почему же некоторые дети нагло на уроках читают книги, когда их учат читать.
Тот парнишка с книгой про Тарзана был весьма развит, но при этом достаточно несдержан, и вспыльчив, он не был классическим ботаном. Мог отлупить старшеклассников за оскорбления, и кстати очень уж любил идентифицировать себя с Тарзаном.
Однажды эта его вспыльчивость привела к неприятному инциденту. Будучи застукан в очередной раз на уроке за чтением книги (а он был вполне себе отличником, только поведение всегда неуд), он вступил в неравный ментальный бой с учительницей. Вследствие которого был доведен оскорблениями до слез, залез под парту (а это были такие коробочки, закрытые с трех сторон) и был заперт воинствующей и негодующей учительницей там с помощью другой парты. Последующие пару уроков были заменены на смертную бойню между учительницей и учеником. Она сидела рядом и жестко его тролила, он рыдал под партой и лупасил по ней (в смысле, по парте), сперва кулаками, а потом вроде и вовсе головой.
Как ни странно, но этот инцидент просто замялся.
Одна из моих первых двоек по письму была честно заработана за мой детский цинизм - я прилюдно поправила учительницу, что правильно писать "бидон", а не "бедон", после чего мои родители долго ржали и просто не обращали внимания на мои редкие двойки в аналогичных случаях... Вот чего-то этот "бедон" мне впечатался в память намертво. И детская обида.
Уже во втором классе мы дружно пошли в поход - весь класс и учительница, взявшая себе в помощники свою сестру. В соседний лесочек, но как положено с котелком для кулеша, с картошкой, которую планировали запечь в костре и с нарезанным салом, которое конечно же нужно было пожарить на прутиках к картошке. И снова вот чувство обиды. Детское, но едкое.
Учительница с сестрой весьма активно после привала пили что-то из бутылки, ну мы тогда решили, что водку, хотя все же взрослые водку пьют, что тут странного. Кто-то искал дрова, кто-то принес воды из родничка в котелке, все дико расстроились, когда кто-то из учеников достал банку тушенки для кулеша, но только блин открыть ее нечем было, он ее так и унес домой. Ножом кстати не догадались открыть почему-то. Поэтому в кулеш покрошили просто ассорти колбасы из той, что брали с собой, и сала.
Кулеш пах просто неимоверно, и аппетитно булькал. В животах у нас уже урчало от запаха и от голода (картошку еще не пекли, и сало не жарили, котелок же висел над костром как апофеоз полевой кулинарии).
И тут изрядно уже веселая и на редкость добродушная учительница решила, что раздачей кулеша будет заведовать она. Ну, котелок тяжелый, горячий, висит над костром на треноге, его же нужно сперва снять. Она лихо его снимает и... И блять роняет на траву. Весь кулеш наружу. Весь! Весь сука пахучий, сытный, вожделенный кулеш, со старательно нарезанными нами кусочками колбасы и сала. Ради которого мы вставали спозаранку, искали дрова, тащили с собой картошку и пшено (которого оказалось в итоге так дохрена, что почти все домой и принесли).
Поход закончился грустно. Мы испекли картошку и пожарили на прутиках хлеб, оставшийся от бутербродов - колбаса-то и сало почти полностью в кулеш была покрошены. И побрели домой, с остатками пшена и так и не испачканными мисками-ложками.
Как-то так.
А вот вторая учительница была неимоверно душевная. Она часто собирала нас в местной библиотеке, пить чай с печеньками-пирогами, обсуждать книги и просто разговаривать, особенно осенью это было приятно. Мы к ней домой на чай заходили не раз, уже будучи старшеклассниками, и каждый раз она радовалась даже простому букету астр из своего сада.
Кстати. как ни странно, именно она меня познакомила с творчеством Лавкрафта еще в третьем классе. На посиделках в библиотеке она у всех спрашивала, что мы любим читать, и подбирала книги, которые нам там же и оформляли с собой взять почитать. Так мне однажды и попался сборник рассказов Лавкрафта.
Ну, ко встрече с запредельными кошмарами я уже была готова, спасибо первой учительнице)