Поезд⁠⁠

Стива как раз ехал в автобусе и слышит — с сиденья позади голос доносится.
Милый такой голосок молоденькой девицы и чуть не через слово — матерок.
Стива тогда обернулся и говорит:
— Вы, барышня, не так частили бы, что ли, и фильтровали опять же.
И смотрит — а это Кити Щербацкая едет куда-то. А с ней Вронский рядышком.
Кити — Стиве:
— А ты б шёл к... И на...
А Вронский только лишь улыбается и показывает свои сплошные зубы.
Стива головой покачал:
— Бросит он тебя, дуру. Променяет, сама знаешь на кого. Ты, свояченица, попомни.
Через проход и дальше чуть по салону Каренин сидел. И тоже завёлся:
— Я этой шалаве ноги выдерну и спички вставлю! — кричит. — Сил моих больше нет!
Каренин саженец сливы с собой вёз. Газетами обмотанный.
Он, видать, на дачу ехал.
Тут автобус говорит: «Следующая станция «Промкомбинат», подъезжает к переезду, вкатывает на рельсы и останавливается, как вкопанный.
А по рельсам, между прочим, — поезд.
Ну, потыкались в закрытые двери, пошарили руками по окошкам — нет молоточков, одни пластмассовые висюльки от них остались.
С водительского места высовывает голову в салон Анна и спрашивает:
— Не ждали?
Ай, и не ждали, конечно!
Кто ж знал, что она сейчас на пригород работает?
А Анна говорит:
— Всё, мальчики, приехали! Алес капут всем!
И такая красивая она была в этот момент, чертовка!
Стива подумал: «Сходил на охоту!»
И ещё пытался расчехлить ружьё, но, разумеется, не успел, потому что поезд уже было не остановить, хоть машинист и дудел в гудок.