Не обмануться⁠⁠

Наверное, у тех девочек, которых папы носили на руках, подбрасывали вверх и ловили, чьи руки гладили по головке и придерживали руль велосипеда, вселяя в душу уверенность, что не упадёшь, что всё получится, не совсем развито чувство недоверия и страха. Такие девочки запросто отдают свою руку в мужскую, которая кажется им такой же уверенной и надёжной, как отцовская.

А если у тебя никогда не было отца? Не было человека, который катал бы тебя на раме велосипеда, а ты беззаботно болтала бы ногами, подставляя лицо ветру. Когда нет тех рук, что вели бы тебя в садик, а ты беспечно перепрыгивала через трещинки на асфальте. Больших, сильных, тёплых и надёжных рук, в которых твоей ладошке было бы комфортно.

Бытует мнение, что во всём, что с нами происходит, виноваты мы сами. Очень часто в ответ на твою попытку поделиться случившимся слышишь: «сам виноват». И что тут спорить, если в большинстве случаев так и есть. Обманули — а нечего доверять. Обокрали — потерял бдительность. Оболгали — нет дыма без огня. И так до бесконечности. Всегда можно найти причину в себе самом.

А в чём винить себя обыкновенному человеку, который воспитан в человеколюбии и уважении к другим, если с ним поступают бессовестно? В том, что не подонок? В чём винить себя, если какая-то мразь элементарно обманывает или крадёт у тебя не важно что — деньги, эмоциональную стабильность, физическое здоровье, веру, счастье наконец? А если это не мразь, а близкий тебе человек, лучшая подруга, например.

Наташа Завьялова выросла красивой, очень красивой девушкой. Чёрные с поволокой глаза казались бездонными. Смотреть в них было страшно, ты словно проваливался в чёрную дыру, и дыра эта поглощала тебя всего без остатка, расщепляя на атомы и распыляя частички в вечности.

Маша Твердохлебова в противоположность подруге была серой мышкой, ни чем ни примечательная, да ещё набравшая с возрастом лишние десять килограммов. Тем обидней и непонятней было, как умудрилась эта скромница подцепить себе такого кавалера.

Юра Бондаренко был необыкновенно хорош собой. Высокий, статный, чернобровый. Сколько красавиц сходило по нему с ума, а он выбрал неприметную Машу. И влюбился так, что уже через месяц ухаживаний сделал ей предложение. Влюблённая Маша излучала счастье, и чем сильнее светилось её лицо, тем мрачнее становилось лицо подруги. Привыкшая, что мужчины легко падают к её ногам, Наташа не могла смириться с такой, по её мнению, несправедливостью. Юра не сводил глаз с Маши, а на неё не обращал никакого внимания. Ей совсем не нужен был этот красавец, ей вообще никто не был нужен. Она никого никогда не любила, просто не умела.

Гости пели и плясали, дружно кричали «Горько!», желали молодожёнам совета, да любви, и только Наташа не сводила глаз с жениха. Чёрные зрачки сверлили опьянённого счастьем Юру, который нежно прижимал к себе невесту, не замечая никого вокруг.

Настало время поздравлений. Тамада пригласил жениха с невестой в центр зала и предоставил слово родителям. За ними цепочкой выстроились многочисленные родственники, сослуживцы родителей и друзья, которые ожидали своей очереди с огромными безвкусными открытками в руках и маленькими конвертиками с купюрами. Каждому хотелось зачитать нескладные стихи собственного сочинения, каждому хотелось сверкнуть гранями своего поэтического дара и оправдать тем самым незначительность вложенной в конверт суммы. Наташа пристроилась в конец цепочки.

Стихи доморощенных поэтов растянули процедуру поздравления на полчаса. Наконец очередь дошла и до Наташи.

— Поздравляю! — Девушка ткнула букет гладиолусов в руки подруге, пристально посмотрела в глаза жениху, смело обвила рукой его шею и резко впилась поцелуем в губы.